Перевод: Astarmina

— Раз уж дело дошло до этого, пожалуйста, согласитесь расторгнуть нашу помолвку, — сказал Итан Орвенбридж.

Жених Кирии, с которым она впервые познакомилась спустя долгое время после помолвки.

Она молча изучала его красивое лицо со светлой кожей без изъяном, уверенные зеленые глаза и роскошную копну соломенного цвета волос.

«По его внешности сразу можно сказать, что он кронпринц,» — подумала девушка.

Он выглядел счастливым и без Кирии.

Девушка молча коснулась ручки чашки.

— Неужели... вы собираетесь отказать в этой просьбе? — жалобным голосом произнесла женщина, сидящая рядом с Итаном, по ее щекам потекли слезы.

Рубиния Касснер — прекрасная светская львица с роскошными светлыми волосами и чарующими зелеными глазами.

Слишком преувеличенным жестом она бросилась в объятия Итана и заявила:

— Мне казалось, что леди Бьюкенен войдет в наше положение... Вы слепы к нашим чувствам? Вам так трудно уступить? Хотите разлучить нас?

Кирия ничего не говорила, но Рубиния вела себя так, словно на нее вылили ведро отборной брани. Подобное происходило не только сегодня, а постоянно на протяжении года.

Именно она встряла между помолвленными мужчиной и женщиной, и довела ситуацию до такой степени.

Кирия вспомнила прошедший год. Это было невыносимо.

Рубиния Касснер была распутной женщиной, Итан Орвенбридж оказался намного более порочным. И на протяжении долгого времени он игнорировал ее. Не смотря на то, что у него есть невеста, он посещал балы в сопровождении Рубинии.

«Будь я на его месте, тоже бы не хотела такой помолвки,» — промелькнула мысль в сознании Кирии.

Возможно, сначала ему было стыдно. Притворяясь добродетельным, он говорил, что Рубиния всего лишь «просто друг».

Но примерно полгода назад она застала эту парочку тайно целующимися на очередном светском приеме.

Она не была влюблена в Итана, но это не мешало ей испытывать обиду.

Вскоре в высшем обществе стали сравнивать двух девушек.

Весенняя фея победила снежную королеву, ведь какой бы красивой не была женщина, она должна быть нежной.

Устроивший помолвку король пришел в ярость, узнав об этом. Но все же уступил требованиям сына.

— Если вам так ненавистна наша любовь, я уничтожу весь род Орвенбридж! — заявил тогда принц.

Король не мог ничего с этим поделать, Итан был единственным наследником, и он не мог позволить их роду оборваться на нем.

И спустя год он, наконец, предложил разорвать помолвку.

«И как моя жизнь докатилась до этого?» — мысленно вздохнула Кирия.

— Вам не кажется, что вам стоит для начала извиниться передо мной, принц? — сказала она вслух.

— Конечно, мне очень жаль! — воскликнул Итан, после ее холодных слов напустив на себя «действительно виноватый» вид.

Живот Кирии скрутило от этого зрелища. Она не понимала, почему жертва должна напоминать обидчику об извинениях.

«Раз уж дело дошло до этого, пожалуйста, согласитесь расторгнуть нашу помолвку.»

Нелепое начало разговора.

Девушка не выпускала из рук чашку. Она боялась, что потеряет контроль и разобьет принцу нос, если не будет держать что-нибудь.

— Это все, что вы хотели мне сказать? — холодно проговорила Кирия.

Итан в ответ кивнул и бессовестно проговорил:

— Да, мне жаль. Не поймите неправильно, это не значит, что королевская семья хочет потерять поддержку семьи Бьюкенен.

Кирия мысленно горько усмехнулась.

После того, как в течение года оскорблял ее, он еще надеется получить силу и влияние семьи Бьюкенен.

Семья графа Бьюкенен — самая известная в стране. Ее основатель вместе с Валлабригой Орвенбридж и другими создали государство Требериум.

Нельзя было подобным образом обращаться с графом Бьюкенен, которого поддерживало подавляющее число аристократов. И это не смотря на то, что существовала еще и королевская семья.

«Он хочет расторгнуть помолвку, но при этом избежать политических конфронтаций. Как мелочно,» — с отвращением подумала Кирия и тихо вздохнула.

— Хорошо. Я принимаю вашу просьбу...

— Правда? Я вам так благодарен!

— ...но надеюсь на достаточную компенсацию за причиненный вами моральный ущерб.

Равнодушные слова Кирии, казалось, совсем не затронули Итана.

