— Я тебя убью!

На глазах у Доминика исчезло прежнее спокойствие. Красные глаза вспыхнули жаждой крови, но теперь меня это не остановило. Я больше не собирался бояться этого ублюдка. Он ответит за всё, что сделал со мной, с Ай и с моей сестрой.

Я бросился вперёд и сразу понял, что двигаюсь быстрее прежнего. Доминик оказался рядом, ударил меня в живот, но я отвёл кулак ножнами и тут же всадил их ему в плечо. Он даже не поморщился, лишь разинул пасть и потянулся ко мне.

Я оставил ножны в ране, выхватил катану и ткнул клинком ему в рот. Доминик отшатнулся.

Дело было не только в том, что раны затянулись. Тело стало легче, мышцы налились новой силой. «Что Итан со мной сделал?»

Передо мной стоял уже не расчётливый противник, который заранее продумывал каждый удар. Доминик превратился в обезумевшего от крови зверя. Не знаю, чья способность так на него подействовала, но сейчас я сражался не с вампиром, а с бешеной тварью.

Ножны по-прежнему торчали из его плеча, а он будто не замечал. Доминик бросил меч и выпустил когти, готовясь рвать меня голыми руками.

«Совсем спятил, сука».

Я отскочил, когда он рухнул на то место, где только что стоял, но Доминик сразу кинулся следом. Он раскрывался на каждом движении, однако скорость была такой, что я не успевал воспользоваться ни одной ошибкой.

— Да пошло оно всё!

Я упёрся ногой в стену и изо всех сил оттолкнулся, разом сократив расстояние. Доминик перехватил меня за горло прежде, чем я успел ударить. Пальцы сжались так, что могли сломать шею одним рывком. Затем он впился зубами мне в плечо.

От боли я прокусил язык. Доминик пил мою кровь и рычал, как голодный пёс. При этом он совершенно забыл о защите. Даже меч валялся в стороне. Я всадил катану ему в грудь.

— А-а-аргх!

Его вопль прозвучал для меня музыкой. Адреналин почти заглушил боль, хотя зубы всё глубже впивались в плечо.

— Да сдохни ты уже!

Я выдернул ножны и пробил ими Доминику череп. Только тогда он разжал челюсти и рухнул на колени.

Его взгляд погас.

Я тяжело выдохнул и посмотрел на плечо. Ублюдок не просто пил кровь, а вырвал кусок мышцы. Меня едва не стошнило. Я отвернулся, пока рана затягивалась, потом упал на спину и прикрыл лицо ладонью.

Сначала вырвался короткий смешок, затем меня разобрал истерический хохот.

— Ха... ха-ха-ха!.. Всё кончено.

Я убил его.

Провёл ладонями по лицу и уставился в потолок, весь испещрённый трещинами. Ещё пара сильных ударов, и он бы рухнул мне на голову. Раны исчезли, но усталость никуда не делась. Возможно, Итан вообще ни при чём. Может, двигаться меня заставляла одна ярость.

— Я сделал это, Юна. Теперь ты можешь спать спокойно, сестрёнка.

Я с трудом сел и увидел перед собой не только катану и ножны. Из темноты на меня смотрели ярко-красные глаза.

— Похоже, способность малышки Юны оказалась не слишком полезной, — спокойно произнёс Доминик.

Острие его меча почти касалось моей шеи.

— Какого... Как ты выжил?

Я отпрянул. Доминик стоял передо мной с катаной в груди и ножнами в черепе, но мёртвым не выглядел. Я точно бил в сердце. Он не мог оставаться на ногах.

— Удивлён, Кадзуки-кун?

— Я же пронзил тебе сердце...

Ноги дрожали от изнеможения. Даже стоять становилось трудно.

— Ты и правда нанёс два точных удара.

Доминик вытащил катану из груди и бросил к моим ногам. Затем спокойно выдернул ножны из головы.

— Только ни один из них не задел сердце.

— Этого не может быть.

— Ты когда-нибудь слышал о декстрокардии, Кадзуки-кун?

