— А вишенкой на торте станет утечка в прессу о разрыве с «Ушин». В тот момент, когда выйдет статья о том, что брак между «Ушин» и CK, который тихо готовился за кулисами, внезапно сорвался, позиции председателя Чана сильно пошатнутся. Что бы «Ушин» ни назвала причиной разрыва, людям будет казаться, что ситуация у председателя Чана настолько плоха, что даже «Ушин» от него отвернулась.

— …….

— Мы вполне можем перевернуть игру.

Вопреки громким словам, на лице Вон Чхоля читалось напряжение. С глазами, полными тревоги, он криво усмехнулся. И швырнул перед У Хи желтый лист крафтовой бумаги.

— Сценарий, который ты зачитаешь на пресс-конференции. Я внес несколько правок в то, что давал раньше. Выучи заново. Через два дня я лично проверю. Не читай как робот, заучи все жесты и выражения лица, которые там прописаны. И потренируйся пускать слезу в нужный момент…

В этот момент голос Вон Чхоля, проверявшего только что пришедшее сообщение, дрогнул. Его лицо мгновенно исказилось. Вскинув голову, Вон Чхоль уставился на У Хи.

— Ты же говорила, что разрыв с У Дже Хёком — дело решенное.

— …….

— Говорила, что брак между «Ушин» и CK окончательно сорван!

— …….

— Если он сорван, откуда взялась такая статья?

Вон Чхоль швырнул телефон перед У Хи. Ш-ш-ш, шум дождя за окном усилился. На экране телефона светилась статья.

[Группа «Ушин» и CK: стратегический альянс через брак? Объявление о помолвке ожидается в этом месяце]

— Это отличается от того, что ты мне говорила!

«То, что я говорила. Что же я говорила?..» У Хи попыталась восстановить память. Она старалась вспомнить, но выходило плохо. Пока Вон Чхоль изливал свой гнев голосом, похожим на грохот поезда, У Хи пыталась вспомнить, что она ему наплела.

Вспомнила, что именно она ответила Вон Чхолю, когда он настойчиво допытывался: почему она вдруг вернулась, как она уладила отношения с У Дже Хёком и точно ли помолвка расторгнута.

Тогда У Хи раздражали слова Вон Чхоля. Не только его слова — её раздражало всё. С тех пор как она вернулась в Ильсан, так было постоянно. Она не хотела больше слушать слова Вон Чхоля, от которых гудела голова. Чтобы он перестал её донимать, она сказала то, что он хотел услышать.

Сказала, что проблем не будет. Что разрыв — дело верное. Что сторона Ча Ю Гён будет в панике от внезапного разрыва, а «Ушин» не станет мешать делам Вон Чхоля. Что она благополучно завершила отношения с У Дже Хёком.

Половина из этого была правдой, половина — ложью, но У Хи слишком устала. Она думала: если У Дже Хёк разозлится и всё пойдет наперекосяк — ну и пусть. Почему-то в тот момент ей казалось, что дела отца и Мён Вон Чхоля не имеют никакого значения, что бы с ними ни случилось.

Только тогда Вон Чхоль ушел, и наконец наступила желанная тишина. В этой тишине она хотела уснуть без задних ног.

Однако даже после ухода Вон Чхоля У Хи не смогла уснуть. Отец, узнавший, что У Хи связалась с У Дже Хёком и вступила в сговор с Вон Чхолем, беспрерывно звонил.

Сначала он пытался уговорить её из-за принадлежащих ей акций, но когда это не сработало, тут же показал свое истинное лицо.

Сказал, что убьет её. Что вычеркнет такую дочь из семейного реестра, и как только она попадется ему на глаза — свернет ей шею. Велел прекратить эти глупости. Подумать хорошенько. Спросил, неужели она думает, что сможет спокойно жить и дышать на этой земле, натворив такое.

Проклятия отца продолжали сыпаться звонками и сообщениями.

Пока У Хи читала статью, Вон Чхоль яростно поносил её. Шум дождя потонул в его криках. Вон Чхоль больше не притворялся хорошим человеком. Он обнажил всё беспокойство и безумие, которые сдерживал до сих пор. Даже когда У Хи дочитала статью и подняла голову, он не умолк.

Казалось, её спокойное лицо разозлило его еще больше. Он грубо осыпал её упреками за то, как она ведет дела, и подозрениями, действительно ли она серьезно относится к их плану. Глаза Вон Чхоля, смотревшие на неё, напоминали глаза отца. Словно он смотрел на монстра, на убогую.

Безответственная, тупая, недобросовестная, ненадежная девка. Бесполезная девка. Идиотка. Чудовище.

У Хи смотрела на Вон Чхоля так, словно наблюдала за разъяренным слоном по телевизору. Слова Вон Чхоля витали в воздухе, как пыль. Голос, извергающий гнев, был едва различим. Слишком громко, слишком быстро.

Только одно имя из речи Вон Чхоля застряло в голове. У Дже Хёк. Оно вонзилось, как клин, и не исчезало.

***

Гнев Вон Чхоля прервал телефонный звонок.

На экране телефона У Хи высветился знакомый номер. Он не был сохранен, но эти 11 цифр были ей известны. Телефон вибрировал снова и снова: дзинь, дзинь. Кажется, сердце У Хи тоже на мгновение мелко дрогнуло.

Вон Чхоль спросил, кто это, и У Хи ответила: У Дже Хёк. Глаза Вон Чхоля блеснули, как у змеи.

