Когда Уильям и Элла приблизились поместью, они заметили вдалеке роскошную карету. Он никогда не видел такой кареты в Лонте, поэтому предположил, что к ним приехали гости из-за границы.

Рядом с каретой стояло существо шестиметрового роста. У этого зверя были голова и крылья орла, а тело льва. Уильяму было очень легко опознать это существо, пришедшее из мифов и легенд.

"Грифон", - пробормотал Уильям, когда Элла остановилась перед зверем, чтобы получше его рассмотреть.

Ангорская коза подняла голову и уставилась на грифона. Грифон уставился в ответ. Уильям увидел презрение в его гордых и острых глазах. Как будто они оба были простыми насекомыми, проползающими мимо и не заслуживали его внимания.

"Пойдем, мама, - сказал Уильям, поглаживая шею Эллы - это просто птичка-переросток".

"Мееее."

"Это не птица, мама. Это птенчик".

//birb - слэнг, умилительное от слова bird (может лучше переводить как Бёрб(а)?)

"Мееее?"

"Птенчик - это то, что ты называешь птицей, у которой подростковый кризис самоопределения".

Коза еще раз посмотрела на грифона, прежде чем кивнуть головой. Она согласилась с Уильямом, что это существо было не птицей, а птенчиком. Поскольку это была птица, ей не нужно было пытаться понять, почему у нее ноги, а не когти.

Очевидно, у этой птицы был подростковый кризис самоопределения.

Коза с жалостью посмотрела на грифона и пошла в сторону их дома.

"Мееее".

"Я согласен, мама. Эта птичка действительно жалкая".

Грифон был очень умным существом. Естественно, он понял разговор Уильяма и Эллы, и это его очень разозлило. Если бы не тот факт, что он был привязан к повозке, он бы уже растоптал двух насекомых, осмелившихся смотреть на него жалостливыми глазами.

С переполненным гневом брюхом грифон издал оглушительный вопль, но Уильям и Элла не удосужились даже взглянуть на него. Их больше интересовало, кто их гость. Поскольку они ехали в такой удивительной карете, запряженной грифоном, их личность наверняка не была обычной.

"Дедушка, я вернулся!" - крикнул Уильям, открывая дверь.

"Мееееее!" - Элла также объявила о своем прибытии, что заставило тех, кто в данный момент сидел в гостиной, удивленно посмотреть на них.

На диване сидели три человека, а за ними стояли четверо. Все трое были одеты в элегантную одежду, а четверо мужчин стояли позади них в легких доспехах.

Джеймс, Мордред и Анна сидели напротив этих гостей. Уильям заметил, что выражение лица его деда действительно было не очень хорошим. Он чувствовал едва сдерживаемый гнев, который грозил взорваться в любой момент.

"Уильям, пожалуйста, присаживайся, - сказала Анна с улыбкой, - эти гости приехали из Герцогства Гриффит".

Тон Анны был вежливым, но Уильям не почувствовал в ее голосе ни малейшего подобия уважения. Как будто его тетя относилась к этим людям не как к гостям, а как к вредителям, пришедшим на их территорию.

Мордред прочистил горло и представил гостей одного за другим.

"Эта леди - герцогиня Гриффит, леди Агата, - с улыбкой сказал Мордред, - а эта прекрасная девушка - ее дочь, Леди Ребекка".

Затем он перевел взгляд на прекрасную женщину, одетую в элегантную светло-голубую мантию. Ее холодные черты лица и леденящий взгляд заставили бы любого опустить голову в знак покорности.

"Эта леди - одна из старейшин Туманной Секты, леди Элеонора, - Мордред улыбнулся, - они приехали издалека, чтобы увидеть тебя, Уильям".

"О?" - Уильям поднял бровь и оценил гостей одного за другим.

У герцогини Гриффит были длинные светло-каштановые волосы и зеленые глаза. Ее можно было бы назвать красавицей, но явное недовольство на ее лице заставило Уильяма вспомнить старую ведьму, которая хочет угостить маленьких детей отравленными яблоками.

А вот ее дочь, Ребекка, напротив, заставила Уильяма смягчить взгляд. Хотя он не был полностью уверен, он догадался, что ее возраст почти такой же, как и его. Ее короткие светло-коричневые волосы, едва достигавшие плеч, выглядели гладкими, как шелк.

У нее были такие же светло-зеленые глаза, как у ее матери, но по сравнению со старой каргой ее глаза были яркими и ясными. Ее милые и очаровательные губы были сжаты в улыбке, которая делала ее и без того красивое лицо очень очаровательным.

Уильям вздохнул, глядя на кукольную девушку перед собой. Он не сомневался, что если бы он был лоликонщиком, то уже запер бы ее в своей комнате и обращался с ней как с домашним животным.

Что касается холодной красавицы, которая пристально смотрела на него, Уильям не удостоил ее и второго взгляда. Хотя она была красива, мальчик мог сказать, что она была воплощением плохих новостей.

"Доброго дня всем вам, - поприветствовал Уильям с улыбкой, - меня зовут Уильям фон Эйнсворт, сокращенно Уилл, и я самый красивый десятилетний мальчик на Центральном континенте. Осмелюсь сказать, что красивее меня вы никого не найдете. Что касается других мальчиков на континенте..."

Уильям скривил губы в презрении: "Все они могут бороться только за второе место".

После бесстыдного заявления Уильяма в комнате внезапно воцарилась тишина. Даже хмурая старая карга и холодная красавица смотрели на Уильяма с ошарашенными лицами. Это заставило ухмылку на лице Уильяма расшириться. Очевидно, он был очень доволен этим результатом.

Тишину внезапно нарушил громкий смех Джеймса.

"Хахаха! Как и ожидалось от моего внука! - Джеймс хлопнул в ладоши. Гнев, который он копил в себе, полностью испарился в воздухе, а его глаза превратились в полумесяцы. - Достойно для Эйнсвортов!"

Уильям вскинул волосы и сверкнул ослепительной улыбкой. Он также сделал маленькой кукле выражение "я знаю, что нравлюсь тебе".

Поскольку он только что пришел с пастбища, одежда Уильяма была грязной. Его лицо было пыльным, а рыжие волосы - в беспорядке. Несмотря на это, его зеленые глаза, ясные, как изумруды, заставили маленькую куклу Ребекку приподнять бровь в знак признательности.

"Этого должно быть достаточно для первого впечатления, - размышлял Уильям, - если я не ошибаюсь, эта малышка должна стать моей невестой. Как и ожидалось от дедушки, он действительно проделал хорошую работу".

Ребекка пришлась Уильяму по вкусу, и он в сердцах дал девушке два больших пальца вверх. Мальчик знал, что еще через несколько лет эта маленькая куколка вырастет и станет выдающейся красавицей. Жениться на такой, как она, было бы неплохой идеей, как считал Уильям.

Однако не успел он даже представить себе свое розовое будущее, как старая карга открыла рот и прервала мечтания Уильяма.

"Раз уж вы уже здесь, давайте сразу перейдем к делу, - сказала Агата насмешливым тоном, - мы пришли сюда, чтобы расторгнуть брачный договор между моей дочерью и этим недостойным грязным мальчишкой!"