Затем, через минуту или две, Хиллари завладела его сладким местечком и принялась потирать его более агрессивно. Мэгги все еще держала руку на его члене. Она приложила палец прямо к его мочеиспускательному отверстию. Через минуту их руки поменялись местами, Хиллари принялась ласкать его яйца, а Мэгги поглаживала его толстый член.

Ник никогда особо не задумывался о своих яйцах. Конечно, он никогда не тратил энергию лаская свои яйца во время мастурбации.

Поэтому он был очень удивлен тем, как приятно было, когда Мэгги или Хиллари ласкали их. Кое-что из этого они сделали во вторник, но сейчас, чувствуя себя намного увереннее, они постоянно учились и совершенствовались. Иногда, они обе ласкали его яйца одновременно!

Излишне говорить, что он был на седьмом небе от счастья, поскольку в добавок ко всему, его руки буквально окунулись в большие, упругие и одновременно такие податливые сиськи.

"Этого не может быть! Я отчетливо чувствую происходящее и не просыпаюсь, так что это не может быть сном! Их сиськи! Мой член! Мы все сплелись воедино! В гребаном кинотеатре, ни больше ни меньше! Что может быть лучше?!"

"И я очень впечатлен тем, как хорошо они сотрудничают. Я даже не заметил, что он приложили сразу четыре руки, потому что это похоже на одну гигантскую 20-пальцевую руку! Только посмотри, как они двигаются! У них такие большие улыбки на лицах, когда они сосредоточены на движениях своих рук. Это полный улет!"

Мэгги старалась растянуть удовольствие как можно дольше. Она полностью вошла в "режим Мэгги". Хотя время от времени она вспоминала об отношениях между матерью и сыном, это только еще больше возбуждало ее, вместо того чтобы заставлять гореть от чувства вины.

Единственной ложкой дегтя в ее бочке меда было то, что она не кончила ни разу за весь вечер, но так жаждала большого оргазма или двух.

Ей, как правило, требовалась прямая стимуляция клитора, чтобы кончить, и она все еще заставляла себя не трогать себя там.

Но после примерно 20 минут безостановочного удовольствия от всех поцелуев, ласк и поглаживаний члена, она заметила, что Хиллари убрала одну руку с хозяйства Ника и направила ее к своей промежности. Похоже, она все таки решила заняться своей киской.

Это озадачило ее так сильно, что она прошептала:

- Хиллари, что ты делаешь?

Хилари поняла, что попалась.

На самом деле, она начала украдкой тереть клитор и губы киски через юбку в своей собственной попытке кончить.

Но, выросшая в семье "хиппи", она не была так озабочена социальными правилами, как Мэгги, поэтому, хотя она чувствовала себя немного смущенной, она даже не покраснела. Быстро подумав, она сказала:

- Я чувствую, что мне нужно сходить в уборную.

Мэгги сказала:

- Тогда зачем ждать? Просто сходи?

Однако через пару секунд сквозь туман возбуждения наконец пробилось понимание. Она довольно неуклюже ответила:

- О, - и лукаво улыбнувшись, добавила: - Раз уж ты об этом заговорила, мне тоже нужно в туалет.

Хиллари смотрела, как Мэгги положила руку на место своей киски и начала ласкать себя через юбку.

Правда, она все еще не хотела, чтобы это было слишком очевидно, поэтому она только делала небольшие поглаживающие движения, и ей пришлось прикладывать чуть больше усилий, что бы прочувствовать все через юбку и трусики. Но было ясно, что она делает, и это все еще казалось фантастическим.

Ник даже не замечал, что они делают с собой, потому что он парил в некой эротической эйфории, как будто находился в другом мире. Глаза его остекленели, на губах играла глупая улыбка.

Каким-то образом он все еще крутил один из сосков Мэгги, но его рука, казалось, действовала сама по себе, так как его мозг, казалось, превратился в кашу.

Тот факт, что они перешли от четырех рук, обрабатывающих его член и яйца, к двум, на самом деле не имел для него значения.

Главное, конечно, было стимулирование его сладкого места, и это продолжалось нон-стоп. Две лишние руки были больше похожи на глазурь на торте: приятно, но не обязательно. На самом деле, он приветствовал небольшое уменьшение стимуляции, потому что не хотел все время отчаянно сжимать ЛК-мышцу, чтобы избежать точки не возврата.

