Толпа людей изтрёх священных земель подняла огромную шумиху, требуя возмездия уТуманного призрачного дворца: они скорее перебьют иправых, ивиноватых, чем проглотят такую злость иобиду. Посравнению стаким внезапным замесом новости опоявлении Четырнадцатого Шао, окотором всюду рассказывал Чжань Мубай, казались неочень привлекательными иинтересными: всё внимание было сосредоточено наконфронтации трёх священных земель иТуманного призрачного дворца. Среди этой толпы было много неугомонных личностей, полных негодования. Они уже хотели отправиться напоиски этой шайки Шенхуанов, исрать, что они изТуманного призрачного дворца! Даинаихстатус Шенхуанов тоже плевать! Дакак они вообще посмели запугивать их? Хай Вуй иХэЧжицю сами вызвали такие волнения, пусть они инепроиграли втом сражении, однако надуше остался неприятный осадок. Более того, импришлось оставить свои мечи. Чжань Мубай больше злился из-за того, что под замес попали именно Шенхуаны трёх священных земель. Вовсяком случае, этот вопрос уже был доведен досведения руководству свыше. Чтоже будет дальше? Ведь Туманный призрачный дворец буквально нагадил нам наголовы, вынудил нас вступить вбой! Разве можно такое терпеть? Итак, нужно перегруппироваться иотправляться впуть. Однако встоль критический момент внезапно появились два загадочных персонажа, иэто вынуждало ихостановить любые действия. Впротивном случае, сегодня ночью вгороде Цзюйхуа может произойти жестокая резня… Эта шайка может без труда отправить весь город нанебеса… Когда эти два загадочных персонажа захотели отыскать мастеров Туманного призрачного дворца, они обнаружили, что Цао Гофэн иего люди уже давно исчезли… Иоставили свои оборонительные позиции вЦзюйхуа. Они даже неуспели получить новости отом, что Четырнадцатый Шао уже здесь. Все семеро отказались отсвоих основных обязанностей вэтой миссии. Ихуход лишь усугубил непонимание между тремя священными землями иТуманным призрачным дворцом, ивозможность скорейшего разрешения конфликта заметно уменьшилась, что могло привести кещё большим неприятностям… Вэто время единственная, кто знала всю внутреннюю подоплёку— Цяо Ин, которая находилась вглуши ипротивостояла Цзюню Мосе. Стого момента, как она ушла, прошло уже немало времени… Даже если ейудалосьбы убедить Мосе пойти сней ирассказать всю правду, вполне возможно, что ненашлосьбы людей, способных вэто поверить… Город Цзюйхуа сейчас стал временной базой для трёх священных земель. Ивэтот момент главный альянс сил, которые существовал напротяжении 10 000 лет, вдруг вот так распался. Атеперь еще иотношение семьи Чень стало более холодным иравнодушным, что заметно ударило поавторитету трёх священных земель… Влияние старшего сына Чень Ченя, смерть второго ребенка ижестокие слова Чжань Мубая дали Чень Цинтяню ясно понять, что три священные земли используют его семью лишь вкачестве станции для снабжения, илиже как жирную овцу… жирную иникуда негодную. Это заставило всегда уважавшего ичтившего статус трёх священных земель Чень Цинтяня прийти вполное отчаяние. Ачто добило его окончательно, так это то, что ниодин человек изсвященных земель даже неявился напохороны его сына. Просто возмутительно! «Почему умер мойсын? Разве непотому, что вы, лучшие люди этого мира, сами принесли такое несчастье внашдом? Наэто мёртвое тело даже страшно взглянуть. Они непросто неявились напохороны, даже слова утешительного итонеприслали! Еслибы отправили хотябы Великого мастера… это былбы уже неплохой знак уважения…» Случись это раньше ипри обычных обстоятельствах, Чень Цинтяньбы всё понял: «Три священные земли направили своих лучших Шенхуанов, аэто уже другой уровень! Мойсын… Дачто имдонего? Они даже необратят своего внимания натакую ерунду» Если похоронами обычного подростка побеспокоить Шенхуанов— это просто развести много шума изничего! Даже еслибы три священные земли действительно отправили туда своих людей, Чень Цинтянь былбы так польщён ивстревожен, что местабы себе ненашёл. Нотеперь всё совсем по-другому… Мало того, что никто непришёл напохороны, ноникто даже неудосужился выразить свои соболезнования отцу, потерявшему своего ребенка. Чень Цинтянь был совершенно обескуражен. Ончувствовал, что все его собственные усилия всей жизни— просто большая шутка. Совсем несмешная шутка. Принимая вовнимания душевное состояние главы семьи, как могли остальные семьяне сохранять хороший настрой? Естественно, всем стало навсё плевать, идела делались наотвались… Вся семья Чень была занята похоронами, и, естественно, ниукого небыло времени ходить вокруг высокопоставленных людей изтрёх священных земель… ихотя эти мастера были вярости отпроисходящего, они немогли ничего поделать. Как только решится вопрос снаёмниками семьи Дунфан, эти люди тутже вернутся обратно. Чем