«Духовная Печь Глаз Бога Света» может сочетаться с любыми моими навыками, а также с любой другой духовной печью. Она уже пообщалась с Духовной Печью Светлого Ангела и заменила её, став моей основной духовной печью. Во всём она хороша, только, кажется, слегка деспотична», — с этими словами Лин Мэнлу сама подошла к Лун Дандану и сделала жест, приглашая её обнять.

Лун Дандан опешил, он ещё не успел отреагировать, как вертикальный глаз на лбу Лин Мэнлу вдруг округлился, и раздался гневный женский голос:

«Что ты творишь? Как Бог, ты не можешь обнимать букашку!»

Что за…? У неё ещё и сознание своё есть?

И тут же Лун Дандан ощутил мощнейшее, даже пугающее давление, исходящее из этого вертикального глаза. Это было чувство возвышенного принуждения, словно перед ним действительно стояло божество, глядя на него с высоты своей божественной сущности.

Но не успел Лун Дандан отреагировать, как его необычная кровная сила внезапно вспыхнула, словно её воспламенили — без всякого его намерения. Она стремительно устремилась к глазам, и в следующую секунду из его зрачков вырвался пурпурно-золотой свет, моментально изменив его ауру.

«А-а-а-аа!» — тот самый гневный женский голос неожиданно взвыл от боли, глаз тут же захлопнулся, оставив лишь тоненький, почти жалобный голосок: «Я была не права, не права… Если это Верховный Бог, тогда, конечно, можно…»

Когда давление исчезло, кровная сила Лун Дандана тут же сама по себе успокоилась. Давление, исходившее от них обоих, улетучилось почти одновременно.

Первоначально Лин Мэнлу хотела просто продемонстрировать Лун Дандану способности «Глаз Бога Света», но не ожидала, что после одного взгляда всё само собой решится. Она удивлённо распахнула свои красивые глаза, всё ещё стоя с распростёртыми руками.

Лун Дандан совершенно естественно сделал шаг вперёд и заключил её нежную, мягкую фигурку в свои объятия, похлопав по её спине:

«Не волнуйся, всё в порядке. Я с тобой».

И всё это — на глазах у остальных участников команды! Лин Мэнлу тут же опомнилась, её прелестное лицо моментально залилось румянцем. К счастью, все остальные были ещё слишком потрясены неожиданной вспышкой мощных аур и не успели отреагировать.

А обнимать её, конечно, приятно… Да, это определённо чувство удовлетворения!

«Быстро отпусти меня!» — Лин Мэнлу с сердитым смущением вырвалась из его объятий. В её взгляде, обращённом к Лун Дандану, мелькнула нотка укоризненного веселья. Этот негодник…

«Кхм-кхм. Кункун, теперь твоя очередь. Что ты получил? Покажи нам», — Лун Дандан с абсолютно невозмутимым видом перевёл внимание на Лун Кункуна, будто ничего и не произошло.

Лун Кункун хихикнул:

«Кузина скоро станет невестой, хе-хе».

«Зудит, да? Ну-ну!» — фыркнул Лун Дандан. — «Давай, говори уже».

Только тогда Лун Кункун открыл рот:

«Ну, у меня всё так… по-простому».

Лун Дандан смотрел на него с совершенно непроницаемым выражением лица — ну разве он не знает своего младшего брата? Каждый раз, когда тот собирался начать выпендриваться, он выглядел именно так.

Пока он говорил, Лун Кункун поднял руку и сжал воздух — в следующий миг в его ладони вспыхнул свет, и в ней появился длинный тонкий сверкающий меч.

Если этот меч назвать рыцарским, то он скорее представлял собой его уменьшенную версию. По сравнению с обычными тяжёлыми мечами он казался гораздо изящнее: длиной всего примерно в метр, с упругим клинком умеренной ширины. Его форма напоминала старинный прямой крестообразный меч, а в гарду был инкрустирован ромбовидный золотистый самоцвет. Ножен у него не было. Сам же клинок, на первый взгляд, вовсе не выглядел металлическим — скорее, он напоминал искусно отполированный кристалл, потому что был полностью прозрачным. При лёгком взмахе он отражал свет, как зеркало.

У этого меча не ощущалось какой-то особо сильной ауры, не было ни всполохов энергии, ни ярких эффектов. Но стоило ему появиться, как в воздухе возникало странное ощущение: казалось, у этого оружия есть душа, и оно невидимо притягивает к себе всё вокруг. Особенно чувствовалось, что световые элементы будто сами собой начинают стекаться в его сторону.

— Он называется «Последний Приговор», — с довольной ухмылкой объявил Лун Кункун. Сдержать свою гордость он уже не мог.

— «Последний Приговор»? Это и есть «Последний Приговор»? Святой Храм Рыцарей и правда отдал его тебе?! — Лин Мэнлу невольно вскрикнула от удивления, привлекая внимание всех присутствующих.

— Ты знаешь об этом? — с изумлением спросил Лун Кункун.

Лин Мэнлу без тени сомнения кивнула:

— Как такое возможно? Это же Божественный артефакт! Это не просто экипировка уровня «Бессмертия»!

