Кэти подплыла ко мне и извинилась:

— Прости меня, Уилл. Я, наверное, сморозила глупость. Я не хотела тебя смущать. Но сегодня, я весь день думала об одной вещи, которая меня беспокоит.

— Что именно? — спросил я.

— Ну, когда я увидела твой стояк… твой член перед обедом, я была поражена его размерами. То есть, я никогда раньше не видела его прежде в реальной жизни, всё что я знала об этом было только по рисункам. А когда ты сказал, что он может быть ещё больше, я начала задумыватьяся представляя насколько, разглядывая контуры его в твоих плавках. Теперь даже не знаю, когда мы займемся сексом, ну, когда решим это сделать, я боюсь, что у меня будет слишком маленькая, и он вряд ли в меня пролезет.

— Что ты имеешь в виду, под словами » слишком маленькая»?» Я думал, что все женщины сделаны, так, чтобы любой пенис парня смог проникнуть внутрь.

— Я тоже так раньше считала — сказала Кэти. — Но я имею в виду, что у меня тогда открылись глаза — моё влагалище не такое огромное. Я посмотрела в зеркало и сразу поняла это и тогда, я попыталась просунуть хотя бы кончик пальца внутрь. И что же? Я не успела просунуть его даже до половины, как моя киска сразу сжалась, не пуская его глубже! Так вот в чем проблема — твой член гораздо больше, чем кончик пальца. Вдруг мы не сможем этого сделать, если решим, что хотим этого?

Она и впрямь переживала по этому поводу, но я не находил слов, что ей ответить на этот счёт. Я знал, что мой член не очень большой, просто средних размеров, но при этом я почти ничего не знал о женских влагалищах. Я догадывался, что их дырка, должна быть достаточного диаметра, чтобы туда проник член.

— Я не думаю, что у нас будут проблемы из-за этого, Кэти, — ответил я. — Знаешь, думаю, когда ты становишься очень влажной, влагалище становится скользким, как масло, и, может быть, твоя… хм… вагина, станет эластичнее или что-то вроде этого… да и растянется до нужных размеров. Вот смотри, ребенок же как-то выходит именно оттуда, верно?

— Ну, да… но мама рассказывала, работая в больнице, что, когда женщины рожают это очень больно, а ещё она говорит, что женщины в этот момент кричат и матерятся.

Похоже, для Кэти мои аргументы, показались не достаточно убедительнымт.

— Тогда возможно, это значит, что нам ещё рано и мы не готовы заниматься сексом, — предположил я, — может быть вагина должна подрасти со временем. Расспроси-ка об этом Диану, она должна уже будет всё знать об этом, как вернётся из медового месяца.

— А это хорошая идея, я спрошу ее, — согласилась она. — Кстати, Диана, уже и так рассказывала мне кое-что о сексе. Ну, ладно… что может пошли ещё поваляемся на песке?

Мы выплыли на берег и выскочив на пляж, плюхнулись на наши полотенца. Мне нравилось это чувство, когда ты мокрый, лежишь на песке, чувствуя теплое солнце, которое нагревает спину и тебя обдувает ветерок. Я как раз удобно устроился, как Кэти толкнула меня в плечо и прошептала:

— Уилл, посомотри! Да, она сняла с себя трусики!

Я украдкой, посмотрел на женщину, как можно осторожнее, хотя в этом и не было никакой надобности, мы были слишком далеко, чтобы она нас заметила. Сейчас она сидела, согнув колени, читая ее книгу. Но это нас интересовало меньше всего — сейчас можно было посмотреть прямо между ее ног!

Между её ножек не было никаких трусиков, а только густой пучок темных волос!

— Ты видишь волосы? — прошептала Кэти.

— Ага, вижу, — тихо ответил я. — Так что это у всех женщин их там столько?

— Ну, я не знаю, — пробормотала Кэти. Я видел Диану голой несколько раз. Вот у Дианы волосиков чуть побольше, чем у меня, но не так же много, как у неё. Посмотри внимательнее, отсюда можно разглядеть половые губы.

Я не собирался показывать свое полное невежество и спрашивать, что такое половая губа, но я увидел две мясистых выпуклости, расположенных вертикально между ее бедер. Я предположил, что это и была ее «киска», о которой рассказывал мой кузен.

Когда мы смотрели на неё, мы заметили, как одна из её рук, время от времени двигается между ног раздвигая половые губы.

— Ух ты! — сказала Кэти, — держу пари, что она сейчас читает эротическую книгу, и она очень возбуждена. Видишь, что она делает? Понимаешь да? Она мастурбирует!

