Так и было.

Первой начала блондинка, но вскоре к ней присоединились следующие две струйки мочи.

Мы услышали, как одна из них воскликнула:

— Ой, ты попала на мою киску!

И все втроем засмеялись.

Так они продолжали несколько минут, брызгая струйками мочи друг на друга.

Мы были удивлены; мы никогда не думали, что кто-то сделает что-нибудь подобное.

Затем блондинка пододвинулась ближе к остальным и лежа на спине, раздвинула ноги. Остальные две оказались прямо перед ней, а затем она выстрелила несколькими струйками, ударив двух других женщин в груди.

Они втроём рухнули на песок, безудержно хохоча…

Наконец, они встали и пошли к воде.

— Это было просто великолепно, — сказал я, — и, если бы мы оставались в воде намного дольше, мы бы пропустили это.

— Я так не думаю, — ответила Кэти, — они поджидали, пока мы вернемся. Как только я подошла к своему полотенцу, мне показалось, что я расслышала, как одна из них сказала:

— Вот и они вернулись, начнем-ка. Похоже, что их всё это забавляло, когда они писали друг на друга. Интересно, как они контролировали свои струйки, я всегда, когда начинаю писать даже не могу остановиться. А им ещё удавалось попадать друг в дружку!

— Почему бы тебе не расспросить их самих, когда они вернутся? — пошутил я.

— Я не смогу это сделать, — сказала она, — я бы очень смутилась. Я знаю, что они, вероятно, выжидали, чтобы повыпендриваться, но я не могу же им сказать, что мы и впрямь наблюдали за ними.

Мы развернулись и сели, глядя на океан.

Троица все еще была в воде, плескаясь, стоя по пояс, обнимая друг друга.

— Как ты считаешь, они касаются друг друга, Уилл? — спросила Кэти.

— Что ты имеешь в виду, точно так, как мы с тобой? — неуверенно я задал вопрос.

— Да, как мы касаемся друг друга, — согласилась Кэти. — Похоже, что они сознательно трутся друг о друга сиськами и кисками.

Я подумал, что должно быть так оно и есть, так что Кэти продолжала:

— Есть женщины, которым нравится секс только с женщинами, а не с мужчинами, а есть те, которые наслаждаются сексом, как с женщинами, так и с мужчинами. Лесбиянки — это женщины, которые хотят заниматься сексом с другими женщинами, в то время как некоторые женщины бисексуалки любят это как с мужчинами, так и с другими женщинами.

Я смутно раньше слышал об этих терминах.

Наверное, нечему было здесь удивляться, так как знал нескольких таких — друзей моих родителей, которых папа с мамой называли — гомосексуалистами.

— Ну, думаю, я понял, — ответил я. — Я как-то и не подумал об этом раньше. Вполне резонно — ведь есть мужчины, которые только занимаются сексом с другими мужчинами. Возможно, эти трое -лесбиянки или бисексуалки. Но похоже они весело проводят время! А откуда ты об этом всё знаешь?

— О, я недавно об этом читала, — призналась Кэти. — Но я не думаю, что я захотела бы делать что-то с другой женщиной. Но я считаю, что некоторые делают это, потому что у них есть к этому некое влечение.

— Может быть, — произнес я, не совсем уверенный во всём этом.

Одним из наихудших оскорблений, для парня считалось, это то, чтобы называть его педиком.

Однако, несколько гомосексуалистов, которых я знал, тех двоих парней, которые были давними друзьями моих родителей, были действительно хорошими, дружелюбными парнями.

Я все еще оставался в замешательстве.

Три женщины в воде продолжали резвиться, всё выглядело так, что двое других мучили блондинку, когда они макали её голову в воду.

— Я вполне уверена, что так и есть, — прошептала Кэти, — посмотри на них сейчас; самая высокая трет сиськи блондинки, а другая трет ее киску, ты видишь?

Теперь, когда я знал, на что я смотрю, стало ясно, чем они занимаются.

Когда поднялась волна, я увидел, на мгновение, что высокая девушка сосала одну из больших сисек блондинки, а третья действительно терла киску блондинки, и сейчас, когда пробегала волна, мы могли ясно видеть ее руку между ногами другой женщины.

— Интересно, она вставила ей палец внутрь влагалища, — спросила Кэти, — она ведь, прижала ладонь к ее киске. В глубине души, хотелось бы подойти поближе, чтобы рассмотреть, что они делают, но если мы это на самом деле сделаем, они могут остановиться.

— В тебе опять проснулось любопытство кошки, — подтрунивал я, — но я соглашусь, я бы тоже не прочь поглядеть ближе, что они там поделывают. Как ты думаешь, она скоро кончит? Мы, скорее всего, не сможем этого предугадать.

— Верно, — сказала она, — но они, наверняка перестанут массировать ее киску и груди.

Так, как и предсказывала Кэти, блондинка испытала оргазм, потому что они вскоре расступились.

Темноволосая женщина поцеловала блондинку в губы, и они отплыли друг от друга.

Через несколько минут они вышли из воды и начали подниматься по песку.

— Ты хочешь, чтобы они научили тебя так писать? — поддразнивал я Кэти.

— Не-е-е-ет! — прошептала она. — И старайся не смотреть на них, я знаю, что тебе тяжело трудно не смотреть на голые сиськи и киску, но старайся не привлекать их внимания.

