Ким Джэ Хи как ни в чём не бывало прислонился спиной к двери туалета. С виду казалось, будто он просто решил немного передохнуть. Но стоило мне осознать, что эта дверь — единственный выход отсюда, как меня вдруг охватило чувство, словно мы оказались в ловушке.

Джэ Хи непринуждённо позвал меня:

— Идите сюда.

Я поочерёдно посмотрел на мужчину, заливавшегося слезами, потом на Джэ Хи, который жестом подзывал меня к себе, и невольно нахмурился. Тогда Шин Хэ Рян кивком указал мне в сторону Джэ Хи. Похоже, он тоже велел отойти.

Мужчина отчаянно пытался отпрянуть от ножа, почти касавшегося его горла, но Шин Хэ Рян крепко держал его за волосы, так что сбежать было невозможно. Хотя у того за плечом висела винтовка и обе руки оставались свободными, он не смел даже пошевелиться.

Я тихо сказал Шин Хэ Ряну:

— Не убивайте его.

Ты ведь можешь этого не делать.

При моих словах мужчина перевёл взгляд на меня.

Не отводя ножа, Шин Хэ Рян холодно ответил:

— Это зависит от того, как поведёт себя он.

Когда я подошёл к Джэ Хи, тот с готовностью освободил место рядом с собой, словно хотел сказать, что отсюда всё прекрасно видно. После чего с таким увлечением принялся наблюдать за происходящим, будто перед ним показывали фокус.

Вот уж действительно... Вместо того чтобы остановить своего командира, он сидит и наслаждается зрелищем. И это человек той же секты.

Я тихо спросил:

— Вы ему не поможете?

— Кому?

Джэ Хи посмотрел на меня с искренним недоумением. Говорил он так тихо, что слова приходилось читать по губам.

И правда. Угрожал человеку ножом его собственный командир. А тот, кому угрожали, был последователем «Церкви Бесконечности».

На чью сторону должен встать инженер группы А Ким Джэ Хи?

Что для него важнее — его команда? Или его вера?

— Вы ведь исповедуете одну и ту же религию.

Кажется, мужчина услышал мои слова — его плечи заметно дрогнули. Он попытался повернуть голову в нашу сторону, но Шин Хэ Рян по-прежнему держал его за волосы.

Джэ Хи спокойно скрестил руки на груди.

— Знаете, один человек из нашей команды как-то сказал, что люди одной веры эксплуатируют друг друга даже охотнее остальных.

Он пожал плечами.

— Я не настолько ревностный верующий, чтобы активно помогать единоверцам. И уж точно не собираюсь ради них рисковать жизнью, связываясь с шэфом. Так что лучше спокойно посмотрим со стороны. Разве не здорово? Наш шэф только что расправился с плохим террористом. Выглядело довольно эффектно. Да и потом... мой Спаситель сейчас здесь, рядом со мной. С чего бы мне беспокоиться о других верующих?

Получается, будь он более набожным, он и правда попытался бы напасть на Шин Хэ Ряна?

Нет... Если бы эти двое подрались, Джэ Хи проиграл бы с вероятностью двести процентов. То есть сначала проиграл бы один раз, а потом умудрился бы проиграть ещё раз подряд.

Он вообще видел, как Шин Хэ Рян только что убил человека? Тот отправил противника на тот свет почти сразу после встречи. По моим ощущениям, на всю атаку ушло меньше двух секунд. Стоило человеку оказаться в пределах досягаемости — и нож уже вошёл ему под ключицу.

Какое ещё «эффектно»... Я просто не мог понять, как человеческая жизнь может оборваться настолько быстро и легко.

Шин Хэ Рян снова предупредил пленника:

— Шевельнёшься хоть на миллиметр — умрёшь ещё быстрее, чем тот, кто вошёл первым.

Даже мне было видно, как тело мужчины постепенно превращается в каменную статую.

— Отвечай только на мои вопросы. Что решили делать с пожаром?

Лишь после того, как по щекам мужчины скатились две слезы, он смог ответить:

— Нам приказали уходить... на другую подводную базу.

— Вы не собираетесь изолировать только док подлодок?