— Как вам угодно! Леди Кирия, я рад, что вы с пониманием отнеслись к нашим чувствам!

Затем он еще разглагольствовал о том, как прекрасна и мила Рубиния. А потом они ушли.

---

Откинувшись на спинку стула, Кирия нахмурилась от охватившей голову мигрени.

— Миледи, с вами все в порядке?

— Да-а.

— Может, Анн-Мари использует заклинание, чтобы избавиться от плохих людей?

Кирия рассмеялась, услышав искренние слова Анн-Мари.

— Все в порядке. Завари, пожалуйста, лаванду. У меня жутко болит голова.

— Сейчас сделаю! Анн-Мари заварит чудесный чай! — выпалила горничная, поторопившись принести чайные листья и горячую воду.

Благодаря не навязчивому аромату листьев и тихому журчанию воды, Кирия успокоилась.

Все произошло неожиданно, но привело к финалу. Теперь она могла распрощаться с чертовой Рубинией.

— Если не собирался на мне жениться, почему же откладывал расторжение помолвки? Неужели не хотел выплачивать компенсацию?

Услышав бормотание Кирии, Анн-Мари поморщилась.

— Все уже закончилось, так что вам стоит отдохнуть. Как же здорово, что мы больше не увидим леди Касснер!

— Почему? — спросила девушку, принимая из рук горничной чашку.

Анн-Мари поставила на стол тарелку с печеньем и заворчала:

— Каждый раз, когда кронпринц приезжал сюда, его всегда сопровождала леди Касснер. И они всегда говорили о вас плохие вещи!

— Никогда ничего не слышала... как ты узнала?

— Я случайно услышала, как принц назвал вас бесчувственной ледышкой. А леди Касснер рассмеявшись ответила, что в мире не найдется мужчины, который обратит внимание на столь холодную женщину.

Вот почему Анн-Мари невзлюбила Касснер!

— Мне следовала выплеснуть на нее чашку горячего чая.

Мигрень усилилась. Кирия запрокинула голову. Длинные лавандовые волосы упали на плечи.

Девушка осознавала, что не столь прекрасна, как Рубиния.

Будь та с самого начала порядочной, то не стала бы встречаться с мужчиной, у которого уже была невеста. В глазах леди Касснер не было и намека на наивную влюбленность.

Она убедилась в этом на балу в честь основания империи.

Рубиния явилась в сопровождении Итана, из-за чего Кирия была вынуждена прийти вместе с отцом.

Зная об этом, леди Касснер сыграла удивление, преувеличенно оглядываясь по сторонам.

— Леди Бьюкенен, я не вижу вашего сопровождающего. С кем вы пришли?

— Меня сопровождает отец.

Тогда Кирия не смогла распознать промелькнувшую на лице Рубинии насмешку.

— Ох... простите, леди Бьюкенен, я не смогла отказаться от приглашения принца, ведь он так хотел пойти со мной...

Находившаяся рядом с ними Лора не выдержала и сказала:

— Леди Касснер, леди Бьюкенен беседует с нами. Не могли бы вы покинуть нас?

— О, правда?.. Леди Дюкейн, тогда можно мне присоединиться к вашей беседе?

— Я весьма разборчива в собеседниках, поэтому прошу вас удалиться.

Лицо Рубинии застыло. Но несмотря на резкие слова Лоры, ее улыбка вскоре снова вернулась.

— Ах, да, мне пора идти, ведь принц пригласил меня полюбоваться великолепным садом.

Она была из тех женщин, которые оставляли за собой последнее слово.

После уходя Рубинии, Лора вскипела от гнева вместо Кирии, которая уже привыкла к подобного рода ситуациям.

— Она сошла с ума! Красть чужого жениха?.. Да что она творит?!

— Я тоже не понимаю, чего добивается леди Касснер, — недовольно проговорила Мария, которая не любила обсуждать людей за спиной.

Увидев, как разозлились подруги, Кирия улыбнулась.

— Не стоит здесь обсуждать это, люди могут услышать, — проговорила она.

— Пусть слушают! — решительно ответила Лора.

Если бы кто-то и услышал их разговор, никто бы не осмелился осудить Лору, маркизу Дюкейн, и Марию, герцогиню Сьюдад.

Вспомнив о подругах, Кирия резко подскочила.

— Уверена, Лора обрадуется, когда услышит о расторжении помолвки с кронпринцем, как и Мария.

— Мне следует подготовить письменные принадлежности? — спросила Анн-Мари, тут же доставая перо и чернила.

С улыбкой взглянув на горничную, Кирия встала.

