Стоял ясный тёплый день.

На небе светило яркое солнце, однако под сенью неухоженного леса царил полумрак. Изредка в кронах деревьев перекликались невидимые с земли птицы.

Тишина и неизвестность нагоняли страх.

Внезапно затрещали ветки, и из густых кустов на небольшую полянку выбрался молодой парень с мечом в руке. Он с недовольной гримасой осмотрел оружие, покрытое вонючей слизью, и принялся старательно вытирать клинок о траву, бормоча:

— Вот чёрт… Теперь я понимаю, почему никто не хочет брать такие задания. Эх, сполоснуться бы.

Закончив с мечом, он осмотрел себя, заметил зловонные разводы на кожаной куртке и уныло уронил плечи.

Парень выполнял задание по истреблению расплодившихся магических существ, внешне похожих на жаб. Благодаря мастерскому владению мечом и магией, он справился с работой без особого труда и собрался возвращаться домой.

— И зачем только подписался? Надо было сидеть и ждать следующего вызова. Нет же, размяться захотелось. Купился на то, что обернусь за день. Балда! — ругался он сквозь зубы, шлёпая по мокрой траве.

Конечно, жабообразные твари не представляли для него собой особой угрозы, но их слизь и телесные выделения «благоухали» так, что хоть вешайся. Благо обоняние уже немного притупилось.

«Не, в таком виде возвращаться нельзя, а то даже знакомые привратники не захотят иметь со мной дело».

Да и репутация умелого искателя приключений, заслуженная кровью и потом, могла рухнуть на самое дно.

Парня звали Дейл Реки. Основные приметы: чёрные волосы с несколькими русыми прядками, длинная куртка из кожи магического зверя, магическое устройство в форме наруча на левой руке.

Дейлу недавно исполнилось восемнадцать лет, и по законам этой страны, Лабанда, он стал взрослым мужчиной, но на его родине совершеннолетие отмечали в пятнадцать. Парень уже три года зарабатывал на жизнь работой авантюриста и весьма неплохо преуспел на этом поприще. Настолько, что его практически сразу заприметили наверху.

Коллеги-авантюристы сперва подтрунивали над ним из-за возраста, но потом увидели его в деле и зауважали.

— О вода, именем своим приказываю, ответь на мой зов. Поиск воды, — проговорил заклинание Дейл, ощутил отклик неподалёку, свернул на звериную тропу и, пробравшись сквозь заросли, увидел ручей.

«Ну хоть в чём-то повезло», — обрадовался он, тут же скинул куртку и прополоскал её. Благодаря наложенным чарам, кожа мгновенно стала чистой, а водоотталкивающие свойства не дали ей промокнуть насквозь.

Повесив куртку на ближайший сук, Дейл снова осмотрел себя и подумал: «Нет, простирну всё и искупаюсь. Чтобы наверняка».

Сняв порезостойкую кофту и штаны, он тщательно промыл их, потом окунулся сам, вылез на берег, развёл костёр, расстелил рядом с ним одежду, уселся на куртку и, насадив рыбу, которую случайно выловил из ручья, на импровизированные вертела из палочек, принялся жарить её.

Парень действовал спокойно и неторопливо — знал, что местное зверьё обломает об него зубы, — но в одном исподнем есть не рискнул, поэтому оделся, как только всё высохло.

А тут и рыба подоспела.

Внезапно позади Дейла раздался шорох.

«Наверное, какая-нибудь зверюшка на запах явилась», — догадался парень, обернулся и замер.

На него из куста смотрел маленький ребёнок.

«Почему я заметил его только сейчас? Да и откуда здесь, в диком лесу, ребёнок? Насколько я помню, в округе деревень нет… Стоп, это у него на голове что, рога? Демон? Во попал…»

Среди семи народов демоны считались самыми сильными, но в то же время необщительными и агрессивными. От остальных их отличали рога на голове.

«От них одни проблемы. Убить? Это было бы быстрее всего, — подумал Дейл, взял лежавший рядом меч и… отпустил рукоять. — Не, ну его. Весь кровью забрызгаюсь. Зря мылся, что ли?»

Ребёнок смотрел на него серыми глазами. Казалось, он вот-вот заплачет.

