Заложники, которые всё это время лежали связанными, не понимая, что происходит, уже давно чувствовали сладковатый запах гари. Услышав разговоры об эвакуации из-за пожара, они лишь сильнее занервничали, а крик Майкла окончательно сорвал все заслонки.

— Спасите!

— Развяжите нас!

— Я не хочу сгореть заживо!

— Вы же обещали отпустить нас, если мы будем слушаться!

Заложники зашевелились, отчаянно требуя освободить их. Майкл растерянно посмотрел в их сторону.

До этого, казалось, он воспринимал их скорее как мешки с картошкой или бататом. Лишь когда они загалдели во весь голос, до него наконец дошло, что перед ним живые люди. По его лицу сразу промелькнуло сожаление — он понял, что по неосторожности выдал лишнюю информацию.

Джамал усмехнулся и сказал:

— Полагаю, мне не нужно объяснять, насколько необдуманным был ваш поступок.

— Я только что понял.

Голос Майкла звучал куда ниже прежнего. Совсем не тот, что раньше, когда казалось, будто он проглотил паровозный гудок.

Пока заложники продолжали кричать, Дэвид с раздражённым видом выстрелил в пол.

Бах!

От грохота все мгновенно замолчали.

— Если не хотите получить пулю — заткнулись!

Люди тут же прикусили языки. Майкл вздрогнул от неожиданного выстрела.

До этого неподвижно стоявшая Элизабет тихо, почти шёпотом, произнесла:

— Не волнуйтесь, Майкл. Большинство наших последователей уже перебралось на Первую подводную базу. Остальные тоже скоро эвакуируются.

— А что с драгоценностями?

— Всё самое важное с собой. Разве вы не говорили, что пожар можно потушить?

— Можно. Проблема лишь в способе.

Элизабет слегка приподняла тяжёлую квадратную сумку, которую держала в руке. Она выглядела грубой и очень прочной. Высвободив ладонь из руки Джамала, Элизабет ласково провела по сумке.

Майкл нахмурился, но молча подошёл к ней.

— По словам тех, кто проник на Четвёртую базу, там уже настоящий потом. Воды столько, что пройти невозможно, поэтому поиски пришлось прекратить. Если система подачи воздуха остановится, они долго не продержатся.

— Значит, наш Спаситель сейчас где-то на Четвёртой базе, словно рыба в аквариуме. Кто бы мог подумать, что встретиться с ним окажется так трудно.

Какая ещё рыба...

Я вообще-то стою прямо у вас за спиной.

Не зря говорят: «Под самым фонарём темнее всего».

Вот в этой самой темноте я сейчас и прячусь — весь в чёрном, с чёрным автоматом, изображая последователя Церкви Бесконечности.

От напряжения я едва осмеливался дышать. Мне казалось, стоит кому-нибудь узнать меня — хоть тому, с кем я случайно столкнулся в столовой, хоть кому-то, с кем просто обменялся приветствием, — и он сразу закричит:

"Здесь Пак Му Хён! Хватайте его!"

И человек, который в моём воображении охотнее всех предал бы меня, неожиданно дружески хлопнул меня по окаменевшему плечу.

Улыбаясь, Ким Джэ Хи сказал:

— Испуганный вид вам тоже идёт. Только вы уж слишком сильно дрожите.

Я молча опустил голову и сделал вид, будто наблюдаю за извивающимися у моих ног заложниками.

Я настолько заметно дрожу?

К счастью, из-за поднявшейся среди заложников суматохи Элизабет и остальные были заняты совсем другим.

Несколько заложников, узнавших лицо Шин Хэ Ряна, выглядывавшее из-под капюшона, возбуждённо закричали:

— Это же Шин Хэ Рян?!

— Эй! Посмотрите!

— И его тоже поймали!

— Шин тоже в плену!

Некоторые даже попытались пнуть его, несмотря на связанные ноги.

Вот уж действительно... И сейчас вам неймётся?

Я направил на них автомат и оттеснил мужчин, которые, извиваясь, пытались подобраться к Шин Хэ Ряну.

Элизабет равнодушно посмотрела в нашу сторону и сказала:

— Поднимаемся.

Похоже, почти все последователи Церкви Бесконечности, охранявшие Вторую базу, уже эвакуировались. Даже если считать меня и Ким Джэ Хи, нас оставалось всего человек семь. А я-то ожидал увидеть не меньше двадцати.

Ближе всех к заложникам находились трое сектантов в балаклавах, а также мы с Ким Джэ Хи, приведшие Шин Хэ Ряна. Подошедший Дэвид мельком посмотрел на мою разорванную одежду, затем обратился ко всем пятерым:

— Если они заговорят или начнут двигаться — застрелите их.

— Ага.

Ким Джэ Хи мгновенно ответил за нас. Я же вспомнил предупреждение Шин Хэ Ряна и лишь энергично кивнул. Не поднимая головы, чтобы никто не увидел моего лица, я положил палец на спусковой крючок и сделал вид, что внимательно слежу за только что затихшими заложниками.

Я был уверен, что Дэвид сейчас спросит, почему у меня разорвана одежда, или прикажет снять кепку и шарф, чтобы проверить лицо. Но он не стал терять времени. Безопасность эвакуации была для него куда важнее.

Когда группа впереди начала заходить в центральный лифт, взгляд Дэвида наконец перестал задерживаться на мне.

Только не обращай на меня внимания.

Уходи скорее.

Сердце колотилось где-то возле самых ушей.

Дэвид вошёл в лифт последним. Двери закрылись. Когда они исчезли из виду, я наконец смог перевести дух. Кажется, для подобных дел у меня слишком слабые нервы. Нужно как можно скорее избавиться от этого автомата.

