#15.

Коль я являлась обычным человеком, нормальным в своих чувствах, логично, что питающую меня ненависть на миг пересилил страх. Глубоко вздохнув перед дверями Рупертовой спальни, я задавила свою трусость на корню.

Меня еще не убили.

У меня еще есть возможность что-то предпринять.

- Ваше Высочество, это я, Монэт. Я пришел представить вам вашу новую фрейлину.

Ответа не последовало, но старшего лакея это не остановило: он повернул ручку двери, чтобы проверить, действительно ли в спальне никого нет.

Щелк.

Дверь медленно открылась. На мгновение я забыла, что недавно вся тряслась от ужаса.

А все потому, что передо мной развернулась поистине завораживающая картина.

Первыми в глаза бросились золотистого цвета волосы, напоминавшие собой жидкое солнце. Они фантастично контрастировали с белым аристократическим лицом, выточенным будто из мрамора.

Прекраснейшая из девушек, словно вышедшая из-под кисти влюбленного художника, медленно повернула голову в нашу с лакеем сторону.

То был не человек – шедевр, иначе не объяснишь, как столь великолепные черты лица могли самым естественным образом сочетаться с аурой величия и изящности.

Эта девушка настолько полно воплощала в себе все имеющиеся представления об идеальности, что меня от этого аж выворачивало.

Очевидно, что все эти кукольно прелестные черты принадлежали живому человеку. Честно сказать, лишь только увидев его, я тут же позабыла обо всем на свете и зачарованным взглядом уставилась на открывшуюся мне красоту. Эта девушка настолько притягивала к себе внимание, что, кроме нее, больше ни на что не хотелось смотреть.

Единственным, что немного портило впечатление от ангелоподобной внешности, были глаза, проницательные и острые, как бритва, однако травянистый их цвет сглаживал эффект инородности.

Глядя на живое доказательство истинного великолепия, я внезапно ощутила в душе горькое чувство одиночества. Будто в этом мире не существовало ни меня, ни лакея, ни Рич – никого, кроме этой богини.

Тьфу, она так прекрасна, что больше я не могу на нее смотреть. Я почувствовала, как к горлу подбирается тошнота, а потому тут же схватилась за живот.

Однако лишь одна я испытывала дурноту при взгляде на эту красавицу.

Ведь передо мной сидела не девушка. Этот ангел в скором времени станет самым жестоким Императором в истории страны.

Да уж, насколько сложна человеческая натура. Сначала я восхищалась, насколько очаровательна представшая моим глазам принцесса, но как только сознание мое поняло, кем эта принцесса была и будет, я вновь встретилась со своими страхами. И совершенно эта девушка не прекрасна.

Ужас родился из-за того, что сидевший в спальне человек подходил лишь под одно описание: «нечеловеческий». А неземная красота его только еще раз подтверждала это.

- Это ваша новая фрейлина. Я привел ее к вам, поскольку она пожелала вас сопровождать, принцесса.

- Огромная честь встретиться с вами, Ваше Высочество.

Руперт даже не взглянул на меня, хоть я и силилась как можно вежливее его поприветствовать.

- На черта мне фрейлина? – вдруг вопросил Руперт у старшего лакея. Этикетом тут даже и не пахло. Такие грубые слова явно не соответствовали изящному девичьему образу.

Я подсуетилась и быстренько ответила вместо лакея:

- Меня зовут Лариет Изабель де Белуа, Ваше Высочество. Я – старшая дочь графа Белуа.

- Я не тебя спрашива-

Внезапно нахмурившись, Руперт не договорил фразу, поскольку наконец удосужился посмотреть мне в лицо. Было такое чувство, будто своим взглядом он хотел просверлить дырку у меня во лбу. Я тотчас опустила голову, растерявшись от неожиданности.

- Ты.

Голос Руперта стал походить на рычание. По спине моей пробежал табун мурашек, ведь этот рык ничем не отличался от звериного.

Лакей заметил, что я испугалась, и решил вмешаться:

- Ваше Высочество, в вашем дворце слишком мало прислуги. Даже если вы не хотите, прошу, примите ее.

- Отошел.

- Ваше Высочество, Белуа не только высокоуважаемая семья, но и одна из влиятельнейших в империи…

- Ты что, оглох, Монэт?

От властного голоса слуга в замешательстве отступил.

Руперт быстро приблизился ко мне. Он был куда ниже меня, притом что я опустила голову в поклоне.

Какой же он маленький.

Но даже несмотря на крохотный рост, Руперт все равно меня пугал. Сейчас – дитя, но в будущем он станет настоящим чудовищем.

Я храбро подняла голову, пытаясь подавить страх, жёгший мне все нутро.

- Мне приходилось слышать слухи о вашей красоте. Тогда мне казалось, что они весьма преувеличены, но сейчас я удостоверилась, что они и половины правды не описывают.

Любого человека – будь то мужчина или женщина – лестные слова о его внешности непременно задобрят.

Я заставила свои губы растянуться в добренькой улыбочке, в то время как лицо Руперта сделалось еще жестче. Он поднял руку и грубо схватил меня за подбородок. Лента, благодаря которой чепчик держался на моей голове, развязалась, и чепец упал на пол. Руперт бесцеремонно оттолкнул мое лицо.