— Нет. Огонь оказался сильнее, чем ожидали. Сказали как можно быстрее садиться в лифт и уходить на другую базу. Сказали, что драгоценности на выставке легко воспламеняются... Нельзя допустить возгорание выставочного зала... Пожалуйста... не убивайте меня...

Драгоценности легко подвергаются воздействию огня?

Хотя... Если подумать, алмаз — это ведь углерод. При высокой температуре он действительно может сгореть.

Мужчина всхлипывал, шумно втягивая сопли, и дрожал всем телом.

Шин Хэ Рян заговорил ещё холоднее:

— Что решили делать с заложниками?

— Нам... ничего про них не говорили.

— Сколько их?

— Я... я так испугался, что ничего не помню... Кажется... восемь... может, девять...

Он продолжал беззвучно плакать.

Шин Хэ Рян тихо произнёс, почти со вздохом:

— Похоже, ты не врёшь. Ты был послушным, и мне хотелось бы оставить тебя в живых. Но ты видел нас.

— П-пожалуйста... — мужчина судорожно сглотнул. — Я никому ничего не скажу! Буду жить тихо! Сделаю вид, что ничего не видел! Буду как гренландская акула — словно вообще ничего не произошло! Клянусь!

При этих словах я заметил, как пальцы Шин Хэ Ряна крепче сжали нож.

Я спокойно сказал:

— Не убивайте его. Есть ведь другой способ. Он сделал всё, что вы требовали.

Услышав мои слова, мужчина, видимо, впервые поверил, что может выжить.

Он тут же принялся умоляюще обращаться уже ко мне:

— Я всегда держу свои обещания! Правда! Пожалуйста, спасите меня! Я ещё никого не убил! Это правда! Пожалуйста! Я никому ничего не расскажу! Прошу вас!

Шин Хэ Рян коротко взглянул на меня. Потом снова перевёл взгляд на мужчину. Словно принял решение. Не отпуская его волосы, он резко ударил его головой о край умывальника. Тело сразу обмякло.

Он потерял сознание.

При этом рука, державшая нож, даже не шелохнулась. Шин Хэ Рян осторожно подхватил обмякшее тело и аккуратно уложил его на пол. На мгновение мне показалось, что он всё-таки убил его.

Я подошёл ближе.

Нет. Он дышал. Правда, с головой, похоже, всё было плохо. На затылке быстро росла огромная шишка. Когда этот человек придёт в себя, ему обязательно нужно будет сделать КТ головного мозга.

Некоторое время Шин Хэ Рян молча смотрел на лежащего мужчину, потом сказал мне:

— Если мы оставим его так, он очнётся и поднимет тревогу.

— Но ведь мы заберём всё его оружие.

— Даже без оружия взрослый мужчина, участвовавший в теракте, остаётся опасным. Сейчас безопаснее убить его.

— Но он же пообещал, что сделает вид, будто ничего не видел.

— Он нас предаст.

Шин Хэ Рян произнёс это так, словно речь шла о чём-то совершенно очевидном. Но, несмотря на свои слова, не стал, как раньше, перерезать мужчине артерию.

— Вам ведь тоже не хочется убивать людей, господин Шин Хэ Рян?

Он поочерёдно посмотрел на убитого, затем на меня. Тяжело вздохнул. Похоже, сейчас было не время для подобных споров. Поэтому он быстро сказал:

— Хорошо. Мы рискнём и оставим его в живых. Но тогда, мне понадобится ваше содействие в нескольких вещах.

— Что мне нужно сделать?

Эх... Мог бы просто попросить о помощи.

За моей спиной подал голос Ким Джэ Хи:

— Спаситель, вы слишком мягкий в такие моменты. Надо было хотя бы сказать: «Давайте выколем ему глаза». Или: «Отрежем ему ноги».

Я ошарашенно посмотрел на него.

— Вы точно одной веры?

Нет, это уже слишком...

Окинув взглядом меня и Джэ Хи, Шин Хэ Рян сказал:

— Наденьте их одежду и притворитесь последователями Церкви Бесконечности. Джэ Хи, помоги.

Недовольно ворча — похоже, ему ужасно не хотелось отходить от двери, на которую он так уютно опирался, — Джэ Хи подошёл и принялся стаскивать верхнюю одежду с потерявшего сознание мужчины. Попутно слышались жалобы: "Я вообще-то и так настоящий последователь Церкви Бесконечности. Почему мне ещё нужно притворяться?"