Приказав себе не принимать скоропалительных решений, Дейл отложил оружие, внимательно осмотрел ребёнка и понял, что его смутило с самого начала: отломанный у самого основания рог.

«Серьёзно? Метка преступника?»

Когда-то давно знакомый авантюрист рассказывал ему о традициях демонов. «Рога — это символ их народа. Они считаются священными. Преступнику ломают рог и выгоняют из клана», — говорил он.

«Этот ребёнок слишком маленький для злодея, — продолжил рассуждать Дейл. — Нет, конечно, демоны живут намного дольше людей, нельзя их мерить нашими стандартами. Но этой мелюзге от силы лет пять-шесть. Он ещё не дорос до самостоятельных поступков».

В этот момент он заметил, что демонёнок посмотрел на костёр, вспомнил о рыбе и торопливо достал её из огня.

«Подгорело немного, — прищёлкнул он языком, неосознанно покачал вертелом и обнаружил, что ребёнок неотрывно следит за ним. — У-у-у, не могу есть, когда в рот смотрят! Такое чувство, будто я хвастаюсь, типа “бе-бе-бе, у меня есть рыба, а у тебя нет”».

— Будешь? — невольно спросил он и тут же отругал себя:

«Какой “будешь”?! Дейл, ты что, совсем с катушек слетел? Зачем ты кормишь этого демона?»

Ребёнок склонил голову набок и проговорил:

– ***? ***, ****?

— М? Чего? — в свою очередь удивился Дейл.

Маленький демон говорил быстро и непонятно, но слова показались знакомыми.

Пошарив в памяти, парень вспомнил ещё кое-что из рассказа товарища.

— Вроде, он говорил, что… демоны разговаривают на языке заклинаний? Да, точно! — Он стукнул кулаком по ладони.

Заклинанием называется словесная формула, вызывающая сверхъестественные феномены — магию. Колдовать умеют далеко не все, но демоны понимают язык заклинаний и свободно разговаривают на нём. Можно сказать, это их расовая особенность. Поэтому их считают прирождёнными магами.

— Хм, тогда... Подойти сюда, желать это?

Дейл выбрал наиболее подходящие по смыслу слова и просто перечислил их, не зная синтаксиса языка заклинаний, но демонёнок, похоже, понял его, потому что заметно расслабился и выбрался из кустов.

Парень обомлел. Но не только потому, что ребёнок без тени сомнения подошёл к незнакомцу.

Он страшно исхудал — ходячий скелет в рваных тряпках, некогда бывших платьем.

«Мне даже меч не нужен, я двумя пальцами сверну ему шею. Он же истощён до предела!.. Хотя почему “он”? Может, “она”? Опять же платье, да и голосок тоненький… В любом случае, мне с трудом верится, чтобы демоны бросили своего ребёнка умирать в лесу».

Демоны жили обособленно и не любили контактировать с внешним миром, но внутри своего общества поддерживали крепкие дружеские отношения, поэтому изгнание считалось суровым наказанием.

К тому же у них, как и у всех народов-долгожителей, была низкая рождаемость. Детей ценили, холили и лелеяли.

— Давай, ешь… А, ты же не понимаешь меня, — вздохнул Дейл и протянул вертел. Он не знал, как на языке заклинаний будет «угощайся».

Девочка изучающе посмотрела на него и спросила:

– ******?

— Ешь, не бойся, — подбадривающе кивнул Дейл.

Малышка взяла рыбу, попробовала небольшой кусочек, потом откусила ещё один и вскоре съела её целиком.

«Жуёт совсем как маленький зверёк, — усмехнулся парень. — Ну ладно, с грехом пополам общение наладилось. Надо бы узнать, она одна тут или с кем-то».

Дождавшись, когда девочка закончит, он заговорил:

— М-м... Ты быть вместе страж?

Демонёнок внимательно выслушала его и медленно ответила:

– ***, ************, ****. ************, ********.

— Так… Вместе, быть, отрицание? Зверь, отогнать?

«Пока ничего не понятно, но, похоже, это что-то очень грустное, вон как она приуныла».

Подумав, девочка взяла Дейла за руку и куда-то повела.