- Отказываюсь, - сообщил он старшему лакею, не отрывая от меня взгляда. Взор ярко-зеленых глаз казался мне еще не таким взрослым, как при первой нашей встрече. Естественно, в Руперте я видела не принцессу, а будущего тирана, однако мне почудилось, будто мы не виделись лет сто.

Я затерялась в своих мыслях, пытаясь отыскать причину нового для меня чувства, но слова Руперта быстро вернули меня в реальность:

- Ты должна заплатить за пельмень.

Пельмень?

Я начала жутко волноваться под этим жгучим угрюмым взглядом.

Я ведь даже представить себе не могла, что та девчонка с отвратительнейшим цветом волос и с отвратительнейшими манерами была Рупертом. Он ведь тогда и лицо свое прикрыл, и огромную шляпу напялил, и волосы чем-то измазал.

Я никогда раньше не встречала Руперта ребенком. В отличие от того образа Императора, который навсегда запечатлелся в моей памяти, нынешний Руперт выглядел прелестной девочкой.

Тот Руперт, которого я знаю, - не худенькая малышка с красивым личиком, а кошмарный монстр, вселявший страх во всех и всякого. Тогда его лицо являло миру всю скрытую внутри него жестокость.

- О каких пельменях вы говорите? – недоуменно спросил лакей.

Я пыталась не кривить лицо, заняв себя мыслью, как красиво переливаются на свету тонкие золотые волосы моего убийцы. Вот черт, весь план коту под хвост.

Во рту у меня пересохло.

- Она – воровка пельменей, - сухо ответил Руперт, вновь сдвинув брови к переносице.

Лакею стало страшно неловко из-за того, что Руперт оказался настолько враждебно настроен к впервые, казалось бы, увиденной им фрейлине.

- О чем вы? Кто-то украл пельмень?

- Да. Она.

В воцарившейся вокруг нас тишине я наблюдала, как будущий тиран, а по совместительству еще и лгун-оговорщик, ткнул пальцем мне в лицо.

- Какие пельмени, Ваше Высочество? Я на дух не переношу эту гадость.

- … Что?

- После того, как я ими отравилась в детстве, я даже запаха их перенести не могу. Быть может, вы меня с кем-то спутали?

Я широко раскрыла глаза и придала своему лицу недоуменный вид.

Скривившееся же лицо Руперта постепенно начало разглаживаться. Вмиг он нацепил на себя невыразительную маску восковой куклы и отвернулся.

- На дух не переносишь?

- Да, Ваше Высочество.

- Я ошиблась?

- Да, Ваше Высочество, - все так же спокойно ответила я и быстро добавила: - У меня самая обычная внешность, так что меня часто путают с другими людьми. А у вас, Ваше Высочество, очень хорошее зрение.

Лакей утешительно похлопал меня по плечу, как бы выражая надежду, что я не обижусь на столь необычное поведение принцессы.

- Ну разве эта девочка не прекрасная фрейлина? Судя по рекомендациям, тренироваться ей нужно немного.

Значит, какую-никакую фрейлинскую подготовку я все же пройду. Это меня на мгновение расстроило, ибо учиться я особо не любила.

Руперт, не меняя равнодушности своего взгляда, махнул рукой, отдавая приказ старшему лакею выйти за дверь. Когда и я начала задумываться, уйти мне следом за лакеем или нет, Руперт, расположившись на кровати, сухо ко мне обратился:

- Ты из Белуа?

На лице его вновь отразилось удивление.

- Да, Ваше Высочество.

- Ты – дочь графа Белуа, южного аристократа?

- Да, Ваше Высочество, - вежливым тоном подтвердила я, склонив голову. С самого начала, как только я вошла в спальню принцессы, спина моя не разгиналась. Все для того, чтобы показать, насколько я послушная и удобная.

Но Руперт даже не обращал внимания на мои старания.

- Я знаю, что у графа Белуа есть дочь, но вот как мне прикажешь узнать, что той дочерью являешься именно ты?

- Я могу вам предоставить ожерелье Белуа, а также справочку о здоровье. Пусть мой отец находится далеко на юге, я могу подтвердить свою личность, если обращусь к баронессе Хамель или графине Винсент, что на данный момент живут в столице.

- Ты думаешь, я буду их вызывать к себе ради идентификации личности какой-то служанки? – Голос Руперта был полон злости.

Еще мою личность могла бы подтвердить принцесса Найджелл, но этого я говорить не стала. Судя по положению Руперта, о его хороших отношениях с дочерью императрицы, своей единокровной сестрой, можно было только мечтать. Поэтому я и упомянула Хамелей и Винсентов, а также имена еще нескольких аристократов. Выслушав перечисленный мной список дворянских семей, Руперт больше вопросов не задавал.

Да и вообще, какой идиот возьмется выдавать меня за себя? Как только становится ясно, что тот или иной ребенок имеет в своих венах благородную кровь, в Императорский дворец тут же приходит его детальный портрет.

- И почему столь благородная особа опустилась до воровства пельменей?

---------------------------------------------------------------------------------------------

Спасибо за внимание, для вас старались:

Перевод - Лана

Редактура - Лев Лучезарович

Подписывайтесь на группу в ВК, главы там выходят быстрее:

https://vk.com/catandlion