— Я тоже! — я потянулся и притянул её к себе.

Оказавшись ближе, моя жена села мне на колени. Я лениво гладил её спину, но когда мои пальцы коснулись застёжки её бюстгальтера, на ум пришло нечто совсем не расслабленное. Я принялся двигать пальцами под ремешками её лифчика и запускать их под футболку.

— Знаешь, в эти дни я вроде как джентльмен без определённых занятий. Думаю, женщина, на которой я женился, это поймёт.

— Вот как ты себя зовёшь? — фыркнула на это Мэрилин. — Джентльмен без определённых занятий? А как насчёт «безработный»?

— А если «самозанятый»? — парировал я.

— И к чему это?

Я потянул за ремешки её бюстгальтера и игриво щёлкнул ими.

— Ну, я просто подумал, что жена джентльмена без определённых занятий должна пытаться делать своего мужа счастливым.

— Счастливым? — со смехом спросила она. — У тебя есть конкретные мысли?

— Ну, я думаю, ты сама должна проявить творческий подход, — поддразнил я, щёлкнув ремешками снова.

Она засмеялась ещё сильнее:

— Твоя сестра права, ты и правда полон дерьма! — Мэрилин села прямо и стянула с себя майку, а затем быстро расстегнула бюстгальтер. Я улыбнулся ей. — Это ты имел в виду? — спросила она.

Положив руку ей на грудь и обхватив её, я начал щёлкать большим пальцем по её соску.

— Ну, это, определённо, начало!

Я помог Мэрилин раздеться, затем она вернула мне эту услугу, и мы занялись любовью в моём кресле – я лежал на спине, откинувшись так, как только мог, а Мэрилин лежала сверху. Кресла La-Z-Boy имеют действительно хорошую гарантию, и мы никак не могли быть единственными, кто так делал, но если случится что плохое – расследование стало бы чертовски горячим.

Затем мы там и остались, голые, в объятиях друг друга, отдыхающие перед вторым заходом, пока Чарли продолжал спать. Мэрилин засмеялась и сказала:

— Ты знаешь, может, мне стоит подать на развод и отсудить половину твоих денег. Тогда я смогла бы завести себе подростка-любовника, как сексуальную игрушку для удовлетворения моих потребностей!

— Думаю, я и сам пока что в состоянии позаботиться о твоих потребностях, — ответил я.

— Ты шутишь? Я же смогу позволить себе двух подростков!

— Я удовлетворю все твои подробности до единой! — мы принялись бороться в кресле, и в итоге упали на пол, и я оказался сверху, более энергичным, чем в кресле.

Затем мы обнялись, и я, дразня, шлёпнул её по заду.

В этот момент Чарли решил заявить о себе. Я застонал, и Мэрилин поднялась на ноги. Мы оделись, и она ушла, чтобы позаботиться о нашем сыне. Я последовал за ней, а затем продолжил путь до нашей спальни. Там я разделся и наскоро принял душ, а потом надел шорты и цветастую рубашку. Стиль коммандо шёл мне. Также я порылся в шкафу, нашёл там простое платьице для Мэрилин и бросил его на кровать.

Спустившись вниз, я увидел, как Мэрилин снимает с Чарли подгузник и надевает новый.

— Папочка принял душ, — сказала она ему. — Теперь папочка поиграет с тобой, пока душ будет принимать мамочка!

Я усмехнулся и взял его у неё.

— Да, мамочка пахнет ужасно, ей нужно помыться. Мамочка воняет!

— А те подростки-игрушки не будут смеяться над мамочкой! — ответила Мэрилин.

— Я слишком устал, чтобы готовить. Хочешь, закажу пиццу?

— Звучит хорошо!

Я кивнул и покачал Чарли, а затем Мэрилин направилась в нашу комнату, я же отнёс его через гостиную на кухню. Усадив малыша на стульчик, я схватил телефонную книгу и, промотав до жёлтых страниц, нашёл пиццерию с доставкой на дом.

Мэрилин вернулась, когда я повесил трубку, одетая в халат, но босиком. Она обняла меня и сказала:

— Может, я всё же оставлю тебя где-нибудь под рукой.

— Отличная идея. Вина? — я вытащил из мини-бара под стойкой бутылочку кьянти и поднёс ей к ней.

— Звучит хорошо! — она взяла Чарли на себя, а я выудил пару бокалов и открыл вино.

Поглядев на Мэрилин, я заметил сквозь тонкий хлопок платья отсутствие трусиков. Это предвещало хорошее продолжение.

Мы бездельничали, пока не прибыла пицца. Мэрилин вручила мне блокнот и ручку и заставила с ней обходить дом и записывать всё, что нужно было сделать или купить для дома. С чем-то я был согласен, вроде кучи книжных полок (у меня было множество книг!), а что-то меня не волновало, вроде идеи разрисовать стены в комнатах (ненавижу разрисовку стен и обои). К тому времени, как пицца прибыла, я гадал, не понадобится ли мне второй блокнот.

Пока мы ели, я спросил у Мэрилин:

— И куда ты хочешь поехать в отпуск?

— Отпуск? Какой отпуск?

— Я уверен, что говорил тебе – после переезда мы отдохнём. Ну, мы переехали. Давай планировать отпуск.

— Я думала, ты просто шутишь.

— Я никогда не шучу насчёт безделья! — ответил я.

Она дважды глянула на меня, когда я сказал это, но затем спросила:

— Ну и что же у тебя на уме?

— Давай скинем Бустера на твоих родителей на недельку или две, и отправимся куда-нибудь, только ты и я. Ты скажешь мне, куда, и я так и сделаю!

Мэрилин была не слишком изобретательна с идеями каникул, поэтому я подкинул парочку. Стояло начало марта, и весь Мэриленд не был таким холодным и снежным, как север штата Нью-Йорк, где ещё стояла зима (по крайней мере, конец зимы). Отпуск на Юге был бы идеальным выбором.

— Как насчёт Багам? — спросил я.

Мэрилин поморгала и с любопытством глянула на меня.

— Я не знаю. Как там?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Я никогда там не был. Давай выясним это.

— Вот так запросто?

— Конечно, а почему нет?

— В смысле, просто поедем?

— Ну, может, сначала найдём туристическое агентство, — ответил я.

— Когда? — она улыбнулась и покачала головой. — Я поверить не могу, что мы можем просто взять и поехать куда-нибудь.

— Привыкай к этому. Это – то, чем занимаемся мы, джентльмены без определённых занятий. Только не забывай, чего мы хотим от женщин всей своей жизни.

Мэрилин фыркнула и засмеялась.

— Просто убедись, что в твоей жизни есть лишь одна женщина!

Я поднял свой бокал с кьянти.

— Старинный английский тост. «За наших жён и наших любовниц – и за надежду, что они никогда не встретятся!».

— Ну держись, умник! — улыбнулась Мэрилин. — Когда я в следующий раз увижу твою юридическую банду – спрошу их о разводе в Мэриленде!

Я позвонил Андреа и назначил визит на участок на Маунт-Кармел-роуд на понедельник. К тому времени, как Чарли снова поправится и сможет выходить, Мэрилин должна увидеть, что я имею в виду. Я также сходил с ней в бакалею, и мы накупили продуктов, и там же я купил ей пару книг по домашнему дизайну. У меня была пара идей, но ей тоже нужно было подумать. Остаток выходных мы провели, дурачась дома и строя планы.

В понедельник мы поехали на Маунт-Кармел-роуд и встретился с Андреа. Как я и подозревал, Мэрилин место понравилось так же, как и мне.

— Насколько участок большой? — взбудоражено спросила она.

Андреа поглядела на бумаги в своих руках, листая их через перчатки. Ночью было слегка снежно – должно быть, последний снегопад в сезоне, и погода стояла зябкая. Чарли был с нами, но он спал, и мы оставили его в машине, не выключая двигатель.

— Размеры – 25.24 акра. Это чуть меньше 1000 футов там, на Маунт-Кармел, и чуть за 1100 здесь, где мы припарковались.

— А почему участок доступен?

Я поглядел на свою жену и пожал плечами.

— Хороший вопрос, - мы оба повернулись к Андреа.

— Прошлый владелец был фермером, но после его смерти ни один из сыновей не захотел пойти по его стопам. Один из них живёт в Балтиморе, другой переехал куда-то на запад. Изначальная ферма была разделена, одна сторона здесь, а другая – большая – на другой стороне Маунт-Кармел-роуд. Фермер оттуда, — она указала на восток, — купил половину через дорогу, оставив этот участок.

— И что тот фермер выращивал? — спросил я, гадая о своих будущих соседях.

— Не уверена, — призналась Андреа. — Кажется, сладкую кукурузу.

Она повернулась и указала на холм.

— Если я что-то в этом понимаю, то там есть немного яблонь.

Я поглядел туда, куда она показывала, и увидел там яблони, выглядящие на зимнем ветру голыми и корявыми.

— Берём! — усмехнулся я Мэрилин. — Тебе нужно научиться делать яблочные пироги!

— Я уже знаю, как делать яблочные пироги, и ты знаешь это, — с улыбкой ответила она.

