Когда Юнджэ вернулся в клановый дом «Небоскреба», Джонгю и Элвин уже покинули больничное крыло.

Предупредив только Джинсока, что вернется быстро, Юнджэ сразу направился на поиски Джонгю и Элвина. Элвин ладно, но вот Джонгю совершенно точно должен был надуться.

— Я вовсе не злюсь, — буркнул Джонгю, едва завидев Юнджэ.

— ...

Он сидел за столом в компании Джинсока и уплетал обед. Сказав это с самым кислым лицом, парень демонстративно вновь взялся за ложку.

«Я ведь даже рта раскрыть не успел...»

Когда человек с порога заявляет, что не злится, это означает лишь одно: он в бешенстве.

Юнджэ молча протиснулся между Джинсоком и Джонгю и тоже взял приборы:

— Давайте поедим вместе. Еды, смотрю, навалом.

— Вообще-то я собирался все это съесть сам!

— ...Тебе сколько лет, дитя?

От такого детсадовского выпада Юнджэ только тяжело вздохнул. Он хотел спустить все на тормозах, но, видимо, объясниться все же придется:

— Я встречался с драконом.

— Что?

— С кем?!

Неожиданное заявление заставило обоих за столом замереть с набитыми ртами.

Юнджэ без утайки пересказал разговор с Гераном. Открыл все карты: как узнал о связи драконов с Граалем и этим миром, и как все это сходилось на Захаре.

Реакция обоих оказалась на удивление спокойной. Джонгю лишь понимающе кивал, словно ничего из ряда вон выходящего не произошло. Джинсок реагировал схожим образом.

По правде говоря, услышанное мало что меняло для них лично. Разве что пришло осознание, что не все драконы поголовно были ублюдками.

— Так вот ради чего ты уходил? — голос Джонгю заметно потеплел.

Судя по всему, тот факт, что Юнджэ поделился с ним всеми подробностями, полностью загладил его обиду.

Юнджэ принялся за трапезу и между делом поинтересовался:

— Кстати, а где Элвин с Ройс?

— Они ели отдельно, — ответил Джинсок.

— Вот как?

Впрочем, было бы странно, если бы эта парочка сидела вместе с ними. Вполне логично, что они предпочли уединиться.

Зачерпнув ложкой густой куриный суп, Юнджэ задумчиво перевел взгляд на Джонгю. По иронии судьбы, Джинсок смотрел на парня с точно таким же выражением лица.

— Эм?.. Что такое?

Глоть.

Проглотив кусок мяса, Джонгю подозрительно уставился на обоих. Юнджэ, повинуясь внезапно возникшей мысли, спросил:

— Слушай, а у тебя самого вообще никого нет?

— У меня? В смысле?

— Мы тут торчим уже почти шесть лет... Неужели даже девушки на примете нет?

От столь бесцеремонного вопроса Джонгю аж поперхнулся.

Юнджэ смотрел на него с выражением искреннего недоумения из серии: «С тобой точно все в порядке?». Этот взгляд больно полоснул по мужской гордости.

— Да неужели этот парень?.. — тихо, но отчетливо пробормотал Юнджэ, демонстративно отодвигаясь от Джонгю на стуле.

Вспыхнув до корней волос, Джонгю повысил голос:

— Да ты на себя посмотри!..

Он уже набрал воздуха в грудь, чтобы выдать гневную отповедь, как вдруг осекся.

В голове всплыла простая истина: ради чего Юнджэ вообще рвал жилы все эти годы. Ему-то искать никого не требовалось — он был давно и безнадежно женат.

Глаза Джонгю метнулись к Джинсоку... и тут же виновато опустились в тарелку.

Оправдываться тем, что Джинсок тоже ходит один, было нельзя: тот до сих пор нес в сердце незаживающую рану от гибели Эмили. Любое неосторожное слово в эту сторону стало бы ударом ниже пояса.

— ...Тьфу ты, зараза.

В итоге Джонгю не нашел ничего лучше, как с поникшим видом уткнуться обратно в тарелку.

Каким-то неведомым образом он умудрился проиграть спор, даже не успев его начать.

Юнджэ не сдержался и весело рассмеялся, а на губах Джинсока заиграла редкая, едва заметная улыбка.