Но, разумеется, никто даже не обратил на это внимания. Тем временем Шин Хэ Рян быстро раздел убитого.

В районе ключицы его чёрная футболка с длинными рукавами была разрезана ножом. Шин Хэ Рян совершенно спокойно снял с трупа пропитавшуюся кровью одежду и сжал её руками. Из ткани снова потекла кровь.

Господи. Наблюдать всё это собственными глазами было просто безумием.

Он трижды прополоскал футболку в раковине, смывая кровь, затем ещё дважды с силой выкрутил её. Казалось, ткань вот-вот закричит от боли. Он скручивал её так яростно, словно выжимал мокрое полотенце, пока из неё почти не перестала течь вода.

Если его целью было превратить футболку в тряпку, то он почти преуспел. Напоследок он резко встряхнул её и протянул мне.

Я посмотрел на одежду. Закрыл глаза. Снова открыл.

Нет... Не может быть...

— Только не говорите, что это должен надеть я.

— Мне она не по размеру.

А я-то думал, вы так старательно её выжимаете для себя...

Я проглотил уже готовое сорваться ругательство и натянул на себя влажную, неприятно липкую чёрную футболку. Потом поднял валявшуюся на полу чёрную кепку.

Лицо убитого закрывала маска, натянутая почти до самого носа. До этого он носил её на шее, словно шарф.

Я раз пять поколебался. Потом всё же снял её с мертвеца.

Прости...

Кроме пистолета, шоколадной конфеты и нескольких кабельных стяжек в его карманах ничего интересного не оказалось. На обоих мужчинах не было значков с акулой. Похоже, они ещё не успели пройти посвящение.

Проверять это, заставляя покойника открыть рот, времени не было. Я надел его маску себе на шею так же, как носил он. Брюки и обувь забрать не получилось — размер был совсем не мой. Натянув на голову чёрную кепку, я невольно тяжело вздохнул.

Ким Джэ Хи спрятал свои ярко-красные волосы под чёрной бейсболкой, протянув собранный хвостик через отверстие сзади. Потом тоже переоделся в чёрную верхнюю одежду. Теперь он выглядел как самый настоящий террорист с подводной базы.

Правда, сам он был явно недоволен обновкой и продолжал бурчать:

— Лучше уж голым ходить, чем носить такое. От него ужасно пахнет.

Эй. Вообще-то рядом с тобой стоит человек, который только что надел одежду с окровавленного трупа.

Шин Хэ Рян перетащил и убитого, и потерявшего сознание мужчину в самую дальнюю кабинку туалета. Затем проверил их оружие.

Один автомат он отдал мне. Второй — Джэ Хи.

После этого Шин Хэ Рян зачерпнул с пола густую кровь, собравшуюся в лужу, и густо размазал её по лицу и шее. Потом завёл руки за спину и спокойно стянул себе запястья кабельной стяжкой.

Я с тревогой посмотрел на его завязанные руки.

— Вы потом сможете это снять?

— Да

Какое облегчение. А то я сам не знаю, как их снимают. Если потом попросит меня освободить его... боюсь, я тоже не справлюсь.

— В фильмах обычно наручники надевают, а это ведь обычная кабельная стяжка.

Кажется, наручники открывают специальным ключом. Но здесь такой номер вряд ли пройдёт.

Осмотрев связанные руки, Шин Хэ Рян спокойно заметил:

— Металлические наручники слишком тяжёлые. Их неудобно носить с собой. Да и стоят дорого.

— То есть кабельные стяжки используют потому, что они дешёвые и лёгкие?

Вот уж сведения, без которых я прекрасно прожил бы всю жизнь.

Пожалуй, после всего этого мне придётся уйти в горы и стать отшельником, чтобы хоть как-то забыть подобные знания. Из нас троих настоящим последователем Церкви Бесконечности был только Ким Джэ Хи, поэтому решили, что именно он выйдет первым. За ним должен был идти Шин Хэ Рян. Я — последним, держа его на прицеле.

И вот, направив оружие в спину Шин Хэ Ряну, я лишь тяжело вздохнул.