Я повернулся к риелтору:

— Ладно, выглядит вполне удовлетворительно. Я внесу взнос сегодня, но он должен будет зависеть от нескольких частей. Когда проводились замеры этого участка?

— Прошлым летом, когда участок делился, — кивнула Андреа. — Итог актуален. Что ещё?

— Я собираюсь провести тест на просачивание грунта. Я не куплю участок, пока не узнаю, что земля пригодна и её удобрение и септик не будут стоить дороже её самой, — я знал, что здесь мы вдали от муниципальных водопровода и канализации – нам нужно было всё сделать самим.

Андреа кивнула, но уже медленнее.

— Я могу сделать это, но не думаю, что владельцы будут платить за это сами.

— Ну, нам всё равно нужно сделать это. Сомневаюсь, что это будет проблемой. Не думаю, что здесь кто-нибудь слышал о проблемах с дренажем, но кто знает. Я переведу вам достаточно денег для теста. Вы можете это устроить?

— Что это ещё за тест на просачивание грунта? – вмешалась Мэрилин.

После 30 с лишним лет в строительстве я знал о них всё, но отец Мэрилин никогда не пояснял эти детали свои дочерям – только сыновьям.

— Это короткий тест на перколяцию. Он проверяет почву для септический системы.

— Он нужен вам, чтобы спроектировать септическую систему. Здесь нет канализационных линий, — ответила Андреа.

— Ну а что это такое?

Мне понадобилась пара секунд, чтобы понять, но затем я кивнул.

— Ох, это на самом деле просто. Ты роешь дыру в грязи и спускаешь вниз ведро с водой, а затем засекаешь время, за которое вода впиталась. Если она не впиталась, а держится там, как в бассейне – тест провален, тебе нужен очень дорогой септик. А если впитывается быстро – всё шикарно.

— И здесь...

— Должно быть, хорошо, — пожал я плечами. — Мэрилендские фермы славятся вовсе не своей глиной. В основном это песочные и суглинистые смеси, думаю, — я поглядел на Андреа. — Хотите заполнить документы здесь или проедем в офис?

— Мы можем сесть в мою машину. Я могу устроить тест, но не могу обещать, что продавцы не добавят его стоимость.

Я лишь отмахнулся. Я не собирался цепляться за стоимость теста и не собирался покупать участок, не сделав его. Мы проверили Чарли (он всё ещё счастливо посапывал), а затем забрались в машину Андреа и заполнили документы. Она обещала разобраться с ними за месяц или два. Юридической работой будет заниматься Джон Стейнер. Наконец, мы пожали руки и разошлись по машинам. Я хотел ещё немного осмотреть участок, а Андреа – вернуться в свой офис.

— Один последний вопрос. Просто из любопытства, какой аэропорт отсюда ближе, Филли или БВИ?

— Они оба не так уж далеко, — улыбнулась она. — До Филли, наверное, часа два езды, а БВТ и того ближе, может, в часе. А что?

— Просто пытаюсь сообразить. Мы, вероятно, захотим попутешествовать, а с моей больной ногой летать лучше, чем ездить, — пояснил я.

— Ну, может, вам удастся найти рейсы с питанием из Вестминстера.

«А?»

— Вестминстера?

Она указала на запад, в сторону Хэмпстеда и Вестминстера.

— Ага, может, минутах в двадцати по этой дороге. Там есть маленький региональный аэропорт. В основном маленькие кукурузники и несколько корпоративных самолётов, но, может, вам удастся найти стыковочные рейсы из БВИ.

— И правда! Я понятия не имел, что здесь есть аэропорт! Это всё сильно упрощает, — я повернулся к Мэрилин. — Хочешь сходить на разведку?

— Нет. Ты можешь идти, а я хочу отвезти Чарли домой и заняться ужином, — именно в этот момент, как по команде, до меня донёсся из машины плач и шум нашего сына.

— Ладно. Позаботься о нём. А я хочу ещё немного оглядеться тут, — я повернулся обратно к Андреа. — Андреа, спасибо вам за всё. Всю документацию и отчёты получайте у Джона. Мы с Мэрилин собираемся уехать из города на пару недель, но я буду периодически проверять всё через Джона, — мы снова пожали руки.

Я оставил Мэрилин с Чарли и побрёл по полю. Немного обойдя его, я попытался представить себе расположение дома, и даже подошёл к яблоням. Когда я вернулся к машине, то улыбался.

— Рад? — спросила Мэрилин.

— Рад! — улыбнулся я в ответ. — А разведку я проведу завтра.

Мэрилин хмыкнула и наклонилась через сиденье, чтобы поцеловать меня, а затем мы усадили Чарли в его кресло и направились домой. Там мы ещё немного проглядели книги по планировке, пытаясь продумать дизайн. Я знал, что в итоге мы всё равно изменим планы, но не полностью.

Во вторник утром я поцеловал свою семью и поехал прямым курсом в Вестминстер. Я нашёл адрес в телефонной книге, но и только. Я решил, что уж аэропорт я как-то смогу разыскать. Ехать от нашего нового адреса пришлось почти 45 минут, но, как и сказала Андреа – от участка было вдвое ближе.

Я нашёл его достаточно легко – по крайней мере, после того, как остановился на местной заправке и спросил направление. В аэропорту была одна полоса в милю длиной для лёгких самолётов и бизнес-джетов, но она была на удивление современной. Табличка возле дверей гласила, что она была обновлена всего пару лет назад, и всё ещё выглядело новым. Предполагалось, что это будет пересадочный аэропорт для БВИ, Балтимор Вашингтон Интернешнл, между Балтимором и Вашингтоном. Но, думаю, в случае пропажи самолёта БВИ этот будет слишком далеко, чтобы послать самолёты на помощь.

Войдя внутрь, я прошёл к информационной стойки. Ко мне тут же подошла заполошенная девочка и спросила:

— Привет, я могу вам помочь?

— Может быть. Здесь есть чартерные компании, или только владельцы частных самолётов? — спросил я её.

— Нет, сэр. То есть, да, сэр! — ответила она. Я с непониманием глянул на неё и стал ждать. — В смысле, да, сэр, здесь есть чартерные самолёты, не только частные.

— Можете показать мне одну из них? — я мужественно держался, чтобы не смеяться над бедной девушкой.

Она указала мне на коридор и дверь на том конце вестибюля.

— Вон там.

— Спасибо, — она поспешила вернуться к другой работе, а я, хихикнув, направился в коридор.

Со смешком повернулись к коридору, я пошёл по нему. И первая же открытая дверь имела табличку «Горячие чартеры», что звучало многообещающе. Заглянув внутрь, я увидел мужчину средних лет, сидящего за столом и глядящим какие-то чарты, в полувоенных рубашке и брюках. Я постучал дверь. Он поднял взгляд:

— Я могу вам помочь?

— Девушка в холле указала сюда и сказала, что чартерные компании находятся здесь, — сказал я. — Но я не уверен, что она знала точно.

— Маленькая милая блондинка, чуть придурковатая?— я кивнул. — Это Бренда. Добрая девочка, но с ветром в голове.

Я ухмыльнулся на такое определение.

— Держу пари, она компенсирует это другими свойствами.

— Я слишком стар и уже женат для этого, — засмеялся он, — но вы правы. Как я могу помочь вам? Вы ищете чартерный самолёт?

— Ага, но я хочу знать, как это работает.

— Ну что ж, присядьте. Я Ллойд Джарретт.

— Карл Бакмэн.

— Итак, Карл, куда вы хотите полететь? — спросил он.

— Ну, для начала я хочу отвезти свою семью в Аттику на пару дней. А затем мы вернёмся, и я хочу полететь на Багамы. Это возможно?

— Нет проблем, — кивнул он. — Только скажите, когда.

— Так как это работает, Ллойд? В последние пару лет мои полёты проходили одним образом – Армия заставляла меня забраться на борт, а ВВС заставляли меня прыгать вниз, пока мы не спустились.

— Десант? — засмеялся Ллойд. Я осклабился и склонил голову в знак согласия. — Я знаю, что это такое. У меня есть пара приятелей, которые летали на С-130 под крылом Нацгвардии штата Мэриленд и две недели в году проводят в Поупе. Вы вполне могли летать вместе с ними.

Ллойд выглядел по-военному – коренастый, с короткой армейской стрижкой.

— Может, и так. Ну а вы? — спросил я.

— Я летал для Гвардии на А-10 Warthogs, — покачал он головой.

— Истребитель, — улыбнулся я. — Ну, я хочу слетать в пару мест чартерным рейсом, а не коммерческим, так что ещё раз – как это работает?

— Цена основывается на размере самолёта и расстоянии, обычно мы используем почасовую плату. Обычно в конце полёта вам называется фиксированная плата. Мы принимаем большинство кредитных карт.

«Горячие чартеры» имели микс из разных самолётов, включая Beechcraft King Airs, Learjet 25 и de Havilland Twin Otter для грузовых перевозок. Также через сеть чартерных компаний они имели доступ к более крупным самолётам, включая Gulfstream II и III.

— К вам, как правило, так и приходят такие парни, как я, с вопросами о полёте? — спросил я.

