Нэнси лишь покачала головой, силой заставив себя прекратить эти размышления. Она больше не желала думать, ведь ее разум был на грани истощения. Слишком много немыслимых событий обрушилось на нее меньше чем за день, и девушка искренне чувствовала, что если попытается разложить все по полочкам, ее рассудок попросту не выдержит.

Она тихо вздохнула и вновь посмотрела на Разеаля. Он все еще стоял с победно вскинутой рукой после объявления себя королем, и впервые за все время их знакомства девушка подметила странную деталь — уголки его губ слегка приподнялись.

Нэнси моргнула один раз, затем второй.

'Хм... Выходит, он все-таки умеет улыбаться,' подумала она. Пожалуй, это был первый раз, когда она видела его по-настоящему довольным.

Обычно его лицо всегда хранило одно и то же выражение: слегка хмурое, без причины надменное, странно холодное и какое-то безжизненное, словно ничто в мире не имело для него значения. Даже совершая безумные поступки, он почти не менялся в лице, поэтому его мимолетная улыбка показалась ей куда большей дикостью, чем мгновенная расправа над Верховным.

Впрочем, если обязательным условием для его улыбки являлось убийство Верховного одним взмахом клинка, то планка была задрана до абсурда высоко. Практически недосягаемо, если уж говорить начистоту.

Нэнси молча разглядывала его еще пару секунд. Знай она истинную причину его радости, ее лицо вытянулось бы еще сильнее: Разеаль улыбался вовсе не из-за победы над Верховным, а от осознания того, что его клинок превзошел даже Космический ранг. К счастью, об этом она даже не догадывалась.

Ее взор плавно переместился на Софию: та парила неподалеку, и на ее лице, как ни странно, тоже играла легкая улыбка.

Нэнси несколько мгновений смотрела на нее, прежде чем вспомнить брошенные принцессой ранее слова.

Медовый месяц? С этим типом? Лицо Нэнси мгновенно окаменело, воображение на долю секунды нарисовало картину, но девушка яростно мотнула головой, прогоняя наваждение прочь: нет уж, слишком жутко. Ее лицо исказилось странной гримасой, она вновь окинула Софию взглядом и мысленно покачала головой, а в глазах невольно промелькнула искренняя жалость к бедной женщине.

Тем временем Мария продолжала стоять как вкопанная: на ее лице застыла причудливая смесь тревоги и облегчения. Всего пару минут назад она всерьез думала, что Разеаль погибнет, и ее чувства попросту еще не успели остыть, пока взгляд медленно скользил от победно поднятой руки юноши к телу Зейна, утопающему в крови.

Прошло несколько секунд, прежде чем она наконец пришла в себя. К ней постепенно вернулось привычное надменное и язвительное выражение, она небрежным жестом откинула синие волосы за плечо и досадливо цокнула языком.

'Ха... мог бы и раньше сказать, что способен на такое, только зря заставил меня волноваться.' Эта мысль пронеслась в голове сама собой, но Мария тут же спохватилась, лицо ее напряглось, и она поспешно отвела глаза.

'Впрочем... вовсе я и не волновалась. Вот еще, сдалось мне.' Она скрестила руки на груди и высоко задрала подбородок. 'Ему следовало бы извиниться за то, что отнял у всех столько времени.'

Она уверенно кивнула сама себе, а затем ее взгляд вновь скользнул по гигантской пепельной стене, бесконечным диковинным конструкциям и перепаханному полю боя, отчего лицо девушки снова приобрело озадаченный вид.

Ей не давал покоя один вопрос: если он мог разделаться с врагом так просто, зачем вообще возводил все эти укрепления? Она перевела взгляд со стены на странные сооружения, затем вновь на Разеаля и в конце концов просто махнула рукой, покачав головой: нет, ломать над этим голову себе дороже, он просто ненормальный со своими заскоками.