Услышав это, Лун Дандан тоже был поражён. Святой Храм Рыцарей действительно выдал Кункуну артефакт — и правда, тому удалось блеснуть!

— Строго говоря, — начал Лун Кункун, — по своей природе это ещё не артефакт. То, что его считают артефактом, связано с тем, какое могущество он проявлял раньше. Но для этого могущества нужно очень долго его заряжать. Именно поэтому в мире его и называют артефактом. Хотя по своей сути он всё ещё полу-артефакт.

— А что он умеет? — спросил Лун Дандан.

— У него только одно назначение: накопление энергии и последующий выброс, — объяснил Лун Кункун.

Лун Дандан нахмурился. Оружие, способное вызвать такой ажиотаж, явно не могло быть столь простым, как казалось по словам брата.

Лун Кункун продолжил:

— Проще говоря, «Последний Приговор» может непрерывно поглощать энергию стихии Света. Чем дольше идёт накопление, тем мощнее будет выпущенный удар. Верхний предел заряда — один миллион единиц духовной силы. То есть, если ему дать достаточно времени и добавить духовную силу от самого владельца, он сможет выпустить удар мощностью в миллион. А ведь говорят, что миллион единиц духовной силы — это уже уровень Божества. Вот почему он и называется «Последний Приговор» — он как удар Бога. Только вот накопить такую мощь крайне трудно. Более того, чтобы сохранить собственную целостность при зарядке, он тратит две трети энергии на стабилизацию. То есть, если влить в него 300 единиц духовной силы, в бою он выдает только 100. Чтобы добиться удара в миллион, нужно вложить не меньше трёх миллионов. Если же он заряжается естественным образом, то в день он может впитывать лишь около тысячи. Так что чтобы накопить нужный заряд, действительно потребуются годы. Либо кто-то должен постоянно подпитывать его. Поэтому, несмотря на огромный потенциал, из-за затрат времени и усилий он так и не стал настоящим артефактом.

Услышав такое объяснение, Лун Дандан сразу всё понял. Для кого-то другого это, возможно, всего лишь экипировка уровня Бессмертия, причём даже слегка бесполезная — вот её и хранили в Святом Храме Рыцарей, где старшие члены храма медленно её заряжали, чтобы использовать в критический момент. Но для Лун Кункуна это действительно артефакт. Чем он силён? Его ключевая духовная печь вовсе не какая-нибудь из мудрых духовных печей, а Духовная Печь Вихря Элементов. Поглощённая этой печью духовная сила в основном тратится впустую, особенно в бою. А теперь, с появлением этого меча, излишки энергии можно сохранять в нём — даже несмотря на то, что две трети будут теряться! Если накопить хотя бы сто тысяч единиц духовной силы, Лун Кункун уже сможет выпустить удар, равный по силе атаке сильнейшего девятого ранга! Это будет чисто световой «Последний Приговор». А если он накопит ещё больше, до миллиона духовной силы? Тогда это уже будет настоящий «Последний Приговор»!

И главное — этот меч идеально компенсирует его слабое место: слабую силу атаки. Никакой другой артефакт не дал бы ему большего усиления, чем этот.

Так что неудивительно, что этот парень чем дальше, тем горделивее становится.

Надо признать, Святые Храмы вложились в эту Турнир Наследий по полной. Не пожалели ничего — вытащили всё, что у них было по-настоящему ценного.

— А духовная печь? Какая тебе досталась? — с любопытством спросил Тао Линьлинь.

Лун Кункун ухмыльнулся и лениво сказал:

— Не торопитесь! Только что сестра ещё даже до конца не договорила, какая именно духовная печь досталась ей, не говоря уже об экипировке от Святого Храма Жрецов. Это всё мой брат перебил. Сестра, давай ты первой.

Щёки Лин Мэнлу слегка порозовели. Она бросила укоризненный взгляд на Лун Дандана и ответила:

— Мне просто выдали новую мантию и посох.

— Две вещи? — с удивлением переспросил Лун Дандан.

Лин Мэнлу кивнула. Она по-прежнему была в прежнем облачении, а значит, новую экипировку ещё не надевала. Для жрицы главное — это посох и мантия жреца.

— Мантия называется «Священный Гимн», она довольно особенная. Надев её, я всё время буду окружена священным хором, что в обычной жизни не очень удобно. Это снаряжение уровня Бессмертия. «Священный Гимн» — одна из её особенностей, он ускоряет конденсацию световых элементов. Кроме того, мантия наделена тремя магическими эффектами: «Священный Круг Света», «Святое Покровительство», «Отражение Света». Всё это — уровень Бессмертия.

— А посох — это «Посох Архангела». Вы его уже видели — именно тот, что способен призвать Серафима.

Юэ Ли удивлённо сказала:

— Посох Архангела? Разве это не Божественный артефакт?

