Каждый день было скучно.

Я жил внутри клетки под названием «аристократ», ненавидя дрязги за власть и балы, где все пытаются продемонстрировать свою силу, я стал авантюристом.

Родители не возражали.

Они скорее ух вздохнули с облегчением от того, что из дома ушёл тот, кто разбазаривал власть, и их не сильно волновала пропажа наследника.

Когда мне стало пятнадцать, я покинул дом и стал жить как авантюрист. И, будучи авантюристом, я забыл, что такое скука.

Я слышал голоса людей, которые мне были незнакомы в те времена, когда я был аристократом.

Жизни были полны жалоб и недовольств, но при этом определённо весёлые.

Их желания становились моей силой, помогая мне продолжать путь авантюриста. Всего за пару лет я получил так много всего.

Но вот однажды меня выбрали королём.

Бог «Кран» решил, что я буду королём.

Такая ирония, тот, кто отказался от власти, стал самым влиятельным человеком в стране. Если бог и правда существует, у него причудливое чувство юмора.

И вот снова вернулись дни, наполненные скукой.

Родители тут же прискакали ко мне и стали улыбаться мне так, как никогда не улыбались.

— Как ты покинул дом, я каждый день молился за тебя.

— Я так волновалась за тебя, что даже спать не могла.

Они рассказывали, как все тревожились за меня. А на деле просто хотели стать отцом и матерью короля.

Ну, я отнёсся к ним, как и ко всем, потому другие аристократы испытывали неприязнь к ним, и в итоге их род пал.

Хотя мне на это плевать.

Другие аристократы такие же.

Каждый день кто-то пытался мне льстить, как-то подкупить или подсунуть мне свою дочь.

Я начал ненавидеть льстивых женщин.

Неизвестно, что они говорят за спиной, и это вызывало у меня отвращение. Каждый званый ужин выглядел для меня рассадником гниения.

Потому я отказывался от всякой дочери аристократов.

Я устал каждый день встречаться с прогнившей знатью, пока подношение одного из них не заинтересовало меня.

Это был «хлеб».

«Необычный хлеб» принесли в зал для ожиданий. Тогда он меня не заинтересовал, и я про него попросту забыл...

Но позже, устав от встреч с просящими, я начал скучать по времени, когда был авантюристом, и тут у меня заурчало в животе.

Время было после полудня, и я начал искать, чем бы перекусить, и тогда-то нашёл этот хлеб.

— Есть тут кто?

Удачно, я решил съесть хлеб, и позвал.

— Да, я здесь. Вы что-то желаете?

Когда позвал, бесшумно появился дворецкий Чан Себас.

Он вечно где-то скрывался... Я уже спрашивал у него об этом, и он сказал, что таков долг дворецкого.

— Ага, я проголодался немного. Мне тут этот хлеб принесли сегодня. Я подумал его съесть...

— Понимаю, давайте я проверю на наличие яда. Подождите немного.

В отличие от остальных лично я об этом не переживал.

«Король не может приступать к еде, пока её не проверят!» — заявлял мне Себас, вызывая того, кто проверит еду.

У меня сердце болело при виде этих бедолаг.

В этот раз это была девочка лет четырнадцати-пятнадцати.

По какой-то причине она была вынуждена расстаться с родителями. Я ввёл столько изменений, но вот такие дети никуда не делись, так что я ничего не достиг.

Если она попробует еду и умрёт, у меня будет болеть сердце.

Но если еду никто не проверит, я не смогу её есть...

— А теперь попробуй.

После моих слов Себас передал девочке хлеб. Она посмотрела на хлеб, потом на Себаса, на меня и взяла хлеб.

Оставшись без родителей, она не могла нормально питаться, потому даже возможно отравленная еда ей была в радость.

Неуверенно она откусила кусок хлеба.

...

...

Не знаю, кто первый, я или Себас, заметил, что она ведёт себя странно.

Вначале она осторожно попробовала, потом замолчала, а дальше засияла и стала с удовольствием есть.

Только и слышалась её работа челюстью. А ещё как она глотала.

— Похоже яда нет... Но как это понимать?

— Я сам не знаю. Можно отпустить эту юную особу?

— Да, на яд она уже еду проверила. Но как бы она всё не съела.

— И правда.

Она не много ест? Пока думал так, она отъела значительную часть и смотрела на хлеб жадными глазами, когда Себас оттаскивал её.

Чтобы проверить, есть ли яд, достаточно откусить раз или два, а она никак не останавливалась.

— Интересная реакция. Ну, я тоже попробую, — обронил я, но явно ослабил защиту в этот момент. — Фу-о-о-о-о-о! Вкусно, просто объедение!!!