Я промолчал. Слово было незнакомым.

— Редчайшая особенность. Сердце у человека находится не слева, а справа.

Внутри всё похолодело. Это звучало как издевательская ложь. Сердце должно быть слева. Иначе не бывает.

— Не веришь?

Я покачал головой.

Доминик всадил ладонь в правую сторону груди и раздвинул рёбра. Рана тут же начала затягиваться, но я успел увидеть в глубине пульсирующее сердце.

Я схватил оружие и встал в стойку. Дыхание снова сбилось. Сил оставалось на считаные минуты.

— За мою жизнь охотники не раз били меня в грудь, — сказал Доминик, направляя на меня меч. — Я ведь не всегда был настолько силён. Моя способность приносит пользу лишь тогда, когда я убиваю другого аристократа и забираю его способность. Мне понадобились годы, чтобы накопить нынешнюю мощь. А эта маленькая хитрость помогла пережить все прежние схватки.

— Почему в VEO об этом никто не знал?

Доминик мгновенно оказался передо мной и расплылся в мерзкой улыбке.

— Потому что каждый, кто узнавал, умирал от моей руки.

Он ударил мечом в грудь. Я успел отбить клинок, но меня отбросило через всю комнату. Доминик стал ещё сильнее. Теперь в этом не оставалось сомнений.

— Ты тоже заметил, Кадзуки-кун? — спросил он. — Всего одна новая способность, а какая разница.

Дело принимало совсем поганый оборот. Ноги тряслись, в правой руке снова вспыхнула боль, которую я уже считал прошедшей.

— Слушай, когда с тобой говорят.

Доминик появился рядом и пнул меня в живот. Я врезался в стену, выплюнул кровь и упал лицом на пол. Он схватил меня за волосы и повернул голову к двери.

— Раз уж ты не желаешь слушать, я прикончу тебя на глазах у той, кто тебе дорога.

Я не сразу понял его слова.

— Кадзу-кун!

За дверью раздался знакомый голос. Створка распахнулась, и на пороге появилась Ай. Вся её одежда была залита кровью. Она увидела меня и замерла от ужаса.

Только тогда я понял: Доминик заранее подстроил эту сцену.

Меч вошёл мне в сердце.

Я перевёл взгляд с лица Ай на клинок, торчавший из груди, потом снова посмотрел на неё.

— А-а-а-а!

Внутри будто вспыхнул раскалённый прут. Доминик повернул меч, и боль стала невыносимой. Казалось, меня клеймят докрасна нагретым железом, только вонзили его прямо в сердце.

— Кадзу-кун!

Ай закричала. Доминик вырвал клинок, и я осел на колени. Я протянул к ней руку. Она рванулась ко мне, но Доминик ударил меня ногой в бок и вышвырнул через окно.

Мы с Ай не отрывали глаз друг от друга. По моим щекам потекли слёзы. От счастья и от горя. Она выбралась. Она была жива. Но, возможно, я видел её в последний раз.

Я рухнул головой на каменный пол. В черепе что-то хрустнуло.

*Р-р-р*

Меня окружили низшие вампиры. Конечно. Моя кровь для них была редким лакомством.

«Неужели всё закончится вот так?»

Они навалились разом. Десятки зубов впились в тело, жадно вырывая мясо и высасывая кровь. Боль оказалась страшнее всего, что мне доводилось пережить.

Меня пожирали заживо.

Я хотел закричать, но один из них вырвал горло. Хотел отбиться, однако твари прижали мне руки к полу и начали вырывать их из плечевых суставов. Всё тело горело. Я не хотел умирать здесь. Я ещё столько не успел.

Зрение поплыло, мир налился красным. Говорят, перед смертью всё становится белым. Врали.

Мне хотелось ещё раз увидеть Ай, вдохнуть её запах, почувствовать прикосновение. Хотелось вернуть хотя бы одно мгновение рядом с ней.

«Ай. Пожалуйста, Ай».

— А... Ай...