— Не так уж часто, — пожал плечами Ллойд, — но достаточно, чтобы сказать, что вы, определённо, моложе нормы.

— Я сейчас занимаюсь инвестициями, — ответил я, уходя в сторону.

Нет нужды светить мои деньги перед всеми. Я всегда могу прогонять счета через «Бакмэн Гроуп» – я начинал проникаться благодарностью к Джейку-младшему за эту идею.

Ллойд просто кивнул.

— Тем не менее, большая часть нашей работы касается корпоративных поездок или нескольких высококлассных туристических агентств.

А вот это кстати! То, что я припас для себя и Мэрилин, явно потребует туристического агента высокого уровня.

— Каких, например?

Ллойд дал мне несколько имён и номеров туристических агентов, которые работали с ними, а затем отвёл меня на взлётную полосу и показал пару их самолётов. Наконец, я поблагодарил его за уделённое время и взял его карточку. Ллойд был очень полезен; возможно, я мог бы сделать, чтобы турагент использовал его компанию.

Я пообедал в небольшом местечке в Вестминстере, а затем поехал обратно домой. Мэрилин была занята попытками совместить кормление Чарли и стирку, так что я спас её, забрав сына себе. Она считала, что я легко отделался, пока он не вылил на меня свою бутылочку, а остаток отрыгнул сверху. Взяв его, я направился в ванную и, раздев нас обоих, влез вместе с ним под душ. Не могу сказать, понравился ему душ или нет, но он определённо заворожил его! Я вернул его матери, голого и чистого, для переодевания.

— Поверить не могу, что ты взял его в душ! — воскликнула она.

Чарли извивался и лопотал в руках матери, пока она пыталась надеть на него свежий подгузник.

— Эй, мужчина должен делать то, что должен делать мужчина! Для него это естественно! И теперь он никогда не захочет принять ванну.

— Мужчины! — воскликнула она.

Закончив с переодеванием, она усадила его мне на колени.

Я подождал, пока Чарли уснёт, и затем положил его в кроватку. После я взял телефон и начал набирать тех турагентов, которых рекомендовал мне Ллойд. В итоге я назначил встречу с одной из них – Тейлор Хэннити из «Каникул мечты» - завтра днём у нас дома.

Я не был до конца уверен, почему выбрал мисс Хэннити из тех имён, что дал мне Ллойд. Может, потому, что она и глазом не моргнула, когда я попросил её встретиться у меня дома. Остальные два хотели провести встречу в моём или их офисе, и чрезменрно любопытствовали, когда я говорил им, что у меня нет офиса. Мисс Хэннити не промахнулась и просто спросила адрес и время. Может, она была знакома с привычками богатых людей. Или, может, мне стоит выстроить офис для встреч с людьми. Мне следовало это обдумать.

Что, ради всего святого, я делал бы в офисе? Что я должен был в нём делать? Прятаться от Мэрилин? Это не было похоже на продуктивное использование моего времени, даже если бы я хотел быть продуктивным (а у меня было двойственное мнение на этот счёт). Это было больше похоже на валяние дурака.

Тейлор пришла на следующий день в 2 часа пополудни. К тому времени мы провели в таун-хаусе уже две недели, и практически всё там стояло на тех местах, которые мы им избрали. Стены были всё ещё покрыты белой грунтовкой, но это был хорошая грунтовка, выглядевшая как итоговая белая отделка. Я мог бы прожить год с такой, тем более, что в качестве альтернативы Мэрилин запугивала меня росписью и обоями. Если Мэрилин решит, что ей нужно больше красок, то, может, эта идея с офисом и будет стоить свеч!

Когда раздался звонок, я сказал, что открою, и направился к двери. Открыв её, я обнаружил на пороге осветлённую брюнетку лет 30 с лишним, держащую дипломат.

— Привет. Мисс Хэннити?

Ослепительно улыбнувшись, она протянула мне руку:

— Зовите меня Тейлор. Мистер Бакмэн, я полагаю?

Я пожал руку и кивнул.

— А вы зовите меня Карл. Входите, — повернувшись, я крикнул, — Мэрилин, наша гостья здесь.

— Тсссс! — произнесла Мэрилин, подходя ближе. — Я только уложила Чарли. Если ты разбудишь его, он будет возиться ещё несколько часов!

— Сколько ему? — спросила Тейлор.

— На следующей неделе будет 5 месяцев, — ответила моя жена.

— Хороший возраст, — снова улыбнулась Тейлор. — Через год это же место будет выглядеть как зона военных действий. В этом возрасте дети могут раскидывать игрушки быстрее, чем вы сможете их собрать!

— Через год я надеюсь застать эту проблему уже в нашем новом доме, — ответил я.

— О?

— Входите, — кивнул я. — Давайте присядем и поговорим.

Я провёл её в столовую.

— Пожалуйста, присаживайтесь. Могу я предложить вам что-нибудь? Кофе? Чай?

— Кофе был бы очень кстати, спасибо.

Я был бы уверен, что кофе был бы кстати, если бы знал, как его готовить. Но я его не пил, потому и не знал. Мэрилин улыбнулась мне и сказала:

— Я сделаю. Хочешь чая со льдом?

— Пожалуйста.

Она со смехом фыркнула мне, озадачив этим Тейлор, а затем направилась на кухню. Я загадочно улыбнулся Тейлор.

— Я терпеть не могу кофе, и Мэрилин знает это. Я даже не в курсе, как его готовят.

— Ну, я не хотела причинить никаких неудобств...

Я лишь отмахнулся.

— Не волнуйтесь, у неё всегда припасена баночка Мистера Кофе.

— Итак, что же именно вы имели в виду, мистер Бакмэн? Каким вы видите отпуск своей мечты?

— Ну, на ум приходят несколько вещей. Прежде всего, я терпеть не могу коммерческие рейсы. Даже если мы отправимся в те же старые добрые места, что и все остальные, я не хочу целый день прождать в аэропорту. В армии я достаточно «поспешал-и-ожидал», и не намерен заниматься этим снова.

— Это там вы стали хромать? — спросила она.

Мэрилин вернулась, неся две чашки кофе в одной руке и стакан чая со льдом для меня – в другой.

— Сливки или сахар? — спросила она.

— Нет, просто чёрный, благодарю вас.

— А я возьму сахар, — она присела возле меня и спросила, — Что я пропустила?

— Я только спросила, в армии ли повредил ногу ваш муж.

Я криво пожал плечами.

— Я слишком много прыгал с 82-й Воздушной Дивизией. Теперь я занимаюсь инвестициями. Как я уже говорил, здесь мы временно. Мы купили кой-какой участок возле Хэмпстеда и собираемся строить там дом. Я пообещал Мэрилин, что после переезда устрою ей хороший отпуск.

— Звучит довольно весело. Что ж, вы уже знаете, мы можем работать с чартерными рейсами. Какие у вас идеи?

Я поглядел на Мэрилин, а затем пошёл дальше.

— Фактически, две поездки. Первая – к родне жены, в Аттику. Она будет не слишком роскошной, — я повернулся к жене. — Ты вроде говорила, что Чарли нужно крестить, так? Здесь мы даже не заходили в церковь, а вся твоя семья там. Мы сможем взять с собой Сьюзи, провести там уик-энд, макнуть его в купель и оставить с твоей роднёй, пока мы летим в наш отпуска.

— У тебя всё выглядит таким простым! — ответила она.

— Потому что это и правда просто, — гладко вставила Тейлор. — Только дайте мне даты, и я смогу это устроить. Вам нужна машина на месте? Планируете остановиться у семьи, или вам нужна комната? Другие требования?

— Всё как я и говорил, — добавил я. — Единственная причина, почему я хочу лететь – это то, что семь часов машине слишком плохо скажутся на моём колене!

— Ладно, это первая поездка. А что вы думаете насчёт своего отпуска? Это будет поездка только для вас двоих, верно?

— Мы говорили об этом, — кивнул я. — Мы оба не были на Багамах. Однако я не хочу просто остановиться в отеле у пляжа. Я размышлял о чём-нибудь чуть более экзотическом.

— Насколько более экзотичным? — спросили обе женщины одновременно, хотя голос Мэрилин был чуть более подозрительным.

— Ладно, я думал о чём-то вроде частной виллы, у пляжа, но частной. Однако не слишком, так как мы заходим выйти в город, осмотреть достопримечательности или ещё чего. Никаких пустынных островов. Вещи подобного рода возможны?

— Определённо, — кивнула Тейлор. — Один вопрос, насколько роскошно вы хотите отдохнуть и куда хотите отправиться? Пару раз за год наступает популярный сезон, и тогда всё может быть уже занято. На самом деле Багамы – это целая куча островов, хотя кое-где на них есть маленькие взлётные полосы, и частные самолёты могут прилетать и улетать.

— Сколько времени вам понадобится?

— Ну, в идеале – пара недель, но я смогу предоставить вам кой-какие идеи уже через день или два.

Я улыбнулся Мэрилин и кивнул.

— Значит, я на самом деле не такой безумный, как считает моя жена.

— Вовсе уж не такой, — засмеялась Тейлор. — Думаю, я знаю пару мест, которые вам понравятся. Частные, но не слишком. Что-то такое, после чего в вашем загаре не будет белых пятен?

