— Няаа! — кричит Жизель, когда ты кончаешь в неё. — Больше, больше спермы!

— А? Сколько тебе нужно спермы, чтобы ты могла начать производить армию для меня?

— Я могу сделать 100 сестёр… — говорит Жизель. — Если мужчина хочет 1000, то нужно больше!

— У тебя будет больше, если сестра перестанет слизывать с неё! — ругается Урсула.

Гримхильда оглядывается, облизывая свои пальчики.

— Вы говорите обо мне? Я просто убираю брызги, клянусь вам!

— Любимый, пожалуйста, продолжай кончать на неё, и в неё тоже, ты должен закончить производство своей армии. — заявляет Медуза. — А потом… может кончишь в меня?

Медуза соблазнительно изгибает своё тело, словно дамочка, у которой есть гены змеи, а также подмигивает тебе и посылает воздушный поцелуй.

Ты вздыхаешь, опуская взгляд на свой десятидюймовый член. Ты зашёл вместе с ним так далеко, трахал сотни женщин и больше сотни оплодотворил. У тебя есть замок. В твоём гареме тридцать прекрасных женщин, которые жаждут твоего члена. Ты обладаешь божественной силой и ни в чём не нуждаешься. Тем не менее, когда ты стоишь над этой гарпией и долбишь её своим членом, ты вдруг осознаёшь, что что-то не так.

— Любовь моя? Что-то не так? — Гримхильда первая заметила твоё странное настроение.

— Я не уверен, вроде как всё нормально. Просто… разве мы не делали всё это раньше?

— А? — говорит Малефисента. — Я никогда не видела голую гарпию, прижатую к полу, и не уклонялась от спермы, которая брызгает с неё! Не было такого! Ни разу!

— Любимый, может нам нужен перерыв?

— Нет… просто… я кончал во множество женщин, теперь я трахаю эту гарпию, и что в итоге? Кончу в очередной раз? Я насиловал, лишал девственности, любил и трахал кучу красивых женщин, а в конце концов, чувствую некоторую пустоту. Это заставляет меня задуматься. Чем всё это должно закончиться?

— Эм ох… — вздыхает Медуза. — Я знаю, что происходит.

— Что такое? — спрашивает Медуза. — Что не так с нашим принцем?

— Мне кажется, что любимый переживает кризис середины сюжета.

— Ээ? Что?

— Это как кризис среднего возраста, но он происходит тогда, когда сюжет немного затягивается. По сути, происходящее кажется бесцельным и движется в никуда. Все сцены смотрятся вторичными, сюжет доходит до точки, когда персонажи вводятся без каких-либо интересных событий.

— Т-ты уверена в своих словах? — спрашивает Гримхильда.

— Ну, признаки уже определённо заметны. Например, вводятся случайные персонажи, о которых никто не просил…

— Эй, я просила об этом! — закричала Жизель, и все оглянулись на неё.

— Н-но… как мы можем это исправить? Мы должны это исправить! Я сказала это дважды! — заявляет Малефисента.

— Ну, во многих историях начинают сначала.

— Начинают сначала?

— Например, какое-нибудь событие после которого главный герой теряет свою силу, или, возможно, он попадает в новый мир, где его сила в лучшем случае скромна. — Медуза осторожно высказывает свои предположения. — То есть, верни себе статус-кво, и у тебя снова появится направление к цели.

— Ч-что случится с нами? — спрашивает напуганная Малефисента.

— Мы останемся позади. Мы станем второстепенными сучками, и постепенно нас заменит новый состав девочек. Ох, может даже нам выделят каждую пятидесятую главу или типа того, но шансы на раскрытие наших характеров будут ничтожны.

— Я не хочу быть второстепенной сукой! — кричит Малефисента, Урсула поглаживает её голову, чтобы успокоить.

— Но ведь должен быть какой-нибудь другой вариант, да? — с надеждой спрашивает Гримхильда.

— Есть. — ты наконец прерываешь молчание, девочки возбуждённо поворачиваются к тебе.

— П-принц?

— Любовь моя?

— Возлюбленный?

— Лоли-извращенец?

— Этой истории пора умереть. — заявляешь ты.

— !?

— Я играл с армиями, тёмными эльфийками феминистками, драконами, полулюдьми и чёрт знает с кем ещё, но все они забывают об одной простой вещи.

— Что же это, любовь моя?

— Я бог. Когда я впервые пришёл в этот мир, мне потребовалось меньше дня, чтобы покорить вас. — ты смотришь на Гримхильду. — И на этой ноте, вы все преклонились передо мной без сопротивления.

Четыре женщины прячут взгляды, на их лицах возникают сложные эмоции.

— Э-это несправедливо, любовь моя…

— Я не смотрю на тебя сверху. — говоришь ты, приподнимая подбородок Гримхильды — Я люблю вас, девочки. Пусть я завоевал вас, и вы полностью в моей власти, но моё сердце принадлежит всем вам.

Четыре владыки демонов краснеют, застенчиво пряча глаза, после твоего заявления. Все они были девочками, которые быстро растаяли, когда мужчина, значащий для них многое, обратился к ним.

— Ещё три владыки демонов… — вздыхаешь ты. — Я больше не хочу тратить время впустую. Я просто направлюсь в их замки и изнасилую их, дабы они покорились. Кто следующая девочка в списке? Готель? Она станет моей сучкой через несколько часов. Я скоро вернусь.

Глаза владык демонов расширились после твоих слов. Ты незамедлительно открываешь портал, который должен привести прямо к Готель.

— П-подожди! — кричит Гримхильда. — Т-ты не можешь!

— Э-это не то же самое! — воскликнула Урсула. — Готель…

Ты входишь в портал, который сразу же закрывается за тобой.

— Н-нет…

— Что случилось? — спрашивает Белоснежка, подходя к девочкам, которые планировали вторжение. — Воин куда-то собрался?

— Он… он ушёл… — обречённо сказала Малефисента. — Он покинул нас!

— Что это значит, куда? — Белоснежка нахмурилась.

— Он направился… — Медуза сглатывает слюну. — Он направился в замок Готель.

— Самое время! Фантастика, мобилизуем все наши силы и…

Четыре владыки демонов покачали головами, но затем Гримхильда решительно вышла вперёд.

— Готовьте наши армии. Всех. Демонов. Драконов. Гоблинов. Даже кукл для секса. Нам нужны все наши силы. Выступаем сегодня вечером! Мы должны победить! Мы должны добраться до замка Готель, иначе всё потеряно! Это не просто война, это спасательная миссия!

— А эта Готель действительно такая опасная? — улыбка пропала с лица Белоснежки.

— Опасная? — Медуза оглядывается. — Да… но спасать любимого мы не будем не от Готель.

— Тогда от кого? — волнительно спрашивает Мерида, прячась за Белоснежкой.

Гримхильда поворачивается к Мериде и спокойно отвечает.

— От него самого.