「Вселенная в самом начале была «единым».」

Когда я пришёл в себя, это предложение плавало перед моими глазами. Я не мог понять, была ли это просто строка текста или воспоминание о чем-то, что завладело этим предложением.

「«Единое» было поистине всеведущим и всемогущим в этом мире. Ибо «единое» было самой вселенной, а вселенная была «единым». «Единое» было совершенным. И оно было абсолютно одиноким.」

Сразу после этого произошел ослепительный взрыв.

「И вот как «единое» стало «двумя».」

Это был первый взрыв. Люди позже назовут его Большим взрывом.

「«Единое» больше не было всемогущим.」

Невероятное головокружение обрушилось на меня, и я упал на четвереньки.

Это было внутри двери, в самой глубокой части «Последней Стены». Стена больше не пыталась меня засосать. Возможно, я уже был внутри.

Я огляделся и обнаружил Хан Соён, лежащую на полу без сознания. Я закинул её тело себе на спину и выпрямился. Подняв голову, я осознал, что передо мной стоит Анна Крофт.

— Похоже, ты увидел Первую Историю... – Король Великих Демонов, владеющий её телом, улыбался мне, — У меня было точно такое же лицо, когда я впервые увидел это.

Я не ответил. У меня не было времени на пустую болтовню с ним. Куда исчезли мои товарищи?

Возможно, он считал моё беспокойство, потому что продолжил говорить:

— Разве тебе не любопытно? Почему в этом мире существует то, что называют «Историей»?

— Я пришёл сюда не для того, чтобы обсуждать это с тобой...

— Тем не менее, невозможно пройти дальше, не поговорив об этом. Для меня всё было так же.

Я чувствовал дыхание Хан Соён у себя за спиной. Её вдохи вскоре превратились в Историю и развернулись передо мной. Мир, казалось, исказился, и следом появился коридор, украшенный чем-то похожим на витрины.

「Вселенная стала «двумя», и «единому» стало одиноко.」

「Начали появляться вещи, в которых не было нужды, пока существовало лишь «единое».」

Над этими витринами сражались существа, похожие на фигурки. История «сценария», начавшаяся на бесчисленных планетах, включая Землю, была выставлена прямо здесь.

「«Добро и Зло» были созданы, чтобы различать этих двоих.」

Агарес и Метатрон ожесточенно сражались друг с другом. Это была «Великая Война Святых и Демонов», где ангелы и демоны, даже истекая багряными Историями, никогда не шли на компромисс со своими идеалами.

「«Общение» было изобретено, чтобы унять одиночество двоих.」

Граждане сражались с демонами в стенах «Промышленного комплекса». И я увидел Чан Хаён, пытающуюся предотвратить эту битву между стен.

「И была создана «Сансара» – желание вернуться к тому состоянию, когда всё было «единым».」

Следом шёл Шакьямуни, нежно поглаживающий тело воплощения, запертое в резервуаре с водой внутри его покоев. Это было тело воплощения ныне покойной Тан Саньцзан, которая когда-то любила Шакьямуни.

「Однако «двое» никогда не смогут вернуться к состоянию «единого».」

Все Истории, которые я читал, были выставлены здесь. Эти битвы повторялись снова и снова в рамках заранее определенного финала. Хан Соён, должно быть, начала приходить в себя, так как я почувствовал, что она слегка вздрогнула.

「«Двоим» нужно было что-то, что соединило бы разделённое. Существование, которое прожило бы через все Истории и действовало как посредник для их добра и зла, их общения и их Сансары.」

В этот момент мои ноги замерли.

「«Персонаж».」

Я больше не мог безучастно наблюдать.

«Король Великих Демонов», идущий рядом со мной как призрак, заговорил:

— Какая злая шутка, не согласен?

Он захихикал, прежде чем скрыться в моей тени.

Количество фигур на витринах росло. Некоторые были просто выставлены как пластиковые игрушки, другие же оставались вмурованными в стену – виднелись лишь лица, словно процесс лепки ещё не был завершён.

— Джихё! Юсын-а!..

Я узнал эти лица. Я так отчаянно пытался освободить их оттуда, но чем больше я боролся, тем глубже их лица погружались в стену.

Я побежал вдоль витрин. Ли Сольхва, Кон Пильду, Ли Гильён, Ю Сан-А… здесь были все из «Компании Ким Докчжи». И ещё...

— Ю Джунхёк...

Фигура Ю Джунхёка показалась из-за густого тумана. Всё его тело было сковано медными цепями, глаза закрыты, он был неподвижен. А под ним виднелся слабый силуэт.

「Это был не кто иной, как «Король Историй».」

Туман скрывал его лицо, поэтому я медленно подошёл к нему.

[Вы встретили «Короля Историй»!]

[Конец основного сценария наступил!]