(К счастью, он имел большой опыт в мастурбации, что сделало его своего рода экспертом в этом и научился использовать ЛК-мышцу для задержки оргазмов.)

Видя, как Мэгги закрывает глаза и блаженствует, мастурбируя, приближаясь к кульминации, Хиллари наклонилась вперед и начала следующий круг поцелуев с Ником. Ей не хотелось кончать в ближайшее время.

Как и Ник, она знала, что неспешное удовольствие продлевает радость. Таким образом, она просто слегка перебирала губы своей киски через юбку, чтобы поднять ее уровень возбуждения на пару ступенек выше. Она кончит позже, когда желание сделать это станет слишком сильным.

Некоторое время она обнималась с Ником. В то же время, она придерживалась установленного шаблона и меняла позиции рук, меняя верхнюю половину члена Ника в обмен на нижнюю и его яйца.

Никто из них не обращал внимания на то, что они находятся в кинотеатре с другими людьми.

Время от времени кто-нибудь из вспоминал, где они находятся, особенно когда раздавался громкий взрыв или какой-нибудь другой резкий звук из фильма. Но это только давало им еще один толчок возбуждения.

Они почти ничего не делали, чтобы скрывать свои действия или принять другие меры предосторожности. Им повезло, потому что никому просто не было дела до того, чем они занимаются.

Через пару минут, поглаживания Мэгги стали такими неровными, что он прекратил целоваться с Хиллари, а потом посмотрел на мать, чтобы увидеть, что с ней происходит.

Мэгги все еще пыталась скрыть тот факт, что играет со своей киской через юбку, но получалось это откровенно говоря не очень.

Ник конечно же понял, что она мастурбирует. На самом деле, она так увлеклась, что даже не остановилась когда их глаза встретились, и она знала, что он понимает, что она делает. Она также не сделала попытки принять свою очередь поцелуя, и просто держала его член вместо того, чтобы поглаживать его.

Она подумала:

"Сынок! Чемпион! Не смотри на меня, пожалуйста! Я такааая плохая! Такая непослушная! Я старалась быть хорошей женой и хорошей матерью. Хорошей! Но у меня всегда было сильное сексуальное влечение. Может, я просто похотливая, бесстыдная, большегрудая шлюха! Твоя шлюха! Аааарх!"

Затем он повернулся, посмотрел на промежность Хилари и увидел, что она занята тем же самым. К счастью, так как она не балансировала на грани оргазма, как Мэгги, она не прекращала активно потирать его сладкое место.

Он задумался над тем, как они обе украдкой потирают киски и нашел это настолько возбуждающим, что еще один внезапный прилив оргазма, как цунами накатил на него.

Он вдруг прошептал:

- Ой-ой! Я кончаю!

Как и в прошлый раз, ему было стыдно признаться в этом, но он подумал, что было бы гораздо более неловко, если бы его сперма начала стрелять неуправляемо во все стороны кинозала.

Правда, рядом с ними никого не было, так что он не кончил бы случайно на какую-нибудь старушку, но все равно ему казалось слишком странным даже думать о том, чтобы просто выстрелить спермой в воздух, особенно в таком общественном месте, как это.

Он наклонился вперед, напрягая каждый нерв, храбро борясь с желанием выстрелить. Вены вздулись на его лбу и шее, он боролся и скрипел зубами.

Он действительно умел сжимать ЛК-мышцу, но даже это срабатывало лишь иногда, особенно когда он был возбужден сверх всякой надежды сдержаться.

Мэгги встревожилась и расстроилась. Хотя она сама была на грани оргазма, практическая проблема того, что произойдет с его спермой, имела приоритет, и она должна была прекратить мастурбировать сейчас. Напоминание о том, что они были в кинотеатре, как дубиной ударило ее по голове.

Если уж на то пошло, она была еще более подавлена, чем Ник, мыслью о том, что его сперма вылетит и расплескается по сиденьям и полу.

Не раздумывая, она наклонилась и прижалась лицом к кончику эрекции Ника. Она закрыла глаза и широко открыла рот, ожидая, что в любую секунду его семя ударит ей в горло.

Но этого не случилось. Прошло несколько секунд, и все, что было слышно, - это сдавленные стоны Ника.