— Добро пожаловать на первый официальный турнир Жёнушек!

Раздавались крики и поздравления со всех сторон, ты покачал головой от неверия:

— Как всё к этому пришло?

Кида засмеялась и похлопала тебя по спине:

— Ну, только вот закончилась облава гоблинов и людям нужно как-то выплеснуть накопившийся стресс, так что тоже воспринимают это как праздник. Просто думай об этом, как показ своего гарема своему будущему королевству!

— Королевству? Ты все ещё об этом думаешь?

— Конечно, уверена, странна созданная Новичком будет великолепна.

— Кстати, я думал ты будешь вместе с другими девочками. Ты не хочешь выиграть свидание со мной?

— Ах, верно, я часть... твоего гарема, — Кида залилась краской и явно заволновалась. — Даже несмотря на то что мы все ещё... хотя, прошлой ночью я проснулась покрытой в щупальцах... верно... я сама виновата, что спала. То есть, мну нужно следить за организацией мероприятия. Вы с Себастьяном двое судей, а мне нужно быть третей, так что я не могу...

Взгляд Киды стал слегка разочарованным, хотя, скорее всего, ей просто страшно находиться на публике. Её не смущает разгуливать везде в бикини броне, которая ели-ели прикрывает её обширные дыньки и показывает девяносто процентов того, что вообще можно показать, но толпа по прежнему стесняет её.

Кида провела тебя к длинному столу неподалеку от сцены, который, похоже, будет твоим судейским столом. Ты не создавал сцену магией, так что замечательно что кто-то разместил её просто посреди площади. Она находится в самом центре и со всех сторон окружена торговыми лавками с закусками. Ты водил сюда свой гарем за покупками, когда в нем ещё была всего пара человек, у тебя было такое чувство, что было это совсем недавно. Ах, как быстро бежит время.

Толпа была полностью под контролем, похоже, что Кида использует свободных членов гильдии авантюристов для поддержания порядка, и что более важно, они никому не позволяли прикасаться к твоему гарему.

Забавно то, что у членов твоего гарема, похоже, появились фан клубы. Тебе любопытно, откуда вообще вылезли эти парни и как вообще успели создать эти фан клубы.

— Мулан! — закричала одна группа фанатов. — Плоская грудь – это жизнь!

Мулан немного озадачена выкриками толпы, она не совсем понимает как на них реагировать.

— Что ты такое говоришь? — закричал кто-то из соседней группы. — Они должны быть такие же массивные как у Мериды!

— Плоская грудь! Мулан!

— Огромные сиськи! Мерида!

Мерида почесала щеку, не зная что и сказать, но дух соревнования уже начал чувствоваться, Мулан уже пытается раззадорить своих фанатов, чтобы они кричали громче других, желая выиграть битву, любую битву. Она подарила Мериде пламенный взгляд, словно уже готова принять бой.

— Мулан величайшая! — закричала Мулан.

— Ураааа! Плоская грудь!

Она тут же выпятила грудь и стала перед Меридой.

— Ахх! Мулан! — закричала Мерида, когда дракониха толкнула её так, словно ей хотелось надавить на её груди.

Однако, это лишь показало, насколько Мулан плохо оснащена по сравнению с Меридой. Она пыталась вдавить их, но сиськи каждый раз наносили ответный удар, сбивая её на землю. Обе толпы взревели при виде Мулан, утопающей в двух массивных атомных бомбах.

Она вскочила на ноги, и на этот раз стала ещё злее, пытаясь ударить Мериду ради мести.

— Хватит... Мулан... они чувствительные... если ты продолжишь... — закричала Мерида, но было уже поздно.

Её соски вырвались наружу, и уже через мгновение в лицо Мулан ударил поток белой жидкости. Она тут же рухнула, вся покрытая молочком. Крики на мгновение утихли и площадь погрузилась в молчание от шока, когда Мерида прикрылась и покраснела от ужаса.

— Ох... я же говорила, Мулан. Они такие большие только потому что я беременна. Это не моя вина!

— Б-беременна, — её слова распространились по толпе, как рябь по воде.

Внезапно, многие сторонники Мериды покачали головами и ушли. Но в тоже время к группе её фанов прибавились и много новых. В мгновение ока толпа перестроилась. Как только они закончили двигаться, крики разорвали тишину.

— Победу беременным женщинам!

— Да! Мерида, Дай нам своего сладкого молочка!

— Я хочу присосаться к груди мамочки!

Мулан лежала на земле, покрытая белой жидкостью, которая, кажись удвоила размеры её толпы в мгновение ока. Однако, когда мимо проходила Елена, которая ещё площе, чем она, люди начали выкрикивать её имя. Вскоре, Мулан уже выпятила грудь перед Еленой, что привело к восторгу толпы любителей плоских грудей.

— А? Мулан? Что ты делаешь? О-о-они прикасаются! — "бывший парень Елена" смутилась от того, что их груди прижались друг к другу. Реакция Елены лишь ещё больше раззадорила толпу.

Тем временем, толпа обосновавшаяся на приличном расстоянии от ни начала выкрикивать:

— Пышногрудая Ариэль – лучшая!

— Большая и не беременная грудь, ура! Мне даже все равно, натуральные ли они!

— Меня только что променяли? — Мерида смотрит на сменившую мнение толпу со слезами на глазах.

— Нет, нет... ты стала даже ещё популярней, — захихикала Аврора, махая парням и поглаживая свой беременный живот, прежде чем схватить Мериду и начать позировать.

— Две беременные девушки! Ох, я хочу вылизать их животы!

— Королева! Ч-что ты делаешь? — взволнованно спросила Мерида.

— Конечно же заводу толпу, а что? Ты думаешь что судьи решают кто победил? Нет, это делает толпа! Выигрывает всегда самая популярная девушка. И я планирую выиграть свое первое свидание с Герой-сан.

— А? Популярная? — заволновалась Мерида, когда увидела как все остальные девушки привлекали в свои группы народ.

— Ах! Я должна стать популярной! — Мерида решительно подняла руку.

Она пытается сжать свои груди вместе, чтобы показать декольте. И снова, молоко вырвалось из её грудей, на этот раз оросив толпу. Фанаты бешено взревели, когда она начала смущаться. Ближайшим авантюристам пришлось изо всех сил сдерживать толпу, поскольку молочные маньяки просто взбесились.

— Может ей сказать, что если угождать определенному типу людей, то она потеряет всю обычную аудиторию, — спросила Гримхильда, позируя своим хвостиком перед толпой любителей демонов.

— О чем ты? — нежно засмеялась Аврора. — Я же уже сказала, что намерена победить.

Их глаза загорелись духом состязания, поскольку этот день станет поворотным в истории.