Покинув тёмный переулок, Сирилла сразу направилась обратно во дворец. Её сердце всё ещё бешено колотилось.

[Не думала, что меня поймают…]

Сирилла была уверена в своих силах. Несмотря на юный возраст и ещё не до конца сформированную манный поток, количество магической энергии, которой она обладала, было заложено с рождения.

Особенно это касалось членов Королевской семьи, что унаследовали ману от самого Первого дракона Люблина. Это была нерушимая истина.

Чем ближе оттенок волос к чистому серебру, тем сильнее в человеке проявлялось влияние Серебряного Дракона, и тем больше маны в нём заключалось. Казалось, будто выбор следующего правителя определялся ещё до рождения.

В этом смысле было естественно, что Нефели, родившаяся с волосами цвета чистого серебра, стала Евгенией.

Но всё изменилось. Внезапно Нефели была отстранена на трон. Вместо неё главной наследницей стала Мелиана, за ней стояла мощная родовая поддержка.

Когда на свет появилась Сирилла, её волосы оказались светлее, чем у Мелианы, а запас маны, ещё больше. Она стала потенциальной угрозой для новой наследницы.

Но вместе с рождением Сириллы появился и её рок, её отец, Эквус Сесиль, был марионеткой Морриса Футурума.

Какими бы выдающимися ни были её способности, если с рождения на шее был поводок, ей суждено было стать лишь инструментом. Именно такую роль и играла Сирилла.

Моррис Футурум не раз давал ей понять: её могут уничтожить в любой момент. И Эквус Сесиль предупреждал, не смей становиться врагом ни Моррису, ни Мелиане. Она обязана подчиняться. Всегда.

Ребёнок, не успевший сформировать чувство собственного «я», не осознавал ценности своей силы и легко поддавался влиянию окружения. Ожидаемо, что она отдалилась от Нефели, той, кого Моррис и Мелиана презирали и считали помехой.

Нефели, потерявшая свои права на трон, постепенно оказалась в изоляции. Хрупкая по натуре, она не стала сопротивляться.

Хотя у неё были могущественные союзники - Айзек Харсен и Киллис Йелпен, она предпочитала оставаться в тени, не привлекая внимания.

Тем временем Мелиана, заручившись поддержкой Морриса, уверенно укрепляла своё политическое влияние. Всё шло к тому, что титул Евгении вскоре официально перейдёт к ней.

Но перемены начались на одном из банкетов.

[…Есть такое.] - произнесла тогда Нефели.

[Мнение Мелианы имеет основания, но, как вы и опасались изначально, это будет слишком тяжёлым бременем. Даже если сейчас мы отложим вопрос, при каждом неурожае чернослива к нам вновь придут за помощью.]

Она не побоялась выразить своё несогласие с Евгенией.

Несмотря на критику и провокации со стороны Морриса, она не отступила.

[А разве это неприемлемо?] - твёрдо спросила она.

Это поразило Сириллу.

[Её поразила не только смелость Нефели, но и сам факт её сопротивления. Моррис, это человек, которому нельзя перечить.]

[Чтобы Нефели…выступила против Морриса? Для Сириллы это было немыслимо. Впрочем, так думали и многие другие.]

Моррис выглядел растерянным и раздражённым, но быстро взял себя в руки. Он понимал, один такой случай ничего не изменит.

[Он даже заявил, что аргументы Нефели, абсурдны, и что, как бы ни настаивала Евгения, всё закончится провалом.]

[В конечном счёте, все признают, что именно решение Мелианы отказаться от равнин Вулло стало настоящим подвигом.]

Но в словах Морриса правда смешивалась с ложью. Правда - насчёт Вулло, ложь - насчёт Нефели.

Вопреки ожиданиям, её слова нашли отклик.

[Это был не простой случай, Евгения действительно начала присматриваться к Нефели.]

Новость о том, что Евгения вызвала её отдельно, похвалила и вручила ключ к Королевской казне на тысячу золотых, сильно разозлила Морриса.

А когда он узнал, что Нефели попросила разрешения выйти за пределы дворца, его тревога усилилась.

[Эта девчонка изменилась. Следи за ней. Узнай, что она делает за пределами дворца.]

Отказа не существовало. Сириллу воспитывали с детства как послушную собаку. Она прекрасно знала, что будет, если ослушается, её избьют до полусмерти.

[Кто-то мог бы удивиться: разве с принцессами можно так обращаться? Но Моррис Футурум был способен на многое. При Евгении он был верным псом и Первым герцогом. А Эквус Сесиль, всего лишь его пешка.]

Даже если бы Сирилла серьёзно заболела, Моррис бы заблокировал помощь. Отец тоже. И Евгения вряд ли пришла бы.

[Ты должна проследить за ней так, чтобы её охранники ничего не заподозрили.]

Но вот тогда…