Стоило попробовать, и я сразу понял, почему девочка так отреагировала.

Он такой мягкий.

Кто бы ни готовил хлеб, он обычно всегда чёрствый.

Обычно хлеб макают в суп, чтобы он стал мягче.

Если едят как есть, то просто, чтобы немного перекусить, либо когда желудок наполнить надо, но супа нет.

Ну, когда я был авантюристом, мне приходилось уплетать хлеб, пока я сражался с оравой гоблинов. И в обычных семьях хлеб просто так едят...

То есть хлеб с супом едят в основном король или аристократы.

К тому же уже остывший.

Обычно остывший хлеб становится твёрдым точно металл, а этот даже остывший был мягким, совсем не такой, как знакомый мне хлеб.

А ещё сладость.

Ничего не добавляли, но какой же он сладкий.

Мягкий хлеб не надо много жевать, но привычный к обычному хлебу, я всё жевал.

И вкус становился всё ярче.

Привкус пшеницы, который был у обычного хлеба, он оставлял где-то позади.

Вкус, что я ощутил сейчас, говорил мне, будто раньше я ел какие-то камни.

После такого пути назад нет. Камни я больше жевать не смогу.

Я ел хлеб, но такого хлеба у меня ещё не было.

— Кто приготовил этот хлеб?! Он должен прийти во дворец!

— Ч-что-то случилось?!

Стоило мне громко крикнуть, и тут подбежал переполошившийся охранник.

— Вызови аристократа, который принёс этот хлеб! Немедленно!

— Да! Как прикажете!

Проводив охранника взглядом, я доел остатки хлеба.

С тех пор прошло несколько дней.

На аудиенции была напряжённая атмосфера...

Ко мне вновь пришёл аристократ, подаривший хлеб, но его приготовил не его повар, он купил его у торговца.

Мы узнали, где аристократ взял его, но яснее ничего не стало. Торговец был его другом, потому давить на него аристократ не мог, так что ничего не прояснилось.

Но стало ясно, что его приготовили внутри страны.

— И что же делать?..

— Это ведь просто хлеб. Он того не стоит, — сказал один из моих вассалов, услышав мои слова.

— Не неси чушь! После этого хлеба я не могу есть никакой другой! Надо найти того, кто его приготовил...

Это был приказ, отданный лично королём.

Шли месяцы...

— Что?! Вы поняли, кто приготовил хлеб?! И кто это?! Говори быстрее!

— Ваше величество, успокойтесь.

— Да кто тут успокоится?! С начала поисков уже полгода прошло! И за эти полгода вы никаких зацепок не нашли о том, кто приготовил этот хлеб! Я отправлюсь туда, приглашу этого человека работать при дворе! — заявил я переполошившимся вассалам. Я же принялся трясти доложившего мне солдата. — Эй, ты! Соберись. Хватит трястись, рассказывай давай!

— Позвольте отчитаться, — тут выступил вперёд командир рыцарей. — Ту, кто приготовил хлеб, зовут Кара Грайс. Она хозяйка гостиницы «Омела дракона-императора».

— Хозяйка гостиницы? — только и смог я спросить у командира рыцарей.

— Да, это небольшая гостиница в торговом районе, ставшая популярной не так давно.

— Понятно. И где это место? Я лично отправлюсь туда.

— Ваше величество не должны туда идти...

— Заткнись! Я лично пойду и поговорю.

Я был уверен, что смогу провести переговоры быстро.

Услышав, где находится гостиница, я не стал слушать своих вассалов и отправился туда.

— Здесь?.. Неприметное место.

Так я подумал, когда в первый раз увидел «Омелу дракона-императора».

Услышав, что это место популярно, я думал, что тут что-то вроде «Сада радости»... Но вспомнил, что капитан рыцарей говорил, что это маленькая гостиница.

Она была достаточно далеко от главной дороги, и людей тут было немного.

Перед ней была вывеска, но её даже заметить было сложно.

Эта и правда та самая известная гостиница?

— Хотя какая разница, тут готовят тот восхитительный хлеб, и я заберу этого человека в замок, — сказав это, я вошёл внутрь.

... Дилинь, дилинь.

Зазвенел колокольчик, когда я открыл дверь.

— Добро пожаловать в «Омелу дракона-императора».

Встретила меня прекрасная женщина.

Увидев её, я понял, почему такое неприметное место стало настолько популярным.

Однако она при виде клиента осталась так же спокойна.

У неё же тут свой бизнес. Разве нельзя хотя бы для галочки улыбнуться?

Она точно клиенту рада?

Думая об этом, я осмотрелся вокруг.

