Непристойная святая, которую все в империи искали целых полгода, наконец, нашлась.

Хлодвиг думал, что Раон сильно удивится, услышав эту новость, но тот, на удивление, даже не сдвинулся с места, и, напротив, выглядел безмятежным.

Его благородный голос продолжил читать молитву, которая разносилась по всей комнате, посвященной Богу.

«Я верю, что, в конце концов, все эти испытания приведут нас к истинному счастью.

Поэтому, Всемогущий Бог…»

Замолчав на мгновение, он медленно поднял голову.

Его плотно закрытые глаза вспыхнули.

Голубые глаза, благоговейно смотрящие на статую, ярко засияли.

И, наконец.

«…Если это тоже Твоя воля, я с радостью приму ее».

Раон закончил молитву.

* * *

Сегодня время тоже было потрачено впустую.

Понимая, что снова вернется с пустыми руками, Агнес почувствовала, как тяжелеют её шаги.

Вот уже три дня она и ее семья не могут прикоснуться даже к крохотному кусочку хлеба.

Сегодня утром дошло до того, что ее свекровь больше не могла терпеть голод, поэтому начала жевать кусок ткани.

Эта жалкая сцена не выходила из головы Агнес весь день, но, в конце концов, она поспешила домой.

Пока девушка размышляла о том, не пойти ли на гору,чтобы содрать кору с дерева и сварить из неё кашу...

«Кья-а!»

В Агнес внезапно врезался широкий жеребец.

Побледнев, она упала на землю.

Сильного удара было достаточно, чтобы потерять сознание, но она инстинктивно свернулась калачиком, почувствовав, что ее вот-вот растопчет эта большая лошадь.

Пока громкое ржание лошади разносилось эхом со всех сторон…

Мужчина, которому удалось успокоить беснующегося жеребца, схватил поводья и громко закричал на неё:

«Чокнутая, ты, должно быть, сошла с ума! Жить надоело?! А что если бы он действительно наступил на тебя!»

Он плюнул в Агнес, которая лежала на грязной земле.

«Ах…»

Сквозь стиснутые зубы вырвался тихий стон.

Она точно знала, что разбила колени, которые первыми коснулись земли.

Однако была еще одна… огромная проблема.

Капюшон плаща слетел с её головы, открывая блестящие серебристые волосы.

Из-за недоедания Агнес казалась гораздо младше своего возраста.

Как ни странно, ее волосы были такими роскошными и блестящими, что любой подумал бы, что она так же красива, как и ее волосы, излучающие естественное сияние.

Всадник уставился на волосы девушки, будто он смотрел на солнце, совершенно загипнотизированный.

Агнес, почувствовав его взгляд, быстро надела капюшон и склонила голову.

Она извинилась.

«Я-я сожалею. Мне, правда, очень жаль».

«Погоди-ка, твой цвет волос… Подойди поближе, дай мне посмотреть, хорошо?»

Мужчина сомневался.

Волосы девушки были серебристыми, более того, оттенок очень напоминал оттенок единственного бога империи, Дернауса.

Если женщина подозревалась в том, что она соответствует описанию святой, для людей стало обычной практикой передавать её деревенской страже.

Глаза мужчины заблестели, словно он нашел редкое сокровище.

Агнес точно предсказала, каким будет его следующий шаг.

Лицо мужчины становилось все бледнее, на лбу выступил холодный пот.

Необходимо убираться отсюда. Бегство — единственный способ выжить.

«Эй, ты! Стой!!!» – закричал мужчина, но Агнес уже бежала без оглядки.

Позади раздался громкий топот преследовавшей ее лошади.

Девушка бросилась в чащу, чтобы лошадь не смогла так легко догнать ее.

Она бежала, несмотря на шипы, разрывавшие ее платье. Все тело было исцарапано. Как долго она продержится?

Время от времени она спотыкалась и падала, мешала боль в израненных ногах.

После каждого падения она вонзала ногти в грязь, затемсжимала зубы, снова вставала и бежала.

Её ногти потрескались и сломались.

Эти грязные руки больше походили на руки животного, чем человека.

«Ха-а…»

Было так душно и тошно.

Кровь продолжала течь по коленям, пропитывая подол платья.

Казалось, она уже давно достигла своего предела, но боязнь оглянуться была слишком высока.

Агнес бежала, куда глаза глядят, и не могла избавиться от мысли, что если замедлить бег – её непременно поймают.

Поняв, что цокота копыт лошади больше не слышно, оназамедлила шаг.

Все тело было потным, а старое платье давно превратилось в лохмотья.

Сквозь разорванную ткань просвечивала бледная кожа.

Красные капли крови стекали из ран, которые она получила от колючих кустов.

Агнес спряталась за огромным красивым деревом, и долго сидела, боясь пошевелиться.