Мэрилин зарделась, но я лишь засмеялся и кивнул.

— Кажется, вы уловили общую идею.

— Если я позвоню вам через два дня – вы сможете назвать дату крестин? Может, у нас выйдет устроить поездку в отпуск через неделю.

— Мы уточним этот момент, и завтра я позвоню вам, — заверил я её.

Мы проводили Тейлор, и я рассмеялся от смущения Мэрилин. Затем я проследовал за ней наверх и продемонстрировал свою технику снятия с неё купальника. Это заняло нас до тех пор, пока Чарли не проснулся

Позже днём я сказал Мэрилин позвонить её маме и договориться с преподобным Петром насчёт крестин. Хэрриет, в свою очередь, позвонила преподобному Петру и узнала, что первая доступная дата – в воскресенье, 4 апреля. Затем я позвонил Сьюзи и договорился, чтобы в этот день она была свободна.

— Думаю, получится. Ты хочешь, чтобы я поехала в Аттику? Мы не можем подождать до лета? — спросила Сьюзи.

— Предоставь это мне. Я дам тебе знать. Просто будь свободна в эти выходные, ладно? — заверил я её.

— Звони своей маме, — повернулся я к Мэрилин. — 4 апреля подходит. Я отправлю Тейлор сообщение.

Было уже больше 5 часов, так что я оставил сообщение на её автоответчике и попросить Мэрилин напомнить мне перезвонить завтра утром.

Тейлор позвонила на следующее утро в 9.30. Мы назвали ей даты, и она сказала, что у неё есть соображения насчёт этих чисел и спросила, прийти ли ей в то же самое время. Мы с Мэрилин согласились, и в 2.00 она снова была у наших дверей.

На этот раз Мэрилин заранее приготовила свежий кофе и выставила на стол сахарницу и кувшинчик сливок. Мне пришлось взглянуть на них дважды. Они были совершенно новыми и оформленными в стиле Тряпичных Энн и Энди.

— Ты шутишь надо мной, верно?

— Они милые! — запротестовала Мэрилин.

— Они омерзительные! — ответил я.

— Вместе с ними в комплекте шли ещё солонка и перечница!

Я пару секунд неподвижно глядел на неё.

— Боже мой! Моя мать была права насчёт тебя!

Мэрилин лишь показала мне язык, издав долгий и громкий звук губами.

Я повернулся к Тейлор.

— Куда бы мы не полетели – посадите меня в Learjet, а её засуньте в одномоторный гондурасский самолётик!

— Она права, вещицы милые! — засмеялась Тейлор.

— Вы можете лететь в гондурасском самолётике вместе с ней.

Тейлор и Мэрилин засмеялись, и Тейлор вынула из своего дипломата несколько папок.

— Первая поездка определённо легче. Вы можете вылететь из Вестминстера, а приземлиться в ближайшем аэропорту возле – вашей сестры, кажется?

— Моей сестры, Сьюзи, — кивнул я. — Она студентка Делаверского Университета. Кажется, это будет Ньюарк.

Тейлор задумалась на пару секунд, расфокусировав взгляд.

— Да, там основной кампус. Думаю, ближайший аэропорт – Филадельфия Интернешнл. Вы можете полететь туда, забрать её, а затем лететь в аэропорт округа Онайда, который недалеко от Аттики. Он ближе всего?

— Да, он ближе, чем Сиракузы, — кивнула Мэрилин.

— Ладно, дальше. Вот план поездки. Я позабочусь, чтобы в аэропорту вас ждала машина, и мы можем поселить вас на выходные в Sheraton. Хотите отдельные комнаты или милый люкс на всех?

Я ухмыльнулся жене.

— Мы будем держать её в нашем люксе – или поселим отдельно и понадеемся, что она не попадёт в беду?

— Ты ужасный брат! Мы снимем ей собственную комнату.

— Ладно, но предупреди её о своих братьях. В моей семье, по крайней мере, не думают о семейном воссоединении как об игре в свидания.

— Оооо, я тебе это ещё припомню! — со смехом запротестовала Мэрилин.

— Заметьте, — повернулся я к Тейлор, — она этого не отрицает.

Тейлор ничего не ответила, хотя в её глазах заплясали искорки веселья.

— Что ж, тогда две комнаты в Sheraton и машину побольше в аэропорту, может, Caddy или Town Car, что-нибудь такого размера. Мы, вероятно, повезём достаточно снаряжения, чтобы отправить Чарли в бой.

Тейлор сделала себе пометки.

— Я дам вам информацию о последних деталях, и мы сможете сообщить сестре о маршруте. Затем в воскресенье вы просто идёте обратным путём – оставляете машину в аэропорту, летите в Филадельфию, а затем возвращаетесь домой. Когда вы хотите отправиться в отпуск?

Я поглядел на Мэрилин, и мы оба пожали плечами.

— Может, через день или два?

— Нам нужно будет помыться и упаковаться, — заметила Мэрилин. — Если мы прилетим домой в воскресенье, я не вижу возможности путешествовать снова до вторника.

— Звучит разумно, — согласился я. — Если мы поедем домой на следующей неделе, то как мы вернём Чарли обратно? Снова полетим в Аттику?

— Почему бы не прилететь сразу с Багам в Аттику, взять его, а затем лететь домой? — спросила Тейлор.

Я рассмеялся.

— Потому что это озадачит её родителей! Они никогда не поверят нам, если мы убедим их приехать в аэропорт и вылезем из самолёта у них на глазах! — я поглядел на Тейлор. — Что это будет за самолёт?

— Ну, в первый раз расстояние будет небольшое, и нет смысла брать реактивный самолёт. Мы посадим вас в хороший турбинный самолёт вроде King Air. Багамы – другое дело. Полагаю, Learjet для этого подойдёт.

— Святый Боже! — я поглядел на Мэрилин. — Я говорил тебе, что, оставшись со мной, ты увидишь мир?

— Я просто поверить в это не могу!

Тейлор странно глянула на нас.

— Вы позволите личный вопрос?

— Дайте угадаю – насчёт нас и этого отпуска? — ответил я.

— Да. Вы не похожи на моих обычных клиентов.

Я осклабился и кивнул.

— Ладно, вот короткая версия. Я очень хороший инвестор на биржевом рынке. Однако до последнего времени, вот уже несколько лет, я был в собственности у Дядюшки Сэма. А точнее – я был офицером в Армии. Затем я порвал свою ногу. Теперь я в отставке по причине ранения. Я всё ещё очень хороший инвестор, но сейчас планирую немного побездельничать.

— И вы понимаете, сколько будет стоить этот отпуск, не так ли?

— Когда я сказал, что я хороший инвестор, я это и имел в виду. Мой капитал сейчас составляет около 40 миллионов $, и он растёт. Начните покупать технические акции, Тейлор. Сейчас мы находимся в начале периода долгого подъёма в американских финансах.

— Ого! — поморгала Тейлор. — И вы были солдатом?

— А вы хотели бы, чтобы вас защищали только бедняки?

— Ого!

Тейлор вытащила несколько цветастых брошюр и разложила их на столе.

— Теперь – просто несколько возможных вариантов. Это микс того, что доступно на Багамах. Как я и сказала вчера, Багамы – это куча разных островов, большинство из которых весьма приятны и имеют маленький аэропорт. Самый большой из них – ну, он не очень-то и большой. Столица – Нассау, — она вытащила карту Багамских островов и указала на остров в центре маленького архипелага. — Там есть милые места, но они также есть и на других островах. Всё зависит от того, что вы хотите.

Я поглядел на жену и пожал плечами. Я бывал на Багамах раньше, в моей прошлой жизни, но всегда в круизных поездках, где мы не оставались на суше. И о местах, о которых говорила Тейлор, я знал немного. Я повернулся обратно к нашему мини-лектору.

Тейлор вытащила одну брошюру.

— Вот один вариант. Это Нассау, Грейклифф, 5 звёзд, очень обособленное, высококлассное, старое поместье, превращённое в очень хороший курорт. Опять же, рядом есть ещё несколько мест, более традиционных курортов, но и при этом более современных. Это лишь один вариант.

Мэрилин выглядела заинтересованной, но это было не совсем то, что я имел в виду.

— А что ещё у вас там есть? Я думал о чём-то вроде виллы или дома, а не отеле. Чём-нибудь более приватном, чем всё это.

— Но не столь отдалённом, как пустынный остров, верно?

Я ненадолго вернулся мыслями в мой поход через Никарагуа.

— Нет, не столь. Может, место, где мы сможем снять на неделю хорошую машину и при желании отправиться в город.

Тейлор кивнула. Она убрала брошюры отеля и вытащила несколько других.

— Вот кое-что, что может вам понравиться. Это на Эльютере, — она ткнула в другой остров на карте. — Это называется Ля Валенсия. Это частное поместье, которое можно снять. Оно прямо у океана, почти 1000 футов частного пляжа, а также очень тактичный персонал.

— Как вы на него вышли? — спросил я.

Место на брошюре определённо выглядело мило.