Тем временем внизу Разеаль медленно опустил сжатый кулак и замер, выжидая пару секунд.

Ничего не произошло: ни ликующих криков, ни восторженных воплей, ни победных возгласов. Лицо его оставалось невозмутимым, но глубоко внутри шевельнулся легкий осадок разочарования, хотя внешне он ничем этого не выдал.

Он спокойно огляделся по сторонам, после чего развернулся и неспешно зашагал к останкам Зейна. Его взор опустился на разрубленное надвое тело патриарха.

'Что дальше?' Мысленно спросил себя Разеаль. Впрочем, у него уже была готова одна задумка. Не теряя ни секунды, он плавно протянул руку к поверженному врагу и с ледяным спокойствием в алых глазах едва слышно прошептал:

"Поглощение крови."

Стоило этим словам сорваться с его губ, как мир вокруг отозвался. Лужа крови под телом Зейна мелко задрожала, а затем, словно повинуясь неслышному зову, пришла в движение: тонкие алые струйки стали подниматься в воздух, сплетаясь в темно-красные нити, и плавно потекли к ладони юноши.

Это движение было завораживающе плавным: без рывков, без ярости, почти умиротворяющим, словно вода естественно возвращалась в родное русло. Кровавые потоки достигли его кисти, и все затаившие дыхание свидетели оцепенели.

Капли коснулись кожи, но вместо того чтобы запачкать ладонь, кровь стала беспрепятственно впитываться в плоть, словно рука была жидкой субстанцией. Багровые ручейки легко просачивались внутрь, исчезая без малейшего сопротивления.

По мере того как чужая жизненная сила вливалась в его жилы, тело Разеаля едва заметно вздрогнуло. Сперва это была легкая, почти неуловимая рябь, но следом плечи его на миг одеревенели и вновь расслабились. Дыхание изменилось: оно не сбилось и не участилось, а просто стало глубже и размереннее.

Алый цвет его глаз постепенно сгустился до пугающей глубины, заиграв неестественным потусторонним блеском. Под маской спокойствия проступило пьянящее чувство первозданной эйфории, губы слегка приоткрылись, а острые клыки рефлекторно обнажились под действием чистых инстинктов.

Ощутив это, он слегка сжал челюсти, усилием воли сохраняя контроль. Его поза оставалась непринужденной, а лицо бесстрастным, но вокруг юноши возникла аура абсолютной сосредоточенности, будто все его внимание ушло глубоко внутрь себя. Потоки крови продолжали бесшумно просачиваться под кожу, и с каждой секундой в его взоре разгоралось тихое удовлетворение — не безумие и не животный голод, а холодное, сдержанное наслаждение могуществом.

"Что он делает?" Едва слышно спросила Нерисса. Ни она, ни Мериса еще не успели оправиться от зрелища разрубленного надвое Зейна, их мысли все еще переваривали недавний удар, как вдруг внизу началось нечто новое. Нерисса мгновенно сощурилась, приковав взор к равнине с обострившимся интересом: она видела, как кровь взмывает в воздух и впитывается в руку юноши, и лицо императрицы медленно становилось серьезным.

"Эта кровь... она проникает в его тело?" Ее голос зазвучал еще тише. "Зачем? Что именно он творит?" Она искренне не понимала сути ритуала: ни одна часть её обширных знаний не давала прямого объяснения происходящему.

Стоящая рядом Мериса вдруг невольно облизнула губы.

Это движение вырвалось само собой.

Слишком естественно.

Стоило ей увидеть эту кровь и ощутить ее эссенцию, как внутри ее естества всколыхнулся древний зов, который она не успела подавить. Кровь существа ранга Верховного: даже за много миль она чуяла ее сладковатый запах, буквально осязая его в воздухе. Ее горло слегка сдавило, первобытная жажда мгновенно подняла голову — не простая сухость во рту, а нечто куда более глубокое, древнее и неодолимое. На миг она безумно захотела испить этой силы, но тут же ее глаза расширились от ужаса осознания. Рука Мерисы метнулась к лицу, прикрывая губы, а дыхание выровнялось.

