Глава 1111: Повторное появление Формации Мечей

Они двое немедленно открыли свои глаза после того, как барьер света был разрушен Хань Ли. Оба они направили свое внимание вверх и были явно удивлены видом Хань Ли, который предстал перед ними.

В то же время зелено-желтый барьер света опустился над ними двоими. Даже несмотря на то, что он был гораздо меньше прежнего пятицветного барьера света, его все же было достаточно, чтобы охватить их обоих. В центре барьера света медленно вращалась полупрозрачная вышитая ткань.

Этот барьер света выпускался тканью.

— «Как это можешь быть ты?» — на морщинистом лице старухи запечатлелось недоверие.

Монах в серой рясе также носил подобное выражение лица.

Хань Ли посмотрел вниз на новый барьер света и вышитую ткань внизу, когда слабая улыбка появилась на его лице.

— «Похоже, вы двое потратили немало усилий на это; подумать только, что вы использовали сокровище, чтобы скрыть свое присутствие. Цок-цок! То-то я гадал, почему был не в состоянии разглядеть обычную технику иллюзии своими Духовными Глазами Ясного Взора; оказывается, вы двое прятались здесь, вынашивая заговор все это время. Я действительно восхищаюсь вами двоими за вашу мудрость!» — Хань Ли выражал восхищение своими словами, но выражение его лица говорило об обратном, когда холодный взгляд появился в его глазах.

Монах в серой рясе наконец сумел взять себя в руки и произнес буддийскую молитву, прежде чем сказать:

— «Как и ожидалось, ты действительно очень могущественен, Даос Хань; даже остальные три даоса были не в состоянии захватить тебя. Говоря об этом, где остальные трое? Они покинули пещеру?»

Монах бросил свой взгляд вокруг пещеры, пока говорил, и намек на тревогу зародился в его сердце при обнаружении того, что Мастера Арктического Дракона и двух других культиваторов нигде не было видно. Он явно не думал, что Хань Ли будет иметь хоть какой-то шанс быть способным убить их троих в одиночку.

Хань Ли сузил свои глаза и покачал головой, затем кивнул головой. В конце концов он испустил долгий вздох, но воздержался от того, чтобы сказать что-либо.

Два человека внизу были довольно озадачены.

Старуха потеряла свое терпение первой и свирепо уставилась вверх на Хань Ли, когда проворчала:

— «Хм, почему ты разыгрываешь это загадочное представление, даос? Если Мастер и остальные двое уже покинули пещеру, то нам троим придется пробивать себе путь наружу тоже. Иначе мы окажемся в ловушке, как только они призовут сюда больше культиваторов из Дворца Северной Ночи».

— «Вам нет нужды беспокоиться о них; все трое погибли от моих рук. Вообще-то Мастер оставил мне Зарождающуюся Душу. Не хотите ли вы двое увидеть его в последний раз, прежде чем я отправлю вас в путь тоже?» — спросил Хань Ли холодно.

Старуха изначально была ошеломлена словами Хань Ли, прежде чем яростное выражение появилось на её лице, когда она спросила:

— «Ты победил Мастера?! Это невозможно! И что ты имеешь в виду под отправкой нас в путь?»

— «Ничего особенного. Я не знаю, какие отношения связывают вас двоих, и какие намерения вы вынашиваете, и я не могу утруждать себя размышлениями об этих вещах сейчас. Однако что я точно знаю, так это то, что вы двое оставили меня здесь сражаться с культиваторами Дворца Северной Ночи, но сами строили заговор против меня в процессе. Это все, что мне нужно знать. Я не выношу ничего больше, чем быть использованным другими. Кроме того, я не хочу, чтобы кто-то еще узнал, что у меня есть Божественные Духовные Сокровища, так что вам двоим нужно исчезнуть из этого мира». — голос Хань Ли был абсолютно неумолим, и казалось, будто он уже объявлял об их смерти, а не высказывал угрозы. Сказав все это, он закрыл свои глаза и проигнорировал их двоих, прежде чем сделать ручную печать, читая заклинание тихим голосом.

Монах в серой рясе и старуха оба почувствовали колебания духовной Ци неподалеку, и они поспешно огляделись в недоумении.