Я специально наклонился и сделал вид, что роюсь в моем рюкзаке, пытаясь найти нужную книгу, когда они проходили мимо.

Я мог бы поклясться, что блондинка казалось пошла прямо к нам, но когда они шли мимо, блондинка посмотрела на Кэти и сказала:

— Привет.

Кэти засмущавшись произнесла в ответ:

— Привет, — и трое пошли дальше к их полотенцам.

Лицо Кэти стало ярко-пунцовым, и она уставилась на песок.

— Может быть, ей нравится смотреть на твои сиськи тоже, как и мне, — сказал я, продолжая поддразнивать ее.

— Не говори этого, — прошептала Кэти мне. — Когда она прошла мимо, я просто взглянула вверх и посмотрела прямо на ее киску, а затем на грудь. Она посмотрела на меня — посмотрела на мои сиськи и улыбнулась. Я не смогла удержаться и повернула голову, а они уже лежали там. Боже, мне так стыдно.

— Не переживай, Кэти, — сказал я, подшучивая над ней дальше. — Может быть, она просто хочет попрактиковаться в стрельбе мочой в твои замечательные сиськи? В них было бы сложнее попасть, чем в большие. А ты смогла бы начать практиковаться на огромных сисьсках, в них легко было бы попасть.

— Хватит, об этом, Уилл, — сказала она, ее лицо покраснело, как буряк. — Я даже не хочу думать об этом!

— Неужели? — спросил я. — Тогда почему твои соски так сильно напряжены? Бьюсь об заклад, в твоей голове всё ещё крутится, как они только что писали друг на друга.

Мне было очень весело именно так поддразнивать ее.

— Ладно, признаюсь, — произнесла она. — Я завелась, когда смотрела на них, и я хотела увидеть, как она писает. Может быть, не на моих сиськах, но мне хотелось это увидеть. Но хватит об этом говорить.

— Хорошо, — согласился я, — я больше не буду тебя дразнить.

Я положил свою книгу и вытащил полную бутылку.

— Может быть, хоть холодная вода охладит меня.

— Точно, я думаю, мне тоже не помешает, — ответила она.

Я сделал глоток, а затем передал ей бутылку.

И как только она наклонила её чтобы выпить, блок льда ударился вперёд и на её груди пролилась холодная вода.

— Ой, — воскликнула она, — как холодно!

Вода стекала по ее животу и впитывалась в ее бикини.

— По крайней мере, это также охладит твою киску, — - сказал я.

— Ох, замолчи, — засмеялась Кэти надо мной.

Она сделала несколько больших глотков воды, а затем вылила немного воды на низ бикини, полностью пропитав промежность.

Она передала мне бутылку, а затем широко расставила ноги и натянула влажную ткань на ее киске.

Можно было ясно разглядеть форму ее губ, прижатых к влажной материи.

— Это выглядит сексуально, Уилл? — задала она вопрос.

— Это действительно выглядит здорово. Удивительно, что холодная вода вызывает желание у тебя пописать, — предположил я.

— Если бы мне хотелось, так и было бы, — усмехнулась Кэти. — Может быть, нужно попить еще?

Я молча дал ей бутылку с водой, и она выпила еще несколько глотков холодной воды.

— Думаю, лед должен растаять еще больше, — сказала она, — нужно еще только немного подождать.

— Могу я спросить тебя кое-что, Кэти, — - сказал я. — Тебе не обязательно отвечать, если ты этого не хочешь.

— Спрашивай меня о чём-угодно, Уилл, — ответила она.

— Тебе нравится писать, я имею в виду, точно так как в последние несколько дней? Как тогда в парке в ту ночь, когда ты в первый раз разрешила мне посмотреть на тебя?

— Да, нравится, — призналась она. — Об этом никто не знает, даже Дэви, только ты. Вообще-то, я успела тогда пописать, перед тем, как мы покинули прием, но я просто хотела, чтобы ты посмотрел на меня. При лунном свете, я подумала, что ты должен был посмотреть на это. И вчера утро, я тоже, на самом деле, надеялась, что ты обернешься и посмотришь, но ты продолжал оставаться джентльменом. Ну, а я бесстыже смотрела на тебя. Меня возбуждает то, когда я знаю, что ты наблюдаешь за мной. И я возбуждаюсь, когда подсматриваю за тобой.

— Это же чувство заставило меня взглянуть на этих трех женщин, хотя я не могу сказать, хотела бы ли я, чтобы другая женщина писала на меня, — продолжала Кэти. — Чувство того, что вы делаете что-то слегка запретное и может этим с кем-то поделиться, наверняка восхитительно. Ты бы так хотел пописать?

— Ну, я до этого момента об этом не думал, — ответил я. — Ребята к этому относятся легко; ведь не так сложно на улице найти дерево, расстегнуть ширинку и достать член… Но мысль поделиться чем-то подобным с тобой, захватывает, и это тоже меня возбуждает. Если ты не хочешь, я обещаю не писать на твои сиськи.

Кэти рассмеялась.

— Я просто сказала, что, возможно не хотела бы, чтобы эта женщина писала на мои сиськи. Но с тобой здесь другое дело; как бы то ни было ты уже кончал на мои сиськи, так что не очень большая разница, от чего быть липкой. Пошли, давай ещё поплаваем.