Опять же, я мало что знал о том, как женщины точно мастурбируют, что, конечно же, не рассказывали на наших уроках полового воспитания. Ничего не было особенного в том, как именно парни мастурбируют, это и так мне было хорошо известно. Но сейчас стало ясно, что она делает, когда она двигалась ладонью, скрестив два пальца, раздвигая губы. Плоть между ними не была покрыта волосами, но выглядела гладкой и, казалось, блестела от влаги.

— Короче сейчас, — она трёт себя вверху своей киски — о клитор, и прикосновения к ней действительно заставить её кончить, как можно быстрее! Сто процентов, она сейчас вся мокрая!

Мы увидели, как один из ее пальцев скользнул внутрь ее влагалища, вплоть до ладони, которая прижалась к её киске.

— Кажись, ей легко проникнуть в себя пальцем, — прошептал я Кэти. — Может, для этого нужно быть очень влажной?

— Может быть, — согласилась Кэти. — Тебе нравится смотреть за ней, как она это делает? Мне да, ведь это так интересно.

— Мне тоже, — признался я, — от этого вида, я чувствую, что начинаю снова возбуждаться.

Вдруг я заметил, как она положила книгу, и начала вставать.

— Быстро притворись, что мы спим, — быстро проговорил я.

Мы лежали на песке, повернувшись лицом друг к другу, надеясь, что она не заметит, что мы только что наблюдали за ней. Она молча прошла мимо нас и пошла к воде.

Мы сидели рядом, наблюдая за ней. Она зашла в воду, по пояс и похоже, она встала на колени в воде.

— Стопудово, она сейчас трёт себя там! — воскликнула Кэти. — Вон видишь, она зашла не глубоко в воду воде, и можно видеть, ее руки, которые она опустила прямо рядом с собой. С минуты на минуту, она доведет себя до оргазма.

— Почему ты так думаешь? — спросил я, не понимая, почему она так решила.

— Точно знаю, — сказала Кэти уверенным тоном в голосе. — Когда она испытает оргазм, ее киска станет очень влажной и ещё мокрее от воды… Тебе ли не знать.

Хихикнула Кэти.

Я начал понимать, к чему клонит Кэти.

— Так ты что… это всё так хорошо знаешь, потому что…

Я умолк, сделав паузу, не решаясь произнести это слово.

— Что я мастурбирую? — Закончила мою мысль Кэти. — Но, думаю, этим все занимаются! И, кстати, когда я пришла домой в тот субботний вечер, я лежала на кровати, и вспоминая о нас, мастурбировала. Это что ли тебя смущает? Но ты ведь тоже мастурбируешь?

— Да, думаю, что это делает каждый из парней. Но, правда, я не делаю этого в постели, ведь можно испачкать простыни.

— Наверное, у вас так и есть, — усмехнулась Кэти. — Так-так, а где ты тогда мастурбируешь?

— Ну… когда сижу на унитазе, или в душе. — признался я. В общем, мастурбирую там, где легче всего убрать, когда я кончу.

— Это имеет смысл, — сказала она. — Я бываю такая мокрая, когда я занимаюсь этим, как в прошлую субботу. Я пришла домой и начала сразу мастурбировать, я вся прям текла и промокли не только трусики, но и на кровати осталось влажное пятно. Просто я обожаю откинуться на спину, ведь тогда легче представлятьть, что ты со мной и мы занимаемся сексом.

— Ты представляешь нас вместе, когда играешь с собой?

Я все еще был удивлен, что наши чувства сходны.

— Да есть такое, со мной уже это несколько последних месяцев. Уилл, — призналась Кэти. — Мне нравится фантазировать об этом, что мы могли бы заняться сексом. Что мы не просто занимаемся сексом, но что ты обнимаешь и целуешь меня, ну, и там… что ты целуешь меня между ног и всё такое. А что на счет тебя, о чем ты думаешь, когда ты, мастурбируешь?

— Я думаю о нас, — сказал я, — как будто мы занимаемся сексом, и ты дрочишь мне, и все в таком духе.

Пока мы разговаривали, женщина вышла из воды.

Ее грудь была очень большой, и ее темные соски очень выделялись. Ее густые темные лобковые волосы виднелись к ее промежности, и она выглядела довольно сексуально, когда вода стекала с нее. Она вытерла себя полотенцем и начала одеваться.

— Наверное, давай тоже собираться, пора бы уже и домой, — предложил я.

— Да, давай, — согласилась она. — Только сейчас попью водички.

Она выпила остатки воды из бутылки, и мы, собрав вещи поплелись домой.