В «Способах выживания» никогда не было много информации о Короле Токкэби. Однако то, что он не упоминался в романе, не означало, что информацию о нём нельзя было найти в другом месте. Ведь я знал тех, кто уже встречался с ним.

「Однако никто из них не упоминал, как выглядит «Король Токкэби».」

В конце «Последнего Тумана» меня ждал «Король Историй».

[«Король Историй» улыбается вам]

А затем…

[«Четвёртая Стена» интенсивно содрогается!]

Дальше мне пришлось усомниться в собственных глазах.

「Это было из очень старого воспоминания.」

Головокружение ударило в голову, зрение затуманилось.

「Этого не может быть. Нет, такое просто невозможно.」

— Наконец-то мы встретились, апостол ■■… Нет, постой.

Мелкие искры заплясали перед глазами, полностью снимая фильтрацию.

— О, «апостол вечности и эпилога».

「Ким Докчжа взревел подобно удару грома и бросился вперёд.」

У меня не было времени даже на раздумья. Я схватил его за шкирку. Я хотел задушить его прямо здесь и сейчас – но по какой-то причине мои руки не слушались меня.

「Этот человек был высоким. Он всегда смотрел на своего сына свысока.」

Этого человека здесь быть не могло.

「Мужчина с вечно покрасневшим лицом. Всегда пьяный, и из-за этого сын никогда толком не встречался с ним взглядом. Нет, сын молился, чтобы их взгляды никогда не встретились.」

— Докчжа-я. Ким Докчжа.

「Мир превращался в кошмар, если их взгляды пересекались, вот почему.」

— Я ведь действительно придумал для тебя великолепное имя, не так ли?

Бах!

Я нанёс удар кулаком изо всех сил.

「Его рост, который казался таким огромным тогда, теперь был примерно таким же, как мой.」

Время, казалось, замедлилось.

「Выступающие вены лишь делали его вид измождённым.」

Бах!

「Сын думал, что теперь сможет победить. Он больше не был бессильным маленьким ребёнком.」

Кулак, который я вложил во всю свою мощь, замер прямо перед его носом. Вспыхнувшие искры ярко осветили лицо мужчины. «Король Токкэби» с сияющими ярко-голубыми глазами улыбался мне как дьявол.

— Что ты себе позволяешь по отношению к собственному отцу?

Я закричал. В тот момент я не осознавал ни того, что говорю, ни того, что делаю. «Четвёртая Стена» рушилась.

— Ким Докчжа! Приди в себя!

И тут послышался голос. Я всё ещё чувствовал тепло у себя за спиной. История Хан Соён передавалась мне.

「Это была История читателя (докчжа).」

История, которая защищала меня.

— Четвёртая Стена! Что ты делаешь?! Проснись!

[«Четвёртая Стена» мощно восстанавливается!]

[«Четвёртая Стена» становится толстой, как неприступная крепость!]

В этот момент выражение лица «Короля Токкэби» изменилось.

— Ты мешаешь мне?

Казалось, теперь он смотрел не на меня, а на то, что было внутри меня.

— Последний фрагмент Последней Стены, ты выполнил свой долг.

[«Четвертая Стена» злобно рычит!]

— Вы благополучно достигли конца всей истории. Вместе с преемником, который отвечает всем требованиям.

«Четвёртая Стена» заговорила изнутри меня.

「Это ре шать Ким Док чжа」

Слушая эти слова, я постепенно обретал спокойствие.

「Это существо передо мной не было моим отцом.」

Воспоминания, разделённые с матерью, превратились в Историю и пронеслись перед моими глазами. Её воспоминания были поглощены «Четвёртой Стеной». Её предложения всплыли над стеной и попытались заговорить со мной.

「Он умер в тот день.」

— Ты не мой отец...

— Как ты можешь быть уверен?

— Прекрати свои выходки. С точки зрения Вероятности невозможно, чтобы ты был моим отцом.

— Вероятность, вот оно что? Ха-ха, у меня нет оправданий после таких слов. Я просто подумал, что в данный момент будет естественнее всего для тебя увидеть это лицо.

Король Токкэби улыбался, даже когда я продолжал держать его за шкирку. Затем его лицо начало трансформироваться.

— В таком случае, как насчёт этого лица?

Он принял облик моей матери, а затем…

— Эти лица тоже не так уж плохи.

И затем он даже сменил облик на Персефону и Аида.

Я замахнулся кулаком ещё раз, но всё моё тело отбросило в противоположную сторону, когда в воздухе заплясали мощные искры.

— Покажи мне эти лица ещё хоть раз, и я убью тебя.

— Хо-хо. Думаю, мои шутки действительно перешли черту. Виноват.

— Вернись обратно! Покажи свой истинный облик!

— Я бы с удовольствием, но не могу. Я уже давно забыл, как выглядит моё настоящее лицо. Я прожил жизни слишком многих разных существ.