Однако этот короткий жест не ускользнул от внимания Нериссы.

Нерисса медленно повернула к ней голову.

Ее глаза сощурились.

"О как?" На лице императрицы вспыхнуло неподдельное любопытство.

Она задержала взгляд на подруге еще на секунду.

"И что это только что было?" Спросила она.

Эта странная реакция?.. Неужели Мериса только что облизнула губы при виде чужой крови?

Нерисса молча сверлила ее взором: это выглядело странно.

Очень странно.

Мериса мгновенно уловила подозрение. Краем глаза она покосилась на Нериссу, а затем медленно опустила руку: удары сердца выровнялись, лицо вновь обратилось в привычную ледяную маску. Не проронив ни слова, она просто перевела взгляд обратно на поле боя.

От этой реакции глаза Нериссы сощурились еще сильнее.

'Она что-то скрывает,' эта мысль всплыла в голове сама собой.

Занятно.

Но что именно?

Мериса тем временем контролировала каждый свой вздох: прошлый порыв застал ее врасплох, вырвавшись наружу инстинктивно, но теперь она была начеку. С абсолютно каменным лицом она продолжала молча смотреть на Разеаля.

Остальные могли ничего не понимать.

Но она-то знала правду.

Она прекрасно понимала, что он делает.

Поглощает кровь.

Ее взор был неотрывно прикован к сыну.

Вампир.

Она вспомнила все, о чем Разеаль говорил ей тогда.

Кем стал он сам и кем теперь являлась она сама — вампиром.

Точнее говоря, Древним Вампиром.

И в то же мгновение в ее памяти всплыл вкус его крови.

Горло непроизвольно сжалось спазмом.

Она судорожно сглотнула слюну, прежде чем успела осознать это, и в тот же миг замерла от ужаса.

Ее взгляд стал жестким.

Держать себя в руках.

Ничего не произошло: она заставила себя подавить эту бурю, ведь никто не должен был узнать правду.

Особенно Нерисса, которая и так уже заподозрила неладное и не спускала с нее глаз.

Мериса вновь отвела взор к земле.

'Зачем он творит это на глазах у всех? Он что, совсем с ума сошел?' Мысленно взмолилась она.

Она искренне не могла понять: выставлять напоказ свои новые расовые повадки перед всей толпой свидетелей?

Тем временем на поле боя, пока Разеаль продолжал втягивать поднимающуюся с земли кровь, раздался звон:

Динь! Динь! Динь!

Череда уведомлений развернулась перед его глазами.

Его взор машинально скользнул по строкам:

[ПОГЛОЩЕНИЕ КРОВИ ~ В ПРОЦЕССЕ]

Кровь принята.

...

Начало ассимиляции.

Объем поглощенной крови:

2.0 л...

2.5 л...

3.1 л...

В процессе...

Чистота Крови: 100%

Успешность ассимиляции: ...Расчет...

Совместимость с Родословной: ВЫСОКАЯ

Динь!

[ Сила увеличена ]

Динь!

[ Ловкость повышена ]

Динь!

[ Скорость регенерации увеличена ]

[ Жизненная сила расширена ]

[ Эссенция родословной сохранена ]

[ Поглощено продолжительности жизни: +22 года ]

Активирован уникальный врожденный навык:

[Чтение Крови]

Обнаружены остатки сознания.

Идентифицированное содержимое:

• Боевой опыт

• Личные воспоминания

• Эмоциональные следы

• Архив знаний

Целостность памяти: ???