Один из заложников продолжал осыпать Шин Хэ Ряна ругательствами, связанными с его верой. Я ткнул его стволом в бок. Он моментально замолчал — видимо, решил, что следующим выстрелю именно я.

Женщина в балаклаве с изображением красного черепа, очевидно знакомая с Ким Джэ Хи, весело окликнула его:

— Говорил же, что не придёшь.

— Скучно стало. Кстати, откуда вообще пожар?

Ким Джэ Хи с самым невинным видом задал вопрос террористке. Я рядом едва не потерял дар речи..

Ты же лучше всех знаешь, откуда!

Женщина пожала плечами.

— Кто его знает. Наверное, какой-нибудь идиот сигарету не потушил.

— Судя по словам Майкла, для одной сигареты пожар уж слишком серьёзный.

— Видел, как Дэн, который обслуживает автоматы, пытался тушить огонь и сам подпалил себе руку? Орал и ревел как ребёнок.

— Да ладно? И всё это случилось, пока меня не было?

Ким Джэ Хи оживлённо рассмеялся вместе с ней.

Из их разговора я понял, что несколько последователей Церкви Бесконечности пытались потушить пожар, но лишь сильнее его раздули.

Пламя охватило не только район дока с подлодками, но и два соседних склада. Возникла опасность, что оно перекинется на нефтедобывающие трубы и даже на выставочный зал, поэтому и было принято решение срочно эвакуироваться.

Неужели пожар, который устроил я, действительно способен уничтожить всю Вторую подводную базу?..

От этой мысли меня начала терзать совесть.

До сих пор молчавшая женщина в чёрной балаклаве сказала:

— Нам тоже пора.

— Каким лифтом поедем?

— Центральным.

— Я воспользуюсь тем, что справа. Заодно по пути куплю в автомате пару леденцов.

С этими словами Ким Джэ Хи жестом указал на меня. Я развернул леденец, доставшееся мне от мертвеца, который раньше сунул в карман, и положил его в рот. Увидев это, собеседник тихо протянул:

— А-а...

Похоже, онв решила, что я молчу, потому что ем конфету.

— Тогда увидимся наверху.

В ответ я лишь кивнул. Чтобы не вызывать подозрений у тех, кто направлялся к центральному лифту, мы с Ким Джэ Хи действительно дошли до автомата с конфетами.

Ким Джэ Хи принялся колотить прикладом ни в чём не повинный автомат, а я даже не пытался его остановить. Всё моё внимание было приковано к центральному лифту. Нужно было убедиться, что трое в балаклавах и ещё двое с открытыми лицами, охранявшие вход, действительно вошли внутрь.

Автомат жалобно загудел и наконец выдал пакетик с конфетами.

Ким Джэ Хи достал его и, даже не оборачиваясь, спросил:

— Все ушли?

— Да. Поднялись на лифте.

— Тогда и мы пойдём, Спаситель.

— Давайте сначала освободим заложников, а потом уйдём.

— Давайте лучше сбежим вдвоём. Бросим руководителя группы Шин.

— Что?..

Мне ведь не послышалось?

— Оружие у нас есть. Кто мы такие, никто не знает. Если сейчас сесть в этот лифт, можно сразу попасть на Первую подводную базу. А если всё и дальше пойдёт так же, может, нам вообще удастся выбраться отсюда.

Ким Джэ Хи широко улыбнулся и насильно распихал мне по карманам горсть конфет.

— Если будете со мной — у нас получится.

А потом неожиданно принялся поливать грязью собственную команду.

— По слухам, Шин Хэ Рян убил уйму людей. Вы же сами видели, что было в туалете. Обычный человек не способен так легко убивать. Кто знает, может, Со Джи Хёк и остальные такие же. Не уверен, что они вообще стоят того, чтобы вы так старались им помочь. Да и заложники, что лежат там, ничем не лучше. Самые обычные эгоисты. Помощи от них никакой — один только балласт.

И тут мне вдруг пришла в голову мысль.

Раз он говорит такое... Похоже, сам Ким Джэ Хи ещё никогда никого собственными руками не убивал.

Если только не перестал считать тех, кого обрёк на смерть косвенно.

Но была одна вещь, о которой он не знал.

Я тоже убивал людей.

Забивал их насмерть.

Пусть это произошло в линии времени, которую уже никто не помнит...

Я-то помню.

Нажимая кнопку вызова лифта, Ким Джэ Хи сказал:

— Почему вы вообще хотите спасать совершенно чужих людей? Лучше думайте о собственной жизни.

— Джэ Хи... Вы сами мечтаете, чтобы вас спас кто-то другой, но при этом не хотите спасать других? Не люблю настолько мелочных людей. Давайте будем немного великодушнее.

Лифт возле автомата с конфетами, похоже, никто не использовал — двери открылись сразу.

Я неожиданно толкнул Ким Джэ Хи внутрь кабины и нажал кнопку «Первая подводная база». Из-за протеза он явно не ожидал такого толчка и потерял равновесие, рухнув на пол.

— Поднимайтесь первым и спокойно ждите меня. А я сделаю то, что считаю правильным.

Двери закрылись, оставив за ними растерянное лицо Ким Джэ Хи.

Я тут же бросился обратно к заложникам. Шин Хэ Рян уже успел достать нож и сейчас перепиливал пластиковые стяжки, которыми были связаны его руки и ноги.

— Что мне делать в первую очередь?

В фильмах я видел, как люди ломали большой палец, чтобы сравнять его ширину с запястьем и выскользнуть из пластиковых наручников.

Но не стану же я ломать большие пальцы всем заложникам.

Тогда получится, что я окажусь хуже Церкви Бесконечности, которая их связала.

Шин Хэ Рян быстро ответил:

— На стене должен висеть аварийный топор.