Он сохранил облик Аида и медленно моргнул. Когда он это сделал, из-за его спины начали просачиваться Истории. Истории, которые были в чём-то знакомы.

「В тот день древнейший демон мира вознёсся в благоговении.」

— Когда-то я был Королём Демонического Мира.

「Все Архангелы «Эдема» беспрестанно поклонялись ему.」

— Я также был мессией для Архангелов.

Холодный пот покатился по моей спине. Эти Истории… я слышал их раньше. Исчезнувший великий Король Демонов, мессия Эдема – я также чувствовал в нём основополагающие Истории других туманностей мифического ранга. Пангу из «Императора», Кронос из «Олимпа»… Волосы на моём теле встали дыбом.

Существо передо мной находилось на совершенно ином уровне по сравнению с любым другим созвездием мифического ранга, которое я встречал до сих пор.

「Древнейшее существо в этом мире.」

Я оставался в напряжении, ещё крепче сжимая Нерушимую Веру.

— Всё это – твоих рук дело? Даже «Эдем», «Демонический Мир», всё это? Это то, что ты хочешь мне сказать?

Мои слова заставили «Короля Токкэби» энергично покачать головой.

— Нет. В конце концов, всё просто реинкарнирует из старых историй. Мы все – лишь часть масштабной легенды, воплощающейся вновь. Ты, я...

Теперь он смотрел на поток «Звёздного Потока» вдали. Небо, откуда упали звёзды, ширилось пустотой. Это небо напоминало огромную стену. «Последнюю Стену», которая, казалось, тянулась вечно.

Этот мир был, в конечном счете, историей, происходящей внутри этой необъятной бесконечной стены. Я видел тусклые звёзды, падающие вниз, как капли чернил, пролитые во время письма. Столько звёзд уже упало, но наверху всё ещё оставались некоторые.

Звёзды, которые нельзя увидеть, если не присмотреться. Я помнил имена этих звёзд. И это вновь подтвердило то, ради чего я сюда пришёл.

— Отпусти моих товарищей.

— Они – лишь средства достижения цели, которые сослужили свою службу. Какой в этом смысл для тебя, если я их отпущу?

— Они – моё всё...

«Король Токкэби» медленно подошёл ко мне. Хан Соён использовала «Полуденную Встречу», чтобы поговорить со мной, стоя рядом.

[Ким Докчжа.]

Она затянула потрёпанные бинты на руке и начала пробуждать последние крохи своего боевого духа.

[Считаю до трёх. По сигналу подавляем его вместе. Раз, два…]

— Перестаньте шептаться. Я вас прекрасно слышу.

Мы замерли и обменялись взглядами. Все настройки в «Звёздном Потоке» должны были сначала пройти через «Короля Токкэби». Другими словами, в этом мире не было ни одного предложения, которое он не смог бы прочитать.

Хан Соён и я, крепко сжимающий рукоять меча, уставились на него. Теперь, когда наш план был раскрыт, что бы мы ни предприняли, это нельзя было назвать внезапной атакой.

«Король Токкэби» смотрел на нас так, словно его это забавляло, а затем медленно протянул ко мне руку.

— Преемник историй. Только ты прибыл сюда в идеальный момент.

— Чего? Сукин ты сын, разве не видишь, что я тоже!..

Вместе со звуком «Кр-р-р!» голос Хан Соён исчез. Запертая внутри чего-то, похожего на резервуар с водой, она начала колотить по окружающим её прозрачным стенкам.

[Вы прошли все основные сценарии!]

[Вы будете записаны в едином «Звёздном Потоке», охватывающем всю галактику]

Вслед за системными сообщениями последовал резкий скачок Статуса моего существования.

— Ты уже показал миру такую интересную Историю, так почему же ты всё ещё застрял в олдскульном менталитете? Ты владеешь фрагментом благородной стены, так позволь спросить: почему ты не можешь отделиться от этого мира и наблюдать за ним издалека?

Обладатель голоса, казалось, критиковал меня. В самой глубине этого голоса отчётливо чувствовалось его благоговение перед всеми этими историями. Он посмотрел на стену рядом с собой. Нет, точнее, он, казалось, представлял нечто за пределами самой стены.

— В вещах, которыми ты дорожишь, нет смысла. Этот мир – просто история, посвящённая великому, благородному существу. Всё в этом мире – не более чем мимолётный сон наяву для этого благородного существа.

«Сон наяву великого, благородного существа, значит?..»

— «Последняя Стена» записывает сны этого «существа»?

— Верно.

Я понял, кто это был. Подстрекатель всех этих трагедий. Я вспомнил «Первую Историю», которую услышал при входе сюда.

「Вселенная в самом начале была «единым».」

Первое «единое». Существо, которое заставило Ю Джунхёка регрессировать и дало жизнь всем «мифам» в этом мире.

— Этот ублюдок и есть tls123?