Шагая следом за ней, парень думал: «Да что со мной такое? Сначала позвал, потом накормил… Но это ладно. Дальше-то что делать?»

Внезапно девочка остановилась и неуверенно посмотрела на него.

— Что? Впереди?

Она покачала головой, ткнула пальцем вперёд и сказала:

– ***********.

— Снова зверь? И отрицание?

«Интересно, что она хочет сказать?»

Дейл сделал несколько шагов и, резко остановившись, громко охнул.

Даже он, опытный искатель приключений, дрогнул и на мгновение отвёл взгляд от того, что когда-то было живым существом.

«Это демон… был демон. Оба рога на месте. Судя по их форме, мужчина. Отец, наверное. Не захотел бросать изгнанную дочь и ушёл вместе с ней, — заключил Дейл. — Достойный поступок».

Звери успели хорошенько обглодать тело, поэтому парень не мог определить время и причину смерти.

«Может, они его и загрызли. А может, он умер от чего-то другого. Ну, теперь я хотя бы примерно понимаю, что означали все эти звери и отрицания. Это было что-то вроде последнего наставления. “Когда я умру, уходи. Скоро здесь будут звери. Ты ещё маленькая, не справишься с ними одна”. Или типа того. А дочка послушалась. Только она не ушла, а осталась в лесу и как-то выживала, пока я не нашёл её».

— А-а, чёрт! Теперь и я не могу бросить её! — застонал Дейл и яростно взъерошил волосы на затылке.

Немного поразмыслив, он присел, коснулся земли и заговорил:

— О твердь земная, именем своим приказываю, внемли моему желанию и преобразись. Трансформация земли.

Появилась глубокая яма.

Подошедшая девочка, видимо, признала заклинание и вопросительно посмотрела на парня. Тот пояснил:

— Похороню его хотя бы. Похороню, понимаешь? М-м… Предать земля мертвец.

Малышка повторила про себя его слова и кивнула.

Дейл засомневался, стоит ли показывать ей обезображенное тело, но, видимо, она изредка приходила сюда и видела отца в таком состоянии, потому что не испугалась и не заплакала.

«Надо бы обыскать его. Вдруг найду вещи или документы, которые расскажут, кто они такие. Ну, и хорошо бы оставить ей какое-нибудь напоминание об отце. Кольцо там или амулет», — решил парень, но ничего не обнаружил.

Тогда он взял труп, положил его в яму и засыпал другим заклинанием.

— *****, — проговорила девочка, наблюдая за ним.

— Благодаришь? Эх, было бы за что.

Третье заклинание сотворило большой белоснежный камень. Гладкий, без имени или гравировки, но для вырытой на скорую руку могилы в самый раз.

— Хм... Ну, такова судьба, полагаю, — вздохнул Дейл и повернулся к девочке. — Моё имя — Дейл. Твоё имя?

Она посмотрела на него, недоумённо моргнула и ответила:

— Латина.

— Латина, значит? Латина, ты и я вместе идти?

Девочка удивилась ещё больше, но всё-таки кивнула.

Дейл ещё раз критически осмотрел её и покачал головой.

Рваные тряпки вместо одежды, на ногах разваливающиеся ботиночки, большой серебряный браслет, принадлежавший явно взрослому.

«И как только она умудрилась выжить? Хорошо, что сейчас тёплый сезон. Ну ладно, в любом случае, пора в город. Только… вряд ли она дойдёт сама. Устала ведь».

— Хм, если ты пойдёшь пешком, мы не успеем до захода солнца, — задумчиво проговорил Дейл. — Видимо, выбора нет.

Он наклонился и взял Латину на руки. Девочка выпучила и без того большие глаза, но брыкаться не стала, лишь повозилась немного, устраиваясь поудобнее.

— Да ты как пушинка! — невольно выпалил Дейл. — Нет, с тобой явно не всё в порядке.

Несмотря на ужасные мысли об убийстве, он, вообще говоря, был добрым малым и, решив позаботиться о маленькой демонице, не мог не беспокоиться о ней.

— Вещей у тебя, конечно, никаких. Ладно, тогда пошли.

