Особо раненых солдат, у которых не было шансов выжить, ждала эвтаназия, осуществляемая при помощи маленького молотка и иголки. Ее вбивали в затылок, даря пациенту мгновенную смерть.

У Пирса были ужасные раны и все, что врачи могли сделать для него - умертвить, чтобы не мучился. Лишь то, что парень совершил огромное количество подвигов во время последней обороны, а также являлся прямым подчинённым заместителя гвардии, послужило причиной того, что его пока не трогали. Других солдат в таком же положении даже не пытались спасти.

- Как он? - спросил Александр доктора, надеясь получить хоть какие-то положительные прогнозы.

- Я очень сожалею, ваше величество. Мы старались изо всех сил, но его внутренние органы были поражены, большая часть из них разорвана. Даже первоклассные священники из Святой церкви ничем не смогут ему помочь.

« Священники?» - это слово привлекло внимание короля, но сейчас было явно неподходящее время для подобных вопросов.

Александр должен был найти выход из этой ситуации. Он даже пожалел, что в прошлой жизни не учился на врача, ведь это возможно спасло бы жизнь Пирсу и многим другим защитникам королевства.

Ещё двое врачей подошли и поклонились правителю. Каждый из них держал по деревянному подносу. На одном из них лежал молоток, на втором же покоилась игла. Похоже, так они старались поддерживать чистоту предметов. Кроме молотоборца нуждающихся в этих инструментах уже не осталось в лазарете, поэтому они предназначались только его.

Хоть Пирс и находился в коме, врачи понимали, что он испытывает адские боли, и хотели избавить его от них. Раны были не настолько серьёзны, чтобы убить парня сразу же, но жизнь покидала его с каждой минутой.

Один из врачей, выглядевший старше и опытнее остальных, приподнял Пирса с земли. Другой лекарь приставил иглу к затылку молотоборца и поднял молоток.

- Подождите! - Александр остановил врачей.

Хоть он ещё и не решил, что делать, король просто не мог оставить умирать такого одаренного бойца. Настоящие воины имели право закончить свою жизнь достойно на поле битвы. Подобная смерть от иголки слишком позорна для такого, как Пирс. Кроме того, Александр не мог позволить ему умереть.

« Но… Чем я могу помочь ему?» - парень лихорадочно думал.

В этот же момент, словно ощутив градус напряжения в лазарете, Пирс очнулся. Первый, кого он увидел, был король Александр, внимательно смотревший на него. Уже потом он заметил столпившихся врачей. В конечном счете, его глаза, наконец, сосредоточились на молотке.

Улыбка засияла на лице воина:

- Хе. В конечном итоге и до меня добрались ? Чтоб вас...

Пирс ничего не сказал королю. Во время той битвы на стене он упал в обморок до того, как узнал, что их правитель стал героем. Поэтому для молотоборца Александр все ещё оставался отсталым идиотом, который тянул на дно королевство.

Проигнорировав слова раненного воина, лекарь поднял молоток снова.

- Да подождите вы! - Александр вновь остановил неугомонного врача.

Он посмотрел в глаза Пирсу, который с трудом держался в сознании. Наконец у него появилась идея. Точнее шанс на то, что жизнь парня ещё можно спасти.

- Пирс, я знаю, как тебе помочь, только тебе придётся выдержать много боли. - произнёс король, удивив всех в лазарете.

- Вы? П-помочь мне? Ха... Король Александр... не шут? Так странно... Если вы действительно хотите помочь... пожалуйста, накормите хлебом мою дочку хоть немного. Е-её зовут Луиза. - Пирс говорил с трудом, но считал, что обязан воспользоваться случаем.

Что будет с его дочерью, если он умрет? Сейчас был шанс уговорить короля при куче свидетелей ей помочь. Он не поверил его словам о помощи, но надеялся на то, что правитель поможет его дочери хотя бы раз.

« Довериться словам умственно отсталого? Я не так глуп.»

Когда Пирс говорил о своей дочери, Александр заметил его волнение и страх. Не за себя, разумеется, ведь молотоборец без страха выступил даже против мастера одной звезды. Пирс боялся только за будущее своей дочери.

- Что? Ты испугался боли? Не хочешь даже попытаться ? - король присел на корточки и, казалось, насмехался над могучим воином.

Делал он это, разумеется, нарочно, чтобы раззадорить горделивого парня. И тот легко повелся на это. Спокойный даже перед сильнейшим противником и иглой, что нависала над ним, воин был разгневан всего парой слов. Ему казалось, что его опозорили. Слушать насмешки от короля-шута... Пирс явно не был способен выдержать подобное. Он отрывисто задышал, пытаясь сесть:

- Я... я боюсь боли? Смешно! Я...