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

Чрезмерная синхронизация может привести к:

• Размытию личности

• Эмоциональному заражению

• Чужеродным импульсам

Выберите действие:

[ Поглотить воспоминания ]

[ Просмотреть воспоминания ]

[ Преобразовать в знания ]

[ Архивировать ]

[ Уничтожить ]

[Извлечение навыков: ЗАБЛОКИРОВАНО / НЕДОСТУПНО]

[Извлечение способностей: ЗАБЛОКИРОВАНО / НЕДОСТУПНО]

Причина:

[Несоответствие параметрам Хоста]

• Несовместимость Энергетических Систем

• Несовместимость Магической Основы

• Отсутствие мировой власти

• Недостаточный уровень постижения

Статус совместимости Хоста: Отсутствует

Доступные действия:

[ Архивировать ]

[ Запечатать ]

[ Попытка конвертации ]

СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ: Унаследовано ≠ Применимо.

(Полученные силы не гарантируют доступ к их использованию. Определенные условия могут оставаться навсегда недостижимыми.)

[ Обнаружен резонанс концепций ]

[Распознана концептуальная власть, заложенная в крови.]

[Цель обладала: ЗАКОН ТВЕРДОСТИ]

Расчет вероятности извлечения...

Извлечение возможно. (В отличие от обычных способностей, Законы не требуют копирования чужих механизмов или систем энергии. Через полную ассимиляцию крови могут быть унаследованы крупицы понимания, восприятия и накопленного постижения, заложенные в самой сути цели.)

Статус: Доступно к использованию

(Хост может успешно перенять постижение поглощенного Закона.)

[Уровень постижения будет унаследован: эквивалентно уровню существа, чья кровь была поглощена.]

Обнаружены условия активации. (Желает ли Хост поглотить Закон Твердости на основе понимания, содержащегося в поглощенной крови?)

[Да / Нет]

[Примечание: Дальнейшее развитие и мастерство будут естественным образом расти по мере применения и углубления постижения Хостом.]

Динь!

[+ Очки Крови сохранены]

[Очки Крови: Чрезвычайно много (+ увеличено)]

Множество уведомлений непрерывно всплывали перед глазами Разеаля, пока он продолжал впитывать кровь Зейна.

Темно-красные нити медленно поднимались с земли и исчезали под его кожей, пока полупрозрачные системные окна накладывались друг на друга, а его взгляд быстро и безостановочно скользил по строкам.

Ах да... Прародитель Вампиров упоминал нечто подобное, и Разеаль отчетливо вспомнил эти наставления.

Тогда он не придал этому особого значения, но теперь, видя все своими глазами, наконец осознал суть: лицо его стало озадаченным — неужели обычное поглощение крови дает столько колоссальных преимуществ?

По правде говоря, Разеаль все еще не осознавал всего величия статуса Прародителя Вампиров: большинство действий он совершал инстинктивно и никогда всерьез не тренировал эту сторону своей натуры, но реальность наглядно доказывала безумную ценность этой силы.

То, что он получил сейчас, даже близко не являлось пределом: опытные Прародители извлекали из этого дара в сотни раз больше. То была лишь малая крупица возможностей его родословной из-за нехватки практики, но даже эти крохи ставили его на голову выше обычных вампиров, с которыми не могли сравниться даже Древние Вампиры, ведь качество усвоения крови находилось на принципиально ином уровне.

Поглоти сейчас эту кровь Мериса, ее прибавка в силе не составила бы и десятой доли того, что досталось Разеалю, и это понимание прочно укрепилось в его мыслях.

Его взор вновь обратился к уведомлениям.

Разеаль сощурился, прислушиваясь к ощущениям: сила и ловкость действительно выросли? Он замер, сосредоточив внимание внутри тела.

И тогда пришло подтверждение.

Вот как?

Разница действительно была — крошечная, ничтожная, меньше половины процента, которую без должной концентрации легко можно было упустить. Но она существовала: движения стали чуть плавнее, мышцы откликались четче, дыхание давалось легче, а реакция обострилась. Никакого взрывного скачка, но прирост гармонично распределился по всему телу, охватив каждую клетку.