— Да, я собираюсь сообщить им о расставании. В такие моменты нужно демонстрировать, что все хорошо и ничего не имеет значения.

Внезапно дверь в комнату Кирии с треском распахнулась.

— Кирия! Кирия Бьюкенен! Немедленно подойди сюда! — завопил отец девушки, граф Сезар Бьюкенен.

— Отец... — нахмурилась она.

Он отвесил звонкую пощечину еще до того, как Кирия успела завершить приветствие.

«Так и знала, что это произойдет,» — подумала девушка, почувствовав во рту привкус крови из разбитой губы. Удар был слишком сильным. Вытерев кровь рукой, она саркастически заметила:

— Значит, разговор будет не о компенсации, верно?

Сезар ударил по другой щеке.

Позади него Кирия заметила дрожащую от страха Анн-Мари. Вскинув голову, она с вызовом посмотрела на отца.

— К сожалению, у меня только две щеки. Какую вам подставить на этот раз?

— Ты так же отвратительно вела себя перед кронпринцем?

— Ни в коем случае. По крайней мере, он не бил меня.

Сезар снова замахнулся, но замер. Сжав кулак, он процедил сквозь сжатые зубы:

— Ты!.. Я говорил тебе вести себя прилично! Какого черта ты согласилась на расторжение помолвки?!

— Отец, это была не моя инициатива.

— Если бы ты вела себя подобно младшей дочери Касснера, кронпринц бы не стал настаивать на этом!

— Вы так думаете? — фыркнула в ответ Кирия.

— Ты понимаешь, какую возможность упустила? Ты упустила шанс стать королевой!

— Тогда почему бы тебе самому не жениться на кронпринце?

На Кирию обрушился удар такой силы, что она осела на пол. Вспышка боли на мгновение ослепила ее.

— Кирия, аристократ должен твердо придерживаться правил. И ты должна знать, что однажды придется пожертвовать собой во благо семьи. Это сама суть высшего общества.

— Что вы хотите этим сказать?

— Ты должна все исправить. Напиши кронпринцу письмо с извинениями. Эта помолвка была организована по приказу императора, ты не имеешь права отказаться от нее.

Для Сезара, как главы семьи, честь и почет были превыше всего. Кирия должна была взять на себя ответственность и обручиться с известным и уважаемым человеком. Поэтому безропотно согласилась на помолвку с принцем, с которым ни разу прежде не обмолвилась ни словом.

Весь последний год она молча терпела унизительные сплетни, которые повсюду преследовали ее.

Но когда навязанная помолвка была расторгнута, терпение Кирии достигло предела.

— До каких пор? Как долго я должна это терпеть? — спросила она, уставившись на отца сверкающими гневом глазами. — Я терпела целый год, не смотря на то, что мой жених и эта порочная женщина обращались со мной как с пустым местом. Но вы настаивали на том, чтобы я не расставалась с ним, поэтому молчала!

— Как ты могла позволить кому-то увести у тебя из-под носа жениха? Тебе нужно больше внимания уделять внешности и манерам!

— Ха! А вы, отец? Вы развелись с моей матерью, потому что она была недостаточно хороша?

Услышав ее дерзкие слова, Сезар злобно уставился на нее.

— Неблагодарная девка!

— Нет, господин! — выпалила испуганная Анн-Мари, увидев, что мужчина собрался пнуть Кирию, выскочила вперед и прикрыла ту собой. — Нет, господин! Больше не бейте мою госпожу! Ее последняя рана еще не зажила! Господин!

— Что за чертовщина творится?!

— Анн-Мари, не мешай!

— Нет! Я больше не хочу, чтобы вы страдали! Вы ни в чем не виноваты!

— Анн-Мари! — выпалила Кирия и попыталась оттолкнуть горничную. Но было уже поздно: Сезар со всей силы пнул ее по спине.

— Как ты смеешь перечить своему господину, проклятая служанка?!

— Отец!

Анн-Мари повалилась на пол, но мужчине было все равно. Пнув ее еще раз, он обратился в Кирии:

— Кирия Бьюкенен, ты отправляешься в ссылку! Будешь жить на вилле Эльсус, пока я не дам разрешения вернуться!

— Отец!

— Ты такая же неблагодарная, как твоя мать! Советую тебе подумать о том, за чей счет ты живешь! — выплюнув эти слова, Сезар покинул комнату дочери.

Кирия дрожащими руками обняла плечи Анн-Мари. В это мгновение он не чувствовала ни печали, ни разочарования.

Она не ожидала, что все закончится таким образом.