— Это недалеко от острова-столицы, называется Губернаторская Гавань, и там есть маленькая посадочная полоса. Безусловно, достаточно большая, чтобы Learjet мог взлетать и садиться. Туда также летают из Нассау и Майами, — пояснила она. — Автомобиль снимается на неделю. О, кстати, они изначально англичане, поэтому там правостороннее движение.

— Возможно, — фыркнул я, — мы не поедем домой и тем сэкономим на реактивном топливе, если погибнем в аварии во время езды, перепутав сторону дороги.

— Я поведу, — сказала Мэрилин.

— Теперь я точно знаю, что умру!

В этот момент проснулся Чарли, и мы сделали паузу, чтобы Мэрилин о нём позаботилась. Она вернулась через 5 минут с Чарли в свежем подгузнике и чистом комбинезончике. Оставив его у меня на коленях, Мэрилин поспешила на кухню, чтобы приготовить бутылочку. Тейлор состроила ему пару забавных рожиц, а затем взяла его у меня и немного с ним поиграла.

Когда Мэрилин вернулась, то обнаружила, что Тейлор развлекает нашего сына смешными звуками.

— Типчный мужчина, — прокомментировала она, — перекладывает свою работу на женщин.

— Он такой очаровательный! — заметила Тейлор. — Все мои старше.

— А сколько им? — спросила Мэрилин.

— Моей старшей дочери 12, а сыну 9. Младшей уже 7.

— Чем занимается ваш муж? — спросил я.

Он работает в телефонной компании, но мы не знаем, останется ли он в AT&T, или же уйдёт в одну из региональных компаний.

— Он в любом случае будет в безопасности, — заметил я. — В итоге различные Baby Bells будут стоить больше, чем материнская компания. После судебного решения я купил почти миллион акций AT&T и намерен оставить их у себя после распада.

Тейлор поморгала на это объявление. Хотя я и не мог вспомнить все цены и провалы, в следующие 30 лет и после разные компании Bell companies, и Baby Bells, и оригинальные Bell будут продавать свои кусочки друг другу и различным конкурентам. Итогом станет очень прочная телефонная система и очень ценные акции.

Это уже больше походило на тот отпуск, который я имел в виду. Тейлор сказала мне, что завтра-послезавтра сделает кой-какие приготовления и спросила, как ей сообщить о них. Порой, вот как на этот раз, я скучал по более современным средствам связи. Забудьте о компьютерах – даже факс был ещё только в зачатке! Скорость модема была чуть ли не нулевая. Волоконной оптики не существовало как таковой. Сотовые телефоны были изобретены, но не добрались до Соединённых Штатов. Я сказал ей просто написать мне. Также я дал ей номер своей карты American Express и мы разобрались с ней через день.

Следующие пара недель прошли тихо. Инженер Андреа сделал тест на на просачивание грунта, и ответ был положительный, так что я дал Джону отмашку начинать работу с документами. Мы вернёмся к участку, когда приедем из отпуска. Мэрилин и её мать Часто болтали о крещении, и договорились устроить двойные крестины – у Марка и Лорен крестился их второй ребёнок, Джастин.

Я потратил немало времени, поддразнивая Мэрилин описанием того, что я собираюсь сделать с ней на Багамах. В итоге она пару дней ходило очень возбуждённая, но затем у неё наступили «эти дни», и на остаток времени до нашего отъезда все игры и забавы попали под запрет. Ну, согласились мы оба, лучше сейчас, чем во время нашей отпускной недели.

Я переделал часть запасной спальни под кабинет, купил стол, небольшой шкафчик для документов и маленькую копировальную машину. Джейк-младший попросил меня оплатить всё это через Бакмэн Гроуп, чтобы это был бизнес-счёт. Теоретически, я мог бы подключить в офисному счёту какую-то часть своих домашних расходов, но это одна из тех вещей, на которые налоговая обращает особое внимание. Всё равно с моим уровнем доходов всё проверяется, но зачем же специально искать неприятностей?

В какой-то момент мне придётся спросить Джона о фактическом ведении бизнеса. Прямо сейчас все мои деньги были привязаны в фондовому рынку, или к каким-то наиболее ликвидным активам, которые я мог использовать для быстрого получения наличности. Однако, поскольку моё состояние росло, не должен ли я был нанять бухгалтера или счетовода для Бакмэн Гроуп? А что насчёт секретаря? Снять где-то офис? Это больше было похоже на лишние хлопоты, чем на что-то другое. Прямо сейчас это не отняло бы много времени, но не было бы дешевле заниматься этим на дому вместо аутсорсинга?

Я собирался стать бизнесменом?

Глава 64. Отпуск

В пятницу, 12 апреля, мы с Мэрилин упаковали все наши вещи для уик-энда и погрузили в машину. Подъехав в аэропорт Вестминстера, мы загрузили вещи в самолёт, а затем оставили машину на выходные. Я чувствовал, будто сажусь и вылезаю из машины клоуна. Она была очень хорошей, очень милой – и очень маленькой!

— Дорогая, почему мы используем твою машину? — спросил я.

— Потому что в ней уже установлено детское кресло.

— Ну так почему бы нам не купить второе и не поставить его в мою машину? Того же типа, той же модели, всё то же самое, — у нас было очень дорогое и сложное приспособление, которое можно было вытащить из машины и использовать в качестве переноски, а затем поставить на колёса, сделав коляску.

Мэрилин не нашла аргументов против, и мы решили купить второе кресло, когда вернёмся домой. Сейчас вёл я, Чарли сидел на переднем сидении, а Мэрилин ехала сзади, что казалось нашему сыну очень запутанным. Он постоянно пытался обернуться и посмотреть на свою мать.

Нашим пилотом оказался Ллойд Джарретт, и он погрузил наши вещи в Beechcraft King Air. По тому количеству багажа, что взяла Мэрилин, можно было подумать, что мы совершаем паломничество в Мекку. Я взял только свой рюкзак, но у Мэрилин был огромный чемодан и ещё больше вещей для Чарли.

— Ты же понимаешь, — спросил я у неё, — что у твоей матери есть всё, что может ему понадобиться? У неё же 13 детей!

— Это не то же самое!

Я лишь секунду задержался на ней взглядом, а затем покачал головой. Моя жена ещё научится. После рождения трёх детей мы часто шутили, что первый ребёнок – совершенно особенный. Второй уже не особенный, но всё ещё приятный. Ну а когда рождается третий, все они уже просто запчасти друг для друга! Мы слишком устали, чтобы находить в них что-нибудь особенное! Мы также шутили, что, когда избавимся от них всех, то купим один из спальных трейлеров её отца, переедем туда, а в ковёр у дверей вставим гвоздей остриями вверх, чтобы они не возвращались! Но в жизни выходит не совсем так.

Звонок от Тейлор мы получили спустя пару дней после того, как заключили наше соглашение. Она узнала у Ллойда Джарретта, что лучшим выбором будет аэропорт Нью Касл в Уилмингтоне. Это было ближе к Ньюарку и намного проще и садиться, и выходить из самолёта. Мы дали указания Сьюзи.

Ллойд усадил нас в самолёте – меня на кресло второго пилота (я дал торжественное обещание не трогать эту чёртову штуку!), а Мэрилин и Чарли прямо позади нас. Чарли оказался хорошим путешественником. Он не плакал и почти не возился, выглядя всем довольным. Полёт до Нью Касла занял от силы час, и едва мы набрали высоту – как тут же начали снова снижаться. Мотор шумел чуть громче, чем мне бы хотелось, но я знал о самолётах достаточно, чтобы предвидеть это. Ллойд во время полёта продолжал мило болтать о самолёте, и это вносило нотку домашнего уюта.

Нью Касл оказался достаточно быстрым аэропортом для приземления. Ллойд сказал мне, что это бывшая армейская база ВВС времён Второй Мировой, бюджета которой сейчас еле-еле хватало на самообслуживание. Аэропорт был большим и достаточно хорошо построенным, чтобы совладать с коммерческим траффиком, но никто так и не понял, как делать деньги. Авиакомпании в основном использовали Филли, а северный Делавэр был слишком маленьким местом, чтобы поддерживать альтернативный аэропорт. Когда мы приземлились и вырулили к терминалу, то просто припарковались, и мы с Ллойдом вылезли. Боковая дверь терминала открылась, и показалась Сьюзи, совершенно сбитая с толку. Я махнул ей, и она уставилась на меня. Я сделал жест, и она подошла ближе, волоча за собой сумку на колёсиках.

— Эй, детка, ты выглядишь удивлённой!

Она уставилась на меня:

— Когда ты сказал, что мы полетим, я думала, речь идёт о настоящем самолёте!

Ллойд закатил глаза.

— Сьюзи, — сказала я, — это настоящий самолёт. Или, думаешь, я могу позволить себе снять 747-й?

— Ты снял этот самолёт?!

— Давай, забирайся на борт. Мы поговорим об этом позже, — я взял её сумку и сложил ручку.

Ллойд положил её внутрь, а я жестом предложил Сьюзи забираться. На этот раз я сел назад, к Мэрилин и Чарли.

