Что-то пошло не так.

Пак Сынсу понял это в тот самый момент, когда появились Юнджэ и Джонгю.

Но то, что он чувствовал тогда, и то, что он чувствовал сейчас, было совершенно разным.

«Что... происходит?»

Он думал, что план просто дал небольшую осечку.

Но осечка оказалась фатальной.

Все пошло наперекосяк.

Чваак-!

На лицо Пак Сынсу брызнула горячая кровь.

И он прекрасно знал, чья это кровь. Кровь Ли Джэона, которому только что отрубили голову.

Еще один человек мертв.

Их осталось всего трое.

Он сам, Ким Духён и Чон Юра. Всего трое.

— Да что... происходит?

Мысли сами собой вырвались наружу.

Когда Юнджэ и Джонгю избегали прямого столкновения, он думал, что они просто боятся.

Что могут сделать двое против целой толпы?

Так он считал.

Но...

«Я забыл».

Забыл, в каком мире они находятся.

Это мир, где один человек может обладать силой, способной сокрушить многих.

И тот факт, что Юнджэ с самого начала и до сих пор удерживал лидерство, означал, что в нем есть нечто особенное.

Но Пак Сынсу упустил это из виду.

— Хаа, хаа...

— Хааа...

Ким Духён и Чон Юра были уже изрядно потрепаны.

Противников было всего двое.

А они потеряли шестерых.

Ким Духён и Чон Юра были сильными бойцами. Сильнее, чем Пак Сынсу и его люди, прошедшие красную дверь.

Пак Сынсу верил, что, объединившись с ними, они без труда расправятся с Юнджэ, Джонгю и всеми остальными.

Что они заберут их личные очки и монеты, и на следующем этапе Туториала станут еще сильнее.

Он был слишком оптимистичен.

— Проклятье... проклятье...!

Юнджэ и Джонгю выглядели уставшими, но по сравнению с Ким Духёном и Чон Юрой были в полном порядке.

В отличие от своих израненных противников, они не получили ни одной серьезной царапины.

— Не может быть...

Сдавленно прохрипел Ким Духён.

В отчаянии он закричал, глядя на Юнджэ:

— Так не должно быть!

— ...Заткнись.

Юнджэ раздраженно цокнул языком, глядя на бросившегося на него Ким Духёна.

Ослепленный яростью, Ким Духён двигался предсказуемо и прямолинейно, став еще более легкой мишенью.

Вжух-!

Юнджэ просто ударил Ким Духёна ногой.

Мощный пинок сбил здоровяка с ног. Ким Духён, широко раскрыв глаза, рухнул на землю.

И...

Вжииик-

Чваак-!

Лезвие меча глубоко вонзилось в правое плечо лежащего Ким Духёна, и в воздух взметнулся фонтан крови.

— А-аааааааак-!

Пронзительный крик Ким Духёна эхом разнесся по лесу.

Отрубленная рука, всё еще сжимавшая меч, упала на землю. Ким Духён осел, зажимая обрубок левой рукой.

Дзынь-!

Юнджэ пнул отрубленную руку, отбрасывая меч подальше.

— ...Тц.

Юнджэ посмотрел на бьющегося в агонии Ким Духёна.

Ему было неприятно.

Каким бы мерзким ни был этот ублюдок, вид его отрубленной руки и истошные вопли вызывали тошноту.

Оглядевшись, Юнджэ увидел повсюду трупы.

Когда адреналин немного спал, к нему вернулась ясность мыслей. К горлу подкатил ком.

Но в этот раз его не тошнило так сильно, как после убийства Ынджи.

Слегка поморщившись, Юнджэ снова перевел взгляд на Ким Духёна.

— Есть что сказать напоследок?

Глаза Ким Духёна забегали.

— П-пощади...

— ...Нет.

Бац-!

— Кхх!

Юнджэ с силой наступил Ким Духёну на спину.