Прочитав ещё одно заклинание, он сориентировался на местности и быстро зашагал к городу.

†Сейчас Дейл жил в городе под названием Кройц[1]. Сверху он выглядел как скособоченный крест, за что и получил своё название.

Кройц считался вторым по важности городом Лабанда. Он стоял на тракте, соединяющим порт со столицей. Каждый день через него проходили десятки караванов, карет и дилижансов. Вырученные благодаря им средства поступали в городскую казну, способствуя развитию и процветанию Кройца. Часть денег выплачивалась авантюристам за выполнение заданий по истреблению магических существ, во множестве населявших окрестные леса.

Так что торговцев и путешественников здесь очень уважали.

Город окружала высокая толстая стена, миновать которую можно было через одни из четырёх врат, ориентированных по сторонам света.

Дейл по обыкновению направился к южным вратам.

Немолодой стражник, его знакомый, заметил парня и недоумённо нахмурился.

— За двоих, — сказал Дейл, оплачивая проход.

— За двоих? Где ты взял этого ребёнка? Да ещё и демона, — спросил привратник, внимательно разглядывая Латину и машинально пересчитывая монеты.

— В лесу нашёл. Её отец погиб. Ничего, если я присмотрю за ней?

— Ну, тебе можно. Ты, как всегда, в «Танцующем оцелоте»?

— Ага.

— Ладушки, — кивнул привратник, пропустил их с Латиной и повернулся к следующему путнику.

«Ну вот, и никаких проблем», — удовлетворённо подумал Дейл.

Он знал о своей хорошей репутации среди местных.

В южной части Кройца располагались жилые дома простых людей и заведения, ориентированные на путешественников.

Дейл проводил большую часть времени именно здесь. Он практически не посещал элитный западный район и северный холм — обитель аристократов, зато заглядывал в восточные кварталы, занятые рынками, магазинами и ремесленными мастерскими.

В Лабанде главным богом Радужного пантеона считали Ахмара, поэтому красный цвет находился в почёте. И если стены зданий пестрели всевозможными красками, то практически все крыши полыхали багрянцем.

Так жители оказывали Ахмару своё почтение и просили благословить их кров.

Близился закат.

Кройц кипел. Одни спешили домой, другие искали ночлег в трактирах и постоялых дворах, третьи тратили дневную выручку на еду и выпивку, четвёртые торговали с проезжими, пятые делали что-то ещё… Короче говоря, чем тут только не занимались.

Раскрасневшаяся от восторга Латина вертелась на руках у Дейла и без всякого стеснения рассматривала всё, что попадалось ей на глаза. Иногда она заметно удивлялась — видимо, замечала что-то такое, чего не было у неё на родине.

— Сегодня город… — начал Дейл, но вспомнил, что Латина его не понимает, и прервался.

– ***, Дейл?

— М-да, прямо беда с этим языковым барьером.

«Надо научить её западноконтинентальному языку, как-никак он самый распространённый среди людей», — решил он.

Пройдя ещё немного по знакомой улице, парень остановился перед таверной «Танцующий оцелот», отличительными чертами которой были металлическая вывеска, изображавшая оцелота в причудливой позе, и флаг с крылатым конём на зелёном луге.

Пройдя через ворота, Дейл обогнул здание и прошёл через чёрный вход на кухню, где у плиты хлопотал крупный небритый мужчина в самом расцвете сил.

— Здоро́во, Кеннет.

— И тебе не хворать. Вернулся, Дейл? — откликнулся мужчина, повернулся со сковородой в руке и нахмурился. — А это ещё кто?

— Если в двух словах, подобрал. Все детали потом.

— В смысле «подобрал»? Это же тебе не кошка, — сокрушённо вздохнул Кеннет, красиво раскладывая еду на тарелке.

На первый взгляд он мог показаться мягким и покладистым человеком, но завсегдатаи «Оцелота» знали, что ещё совсем недавно Кеннет зарабатывал на жизнь, выполняя задания по убийству магических существ, а его любимым оружием был здоровенный боевой топор.

— Помыться можно?

— Да без вопросов.