Когда Сьюзи увидела остальных, она забыла все свои вопросы. Она обняла Мэрилин, а затем начала играть со своим племянником. Чарли радостно бросился к ней и принялся тянуть её за пальцы.

Как только мы загрузились, Ллойд включил мотор и попросил по радио разрешения ехать на взлётную полосу и вылетать. Я не мог пожаловаться на скорость или эффективность – это было куда удобнее, чем ехать коммерческим рейсом. King Air не был самой большой пташкой в небе, но его сидения были куда лучше, чем какие-нибудь места в хвосте переполненного 727-го.

Мы прибыли в аэропорт округа Онейда ещё спустя пару часов, и я был очарован этим. Мы вылетели из Вестминстера чуть раньше девяти, а сейчас было лишь едва за полдень. Если бы мы попытались совершить это с коммерческим рейсом, это заняло бы весь день, с пересадками в двух аэропортах, и в итоге мы бы оказались в часе езды от Аттики. А после 9\11 добавилось ещё 4-5 часов проверки службой безопасности. Так было куда лучше!

Мы не обсуждали это во время полёта, потому что я не хотел говорить при Ллойде, к тому всё ещё же было шумно. Недоумение и любопытство Сьюзи лишь выросли, когда она обнаружила, что у «терминала» аэропорта (сарай с манией величия!) нас ждёт Кадиллак. Я смог подогнать машину к самолёту, и Ллойд помог мне загрузить в неё вещи. Затем он дал обещание вернуться в воскресенье, в 2:30. Это значило, что в воскресенье мы успеем и окрестить Бастера, и ещё пообедать потом.

Мы поехали в Sheraton, и я отвёл Сьюзи в её комнату, а затем поднялся в свою, которая была маленьким люксом. Не то чтобы мы были снобами, но в люксе было место для колыбельки Чарли. Нет, мы не брали её с собой. Мне удалось убедить Мэрилин не делать этого. Мы просто использовали ту, что предоставил нам отель. Сьюзи просто закинула свои вещи в комнату и последовала за нами.

Она оглядела люкс и просто сказала:

— Ладно, откуда это всё?

— Хм-м? — мягко протянул я. Войдя в спальню, я вышел оттуда с бутылкой виски из моего чемодана. — Напитки, дамы?

— Прошу! — сказала моя жена. Сьюзи просто кивнула.

Я нашёл ведёрко и послал Сьюзи в коридор.

— Найди для нас льда, и я рассажу тебе обо всём.

— А как насчёт обеда? – спросила Мэрилин.

— Ты голодна?

— Да.

— Ладно, — я забрал у сестры ведёрко. — Давайте спустимся и пообедаем, там и поговорим.

Мэрилин переодела Чарли, пока Сьюзи наблюдала, а затем мы посадили его в коляску и вышли. Нас ждали хороший обед, напиток или два, а потом пора было идти к Лафлёрам.

Добравшись до столовой, нам не пришлось ждать. Чарли вёл себя хорошо, так что мы просто дали ему бутылочку. Остальные заказали себе сэндвичи и пиво. Наконец, Сьюзи не могла больше терпеть.

— Ладно, хватит откладывать. Откуда все эти частные самолёты, Кадиллаки и номера люкс? Вы, ребята, внезапно разбогатели или типа того?

Мэрилин чуть пожала плечами и просто указала на меня. Я поглядел на сестру и улыбнулся.

— Типа того. Я ещё с детства инвестировал в фондовый рынок, и делал это хорошо.

— Как? Насколько хорошо? Ты миллионер или что?

— Да, именно он я и есть, — ответил я.

Сьюзи пару секунд просто таращилась на меня.

— Ты это серьёзно?

— Более чем! Но только ты должна дать мне обещание никому не говорить. Это очень большой секрет для членов семьи и очень, очень близких друзей. Пообещай мне никому не разболтать его!

— Разве мама не удивится? — усмехнулась Сьюзи. — Или она уже знает?

Мы с Мэрилин переглянулись, но без улыбки. Я снова повернулся к младшей сестре.

— Видишь? Вот потому я сказал никому не говорить. Нет, я не говорил ей или отцу, и я не хочу им говорить. Я не разговаривал с ними четыре года. Ты можешь себе представить что-нибудь хорошее, если они узнают, что у меня есть деньги и я вернулся домой?

— Ты переехал домой?!

— Я думал, мы говорили тебе. Мы живём в Кокейсвилле. Мы купили участок в Херефорде и планируем весной начать строить там дом.

— ОХРЕНЕТЬ! — воскликнула она, немного громче, чем нужно. Несколько человек повернулись к ней, и она с виноватым видом понизила голос. — Охренеть! Я понятия не имела!

— Мы переехали пару месяцев назад, когда я ушёл из Армии. Сейчас мы снимаем таун-хаус. Когда ты приедешь домой на лето, ты должна будешь зайти. В планах есть даже бассейн.

— Круто! — Сьюзи повернулась к Мэрилин. — Я понятия не имела!

— Не ты одна! Он держал это в секрете даже от собственной жены! — проворчала Мэрилин.

Я пожал плечами, но жест не вышел виноватым.

— Ага? Ну, на то были причины. Люди ведут себя иначе, когда думают, что ты богат. Теперь у меня есть друзья, которых бы у меня никогда не было, если бы все знали о моих деньгах, а были бы другие – о которых бы я никогда не узнал, почему они со мной дружат.

Моя сестра выглядела поражённой, но когда она поглядела на Мэрилин, та пожала плечами и согласно кивнула.

— Я люблю твоего брата, но я не знаю, что сделала бы, если бы знала, что он богат, когда встретила его. Что, если бы я побоялась заговорить с ним? Или если бы с ним вместо меня болтала бы какая-нибудь шикарная блондинка?

Я улыбнулся своей жене.

— Это не было бы проблемой. Я предпочитаю брюнеток... Ай! — после этих слов Мэрилин стукнула меня в плечо. Я снова поглядел на сестру. — Так что просто держи язык за зубами, ладно?

— Насколько ты богат?

— Разве это важно? — покачал я головой. — Я достаточно богат, чтобы позволить себе летать на частных самолётах и ездить с женой в хороший отпуск. Что ещё нужно знать?

— Но как?

Это было невозможно объяснить.

— Помнишь, много лет назад я подрался в школьном автобусе... — я быстро рассказал ей краткую версию, закончив, однако, словами: — Не говори семье.

— Ты знаешь, что я этого не сделаю!

— Я знаю, это просто... это будет проблемой, — Чарли мирно дремал, так что я заказал всем ещё по пиву. — Как семья?

— Всё в порядке. Хэмильтон теперь работает в телефонной компании. Его устроили туда тётя Нэн и тётя Пег. Он работает в ночную смену в отделе биллинга, думаю. Вроде бы, что-то связанное с компьютерами. Я уже упоминала об этом раньше?

Я кивнул. Раньше всё так и было.

— И мама ходатайствует о его возвращении в университет?

— Конечно! — ухмыльнулась Сьюзи. — Он уже начал заочно обучаться в УМвБ.

Я фыркнул. В прошлый раз он семь лет учился там заочно, а затем вылетел, когда оставалось всего 6 кредитов, психанув из-за какой-то ерунды с планированием расписания. Он просто отказался что-либо закончить. Это была часть его психических проблем. Он просто вышвырнул всё это прочь.

— Как мама и папа?

— Мама – это мама, — пожала плечами Сьюзи. — Она как всегда, по крайней мере, пока никто не упоминает тебя. Ты – тот, кто вызвал все проблемы. Не знаю только, говорит она так для того, чтобы оправдать Хэмильтона, или действительно в это верит. Наверное, и то, и то.

Я лишь кивнул. Что ещё я мог сказать?

— Папа спрашивает о тебе время от времени.

— О? — насторожился я. — И что же?

— Ну, он знает, что мы всё ещё поддерживаем связь. Просто иногда, раз в несколько месяцев, когда мы дома вдвоём или едем куда-нибудь – без мамы или Хэма – он спрашивает, что о тебе слышно, всё ли у тебя в порядке.

Я почувствовал холодный и болезненный укол в сердце. Если бы не брат, были бы у меня с отцом приличные отношения? Что заставило моего брата так возненавидеть меня? Что изменилось во мне в этот раз, что вызвало у него такие проблемы? Я скучал по отцу.

— И что ты говоришь ему? — мягко спросил я.

Мэрилин потянулась и взяла меня за руку.

— Ничего из того, о чём ты просишь не говорить. Обычно – просто что у тебя всё хорошо и мило. Он не знает о Чарли или о том, что ты ушёл из Армии, или что ты переехал домой. Если он настаивает, то я говорю ему спросить тебя напрямую. Я предлагала ему дать твой номер телефона, но он не просил об этом. Может, ты мог бы позвонить ему? — сказала она.

Я печально покачал головой.

— И что сказать? Слушай, если он попросил, дай ему номер. Я практически гарантирую, что, если он позвонит, то не из дома, где Хэмильтон или мама могут устроить истерику. Он позвонит из офиса.

— Мне жаль. Порой всё это очень странно. Как только я выпущусь – сразу съеду на отдельную квартиру.