От удара тот уткнулся лицом прямо в грязь.

— Я не об этом.

— О чем... тогда...

— У тебя нет слов извинений для людей, которых ты убил? Какого-нибудь раскаяния или сожаления.

С этими словами Юнджэ приставил меч к шее Ким Духёна.

— Так что скажешь?

— Хи-хи.

Ким Духён скосил глаза на лезвие у своей шеи и рассмеялся.

Он смеялся несколько секунд, сотрясаясь всем телом, а затем внезапно оборвал смех и сказал:

— Пошел нахер, ублюдок.

— ...Понятно.

Вжик-

— Спасибо. Ты избавил меня от последних остатков чувства вины.

И Юнджэ без колебаний взмахнул мечом.

[Вы получили 14 750 личных очков.]

[Вы получили 48 110 Очков достижений.]

Увидев сообщения, всплывшие после смерти Ким Духёна, Юнджэ сильно нахмурился.

«Скольких же он убил».

Очки достижений, получаемые за убийство другого участника, составляли лишь половину от его общего количества очков.

Значит, Ким Духён убил немало людей.

Начиная с третьего этапа Туториала и до сего момента, он убивал и забирал чужие очки.

И половина этих очков досталась Юнджэ. По личным очкам Ким Духён почти не уступал ему.

«Он убил как минимум... десятерых».

И правда, слишком много.

Скрипнув зубами, Юнджэ огляделся.

Бой Джонгю и Чон Юры тоже подходил к концу. Девушка с глубокой раной на боку осела на землю.

А Пак Сынсу...

— Сбежал?

Его уже и след простыл.

Юнджэ посмотрел на обезглавленный труп Ким Духёна.

«Я потратил на него слишком много времени».

С этой мыслью Юнджэ подобрал меч Ким Духёна.

«Из-за этого?»

В любом случае, трофей нужно забрать.

Оценку он проведет позже. Сейчас главное — догнать Пак Сынсу.

— П-пощади!

Внезапно взвизгнула Чон Юра.

От такой резкой смены поведения Джонгю на мгновение растерялся. Чон Юра лежала на земле, зажимая рану на боку.

— Я... я просто делала то, что мне приказывали. Пощади, прошу...

— То, что приказывали?

— Да! Иначе меня бы убили. Он угрожал мне смертью, если я ослушаюсь...

Чон Юра указала дрожащей рукой на труп Ким Духёна.

Слушая её оправдания, Джонгю невольно дрогнул.

Подумав, что у неё появился шанс выжить, Чон Юра заговорила еще громче:

— П-поэтому! Просто забудь о том, что было, и пожалуйста...

Бац-

— Эй.

Джонгю широко распахнул глаза.

Юнджэ наступил на грудь причитающей Чон Юре и сказал:

— Думаешь, тут у кого-то нет своей печальной истории, чтобы ты несла подобную чушь?

— Я прошу прощ...

— Какими бы причинами ни оправдывали убийство, суть от этого не меняется.

Пуук-

— Кхаа...

— ...И ко мне это тоже относится.

На губах Юнджэ появилась горькая усмешка.

Убедившись, что Чон Юра мертва, Юнджэ посмотрел на остолбеневшего Джонгю.

— Очнись уже.

— Д-да?

— Будешь ворон считать — получишь нож в спину. Забыл, как тебя уже продырявили? В этот раз я тебя не спасу.

От резких слов Юнджэ Джонгю встрепенулся и ответил:

— Но...

— Никаких "но". Будь начеку. Поведешься на такие жалкие отмазки — следующим трупом будешь ты.

Сказав это, Юнджэ резко развернулся.

Джонгю всё еще пребывал в шоке. Глядя в спину Юнджэ, он спросил:

— Вы куда?

— За тем ублюдком.

Юнджэ посмотрел туда, где стоял Пак Сынсу, и проследил взглядом за его следами.

— Которого мы упустили.