Получив разрешение, Дейл вернулся на задний двор, открыл дверь в небольшую постройку рядом с чёрным входом и вошёл в помещение, выложенное каменной плиткой, с ванной у дальней стены. Её парень и наполнил горячей водой, направив через руку поток энергии в огненное и водяное магические устройства.

Эти приспособления здорово облегчали жизнь, поставляя воду и нагревая её, однако простые люди в большинстве своём не могли позволить себе такую роскошь, поэтому предпочитали общественные бани, раскиданные по всему Кройцу.

Владельцы «Танцующего оцелота» раскошелились, потому что искатели приключений — их основная клиентура — часто возвращались с заданий страшно грязными и вонючими, каким был и Дейл пару часов назад.

Латина внимательно наблюдала за его манипуляциями. Судя по всему, она впервые видела необычное устройство.

Парень снял куртку, наруч, меч и сложил их вместе с другими своими вещами в углу, а затем позвал девочку, подкрепив слова жестом:

— Латина, подойти.

Она послушалась.

Дейл попытался раздеть её, и Латина впервые за время их знакомства попыталась сопротивляться. Но парень переборол её и кое-как стянул платье.

— Ага. Всё-таки девчонка, — пробормотал он, перенёс Латину в ванну и ополоснул её.

Вода тотчас почернела. Сменив её, Дейл вспенил мыло и принялся оттирать сальные, спутавшиеся до состояния верёвок волосы. Затем вымыл тело, снова наполнил ванну чистой водой и во второй раз помыл девочке голову.

И…

«Секундочку… Мне кажется, или она очень красивая девочка?»

Отмытые волосы засеребрились, как самая настоящая платина, а рог засверкал, точно чёрный драгоценный камень.

«Это сейчас Латина исхудала так, что рёбра торчат, а на лице одни глаза остались. Вот отъестся, поправится и станет миленькой-премиленькой! — подумал Дейл, вспомнив о стойкости демонов. — Чёрт! Мне всё меньше и меньше хочется расставаться с ней! Ведь обязательно найдётся какой-нибудь педофил, который наложит на неё свои лапы. И никто Латине не поможет, ведь демоны отрекаются от однорогих собратьев… Нет, раз уж я взялся, надо идти до конца!..»

— Ну и, Дейл, что ты натворил? — вырвал его из раздумий чей-то голос.

Парень обернулся и увидел в дверях заднего входа в таверну молодую черноволосую женщину. Это была Рита, жена Кеннета. Она помогала мужу управлять «Танцующим оцелотом».

— Незаконный ребёнок? — спросила она, наблюдая, как Дейл моет маленькую девочку.

— С чего вдруг? Когда бы я успел? — буркнул тот. — Я нашёл её в лесу. Вместе с трупом отца.

Рита внимательно осмотрела Латину, обратила внимание на рог и худобу, а потом заметила изорванные платье и ботинки на полу.

— Она что, в этом ходила? Надеюсь, ты не собираешься вновь надевать на неё эти тряпки?

— Блин, забыл.

Дейл зациклился на отмывании и об одежде как-то не подумал.

— Я сейчас.

Рита развернулась и убежала в таверну.

– Дейл, *****?

— М? Сейчас, вопрос... А, спрашиваешь, кто это была? Рита, здешняя хозяйка.

— Рита? — переспросила Латина, склонив голову набок.

— Да, Рита.

Пока они разговаривали, женщина вернулась с целым ворохом вещей.

— Ты даже полотенце не взял! Вот, держи. А здесь моя старая одежда… хотя она, наверное, будет великовата. Ну и бельё, конечно!

— Да, извини. Спасибо, Рита. Э-э… — замялся Дейл, взяв пару белья.

— Чего кривишься? Не смотри, что оно такое простое. Оно ни разу не надёванное, с иголочки. Поношенное я бы давать не стала, — заявила Рита.

Таким уж она была человеком. Вернее, ей пришлось стать такой, чтобы содержать таверну для авантюристов.

Дейл вытащил Латину из ванны, обернул мягким полотенцем и принялся старательно вытирать.

— Дейл, Рита? — спросила девочка, указав на неё.

— Да, верно.

— Рита, Латина. — Она ткнула пальцем в себя и поклонилась.

— Какая молодец! И здороваться умеет!

