— М-м… мм…

Амю зашевелилась, тихо простонав.

— А, ты очнулась?

— Где я?.. Что со мной произошло?

Она приподнялась и взглянула на меня — я сидел, опираясь спиной о стену.

— Увы, мы всё ещё внутри подземелья. Ты потеряла сознание после атаки хобгоблина.

— …Вспомнила. Почему я… проиграла такому слабому монстру…

Амю коснулась крови, запекшейся в волосах, и поморщилась. Затем стала ощупывать голову, на лице — изумление.

— Подожди… а где рана?

— Я её залечил.

— Ты умеешь лечить?.. То есть, ты и магию исцеления тоже используешь?

Она перевела взгляд на тела гоблинов, разбросанные в глубине коридора.

— Это тоже твоих рук дело?

— Ну да.

Многоножка, конечно, всё изрядно изгадила, но зато сожрала монстров даже далеко в глубине — теперь тут, по крайней мере, на время безопасно.

— Ты кто вообще?.. Мне, конечно, странно это говорить, но ты… не совсем нормальный, разве что…

Амю снова резко прижала руку к виску, лицо исказилось от боли.

— Всё в порядке?.. Это что, у тебя хроническое заболевание?

С зажмуренными глазами она покачала головой.

— Есть предположения, что это может быть?

И снова — отрицательный жест.

Я достал хитага́ту.

Если это болезнь — помочь не смогу. Но я только недавно перенёс её раны на хитагату, и слишком уж быстро снова проявились симптомы. Это… подозрительно.

Возможно, дело в другом.

Я разместил хитага́ту, сложил пальцы в знак.

— …А?

— Ну как? Полегчало?

— Д-да…

Амю осторожно поднялась, чувствуя себя заметно лучше.

— Что ты сделал?

— Поставил защитный барьер. Пока ты внутри него, проклятие не подействует.

— Проклятие?..

— Ага. Когда у тебя впервые появились симптомы?

— Примерно месяц назад. Сначала была просто лёгкая духота… потом всё чаще начала болеть голова…

— Месяц назад… значит, после поступления.

— Но… я не думаю, что это проклятие. Я ведь тоже заподозрила это и пыталась найти метку, но ничего не обнаружила — ни на теле, ни где бы то ни было.

— Есть места, которые самой не проверить.

— …

— Я ж не говорю: «покажи», не волнуйся.

— …Хорошо. Посмотришь сейчас? Тогда всё и прояснится.

— Э?

— Просто отвернись, ладно?

Я послушно отвернулся. Послышался шорох ткани — звук одежды.

Я молчал, ожидая.

— …Можешь смотреть.

Обернувшись, я увидел её спину — белую, обнажённую. Она стояла ко мне спиной, но через плечо глядела с серьёзным лицом.

— Ну?.. Тут холодно, так что побыстрее, ладно?

Как она и просила, я внимательно осмотрел: от шеи под волосами до спины, затем — ниже, к бёдрам, ногам… Ни следа проклятия.

— …Нет. Ничего.

— Вот. Я же говорила. Ну всё, повернись ещё раз.

Я вновь отвернулся. Снова — лёгкий шорох. Послышался звук, будто она села рядом.

Когда я взглянул, она уже была одета, сидела, прислонившись к стене, как ни в чём не бывало… но лицо у неё было слегка покрасневшее.

— Я ведь говорила — никакого проклятия.

Голос её дрожал… совсем чуть-чуть. Может, всё это время она тоже боялась?

Но мне всё же нужно сказать.

— Нет… полностью исключить нельзя. Иногда метку делают почти незаметной — например, в цвет кожи, или очень маленькой… Её можно просто не разглядеть.

— Не говори, что хочешь посмотреть ещё раз!?

— Да нет же!.. Я лишь говорю, что способов скрыть метку — море. На коже головы, в горле, в ушных проходах или… в других местах. Исключить всё невозможно.

— Тогда зачем я вообще раздевалась?..

— Ну…

— И вообще! Я ведь даже не помню, чтобы кто-то на меня проклятие накладывал! К тому же, на уроке Кален-сэнсэй говорила, что проклятие можно наложить только при личной встрече. Разве это не исключает всё?

— Если ты была уверена, то зачем тогда… разделась?

— …!!
Заткнись, а то прибью!

— Прости уж…

«Вот уж отыгрывается…»

— В любом случае, пока барьер действует, это всё же похоже на проклятие. И вообще… на самом деле его можно наложить и на расстоянии.

— Это знание из архива рода Лампружов?

— Примерно так.

— Понятно… То есть теперь мне придётся всё время сидеть внутри твоего барьера?

— Не обязательно. Если у проклятия есть лазейки, то и у проклятого — тоже… Можно взять у тебя прядь волос? Будет даже лучше если будет и кровь.

Амю выдернула прядь с запёкшейся кровью и протянула мне.

Я привязал её к хитага́те, поверх написал магические знаки и произнёс заклинание.

Готово.

— Вот. Пока у тебя эта хитага́та, она будет служить тебе защитой — принимать проклятие на себя.

Амю с сомнением уставилась на неё.

— Правда работает?

— Работает. Но это одноразовая защита. После нескольких воздействий она сгорит.

— Тогда…

— Сделаю новую, если потребуется. Но, надеюсь, к тому времени мы уже разберёмся. Я помогу.

— П-понятно…

Наступила пауза. Потом Амю вдруг поднялась.

— …Пойдём. Если этого больше не повторится — я смогу сражаться в полную силу.

Она сделала шаг… и в этот момент я взял её за руку.

***

---

Примечание переводчика

Раньше имя Амю переводили как Аму. Это ошибка машинного перевода.

В оригинале у неё имя アミュ - читается как Амю. В ромадзи - Amyu.

Семья Сейки, главного героя - Лампруж