У Хи странным взглядом смотрела на этот номер. Цифры высвечивались на телефоне Сон У Хи, а не Шин У Ён.

По докладу Сок Джу, У Дже Хёк собрал всю информацию о «Шин У Ён». Он прорвал защитную сеть, которую Сок Джу установил для блокировки информации. Сказали, что он наверняка выяснил настоящую личность Сон У Хи. И после этого от него не было никаких вестей.

Каковы намерения мужчины, который звонит вскоре после того, как в прессе появилась статья о помолвке?

Действительно ли он собирается продолжить помолвку, даже зная, кто такая Сон У Хи? Или планирует сорвать планы Вон Чхоля из гнева на Сон У Хи? И допустит ли это группа «Ушин»?

Вон Чхоль велел выяснить намерения У Дже Хёка. Сказал, чтобы, что бы он ни говорил, она утверждала, что всё произошедшее — её личная инициатива. Что она сделала это из ревности к сестре. Велел уладить это дело — хоть переговорами, хоть мольбами о прощении.

Он сказал, что если эта статья правдива, то лагерь председателя Чана получит союзника и сможет сплотиться. Что перед войной за акции такие новости им ни к чему.

Что бы ни болтал Вон Чхоль, его слова по-прежнему не доходили до У Хи. Он требовал взять трубку, но У Хи не брала телефон.

Разъяренный Вон Чхоль широкими шагами подошел к ней и грубо прижал телефон к её уху. Но звонок уже прервался.

Вон Чхоль выругался и замахнулся, чтобы швырнуть телефон об пол, но сдержался. С трудом вернув лицу самообладание, он больно сжал плечи У Хи.

— Приди в себя, У Хи-я. Твоя мать плачет на том свете. Твой отец и Ча Ю Гён, и их прихлебатели обокрали тебя и твою мать, а теперь живут припеваючи и смеются. Осталось совсем немного. Правда, совсем немного. Ты должна дать матери упокоиться с миром.

Вон Чхоль протянул У Хи телефон, и она в итоге взяла его. Под пристальным взглядом Вон Чхоля она набрала номер У Дже Хёка. После трех гудков звонок соединился, и почему-то у неё пересохло во рту. Она на миг заколебалась, как себя назвать.

Имя «Сон У Хи» не срывалось с языка. Как ни смешно, ей хотелось назваться Шин У Ён. Действительно глупо, но, похоже, перед ним она всё еще хотела быть Шин У Ён.

У Хи тихо опустила взгляд. Она напомнила себе о целях, которые, как сказал Вон Чхоль, привели её сюда.

Отомстить за мать. Отобрать компанию у отца. Уничтожить отца и его семью. Отменить помолвку Чан Ха Рин. Соблазнить У Дже Хёка. Взять всю вину за связь с У Дже Хёком на себя. Тем самым разрушить отца и завершить месть за мать...

Список дел кружился в голове мутным вихрем. Казалось, то, что было таким ясным, постоянно ускользает.

Может, это из-за дождя? Или из-за того, что она толком не спала последние дни?

Нет, кажется, это началось не сегодня, а гораздо раньше. Кажется, цель внутри неё помутнела уже давно.

Она не могла вспомнить, когда именно пришла в такое состояние. У Хи снова посмотрела в окно. Глядя на улицу, по-прежнему заливаемую дождем, она с усилием пошевелила губами.

— Это Сон У Хи.

Ответ пришел не сразу. После короткой паузы послышался знакомый звук выдыхаемого дыма.

— У Дже Хёк.

Нагловатый ответ мужчины тоже не был чем-то новым.

— Красивое имя.

— …….

— И зачем Сон У Хи мне звонит?

Он оставался всё таким же смешным и странным мужчиной. Хотя сам позвонил первым.

— …Я хотела встретиться.

Однако сейчас она была в таком положении, что приходилось ему подыгрывать. Два глаза Мён Вон Чхоля сверлили её сверху вниз.

— Есть разговор при встрече.

— А я не особо хочу слушать.

— …….

Она на мгновение потеряла дар речи. Тогда зачем он ей звонил? Молчание затянулось, и он усмехнулся. Смешок, услышанный спустя долгое время, пощекотал ухо. Ш-ш-ш, казалось, где-то очень далеко шумит дождь.

— Шучу. Я в последнее время занят. Перед помолвкой столько всего нужно подготовить. Если хочешь поздравить с помолвкой, давай по телефону.

— …Я не отниму много времени.

— Его у меня и так уже много отняли.

— Я буду ждать.

— Ну давай, зря потратишь время.

— Я буду ждать на первом этаже отеля S, пока вы не придете.

Мужчина на мгновение замолчал, а затем коротко хохотнул.

— Вы же помните то место, где я ждала У Дже Хёк-сси раньше?

— …….

— Я буду ждать, пока вы не придете, как тогда. Поэтому я надеюсь, что вы придете.

— …….

— У Дже Хёк-сси.

— Скучно, У Ён-а.

Голос, мгновенно ставший ледяным, растекся в груди У Хи чернильным пятном.

— Я же говорил, что мне надоедают одни и те же паттерны.

— …….

— Я скину адрес, приезжай туда.

Словно ему действительно стало скучно, мужчина произнес это монотонным тоном, похожим на приказ.

— Приезжай и умоляй.

— …….

— И лучше бы тебе приползти, только так у меня, может быть, поднимется настроение.

На этом звонок оборвался.