Рита наклонилась к ней и широко улыбнулась. Она любила детей и, насколько знал Дейл, хотела поскорее завести своего.

— Рита, Латина понимает только язык демонов.

— Правда? Как же ты разговариваешь с ней?

— Выбираю подходящие слова из заклинаний. Язык-то один.

— М-м. Что думаешь с ней делать?

— Прежде всего проверю вашу Доску объявлений Акдара.

Латина с начала и до конца оделась сама, то есть как минимум ухаживать за собой она умела.

«Хорошо, что она не изнеженная принцесса, а то не выжила бы в суровом лесу», — мимоходом подумал Дейл, собирая свои вещи.

Когда Латина закончила, он взял её на руки — подходящей обуви у Риты не нашлось, — снова миновал заднюю дверь и через кухню вышел в основной зал.

Солнце ещё не село, поэтому посетителей было не очень много, и Кеннет справлялся один. Самый ажиотаж начинался утром и после заката.

Дейл сел с угла стойки, как раз напротив Риты.

— Говори, что забивать, — сказала она.

— Имя — Латина. Народ — демоны. Давай посмотрим, может, её разыскивают родственники или стражи порядка.

— Справедливо, — кивнула Рита, коснулась Доски объявлений Акдара, установленной с внутренней стороны стойки, и произнесла. — Лауха сэггель ёнади.

Волшебная пластина озарилась зеленоватым свечением.

Рита смотрела прямо на неё, но мысленно блуждала в необозримой дали, собирая нужные сведения.

— Совпадений нет. Сейчас я попробую ещё и внешность пробить.

— Да, будь добра.

Кстати, самым важным предметом в «Танцующем оцелоте» была именно Доска объявлений Акдара.

Зелёный бог повелевал знаниями и защищал путешественников.

Его храмы были местами накопления и обработки самой разной информации, а благословение даровало жрецам и монахам несоизмеримо более сильную магию передачи сведений.

Священнослужители не имели права утаивать знания друг от друга. «Информационное равенство» — вот каким был их девиз.

Часть накопленных сведений передавалась городам. Сюда входили, в основном, главные новости мира, новые научные открытия, изобретения. Но первое место занимали преступления.

Государственные границы мешали стражам порядка и солдатам гоняться за злодеями, и тогда в ход вступала единая информационная сеть, где размещали приметы негодяя и награду за его поимку. К слову, многие авантюристы промышляли отловом нарушителей закона.

Также храмы Акдара собирали запросы горожан на массовое уничтожение магических существ.

Точками доступа к всемирной сети служили Доски объявлений Акдара, так называемые терминалы, установленные в заведениях, обозначенных флагом Зелёного бога — крылатым конём на зелёном луге.

Возникал закономерный вопрос: почему терминалы стоят не в храмах, а в тавернах наподобие «Танцующего оцелота»?

На этот счёт существовала одна теория. Священнослужители Акдара слыли чудаками, посвятившими свою жизнь накоплению знаний. Чтобы не отвлекаться на вопросы прихожан, они создали Доски и отдали их посторонним людям. Тогда горожане и искатели приключений покинули храмы, и воцарились долгожданные тишина и покой.

Так что «Танцующий оцелот» не только предлагал стол и кров, но и выполнял роль посредника между работодателями и авантюристами.

— Нет, ничего, — в конце концов сказала Рита.

— Значит, серьёзных преступлений она не совершала. Родственники её не ищут. Видимо, тот труп действительно принадлежал её отцу.

Неизвестно, понимала ли Латина, что разговор идёт о ней, или нет.

Она увлечённо крутилась на коленях у Дейла, осматривая убранство таверны. Искатели приключений — суровые могучие мужчины — тоже с любопытством посматривали на неё. Когда их взгляды встречались, девочка вопросительно склоняла голову набок.

Немного погодя её живот забурчал, привлекая внимание Дейла и Риты. Латина схватилась за него и смущённо опустила голову.

— Ты чего, Латина?

— Наверное, почувствовала наши запахи и проголодалась, — засмеялась Рита и крикнула мужу: — Кеннет, один обед для девочки! Что-нибудь полегче!