Мы немного поговорили про её учёбу. Сьюзи уже окончила юниорский год, и предстоял ещё один. Она делила комнату с тремя другими девушками, и они тоже планировали остаться на следующий год. Когда я спросил её насчёт первой любви, она вся покраснела и сказала мне заниматься своими делами. Это лишь заставило меня рассмеяться и начать допытываться сильнее. Если ты не можешь дразнить свою младшую сестру вопросами о мальчиках – куда катится мир? Мэрилин счастливо разрывалась между защитой Сьюзи от моих вопросов и задаванием своих собственных.

Чарли проснулся и завозился, так что я заплатил за обед, и мы вернулись в наши комнаты. Мы планировали переодеть его, немного привести себя в порядок, а затем на весь остаток для идти к Лафлёрам. Я сказал Сьюзи спускаться через 30-40 минут. Мэрилин же я сказал, что нам немедленно нужно готовиться.

Воссоединение с семьёй Мэрилин было интересным, чтобы не сказать больше. На протяжении этих лет мы часто ездили к ним, так как Мэрилин была очень близка со своей семьёй. Должен сказать, Мэрилин ездила в Аттику часто. Пару раз это было, когда у меня был цикл готовности и я сидел в ожидании, готовый вторгнуться куда-либо по первому приказу. Если бы это соответствовало её коллежскому расписанию, я бы летел домой вместе со своей женой на неделю или две. Тогда же, однако, первый визит я нанёс им спустя год, а сейчас Мэрилин не видела их с осени, когда они приезжали на роды Чарли.

Начиналось всё довольно просто, но, как я и подозревал, быстро усугубилось.

— Как доехали? — спросила Хэрриет.

— Ну, мы в основном летели. У Карла немеет колено, когда он долго сидит или едет, — ответила Мэрилин.

Я просто согласно кивнул.

— О, так вы ехали из Сиракуз? Теперь вы снимаете другую машину? — Хэрриет выглянула в окно и увидела припаркованный Кадиллак.

— Нет, она ждала нас в аэропорту округа Онейда, в Уайтстауне. Карлинг организовал чартерный рейс. Мы полетели в Филадельфию и забрали Сьюзи, а затем полетели туда. Так куда быстрее и не нужно ждать в обычном аэропорту!

Я слегка закатил глаза. Хэрриет и Большой Боб повернулись ко мне.

— Ты снял самолёт?!

Я пожал плечами и улыбнулся:

— Бросьте, давайте пойдём и присядем. Мне здесь дадут пиво? — я направился на кухню, хромая и опираясь на трость.

Мэрилин была права. После пары часов в кресле моя нога немела. Хуже всего было утром, когда я выбирался из постели. При движении я снова чувствовал себя стариком. В течение дня было лучше, а вечером снова хуже.

Оказавшись на кухне, я взял пару банок пива, а Мэрилин усадила Чарли на его стульчик в углу кухни. Я улыбнулся сыну и сказал:

— У тебя есть пара лет, чтобы начать ходить, Бастер!

Мэрилин засмеялась и начала кормить его из бутылочки. Ребёнок был абсолютным поросёнком!

Я повернулся обратно к моим тестю и тёще, которые всё ещё ждали пояснений.

— Я должен сделать признание. Я уже рассказывал вам почти всю свою историю. Это всё правда. Но есть то, чего я вам не говорил – о своей очень неплохой способности инвестировать на Уолл-Стрит. Точнее, более чем просто неплохой. До недавнего времени я хранил это в секрете, но теперь, когда я ушёл из Армии, я сказал об этом Мэрилин и паре очень, очень близких друзей, а теперь я говорю и вам. Я миллионер.

Большой Боб выглядел так, будто ему отвесили оплеуху, а Хэрриет – будто просто не верила мне.

— ЧТО?! — воскликнули они оба.

— Это правда! — сказала Мэрилин. — Когда мы переехали в Мэриленд, Карл познакомил меня со своими юристами и бухгалтерами. Они сказали, что это всё правда!

— Вы разыгрываете нас, да? Это всё какая-то шутка! — сказал Большой Боб.

— Я был миллионером ещё до того, как встретил вашу дочь. Сейчас моё состояние гораздо больше, чем тогда, — ответил я.

— Насколько больше?! — сердито потребовали они.

Словно я их одурачил. Ну ладно, я так и сделал, но не в плохом же смысле. Большинство парней женились, чтобы войти в семью и запустить лапы в деньги Большого Боба. Я же был богаче его самого!

Я вздохнул:

— На прошлой неделе мой счёт достиг 40 миллионов $. В основном это акции и товары, но, думаю, и на денежных счетах у меня наберётся полмиллиона наличными.

Они просто застыли с распахнутыми ртами. Большой Боб считался очень успешным представителем своей профессии – продающим жилые трейлеры тем, кто не мог позволить себе ничего другого. Он был честным и добропорядочным, продавал только трейлеры лучшего качества и хорошо разбирался в своём деле. Прежде чем продать бизнес своим детям, он расширил бы его, чтобы он покрывал большую часть штата Нью-Йорк. Он знал большинство людей в этом бизнесе по всей стране и постоянно консультировался со своими поставщиками, потому что Большой Боб делал Большие Дела.

И теперь он узнал, что тот идиот, за которого вышла его дочь, который был настолько туп, что пошёл в Армию, поскольку не смог найти настоящую работу, и которому, как он полагал, придётся помогать весь остаток дней, чтобы его дура-дочь и их дети не остались без куска хлеба и крыши над головой – так вот, он оказался намного богаче его. Это была мучительная перемена в его мировоззрении.

Мне нечего было на это сказать. Сьюзи просто сидела там и глядела на всё это, а Мэрилин улыбалась мне и сжимала меня за руку, а второй рукой смешивала еду для Чарли. Большой Боб и Хэрриет ещё какое-то время глядели на нас, а затем поглядели друг за друга.

Наконец, он недоверчиво спросил:

— Так ты серьёзно?!

— Да.

— Слушайте, — встряла Мэрилин, — когда мы вернёмся из нашего отпуска, нужно будет приехать в аэропорт и встретить нас! Мы прилетим обратно на реактивном самолёте! — в её голосе прозвучало возбуждение.

— Реактивном самолёте!

Я кивнул им:

— Пока мы планируем Learjet, но, полагаю, планы ещё могут измениться. Это не наш собственный самолёт, конечно. Чартерная компания обещала нам его, но если он почему-то сломается, им придётся искать что-нибудь ещё, — я пожал плечами. — В смысле, нам не так уж важно, какой именно там будет самолёт, — я поглядел на Мэрилин и ухмыльнулся. — Я уверен, он всё равно будет чертовски лучше коммерческого!

— Невероятно! — подытожил Большой Боб.

— Когда я говорил вам годы назад, сэр, что позабочусь о вашей дочери, я говорил с осознанием каждого слова!

— Невероятно!

Я даже не удосужился попросить Лафлёров молчать об этом. Это было попросту невозможно. Мэрилин не сможет сохранить тайну даже ради спасения своей жизни, но она хотя бы честно это признаёт. Никто из её семьи не способен хранить секрет. На самом деле, вся её семья болтает и сплетничает, точно куча старых перечниц!

В пятницу был вечер пиццы, и там собралась вся семья. Теперь, когда дети стали старше, она увеличилась. У Марка и Лорен теперь был свой малыш, а с Люком и Джоном были их жёны. Даже с мальчишками из старшей школы уже была пара подружек. И у всех к нам было огромное количество вопросов. Большинство из них было о сугубо бытовых вещах. Сколько Чарли? Где мы живём? Какой дом мы будем строить? Правильный ответ – понятия не имею! Всё, что пока сделала Мэрилин – это пролистала книги.

Пара вопросов была и обо мне и Армии. Сам ли я ушёл? Что случилось с моей ногой? Почему я хромаю и хожу с тростью? Вопросы закончились, когда Мэрилин преподнесла своей родне подарок. Я понятия не имел, что она это сделала, но она достала фото с церемонии, где мне вручают Бронзовую Звезду, и дала им одно – то, где была она, я и Чарли, стоящие рядом с полковником Лонгвортом; вышло довольно мило. Должно быть, она сделала его ещё на базе, до переезда, потому что на карточках стояли армейские логотипы. Фото было заламинировано на табличке из грецкого ореха с изображением медали сверху, затем фото, а затем копия цитаты внизу.

Думаю, я вытаращился на табличку так же, как и её семья. Прошло всего несколько месяцев, но по ощущениям – целая жизнь. Я позволил своим волосам расти длиннее, и даже отрастил усы и бородку. Мэрилин находила их милыми, и временами я пытался щекотать ими её. Кажется, она не возражала, особенно если я щекотал её в особых местах! Короче, как и сказал полковник Физерстоун, эта работа окончена, и моя новая работа – быть мужем и отцом.

— Когда ты успела это сделать? — спросил я.

— Фотограф прислал мне распечатки и копии негативов, и я позвонила Мисси Тэлмэдж по поводу таблички. Она сказала, что в брокерстве делают подобные вещи и дала мне название компании в Тоустне. Мы с Чарли съездили туда.

— И не заблудились?