Все его тело действительно стало сильнее.

Комплексное, всестороннее усиление.

Быть может, если бы он поглотил кровь пары-тройки сотен пиковых Верховных...

Быть может, тогда он смог бы поднять свои характеристики с пика ранга SS+ и физически шагнуть в Ранг Верховного? Он не знал наверняка.

При этой мысли его алые глаза ярко блеснули.

Острый багровый всполох озарил его зрачки.

Впервые с момента начала поглощения крови... Разеаль ощутил неподдельный азарт.

Эта перспектива действительно будоражила воображение.

С другой стороны, его жизненная сила, долголетие и регенерация тоже получили прибавку.

Разеаль мельком просмотрел эти строки и почти сразу потерял к ним интерес.

По правде говоря, для него это не было великим подарком: будучи Прародителем Вампиров, он и так обладал полубессмертием. Добавлять пару десятков лет к жизни существа, стоящего вне законов старения — все равно что капать каплю в безбрежный океан. Его регенерация и без того превосходила воображение, так что этот скромный бонус не вызывал у него бурных восторгов.

И все же лишняя сила карман не тянула, а жаловаться на рост мощи он не привык. Его взор опустился к блоку памяти — боевому опыту, личным воспоминаниям, эмоциональным следам и архивам знаний, но Разеаль сразу же отбросил мысль о просмотре или поглощении этих данных.

Спасибо, не надо: стоило ему увидеть вопросительные знаки в графе целостности памяти, как всякое желание отпало, ведь Система прямо предупредила об опасности.

Размытие личности, эмоциональное заражение и чужеродные импульсы вовсе не прельщали его: убить врага лишь для того, чтобы потом тащить в своей голове осколки его характера, казалось глупостью. Пережить триумф и внезапно начать сопливить из-за чужих детских обид? Звучит жалко.

Ему и без того хватало собственных забот.

Но уничтожать чужую память он тоже не стал, выбрав вариант архивации: быть может, это пригодится в будущем.

А затем его глаза чуть сощурились от внезапной мысли.

Можно ли передать эти воспоминания кому-то другому? Эта догадка заставила его задуматься: взять весь накопленный веками боевой опыт Зейна, его инстинкты, понимание сражений и практические знания и разом вложить в голову союзника? Это было бы колоссальным преимуществом — получить чужой вековой опыт в одно мгновение.

Идея звучала опасно, интригующе и довольно забавно. Он сохранил эту мысль на будущее для дальнейших тестов, решив пока отложить ее в сторону.

Его внимание скользнуло ниже: извлечение навыков и способностей было наглухо заблокировано. На лице юноши промелькнуло легкое разочарование, ведь возможность впитывать тысячи чужих техник с каждым убитым врагом была бы поистине читерской.

Побеждать и каждый раз забирать чужую мощь звучало слишком нечестно, но увы, не в его пользу. Этот мир порой казался ему проклятым: после долгих лет страданий от невозможности владеть здешней магией было бы наивно ждать щедрых подарков от судьбы. Мысли на миг окрасились горечью, но он быстро взял себя в руки — в конце концов, подобное ограничение выглядело вполне логичным.

Поразмыслив еще немного, он и вовсе выкинул это из головы: способностей ему и так хватало с лихвой. Даже передай ему Система все навыки Зейна разом, стал бы он ими пользоваться? Вряд ли, ведь его собственный арсенал и без того ломился от умений.

Лишний хлам лишь создал бы путаницу, поэтому он легко смирился с потерей. Но затем его взор зацепился за совершенно иную строку.

Извлечение Закона возможно? Его глаза замерли, а лицо слегка изменилось: вот это действительно стало для него неожиданностью.

Он действительно способен на такое? Разеаль оцепенело смотрел на экран: он всегда полагал, что этот мир отвергает его целиком, ненавидя сам факт его существования — его законы, правила и магию.