— И мне заодно, — попросил Дейл и переместился из-за стойки за стол. Для Латины он оказался слишком высоким. Пришлось искать подставку.

Наконец, когда все проблемы остались позади, парень подвинул стул и сел рядом с девочкой.

— Итак, Дейл, что теперь? — спросила Рита.

Дейл немного подумал и поделился своими соображениями, настраиваясь на одно очень непростое решение:

— Я пригляжу за Латиной. Она не человек, нашего языка не знает. В приют отдавать не стану, там вечно денег нет, да и житья ей там не дадут, заклюют.

Он прекрасно знал, что воспитание детей может стать ужасной морокой. И всё же…

— Я заменю ей отца.

†Латина изумлённо округлила глаза, когда Рита поставила перед ней небольшие тарелочки с сырно-молочным ризотто[2], над которым поднимался пар, и супом с копчёным мясом и фигурно нарезанными овощами.

— А не мало будет? — засомневался Дейл, получив порцию, размерами в несколько раз превосходящую скромный ужин Латины и вдобавок увенчанную большой сосиской.

— Не дури. Она ещё маленькая, куда ей много. Ты же не хочешь, чтобы у неё расстроился желудок? — возразила Рита и с широкой улыбкой протянула девочке ложку.

Самого Дейла, да и остальных посетителей тоже, она обслуживала куда менее приветливо.

– Дейл, **********? — озабоченно проговорила Латина.

Судя по всему, она собиралась спрашивать разрешение на каждый чих.

— Да-да, ешь, — кивнул парень.

Девочка зачерпнула полную ложку ризотто, положила её в рот и… часто-часто задышала. Видимо, не ожидала, что будет настолько горячо.

— Рита, воды!

— Оу, обожглась?

На вторую ложку Латина уже дула изо всех сил.

Дейл по-доброму засмеялся, да и Рита весело прищурилась.

Проглотив ризотто, Латина просияла. Очевидно, ей понравилось.

— Вкусно, значит? Вот и хорошо.

Парень приступил к ужину и тоже повеселел.

«Невероятно! Это самая обычная еда, но сегодня она кажется в два, нет, в три раза вкуснее! — с удивлением отметил он. — Вот что значит подходящая компания».

Девочка посмотрела на него и радостно засмеялась. Впервые за всё время их знакомства.

— Да, Латина, ешь вволю. Хочешь кусочек сосиски?

— Сказала же, не перекармливай её! — воскликнула Рита, поставив воду на стол, и огрела Дейла по голове подносом.

Латина от неожиданности округлила глаза.

— Ей нужны калории!

— Но не за один раз! Будет есть понемногу, но часто! Кеннет! Сделай Латине несколько маленьких порций!

— А чего как готовить, так сразу я… Ну ладно, — недовольно откликнулся Кеннет, но никто не обратил на него внимания.

Девочка ела понемногу, поэтому справилась со своей порцией намного позже Дейла. Подгадав момент, Рита вынесла ей блюдце с фруктами в ещё тёплом сахарном сиропе — экспромт от шеф-повара специально для маленькой посетительницы.

— Кто бы мог подумать, что Кеннет, этот громила, души не чает в детях, — хмыкнул парень.

Латина снова взглянула на него и, получив разрешение, попробовала десерт. Её серые глаза засверкали от наслаждения.

Ей очень понравилось. И неудивительно: в лесу ей в лучшем случае приходилось питаться кореньями и ягодами, но никак не сладостями.

— Вот и славно, — проговорил Дейл.

— Ну как? Вкусно? — спросила Рита, обслужив других клиентов и вернувшись к ним.

В ответ девочка лучезарно улыбнулась ей. Казалось, в зале появилось маленькое солнце, осветившее даже самые дальние уголки таверны.

«Надо как можно быстрее научить её языку, пока какой-нибудь извращенец не сманил её едой!.. Как это сделал я», — подумал Дейл, сжав под столом руку в кулак.

Доев фрукты, Латина зачарованно уставилась в пустое блюдце, наслаждаясь послевкусием.

Дейл погладил её по голове. От неожиданности девочка вздрогнула, но тут же вернулась в реальность и успокоилась.