В нескольких сотнях футов бесчисленные вспышки золотого света появились, после чего пряди золотых нитей, тонких как волос, начали возникать наружу. Они вспыхивали и двигались без всякого порядка и причины, но все они сходились к центру. Они делали это совершенно беззвучно, создавая крайне жуткое и своеобразное зрелище.

Старуха осмотрелась, прежде чем воскликнуть:

— «Это формация мечей!»

Сердце монаха в серой рясе екнуло, и он попытался подавить свой шок и подозрения относительно смерти Мастера, когда закричал:

— «Я думаю, здесь произошло недоразумение, Брат Хань, мы двоё не питаем к тебе никакого злого умысла. Бесчисленные культиваторы Дворца находятся снаружи Залов Духовной Пустоты прямо сейчас. Если они не увидят Мастера, выходящего из этого места, ты не сможешь уйти. Что нам следует делать сейчас, так это объединить силы для борьбы с нашим общим врагом. Что касается Божественных Духовных Сокровищ, мы можем принести кровавые клятвы, чтобы сохранить это дело в тайне».

Хань Ли усмехнулся в ответ:

— «В этом нет необходимости. Мертвые люди гораздо более надежны, когда дело доходит до конфиденциальности!»

— «Не трать свои слова, Брат Мо Цзю. Посмотри на сокровища позади него; с теми вещами, поддерживающими его, нет никакого способа, которым он решит уступить нам». — старуха холодно усмехнулась, перевернув свою руку, чтобы явить свой желтый посох.

Монах запнулся, услышав это, и только тогда он переключил свое внимание на человекоподобную марионетку и пять скелетов позади Хань Ли, после чего выражение его лица слегка изменилось.

— «Что это за вещи? И кто тот человек?» — спросил монах.

Старуха передала свой голос монаху, сказав:

— «Те скелеты, скорее всего, легендарные Неразлучные Пять Дьяволов. Что касается того человека, я его тоже не узнаю. Скорее всего, ему удалось застать Мастера врасплох и убить его, используя те вещи. Оставив того другого человека пока в стороне, если те пять скелетов действительно являются Пятью Дьяволами, которые когда-то принадлежали Старому Дьяволу Цяню, то даже если мы объединим силы, мы не будем им соперниками. Единственный способ для нас победить — это завершить эту битву как можно быстрее, убив этого отродья Хана. Те вещи не смогут представлять угрозы для нас, как только он будет мертв. На данный момент давай сосредоточимся на прорыве сквозь эту формацию мечей в первую очередь. Иначе мы окажемся в большой беде, как только те Дьяволы будут выпущены на нас. К счастью, буддийские техники могут несколько ослабить Дьяволов. Как только Дьяволы нанесут удар, тебе придется быть тем, кто сдержит их. Если все остальное потерпит неудачу, мы используем ту вещь, которую приготовили для Мастера, на нем».

Монах вздохнул, передав свой голос в ответ:

— «Я полагаю, у нас нет иного выбора, кроме как сделать это. Этот человек не использует искусство культивации с атрибутом льда, однако, так что та вещь будет значительно менее эффективна против него».

— «Ничего не поделаешь. К счастью, он не культиватор Поздней стадии Зарождающейся Души. Даже если мы не сможем убить его, для нас будет простым делом нанести ему тяжелые раны. Мы действительно просчитались на этот раз. Мы получили новости заранее, что этот мальчишка очень могущественен и сравним по боевой доблести с культиватором Поздней стадии, но я все же не думала, что с ним будет так трудно иметь дело. Я думала, что он сможет истощить Мастера, прежде чем мы ворвемся, чтобы нанести смертельный удар, но кто бы мог подумать, что он убьет Мастера и останется в значительной степени невредимым? Если бы я знала, что это произойдет, я бы держалась подальше от этого дела», — старуха проворчала горьким голосом.

— «Слишком поздно думать об этих вещах сейчас. Если мы сможем использовать ту вещь в обмен на Божественное Духовное Сокровище и Неразлучных Пяти Дьяволов, это было бы вполне выгодной сделкой для нас». — монах также оставил любые попытки попытаться умилостивить Хань Ли. Он посмотрел вокруг на золотые нити, сходящиеся к ним, и выражение его лица также потемнело. В то же время темная и зловещая энергия поднялась от его тела, в полном контрасте с доброжелательным фасадом, который он выставлял ранее.

