— Ариэль Рамзи, ты была одной из первых людей, кто встретил так называемого героя, которого призвали в наш мир? — спрашивает Матриарх.

— Да, это так.

— Не могла бы ты рассказать о вашей первой встрече?

Ты поднимаешь брови. Ты жестикулируешь, пытаясь показать Ариэль, чтобы она держала рот на замке. Она улыбается и невинно машет тебе рукой.

— Да с удовольствием! — говорит Ариэль, посылая тебе воздушный поцелуй, хотя ты отчаянно качаешь головой и еле слышно произносишь «заткнись!» — Итак, сначала он появился голышом и начал смотреть на меня и мою маму, как на мясо.

— Мясо? Пожалуйста, не могла бы ты уточнить. — спрашивает Матриарх.

— А? — Ариэль внезапно краснеет. — Ну, это было до того, как меня правильно обучили. В то время казалось будто он облизывает меня сверху донизу взглядом.

— Это только половина правды! — восклицаешь ты, вставая.

— Я… прости, герой! — кричит Ариэль. — Не волнуйся, потом ты показал мне правду.

— Правду? — спрашивает Матриарх. — расскажи нам, что это за правда?

— Это не очевидно? Я просто сучка для героя, которая должна быть наполнена его спермой.

Толпа взрывается, тёмные эльфийки сердито кричат. Ты садишься и зажимаешься, когда присяжные снова вопрошают о твоём повешении. Судья стучит своим молотком.

— Ты говоришь о некоем обучении, после которого открылась правда… — спрашивает Матриарх, когда зал успокаивается. — Не могла бы ты рассказать суду о том, что случилось потом?

— Конечно! Герой похитил меня из замка, затем раздел до гола и заставил меня залить весь пол от оргазма!

— Убить его! — кричат несколько женщин.

— Тишина в суде, тишина! — кричит судья.

— Ты самостоятельно согласилась на такое отношение к тебе? — спрашивает Матриарх.

— Ну… нет… но это было для моего же блага! — настаивает Ариэль. — Затем герой порвал мою киску и попу, а потом заставил отсосать. Он показал мне полный спектр удовольствий. Что? Почему вы все завыли? Это не плохо. Я очень счастлива от того, что герой обучил меня. Сейчас, я знаю своё место, как женщина!

— Всё, хватит с неё! — кричит судья Дайк. — Уведите её отсюда. Её идеи слишком опасны для этого заседания!

Стража немедленно хватает Ариэль и уводит. Она посылает тебе ещё один воздушный поцелуй на прощание, её глаза всё ещё яркие, она не догадывается о том, какие проблемы тебе сейчас доставила.

— Мулан!

— Он убил меня, затем превратил в ребёнка, а потом изнасиловал меня несколько раз против моей воли пока… пока… он… не заставил… этого великого называть его Господином! — Мулан начала плакать.

— Аврора!

— Герой-сан похитил мою дочь, инсценировал её смерть, а затем шантажировал меня, чтобы я отдала ему своё тело. Потом он изнасиловал меня и зачал своего ребёнка. Прости, герой-сан, я люблю тебя, но я под присягой…

— Да… ага… — ты вздыхаешь.

— Гримхильда!

— Он угрожал убийством моего отца и шантажом заставил меня сосать ему. Он жестоко насиловал меня целыми днями, а затем развил во мне зависимость от его спермы.

— Мерида!

— У меня нет проблем с Папочкой. Королева приказала мне стать дояркой, собственно дояркой я и стала. — нервно говорит Мерида.

— Это так? — Матриарх прищуривается. — Ты ничего не хочешь добавить?

— А… что касается того… он… может быть… он…

— Ээ? Что это было? Что он сделал? — настойчиво требует Венди.

— Он оставил сиденье унитаза поднятым! Мне жаль, Папочка, я тогда чуть не упала, и это до сих пор беспокоит меня!

— Аахх! — тёмные эльфийки ахнули в унисон, как будто это разоблачение было ужаснее предыдущих. — Оставил сиденье унитаза, какой же монстр…

— Елена!

— У него был свой путь со мной!

— Жасмин!

— У него не было своего пути со мной!

— Кида!

— Новичок поимел меня дюжину раз пока я была без сознания. — слёзы Киды вызвали сочувствие, но она плачет не от того, что её трахнули спящей, а от того, что она пропустила всё удовольствие пока спала.

— Белль!

— Зверь поимел меня без моего позволения!

— Белоснежка!

— Он заставил меня сосать его член, и затем трахнул меня в задницу перед двумя армиями.

— Тиана!

— Н-н-ничего! Он ничего не сделал! Он позаботился обо мне и моём отце даже после того, как мы всё потеряли.

Матриарх поднимает брови.

— Правда? Я удивлена. Согласно моему расследованию, он относился к тебе хуже, чем к остальным?

— Н-не совсем… — Тиана отводит взгляд.

— Я должна напомнить тебе, ты под присягой.

— …

— Тогда позвольте мне зачитать некоторые заметки, которые я о тебе слышала. Согласно показаниям очевидца, ты была раздета догола, свешена с края корабля и трахнута. Звонить в звонок?

— Ах, хехе… — Тиана задыхается на секунду, а затем качает головой.

— Очевидец утверждает, что ты была подвешена за лодыжки и вынуждена сосать член вверх головой, пока не потеряла сознание от прилива крови к мозгу.

— Ах, хаа… ах… хаа…

— А ещё упоминалось, что ты оставалась в таком положении пока не описалась на пол, после чего он ткнул тебя головой в эту лужу и отхлестал тебя по попе свёрнутой газетой, называя грязной шлюхой.

— Ах… ах… ах… ах… хаа…

— Тиана!

— Ладно, я признаю это! Я грязная шлюха! — Тиана встаёт и задирает своё платье, затем наклоняется и выставляет свой зад в твоём направлении. — Возьми меня, простолюдин! Накажи свою грязную шлюху! Я больше не могу терпеть! Трахни меня! Трахни меня!

Тук! Тук!

— Хватит, уведите её из комнаты! — кричит Дайк, хотя она тоже насладилась видом её задницы.

Тиана и Ариэль как две горошины в стручке, двух благородных женщин выгнали из зала суда за то, что они были слишком честными.

— Эх… ну и какие у меня шансы? — ты спрашиваешь Золушку, когда зал суда немного успокаивается.

— Очень хорошие, мой дорогой, продолжай в том же духе! — Золушка улыбается, а затем наклоняется к Покахонтас и говорит тихим голосом, который ты всё равно отчётливо слышишь. — Дорогому полный каюк. Может мы сможем съехать на том, что он невменяемый?

— Следующая, Малефисента!

Злая искра проскакивает в глазах Малефисенты. Ты сглатываешь слюну. Судебное слушание продолжается, и дальше будет только хуже, это точно.