Сразу за дверью меня ждала стойка. Справа были столы и стулья, похоже там столовая.

В глубине виднелась кухня.

Прилавок и кухня были соединены. Гостиница была такая же, как и все остальные.

Рядом со стойкой был проход. Он вёл к комнатам.

В отличие от того, как здание выглядело снаружи, здесь была спокойная атмосфера.

— Тут можно остановиться? Я не так давно услышал слухи об этом месте.

Хотелось сразу же предложить ей работу, но я скрыл свои истинные мысли.

— Простите. Сегодня все места заняты... И разве у короля нет своей комнаты во дворце?

— ... Что, так ты меня узнала?

— Чтобы открыть гостиницу, я должна была получить разрешение. Но похоже вы были так заняты, что не помните... Так вы пришли по какому-то делу?

Её ироничный тон слегка раздражал, и я решил перейти сразу к делу.

— Перейду к делу. Пойдём в замок...

— Отказываюсь.

— ... Я ещё не договорил.

— Я уже догадываюсь, что вы хотите сказать. «Пойдём в замок, будешь готовить мне хлеб», верно?

— ... Хо, и как ты поняла?

Я спросил, желая понять, как она догадалась, что я хочу, чтобы она приготовила хлеб.

— Потому что больше нас ничего не связывают. Не вижу других причин, по которым меня бы могли позвать. Я слышала от торговца, что в последнее время моих хлебом стали интересоваться. Расспросы начались после того, как мой хлеб продали аристократу. А дальше я узнала от торговца, что он выяснил у аристократа, что тот подарил хлеб королю. Я сама понимаю, что мой хлеб не такой, как у всех, и я никому не собираюсь рассказывать, как его готовлю. Он вполне может заинтересовать. И лишь он может быть причиной, почему ко мне мог явиться король, — так сказала женщина. А я был впечатлён её логическими суждениями.

— Хо... Вот это да. После пары слов ты всё поняла. Тогда ещё раз... Хозяйка гостиницы «Омела дракона-императора» Кара Грайс, пойдёшь ли ты со мной во дворец, чтобы готовить хлеб?

— Нет.

— ... И почему? И может не будешь отвечать до того, как я договорю?..

— Простите. Но у меня здесь постояльцы и те, кто ещё только ждут своего заселения. Тут работаю только я, и если уйду в замок, доставлю неудобства посетителям. Потому простите, но я не могу ответить на вашу просьбу. К тому же хлеб и здесь есть.

Она дала мне от ворот поворот.

Ну, время ещё есть, можно терпеливо убедить её. Хи-хи-хи, я достаточно терпелив, целых полгода искал.

И всё же.

— А в гостинице можно не оставаться на ночь, а просто поесть?

Вот что я хотел прояснить.

— Не всегда, но во время обеда и ужина мы работаем как столовая.

— Тогда приду завтра в обед... А ты до тех пор подумай.

— Сколько бы раз вы ни приходили, мой ответ останется неизменным...

— Думаю, я всё же смогу переубедить тебя, — бесстрашно улыбнулся я и покинул гостиницу.

В итоге Кара так и не согласилась работать в замке. Но отношение всё же немного изменилось.

— Добро пожаловать, Карл. Будешь есть здесь?

— Конечно. Всё же ты так вкусно готовишь. Стань моей женой.

Я начал приходить каждой день чушь позже обеда.

Я постоянно обедаю в гостинице.

Кара стала звать меня по имени, и отношение у неё стало более дружелюбным.

Я тоже стал звать её Карой.

Мои чувства изменились.

— Спасибо. Мне приятно слышать, когда мои навыки повара хвалят. Но замуж я не выйду.

Этот ответ стал уже обычный делом.

Кто бы мог подумать, что я так переменюсь.

Это тебе не официальное сватовско по всем правилам этикета.

... Кара.

Её красота была самой настоящей. Она не носила маску из макияжа. И не пыталась кого-то унизить.

Её красота была чистой.

Не скажу, что меня раньше не интересовали женщины.

Просто они льстят одним, а других будто и не замечают. Такие же, как и аристократы.

Потому я начал презирать женщин.

Мне хотелось простой любви, встречаться с той, кому плевать на моё положение.

И я, Кайл Оркран, будучи королём, влюбился в Кару, которая относилась ко мне как к обычному мужчине.

— Что сегодня приготовила? Тосты с мёдом?

Ну, проблема лишь в том, что она замуж выходить отказывается.

— Сегодня кое-что другое.

— Ну, что бы ты ни готовила, всё вкусно.

Когда-нибудь она приготовит еду у меня дома.

А пока я буду приходить каждый день.

Я не сдамся!

Думая так, я наслаждался едой Кары.