Старуха все еще ворчала себе под нос, но она также бросилась в бой. Она подбросила свой посох в воздух, и блестящий желтый свет вырвался наружу, внутри которого желтый похожий на лошадь монстр со злобными клыками материализовался внутри.

Монстр закружился в воздухе по воле старухи, прежде чем резко открыть свою пасть, извергнув бесчисленные полосы желтого света, которые устремились в определенном направлении.

Полосы света были бесчисленными миниатюрными золотыми мечами, каждый из которых был примерно размером с человеческую ладонь. Все они мерцали светом и казались чрезвычайно острыми.

Тем временем монах соединил свои руки вместе, прежде чем снова разделить их, после чего шар серебряного света появился в каждой из его рук. Он швырнул шары света в воздух, и они резко расширились, достигнув размеров тележных колес в мгновение ока, прежде чем устремиться в том же направлении.

Хань Ли уже снова открыл свои Духовные Глаза, пока стоял в воздухе, и выражение его лица оставалось спокойным при виде приближающихся атак. Он смотрел, как миниатюрные желтые мечи и два серебряных колеса врезались в золотые нити в быстрой последовательности, только чтобы быть превращенными в металлолом в мгновение ока, прежде чем с грохотом повалиться на землю.

— «Что это за формация мечей? Как она может быть такой злобной?!» — и старуха, и монах сделали резкий вдох в унисон. Они посмотрели друг на друга, чтобы обнаружить свое собственное шокированное испуганное выражение лица, отраженное на лице другого.

Однако они, конечно, не собирались просто сдаваться. Старуха перевернула свою ладонь, и синий прямоугольный кирпичеподобное древнее сокровище появилось в её руке. Она прочитала какое-то заклинание, прежде чем швырнуть кирпич по воздуху, после чего он резко раздулся до размеров павильона в мгновение ока. Затем он полетел вдаль с сокрушительной силой среди вспышки пронзительного синего света.

То же самое произошло снова.

Золотые нити в воздухе вспыхнули в унисон, и сокровище было мгновенно разрезано на бесчисленные куски, исчезнув вдали подобно синему фейерверку.

Эмоции старухи наконец взяли верх над ней при виде этого, и она воскликнула:

— «Невозможно! Мой Кирпич Синего Золота очищен из Сущности Синего Золота, и он почти неразрушим! Как он мог быть уничтожен так легко?»

Брови монаха в серой рясе нахмурились, когда он издал низкий крик, прежде чем резко указать на неприметного похожего на мышь духовного зверя.

Серый свет внезапно начал течь по поверхности тела духовного зверя, и его живот раздулся до невероятных размеров. В мгновение ока он увеличился в несколько раз по сравнению со своим первоначальным размером, прежде чем открыл свою заостренную маленькую пасть среди глухого хлопка.

Вспышка серых звуковых волн, которые были видимы невооруженным глазом, бурно вырвалась из пасти духовного зверя, создавая бушующую бурную волну, когда она устремилась к золотым нитям.

Способность монаха быстро думать под давлением была полностью продемонстрирована. Видя, что сокровища с материальной субстанцией были не в состоянии пробиться сквозь эту формацию мечей, он немедленно подумал о запуске бесплотной атаки для бомбардировки формации.

Однако в Искусстве Меча Лазурной Сущности заявлялось, что как только человек освоит Формацию Золотых Мечей, он будет непобедим в человеческом мире. Это утверждение было слегка склонно к стороне преувеличения, и только половина формации мечей была установлена здесь, но это все еще определенно не было чем-то, что обычный взрыв звуковых волн мог разрушить./1/

Серые звуковые волны врезались в золотые нити, заставив последние слегка задрожать. Однако блестящий золотой свет затем вырвался, сойдясь для формирования массивного золотого меча длиной примерно 10 футов.

/3,5 метра/

Меч нанес удар по серым звуковым волнам подобно молнии, мгновенно сокрушив последние с легкостью.

Золотой меч затем вернулся обратно к форме прядей золотых нитей, прежде чем продолжить сходиться к своим двум целям. Казалось, будто ничто никогда не поражало их, и их кажущаяся непобедимой мощь поражала чувством отчаяния.

/1/ - подумать только, а ведь Ли Хуаюань отдал мантру меча, чтобы выполнить свой долг как учителя и благодарить гг за спи.женные травы, и чтобы тот отстал от него