— О-он трахает планету? — выкрикнула Урсула, не веря своим глазам, пока земля вокруг дрожала.

Медуза покачала головой, на её лице был восторженный взгляд:

— Любимый бы не делал это только с планетой, он трахает целое измерение!

— Она рвётся, смотри, появляются трещины! — указала Урсула. — Она больше не может.

Конечно же, она указала на вход, в который проникает твой ГигаПенис. Из-за давления и расширения, вызываемого твоим пенисом, от дыры начали растекаться трещины. Появляются различные ссадины, которые истощают измерение.

Со стороны же Геи...

— Солдаты, атакуйте эту штуковину. Мы должны её уничтожить!

— Что это!

— Безусловно, это какой-то бур! Кто бы мог подумать, что другой мир начнёт сверлить нас!

— Кастуйте все наступательные заклинания, которые только знаете. Нам нужно уничтожить эту штуку!

— Его не остановить! Он двигается слишком быстро! Заклинания просто отскакивают от него!

Со стороне Терры...

— Придурок! — откуда-то вдруг раздался голос.

— Что? Ещё один из этих чёртовых апостолов? — правильно предположил ты, продолжая работать своими бёдрами, проталкивая через дыру массивного зверя и продолжая проникать в их мир. — Какого чёрта тебе нужно?

— Ха-ха-ха, я великий Апостол Нагасаки. Сгинь, глупый смертный. Может ты и стираешь наши армии, но своими действиями ты убил больше людей в этом мире, чем смогли бы мы. Как только ты закончишь, жизненная сила с нашего мира, перетечет в этот и Демонической Бог придёт. Ты лишь помогаешь нам добиться наших целей. Мы бы, конечно, предпочли, чтобы умерли только все людишки, но для прихода Демонического Бога всегда нужны жертвы!

— Ох, правда? — ты широко усмехнулся, когда твоё лицо покрыла тень. — Ну, мы ещё не дошли кульминации!

— Кульминации? Что за кульминация? Единственное, чем всё это может закончиться, это призывом Демонического Бога. Демонический бог придёт...

— Нет, если я кончу первый! — выкрикнул ты. — Ах, чёрт, детка, ты была хороша, но время для камшота, прошу, выдержи это!

Со стороны Геи.

— Что происходит, капитан? Оно сокращается?

Земля начинает дрожать, когда огромный цилиндр, что последние пять минут проникал в их планету начал замедляться. Внезапно, дыра расширяется и гигантская выпуклость проходит через неё от Терри к Геи. Всё происходило словно в слоумо, выпуклость проходила вперёд, пока весь мясистый цилиндр сжимался. Когда она наконец-то добирается до кончика головы, замеченного капитаном только сейчас, во всё стороны разлетелась белая жидкость.

— Боже...

Таковы были последние его слова, когда белая жидкость начала растекаться потопом во все стороны, со скоростью тысячи миль в час, уничтожая целые армии, словно лазер смерти, проходящий проходящий через всё поле боя.

С другой стороны Геи...

— Нет, мама, нет! — Даниэллю вырвали с рук матери, пока трое демонических солдат разрушали их дом.

— Дорогая! Прошу, не трогайте мою дочь! — выкрикнула Сарра, прежде чем один из демонов дал ей по лицу.

— Ох, мы хорошенько позаботимся о твоей дочери. И о тебе тоже. Вы обе получите от нас особое наказание, — засмеялся один из демонов, с похотью посмотрев и на тридцатилетнюю мать и на четырнадцатилетнюю дочь.

Конечно же, таково было положение дел на Геи. Раса демонов уже выиграла войну. А Демонический Бог пришёл в этот мир, и теперь людям оставалось лишь скрываться. Мужчины были убиты. А женщины проданы в качестве секс-рабов. Эти двое скрывались уже несколько месяцев. Однако их схватили, и теперь их ждала лишь мучительная смерть.

Один из демонов начал срывать с матери одежду, грубо прижимая её к земле и заливаясь смехом. Другой держал дочь, заставляя её смотреть за тем, как оскверняют её мать, пока та разрывалась криками и плачем. Они даже затаптывали щенков, ну или котят, если они тебе больше нравятся. Не важно почему, но да, они пинали щенков и котят... иногда друг о друга. Эта игра называлась щёнкот. Они также не верят в глобальное потепление. И не делают прививки детям.

— Эй, ребята... что это за гигантская белая стена, идущая на нас?

Два других демона поворачиваются, отрываясь от нанесения эмоциональных травм женщинам, и с любопытством смотрят на белую штуку, покрывающую горизонт.

— Она приближается?

— Это волна? — спросил другой.

— Разве такое не называют цунами?

— Белое?Я не понимаю? Ч-что? Оно приближается!

Порывы воздуха начинают усиливаться, по мере приближения волны. Мир начинает остывать, и вскоре полуголые девчонки остаются одни, рыдая в землю, пока сбитые с толку демоны смотрят на приближающуюся белую штуковину. Спустя пару секунд, белое цунами высотой в милю накрыло их.

— Ох, нет!

Они наконец-то начали бежать, но бежать-то некуда. Спустя секунду белезна накрывает домик, в котором они были и разрушает его вместе с ними. Они вопили, когда плоть срывалась с их тел, и умерли в течении нескольких мучительных секунд. Когда волна стихла, планета выглядела так, словно ей устроили массиный буккаке. На несколько секунд воцарилась полная тишина, но потом начали появляться некоторые звуки.

Четырнадцатилетняя девочка скинула с себя кусок древесины, и уселась, белые нити покрывали её голову и тело, заставляя её выглядеть безобразно.

— М-мамочка? — взволновано воскликнула она. — Мама!

— Д-дорогая! — её мать вылезла из-за кустов. — Дорогая!

Две девушки. покрытые белим побежали друг к другу.

— Я... я думала что умерла!

— Я тоже, дорогая. Я думала, что это цунами убьет нас, но оно меня почти не задело!

— О-оно тёплое. И ласкало меня, мам. И... и кажется даже аошло внутрь. М-мне было забавно и думаю, даже... даже очень приятно!

Мать покраснела и отвернула голову:

— Это! Ах, да... мне тоже! Э-это зовётся оргазмом. Такое странное чувство, словно я занялась любовью... что это вообще было?

Пока мать говорила, она вытирала семя со своего лица.

— Ах-х! Мама! Ты выглядишь как шестнадцатилетняя девочка!

— А? Что? — мать побежала к ведру и посмотрела на своё отражение в воде, и увидеть в нём здоровую шестнадцатилетнюю девочку, на пару лет старше своей дочери.

— Ч-что с нами произошло, мам?

— Я не знаю, дорогая... н-но... есть ещё одна вещь...

— А? Что это? Что?

— У... у меня всегда была способность. Когда мы с твоим отцом сделали тебя, земля ему пухом, я тут же поняла, что ты появилась у меня в животике.

— Что ты такое говоришь?

— А... ну... что я могу сказать? Думаю, я беременная!

— А-а!?