И увидеть подобную возможность было удивительно.

Быть может, никто не мог запретить существу соприкоснуться с фундаментальными основами мироздания? Быть может, законы стояли выше мелких запретов? Ведь если бы мир отвергал его без остатка, как он мог дышать здешним воздухом, ходить под его гравитацией, есть пищу и просто существовать? Вероятно, его отторгали лишь искусственные магические каркасы, но не сама ткань бытия.

Эта мысль промелькнула и угасла: он не стал вдаваться в долгие философствования и просто опустил взгляд к выбору.

Да или Нет.

Его лицо даже не дрогнуло: какой безумец отказался бы от такого дара? Впитать понимание закона и мгновенно перенять опыт, накопленный Зейном за долгие века.

Вопрос даже не стоял, и он без колебаний выбрал 'Да'.

Системная панель мгновенно обновилась.

[ Подтверждение получено ]

[ Начало передачи наследия. ]

Расшифровка постижения...

Синхронизация понимания...

....

Успешно.

Динь!

[Поздравляем Хоста с получением нового навыка: Закон Твердости (SSS)]

Закон Твердости (SSS)

Тип: Концепция / Закон (Пассивно-Активный)

Ранг: SSS

Сродство: Материя, Воля, Сопротивление, Форма

Путь эволюции: Неизвестно (Зависит от уровня постижения)

Описание: Пользователь обретает понимание концепции Твердости — не просто физической прочности, а самого фундаментального принципа. Хост воплотил Закон Твердости.

Одной лишь мыслью и касанием Хост способен наделить любой объект абсолютной Твердостью.

При достижении абсолютной власти пользователь сможет навязать 'твердость' самой ткани реальности.

В настоящее время Хост бесконечно далек от этой ступени.

Дальнейшее развитие требует более глубокого постижения Закона.

Разеаль слегка приподнял бровь, читая эти строки: значит, все действительно сработало. Он несколько секунд молча смотрел на панель без лишних эмоций, но внутри сразу же ощутил знакомое тепло — нечто подобное он уже испытывал при пробуждении Потока и Намерения Убийства.

Оба эти навыка имели ранг SSS и по своей сути являлись законами, но разница заключалась в том, что их он взращивал с нуля, шаг за шагом. На сей раз все было иначе: полученная сила уже была огранена и опиралась на глубокое понимание, накопленное Зейном за долгие годы его жизни. Не абсолютное мастерство, но четкое понимание сути, которое естественно легло в его разум, словно всегда там находилось.

К этому моменту он полностью поглотил всю кровь Зейна.

Разеаль молча посмотрел на свою ладонь.

А затем решил испытать обретенный дар на практике.

Он медленно вытянул руку вперед.

Капли крови просочились сквозь поры в центре ладони и взмыли в воздух, собираясь в тонкую сферу, которая под его контролем стала сжиматься и менять форму: багровая жидкость вытянулась и уплотнилась в небольшой кинжал размером с ладонь, поначалу казавшийся нестабильным, полужидким и слегка прозрачным.

Разеаль взглянул на него.

И негромко произнес:

"Закалка крови."

С этими словами он наложил Закон Твердости прямо на парящий кинжал.

Преображение произошло в ту же долю секунды: клинок над его рукой, секунду назад едва державший форму и казавшийся мягким, как вода, мгновенно застыл нерушимым монолитом, полностью утратив всякую текучесть.

Едва закон проник в алую материю, кровь сжалась и затвердела: мягкость испарилась, словно само это понятие было стерто из ее сути. Поверхность стала зеркально гладкой, плотной и граненой — над ладонью парил кристаллический кинжал цвета запекшейся крови, излучавший ледяную остроту и несокрушимую твердость.

Разеаль сжал рукоять кинжала в кулаке и с силой надавил пальцами: ничего не произошло — ни изгиба, ни деформации, ни единой трещины. Его глаза слегка блеснули, ведь это было по-настоящему любопытно.