больше они тут находились, тем больше понимали, насколько этот мир имчужд… Всюду ожидают превратности судьбы. Вэту ночь Чень Цинтянь тайно встретился сосвоим старшим сыном всвоём кабинете… Главе влиятельной семьи приходится тайком беседовать сосвоим собственным ребёнком… Отэтой мысли Чень Цинтянь почувствовал себя немного жалким… —Чень, снашей семьёй покончено,— лишь одно предложение отца напугало Чень Ченя. ОтЧень Цинтяня исходила слишком серьёзная аура, авыражение его лица было крайне тяжёлым исуровым. —Поэтому тыдолжен покинуть эти места, Чень… ты— единственная надежда нашей семьи… Держись подальше отэтого водоворота событий. Пока тыжив, унашей семьи Чень есть надежда навозрождение,— сгрустью иотчаянием продолжил Чень Цинтянь —Отец, положение нашей семьи действительно трудное. Унас досих пор имеется огромный отрыв отнекоторых супер-семей, но… Мыведь ещё недостигли крайней точки разрушения, очём тыговоришь? —недоумённо сказал Чень Чень. —Всё рухнуло, когда погиб ЧеньЧун. Наша семья тутже встала напуть вымирания. Мывсё это время жили вмире исогласии лишь под покровительством нашего предка. Нопосравнению снашими соседями— семьей Чжань, унас имеется слишком много уязвимых мест… Как только вассалы священных земель покинут этот город, наша семья перестанет стоить игроша. После смерти предка наша семья Чень стала приманкой. Чтобы привлечь наёмников изсемьи Дунфан… Приманка, хе-хе… Чень, тынаверняка знаешь, что означает это слово… Неважно, клюнет рыба или нет, наживку всё равно необходимо закинуть. Аесли рыба попадётся накрючок, тоона все равно сначала проглотит свою приманку… Янадеялся, что три священные земли дадут нам возможность для возрождения семьи, ибыл готов пожертвовать собой ради уважения ивнимания трёх священных земель… Нотеперь японимаю, что ошибался. Такая семья, как наша, никогда небудет замечена, даже если принесёт вжертву сотню подобных семей… Имнужно лишь достигнуть своих собственных целей, вот ивсё. Что касается этих семей… импросто суждено быть принесёнными вжертву… Лицо Чэнь Цинтяня побледнело, онговорил шёпотом. Чень Чень уставился насвоего отца, его сердце захлёстывала огромная волна чувств. —Ноесли яуйду… Разве это невызовет ещё больше подозрений поотношению ктебе, отец? —нахмурившись, обеспокоенно сказал Чень Чень. —Усомнятся вомне… ичто стого? —Чень Цинтянь улыбнулся исказал:— Ябыл мертвецом ссамого начала, итвой уход ничего неизменит. Если тыостанешься, явсё равно нежилец, так вчём разница? Сказав это, Чень Цинтянь встал, повернулся спиной имедленно добавил:— Иди изабери ссобой свою женщину. Скажи ей, что сэтого дня она для меня новый член семьи Чень имоя невестка. Онвсё ещё стоял спиной, затем вынул изкармана какую-то коробочку икинулеё. Чень Чень поймал подарок ивыслушал Чэнь Цинтяня:— Это— символ нашей семьи Чень— нефритовая заколка твоей матери. Это подарок будущей невестке… Янедавал вам своего согласия, заставив пройти через много страданий, скажи ей, чтобы недержала наменя зла… Онмахнул рукой:— Идиже искрывай своёимя. Если тебе удастся воссоздать семью Чень, тонеступай вЦзянху, пока вней непоявится хотябы один Шенхуан. —Отец, я… —Если тынеуйдёшь, яубью тебя собственными руками, апотом совершу самоубийство,— Чень Цинцянь поднял голову, тон его голоса был полон решительности. Полицу Чень Ченя струились слёзы. Онпонимал, что решение отца неизменить. И, задыхаясь отсдавленного плача, Чень Чень медленно пошёл квыходу. Онпродолжал непрерывно кланяться отцу. Чень Цинтянь стоял неподвижно илишь когда Чень Чень переступил порог комнаты, сказал:— Лучше ужбыть семьёй крестьян, чем семьей вассалов. Чень Чень дёрнулся икивнул. Онвсячески подавлял свою печаль игорестные слёзы, азатем быстро растворился вночи. Чень Цинтянь стоял прямо, как копьё, инаего лице медленно показалась спокойная улыбка. Пока Чень Чень будет запределами этого водоворота, усемьи останется надежда навозрождение. Оннеподвижно итихо сидел всвоем кабинете. Рано утром слуга постучал вдверь исказал:— Господин, храм предков был разграблен. Таблички сименами предков прошлых династий внезапно исчезли… Чень Цинтянь был шокирован, ноему вголову вдруг пришла какая-то мысль, ионтутже ответил:— Всё понятно. Можешь идти. Слуга тяжело вздохнул, нонадуше унего было какое-то странное чувство: «Что случилось снашим господином? Таблички сименами предков были украдены, аему хотьбы хны!» Слуга, недоумевая, покачал головой… Вэтот момент вкабинете Чень Цинтянь глубоко вздохнул ипробормотал: –Наконец-то ямогу успокоиться… Навторой день люди изтрёх священных земель узнали обисчезновении второго сына, Чень Ченя… Чжань Мубай немедленно отправил людей заЧень Цинтянем. Более того, онрешил лично встретиться сним. Живя вчужом доме, нужно проявлять уважение кего хозяину.