Лин Мэнлу мягко улыбнулась, и все сразу поняли, в чём дело. Хоть она и не стала победительницей турнира, Святой Храм Жрецов всё равно выделил ей артефакт. И неудивительно — её положение в храме особенное. Будущая Глава Храма, получившая артефакт заранее… Разве кто-то будет судить о ней по рамкам седьмого ранга?

Лун Кункун моргнул:

— Сразу чувствую, что мой «Последний Приговор» уже не кажется таким крутым — в конце концов, он всего лишь для однократной атаки. А я получил новую Духовную печь, называется «Призрачное Сокрытие». Её эффект — позволяет мне войти в особое состояние призрачности и стать невосприимчивым к любым повреждениям. Правда, длится это совсем недолго. Но в будущем, по мере её эволюции, возможно, продолжительность эффекта немного увеличится.

У Лун Кункуна и без того было немало способов выживания, а эта духовная печь явно ещё больше усилила его защитные возможности. Состояние полной невосприимчивости к урону — вещь поистине бесценная. Несомненно, и эта духовная печь была одной из сокровенных реликвий Святого Храма Рыцарей.

— Братец, мы уже всё рассказали, теперь твоя очередь.

Лун Дандан сказал:

— В связи с некоторыми особыми обстоятельствами я пока не могу получить в награду артефакт. Поэтому Святой Храм Рыцарей и Святой Храм Магов выдали мне по одной вещи уровня Бессмертия в качестве компенсации. Святой Храм Магов также дал мне одну Разумную Духовную Печь.

— От Святого Храма Магов я получил очень необычную вещь. Она называется «Телепортация Сердца». Туда, куда направлено сердце, следует дух. Я могу с помощью своей ментальной силы оставить в ней отпечатки мест, которые оставили сильное впечатление, а затем перенестись туда. Но после использования повторное применение возможно только спустя девять дней.

Глаза Лун Кункуна тут же распахнулись:

— Без ограничения по расстоянию?

— Судя по всем имеющимся записям, ограничений по расстоянию нет, — ответил Лун Дандан.

После этих слов все разом пришли в изумление. Хотя у этого ожерелья всего одно умение, оно всё равно считается снаряжением уровня Бессмертия. Но по сути — это уже почти артефакт! Если бы не ограничение в девять дней, то это однозначно был бы артефакт.

— Ну почему целых девять дней! Вот если бы можно было телепортироваться без ограничений, как же круто было бы! — не удержался Лун Кункун.

— Если бы можно было телепортироваться без ограничений, то это был бы настоящий артефакт. О чём ты мечтаешь? Девять дней нужны, чтобы ментально воссоздать цель телепортации. Место должно быть воссоздано в полном объёме. Ещё один минус — эта штука позволяет переносить только одного человека за раз, — ответил Лун Дандан.

Лун Кункун хихикнул:

— Всё равно лучше, чем ничего!

Лун Дандан не стал реагировать и продолжил:

— От Святого Храма Рыцарей я получил меч под названием «Голубой Дождь и Лотос Света». — Сказав это, он, как и до него Лун Кункун, вытянул вперёд правую руку, и в ней из воздуха возник длинный меч.

Хотя он и не обладал массивностью типичного рыцарского меча, зато был удивительно длинным и тонким. Ещё более поразительно — в момент появления меча его окружало сияющее голубое свечение. Синие и золотые лучи переплетались, а при малейшем движении клинка в воздухе возникали ряби светотеней меча, будто всё пространство пронизывали сотни и тысячи пересекающихся лучей света.

— Этот меч… Почему-то звучит знакомо, — с лёгким недоумением сказала Лин Мэнлу.

Лун Дандан улыбнулся:

— Когда этот меч был только выкован, он являлся всего лишь экипировкой уровня «Сияния». Однако его первый владелец, постоянно питая его и совершенствуя, смог постепенно усилить его, и в какой-то момент он даже был омыт кровью Бога-Демона.

Лин Мэнлу вздрогнула, и тут же воскликнула:

— Я вспомнила! Это же… Это один из мечей, что когда-то принадлежали Председателю Луну! Святой Храм Рыцарей действительно передал его тебе? Похоже, они и вправду хотят, чтобы ты стал преемником Трона Божественной Печати Вечности и Творения!

— Какому Председателю Луну? — с любопытством спросила Юэ Ли.

Лун Дандан с улыбкой ответил:

— Тому, о котором вы все прекрасно знаете, самому знаменитому в истории.

После этих слов все сразу поняли, о ком речь. Потому что только один человек достоин такого титула — единственный, кто когда-либо владел Троном Божественной Печати Вечности и Творения. Первый Председатель Федерации Святых Храмов, символ Славы и Лидерства, Рыцарь Божественной Печати — Лун Хаочэнь, тот, кто в своё время повёл сильнейших героев Федерации к победе над Семьюдесятью Двумя Столпами Богов-Демонов.

Святой Храм Магов предоставил Лун Дандану именно тот артефакт, который был ему сейчас необходим больше всего — высшую телепортационную экипировку. А Святой Храм Рыцарей пошёл ещё дальше — они передали ему личный меч Лун Хаочэня. Это решение ясно говорило само за себя.

Перевод: = mESSiAh =