Глядя на попытки Пирса, Александр здорово за него перепугался. У этого человека действительно было сильное чувство гордости. Король даже пожалел о том, что раззадорил Пирса слишком сильно. Он так может и умереть из-за перенапряжения.

- Раз ты не боишься боли, тогда потерпи немного. Хотя бы ради своей дочери. - сказав это воину прямо в лицо, король покинул лазарет.

Едва он вышел из здания, как тут же заметил приближающегося Брука с двумя девушками. Щеки Анджелы и Эммы были красными. Похоже они устали, пока шли. Компания с интересом смотрела на короля, словно ожидая, что он может снова их удивить. Да и после истории заместителя командующего гвардии он казался им удивительным.

- Ваше величество! Как Пирс? - спросил Брук с надеждой.

- Возможно, есть способ спасти его. - Александр не был слишком уверен в своей идее - Я могу только постараться изо всех сил. Если мне повезёт, то Пирс не умрет.

- Слава богу! Есть шанс! - ответ правителя был выше всех ожиданий офицера.

Как заместитель командующего гвардии короля, Брук много раз видел смерть и ужасные раны подчиненных. Он точно понимал, что такие раны, как у Пирса, были гарантированно смертельны. Мужчина спросил короля в порыве отчаяния и не ожидал, что у того действительно есть решение.

- Кстати, Брук! Есть кое-что, что меня волнует. Почему лазарет настолько жалок? У нас разве нет лучшего места для наших воинов, где их можно расположить?

Александр чувствовал отвращение к этому помещению. Оно воняло, там было грязно и душно. Этот вопрос очень удивил Брука. Он немного замялся, но так и не нашелся, что ответить. Пока офицер мялся, утолить любопытство короля решила Эмма, которой, в отличии от мужчины, явно нечего было бояться или смущаться.

- Это все вы, Александр. Если бы ваше величество не слушалось во всем Джилла и не распродало здесь все, лазарет бы не был в таком жалком состоянии. Вы даже окна продали!

Александр не знал, что сказать.

« Мой предшественник действительно был умственно отсталым кретином» - подумал он.

- Существуют ли другие крупные помещения, достаточно чистые, чтобы разместить там раненных? - спросил король Брука, решив проигнорировать Эмму.

- Церковь в Чамборде, а также особняк главного министра Барзеля подходит, но... - офицер снова замялся, не зная как правильно объяснить.

- Но что? - Александру даже стало любопытно, только вот мужчина снова смущенно замолчал.

- В местах, которые упомянул дядя Брук, действительно есть достаточно пространства для этих солдат, но, Александр, вы не можете переместить их туда…. - Анджела, которая ранее молчала, решила в этот раз спасти заместителя. - Священники покинули замок Чамборд, церковь была заперта. У нас нет полномочий использовать ее, иначе мы будем уничтожены Святой Церковью. Нет империи на континенте Азерота, которые посмели бы идти против Святой Церкви. Особняк главного министра Баззеля так же не сильно подходит. - объяснение было довольно расплывчатым.

Александр все еще не до конца разобрался.

Хотя парень и унаследовал предыдущие воспоминания короля-тупицы, ему это мало что дало. Александр понял, что Анджела была максимально серьезна, но все же решил подразнить её:

- Святая Церковь, настолько влиятельная? Даже король не может приказать им? - сказал он максимально высокомерным и презрительным тоном.

Светловолосая Эмма вновь влезла в разговор:

- Когда священники покидали замок, даже враги, которые окружили нас, не смели останавливать их. Они расступились и даже почтительно кланялись им. Что вы думаете теперь о власти Святой Церкви? Даже сильнейшие империи девятого уровня не смеют идти против неё!

Александр нервно рассмеялся и больше не возвращался к этому вопросу. Его знания относительно континента были до смешного малы. Если он продолжит задавать глупые вопросы, другие, возможно, станут подозревать его в чем-то нехорошем. Он быстро перевел внимание этих троих подальше от прошлой темы:

- Хорошо, тогда, есть ли другие места кроме церкви и особняка главного министра Баззеля?

Брук покачал головой. Анджела и Эмма сделали то же самое. У них так же не было хороших идей.

После этого Александр потер подбородок. Он рассматривал особняк Баззеля и не сильно переживал о том, что сделает плохо министру.

« Сын Баззеля, Джилл, был придурком и попытался убить меня. Если он пошёл в папашу, то можно не волноваться о том, что я причиню им неудобство. Можно спокойно вынуждать подобных людей предоставить их собственность при помощи власти. Я даже не буду чувствовать при этом какую-то вину.»

- Я знаю ещё одно место! - внезапно закричала Эмма.

- Ещё одно место?

Александр, Анджела и Брук были удивлены.