Кусь-кусь.

— ...

Чавк-чавк.

— ...

Глоть-глоть.

— Я не это имел в виду, когда говорил, что в качестве свидания мы можем сделать что-угодно.

— Хм? — Мерида подняла взгляд, её рот был так забит еёдой, что она даже не могла закрыть его. — Я пфаста прагофодафась и зафофела пивофенку.

— Эй, тебе крем на грудь упал.

— М-м-м? — пока она продолжала поедать кремовые пироженки, крем с них капал ей в ложбинку меж грудей. — У меня руки заняты. Можешь сам убрать?

— Ты... я что, похож на нагрудник? — криво ответил ты.

Мерида глотнула:

— Прошу, папочка, оно липкое.

Почему, после этих слов её грудь выглядит тако заманчивой? "Ну, один разок её почистить труда не составит", — с такими мыслями ты погрузился в её буфера и начал слизывать крем.

— Ах! Папочка, поосторожней с моей Профитроли*!

(П.п: дальше под пироженкой подразумивается профитроли.)

Однако, было уже слишком поздно. Ты с диким порывом вцепился в её грудь, да с аткой слий, что та выронила пирженку из рук. Когда ты наконец-то оторвался от её груди, Мерида посмотрела на тебя со слезящимися глазами.

— П-п-папочка... из-зи т-тебя моё молочко протекает.

— Ты плачешь?

— Я-я--я-ааа н-нииииичееегоо не могууу поооделать! Аааа... Из-за беременности я слишком эмоциональна! Уааааа!

— Ах, чёрт! Хорошо детка, я дам тебе другую пироженку, обещаю!

Ты тут же подорвался и начал её утешать. Нужно дать ей лучшкую и самую большую профитроли из тех, что она когда-либо ела.

— И лучше бы в ней была дополнительная порция крема! — фыркнула она, сейчас Мерида больше походила на дитя малое, нежели на будущуую мать.

— В ней будет пооооолным-пооолноооо крема! — заявил ты, выбегая в зал.

По-видимому, ей просто хотелось посетить любимую пекарню из детства и назаказывать в не всё, что только можно. С помощью магии ты телепортировал себя в город, в котором Мерида выросла. Он был куда больше Рюна. В первй раз, когда ты сюда пришёл, она заказала пол пекарни, а сейчас это уже был третий раз! Ты подметил, что пекарни в этом мире наудивление современные. Здесь нет недостатка ни в сахоре, ни в сахорных продуктах. Ты даже лично попроовал эту переженку, и да, она была очень даже не плоха.

Но, к сожалению, подходя к пекарне ты осознаешь, что сделать пироженку лучше, чем та что ты уже заказывал просто не выйдет. Они наполняют их уймой крема и выпекают утром. И будь у них специальная суперкремовая профитроли, то ты точно бы увидел её в меню. Единственный способ достать Мерде такую пироженку – сделать её самому.

Когда эта гениальная идея посетила твой разум, тыт тут же сватил тарелку. И спустя пару магиеских заклинаний, самый кремовый профтироли уже лежал на ней. Ты пошёл обратно к Мерида, вытянул перед собой пирожеку!

— Ух... какая большая.

— Держу пари на твою задницу, что это так, — засмеялся ты.

— Лучше порежу на кусочки, — Мерида достала нож.

— Не-ет! — завопил ты, выхватывая нож из её рук. — лужче возьми её обеими руками и вылизывай крем!

— Да? Вот так?

— Да, правильно!

— Хорошо! А-а-ах... — она сделал шаг, но тут же остановилась: — А ты не слишком близко?

— Не-а.

— Ладно... не важно, приятного аппетита!

— Девчата, кто научил вас этому слову?

Она погружаеться в кремовыю пироженку, слизывая с неё сливки, и тут её язык натыкается на что-то твердое. Её язык несколько раз прошёлся по этой штуке, пытаясь выяснить, что это. Она слызывала крем и в то же время исследовала эту штуковину.

Горячее. Тёплоее. И длинное. И занимает половину от размера пироженки!

— Эм... папочка, твой член в моей пирожинке?

— Нет, пироженка и есть мой член! А что, тебе не нравиться вкус?

— Вообще-то, очень... даже нравиться... Супервкусно! — заговорила она, продолжая слизывать крем и отламывать хрустящий хлебушек.

— Тогда наслаждайся!

— Ты.... — Мерида попыталась одарить тебя грязным, но не смогла, так как была слишком занята твоим членом.

Вместо этого она уселась на коленки и скользила язычков вдоль твоего кремового члена. Делала Мерида всё это без рук, не желая запачкать их. Из-за этого куча крема скользила по её подбородку и падала ей на грудь. Девушка становиться более энергичной, и вот она уже не просто слизывает крем с твоего, а заглатывает его целиком.

— Дай мне своего крема, Папочка! — застонала Мерида, широка открывая рот, готовясь принять ещё больше крема.

Ты сдержал обещание и вот – всё её лицо и грудь покрыты белой штукой. Невозможно отличить твою белую сперму от крема. Мерида превратилась в липкую массу. Она вылизывала себя, как котёнок, пытаясь съесть всё, что прилипло к её коже.

А ещё эта пекарня запретила вам посещать её.

— Прости, Мерида... — извинился ты, после того, как сердитый пекарь вышвырнул вас обоих.

— Всё в порядке, папочка, твоя пироженка нравиться мне больше, — сказала Мерида, слизывая белый крем со своих грудей.

— Ты хочешь ещё одну, да?

Глаза Мериды засияли:

— Да!

Вы вернулись в особняк и заперлись в её комнате. Покрыв всё свое тело сладеньким. Взбитые сливки, вишенки, и всевозможная еда, которую ты только мог представить. Когда ты закончил кормить Мериды, вы оба оказались очень голыми и липкими.

Перед тем как пойти в кроватку ты принял ванну, смыв с себя крем, сперму и немного молока, которое на тебе оставила Мерида.

— Так, кто там завтра.... Золушка? Ну, думаю это свидание будет не настолько странным, как сегодняшнее.