Мэрилин шумно показала мне язык, а затем сказала:

— Да, Мистер Умник, не заблудились! Я сделала ещё одну для тебя. Ты сможешь повесить её на стенку в офисе – однажды, когда у тебя будет офис.

На мгновение я просто уставился в пространство. Табличка переходила по кухне из рук в руки, когда дети рвали пиццу. Чувство было просто нереальное.

Реальный момент настал чуть позже. Марк и Лорен сидели возле нас, с двумя детскими стульчиками по бокам. Это было забавно – сидеть и наблюдать за тем, как Чарли и Джастин с любопытством смотрят друг на друга. Марк сильно вырос со старшей школы – по крайней мере, он уже не пытался подсунуть мне на стул кнопки. Он всё ещё был высокомерным сукиным сыном, но не таким плохим, как раньше.

— За что они дали тебе медаль? — спросил он.

По крайней мере, тон вопроса позволял предположить, что он действительно хочет узнать это, а не понасмехаться.

— Э-э, я правда не могу сказать. Это засекречено, — да, хоть я и знал, что это звучало глупо, но я сказал это.

— Засекречено?

Я поглядел на Мэрилин, но на этот раз она, кажется, не собиралась говорить ничего. Она также не сказала об этом Таскеру или Тессе. Похоже, она может хранить секреты, если я буду ссылаться на национальную безопасность!

— Марк, когда я был в Армии, то был допущен к делам под грифом «Совершенно секретно». Та миссия была помечена именно так. Мне просто запрещено об этом рассказывать.

— Я думал, ты там только тренировался, — заметил он.

— Да, — согласилась Лорен, — мама так и сказала, когда они с папой поехали к рождению Чарли. Что ты в Гонударсе на каких-то там тренировках, — конечно же, под «мамой и папой» имелись в виду Хэрриет и Большой Боб. — Это там ты повредил ногу, верно?

— Ага, — кивнул я, — это там я повредил свою ногу. Послушай, всё, что происходит в Армии – это тренировка, до тех пор, пока не доказано обратное, не так ли? И это всё, что я могу вам сказать. Медаль заслуженная. Это не подделка.

— Ты не можешь сказать ничего? — настаивал Марк.

Я почувствовал, как сжимаются мои челюсти, и Мэрилин стиснула мою руку. Я лишь сделал глубокий вдох; Марк был любопытным, но не мудаком.

— Марк, — тихо сказал я, — «Совершенно секретно» – это «Совершенно секретно». Мне не разрешено обсуждать это с кем-либо без надлежащего разрешения. В той миссии были вещи, о которых я даже Мэрилин не рассказывал.

Затем я просто отодвинулся от стойки и улыбнулась.

— Кроме того, всё это – давно в прошлом. Это был вроде как другой я. Теперь я просто живу дома, со своей семьёй.

Никто из парней не говорил ничего о моих деньгах. Маленькие не знали или не понимали, а большие были в основном слишком тактичны. Зато моей бороде крепко досталось. В то время как Большой Боб был гладко выбрит, многие из его сыновей в разные годы отращивали бороды. У Мэттью были усы, Марк и Люк имели ухоженные, но длинные бороды, и я знал, что ещё несколько будут растить их в дальнейшем. И Марк, и Люк хотели знать, потому ли я ношу бородку, что не могу вырастить полноценную бороду. Я спросил их, есть ли у них волосы на яйцах, или только на лицах. Я спросил это так, чтобы их мать не слышала – только их жёны. Короче, это был весёлый вечер.

Было уже девять с лишним, когда мы вернулись в Sheraton. Следующим утром мы спали допоздна, позавтракали в отеле, а затем снова поехали к Лафлёрам. Теперь там было куда тише – рядом не было Марка и Люка с их семьями, а большинство старшеклассников куда-то ушли. Мы просто торчали там целый день, пока Мэрилин давала матери подробную инструкцию по уходу за Чарли. Хэрриет отнеслась к этому спокойно и с заметной толикой юмора – она ведь, наверное, могла бы писать книги по уходу за детьми. Чёрт, ко времени нашего возвращения она, вероятно, приучит его к горшку, отучит от груди и научит водить грузовик!

Вечером в субботу у нас были пикник с гамбургерами у Лафлёров. Представьте себе бутерброды с брикетами угля. Однако страдать за ужином я был вынужден только однажды – в воскресенье было лучше.

В воскресенье вообще всё было очень мило. Мы вообще не ходили к Лафлёрам. Вместо этого мы нарядились в наши воскресные-ну-очень-парадные-костюмы и поехали прямо к преподобному Петру. Стояла первая неделя апреля, и день стоял довольно прохладный. Это всё ещё входило в снежный период штата, который обычно был где-то от Дня Благодарения и до Пасхи. И даже это – не вполне точные рамки. Снег может выпасть и в ноябре, и прямо в мае. Большинство фермеров до мая даже не сажают ничего. Вот и реальное отличие от Мэриленда, где сезоны, похоже, начинаются на 6 недель раньше. Мы усадили Чарли в коляску и вкатили его внутрь церкви.

Мэттью и Сьюзи должны были стать крёстными родителями Чарли, и это уже было довольно необычно для Лафлёров. Они оба были одиноки, а Сьюзи даже не была католичкой. Их традиция гласила, что крёстными родителями могут быть только замужние католические пары. Мэрилин этого ещё не осознавала, но её единственным крестником (из более чем сорока внуков) будет один из детей Сьюзи. Марк и Лорен предпочтут в качестве крёстных родителей её старшего брата и его жену.

После мессы и двойных крестин мы направились в Grimaldi на обед. Там был банкетный зал наверху, и я отпустил Мэрилин с её матерью и Лорен всё устраивать. С нами была большая группа родных Лорен, что, казалось, всё упрощало. В пятницу я сказал Марку, что всё оплачу и он может после отправить мне чек. Как бы то ни было, к тому времени там были Лафлёры, семья Лорен, подружки старших мальчиком, жена Люка со своей семьёй и моя маленькая банда, так что нас набралось около 40-50 человек. Мы никак не могли устроить торжество дома у Лафлёров, даже если бы позаботились об обслуживании.

Всё прошло очень гладко. По крайней мере, мы окрестили Чарли, так что моя жена смогла вздохнуть спокойно. До сих пор я угрожал опрыскать его из кухонного разбрызгивателя и провозгласить «Теперь ты лютеранин!». Обычно у неё случался удар от мысли о том, что язычники заполучили в свои лапы нашего сына. Я лишь смеялся и угрожал сделать это тайно, чтобы, когда однажды Чарли попадёт на Небеса, Святой Пётр отправил его в лютеранское гетто.

Перед нашим уходом Мэрилин провела полчаса, рассказывая матери, как заботиться о нашем сыне, пока Хэрриет просто не взяла детское сидение с Чарли и протянула его обратно дочери. Я спас Хэрриет, перехватив Мэрилин и засунув её со Сьюзи в машину. Мы прибыли на место на полчаса раньше, но Ллойд Джарретт уже был там, сидел в вестибюле и читал местную газету Observer-Dispatch. Нам нужно было позвонить, чтобы вернуть машину, так что я нашёл телефон и позвонил, а затем вернулся назад и оставил ключи под передним седением. Ллойд намного быстрее загрузил багаж в King Air, когда с нами не было всех детских вещей Чарли!

Полёт домой прошёл ещё быстрее. Мы приземлились в Нью-Касле и разве что не выбросили Сьюзи, катясь по посадочной полосе. Её с багажом мы разгрузили буквально за пару минут, как только достигли терминала, а затем снова пристегнулись и пошли на круг. Мы получили разрешение вылететь очень быстро. Наверное, в воскресенье нет плотного траффика. Я гадал, есть ли вообще в Нью-Касле дни с плотным воздушным трафиком. И час спустя Ллойд высадил нас снова в Вестминстере.

— Во вторник нас тоже повезёте вы? — спросил я его, когда мы вытаскивали багаж из самолёта.

— Нет, я в этот день полечу на King Air в Чикаго. У меня есть ещё один пилот, который повезёт вас. Тоже в прошлом из ВВС.

— Что вы делали после того, как высадили нас в Аттике в пятницу? Болтались по Аттике?

— Не дай Боже! Я полетел домой. Если бы вы заставили меня остаться в Аттике, ваш счёт был бы куда выше!

— Ага, вот потому-то мы живём в Мэриленде, — согласился я с ним.

— Ну, если вы хотите, чтобы я поболтался немного по Багамам, только дайте знать. Может, я смогу засунуть жену с детьми в багажный отсек, или они полетят на крыльях, или ещё что-то типа того.

Я лишь засмеялся и поблагодарил его, а затем мы с Мэрилин получили её машину и поехали домой. Мы лишь слегка коснулись к подобным полётам, но в сравнении с коммерческой авиацией это было глотком свежего воздуха! Мы вернулись обратно в таун-хаус как раз к вечерним новостям. Я разогрел то, что оставалось в холодильнике, а затем мы выкинули всё то, что должно было испортиться за неделю. Я сделал пару поездок к помойке с мусорными мешками. Осталось лишь столько, чтобы пережить понедельник, а в остальном холодильник был очищен.