— Испугалась? Прости. Сегодня был насыщенный день, ты наверняка устала.

Латина склонила голову набок, ловя каждое слово и будто бы пытаясь постичь их суть.

«Она очень наблюдательная, — подметил Дейл. — Ну, и доверчивая тоже, этого не отнять».

Парень встал из-за стола и взял девочку на руки. Она робко обхватила его шею, показывая, что полагается на него.

«Ого, уже прогресс! Плюс так удобнее держать и идти».

Дейл подошёл к стойке.

— Рита, я к себе. Уложу Латину спать.

— Хорошо. Спокойной ночи, Латина.

Малышка широко улыбнулась ей. Видимо, уже поняла, что Дейл и Рита не желают ей зла.

«Понемногу привыкает к нам…»

Дейл смутился, ощутив захлестнувшую его волну нежности. Он и сам изменился: ещё вчера эта малышка не вызвала бы у него таких чувств.

Обогнув стойку, он вернулся на кухню и, проходя мимо трудящегося в поте лица Кеннета, сказал:

— Кеннет, Латине понравились твои фрукты.

— Супер, — ответил тот, не оборачиваясь.

Затем Дейл поднялся по лестнице в дальней части кухни, где хранились продукты, миновал второй этаж и оказался на чердаке, заставленном самыми разными вещами, в основном — товарами для авантюристов. За ними скрывалось небольшое обжитое пространство с низковатым потолком — его временное жилище.

Раньше на чердаке жила Рита, но потом она вышла замуж за Кеннета и переехала вниз, а комнату решила сдавать. Дейл регулярно вносил плату и не имел привычки красть всё, что плохо лежит, поэтому молодая пара не имела к нему никаких претензий.

Дейл взялся за воспитание Латины ещё и потому, что сам имел крышу над головой. Он родился в далёких краях, но из-за характера работы был вынужден надолго остановиться в Кройце. Чтобы не переезжать из трактира в трактир, парень обратился за помощью к давнему другу, Кеннету, и получил в своё распоряжение сносный уголок.

Толстый ковёр, стол с шкафом у окна, кровать и большой сундук — вот и всё убранство. Скромно для горожанина и практически роскошно для путешественника.

Дейл поставил Латину на пол.

— Немного ждать это место, — сказал он. Получив в ответ уверенный кивок, спустился в зал за плащом и остальными вещами и, вернувшись обратно, застал девочку за осмотром комнаты. Именно осмотром. Латина с любопытством разглядывала его вещи, но ничего не трогала.

«Не помню, каким я был в её годы, но по сравнению с нынешней детворой Латина ведёт себя намного благоразумнее».

Дейл предусмотрительно разулся. Он привёз ковёр из родных земель, поэтому не хотел пачкать его. Тем более, у него дома люди сидели не на стульях, а прямо на полу.

Он повесил плащ рядом с сундуком, по привычке сложил оружие на шкаф, расставил по местам остальные принадлежности, затем открыл окно, впуская свежий воздух, и снял порезостойкую кофту и толстые штаны.

— Латина, иди сюда.

Девочка правильно истолковала его манящий жест и приблизилась.

Дейл взял её и перенёс на кровать. Обычно он ложился позднее, но все искатели приключений обладали одним важным качеством — умели засыпать в любое время.

«А вдруг Латина не захочет ложиться со мной? Что тогда? — забеспокоился парень, но малышка послушно свернулась в клубочек, точно котёнок, и сразу засопела. — И правда вымоталась. Хотя да, сначала лес, потом новый шумный город, незнакомые люди, непонятный язык… Я бы тоже с ног валился».

Он погладил её по голове, испытывая удивительное спокойствие. Удивительное потому, что, вроде, совсем недавно стал приёмным отцом, а уже так привязался к обретённой дочурке.

«Кто знает, может, мне и понравится новая жизнь», — хмыкнул он и уснул…

Но ненадолго. Очень скоро бледная Латина разбудила его стуком крошечных кулачков.

Первым делом она попросила научить её слову «туалет».

И стоит отметить, что достоинство она сохранила.

Примечания переводчика:

1. Kreuz (нем.) — крест.

2. Итальянское рисовое блюдо.