Одной лишь силы его пальцев хватало, чтобы сминать прочнейшие металлы, но эта вещь, созданная из его собственной крови, даже не шелохнулась. Его большой палец коснулся лезвия — прочное, надежное и бритвенно-острое. На губах юноши заиграла довольная улыбка:

"...Недурно." Его настроение заметно улучшилось: результат превзошел любые ожидания. На мгновение он напрочь забыл, что стоит посреди поля боя под прицелом тысяч ошарашенных взглядов, видящих каждое его движение.

Высоко в небе платиновые глаза Нериссы внезапно вспыхнули: ее взор обострился до предела, намертво впившись в кисть юноши, ведь она мгновенно уловила проявление силы.

Энергия закона? Закона Твердости? Лицо императрицы медленно изменилось.

Затем ее улыбка стала шире: прекрасная, но пугающе неправильная.

В этой улыбке таилось нечто жуткое: она видела все от начала до конца — сперва он неведомым образом поглотил кровь Зейна, а секунду спустя явил тот самый Закон Твердости, которым владел убитый патриарх. Ее сощуренные глаза засияли, дыхание затаилось, а пальцы невольно впились в ткань собственного рукава.

Таких чудовищных совпадений просто не бывает в природе. Мысли её неслись с бешеной скоростью: кровь, поглощение, мгновенное наследование закона? Это было невозможно, абсолютно немыслимо, и всё же свершилось прямо у неё на глазах, а праздное любопытство стремительно перерастало в неуёмную одержимость.

Одержимость не самой техникой, а стоящим внизу юношей: её взор слишком долго не отрывался от Разеаля, без слепого восторга, с холодным желанием разузнать его тайны одну за одной и докопаться до самой сути. Невозможная магия, запах крови, абсурдный рост сил и чуждые колебания закона складывались в её голове в единую картину.

И вдруг она повернулась к Мерисе с неприкрытым азартом в голосе:

"Похоже..." Тихо, почти себе под нос рассмеялась она. "...не одна я люблю воровать чужое, Мериса. Я ведь права?"

Мериса на миг замерла, сразу заметив перемену: Нерисса не шутила и не завидовала, она была заинтересована — слишком сильно заинтересована, и вновь устремила взор на Разеаля.

"...Твой сын, кажется, пошел в меня куда больше, чем в тебя." Глаза Мерисы сузились, а Нерисса склонила голову набок и вновь тихо рассмеялась.

"Вкус моей дочери..." Она прикрыла ладонью губы. "...оказался на редкость безупречным." Ее взор не отрывался от Разеаля ни на секунду.

"Он идеально..." Ее улыбка вновь расширилась — медленно и опасно. "...идеально подходит нашей императорской крови." Затем она наконец повернулась к Мерисе и посмотрела ей прямо в глаза: ее платиновые зрачки сияли фанатичным блеском без капли тепла, словно у первооткрывателя, нашедшего невиданное реликтовое создание, от которого невозможно отвести взор.

Мериса молча смотрела на нее в ответ, и слегка нахмурилась. Это выражение лица не на шутку встревожило ее. Она знала Нериссу слишком хорошо: ничто в этом мире не удерживало ее внимание надолго.

Ее ничто не впечатляло, почти все вызывало лишь скуку, но прямо сейчас она смотрела на Разеаля так, как Мериса не видела еще никогда — словно нашла сокровище, которое жаждала разгадать или, что хуже, забрать себе.

Мериса не понимала до конца своих чувств, но этот взгляд вызвал у нее глухую неприязнь. Она бросила короткий взор на сына, вновь вернулась к Нериссе, и в ее груди поднялась глухая, инстинктивная материнская защита, заставив ее произнести холодным тоном:

"Успокойся, Нерисса."

Ее голос звучал сдержанно, но на этот раз взгляд Мерисы оставался неотрывно прикован к императрице.