Когда я сжала руки, я почувствовала как потертый клочок бумаги помялся. Я почувствовала, что смогу разорвать его при малейшем усилии.

Как бы я хотела также легко решить свою проблему.

Я бросила газету в камин. Это была не первая газета, который я выбросила в него, их было слишком много, чтобы я могла сказать их точное число.

Не имело значения сколько трудностей я преодолела, написанный текст не исчезнуть.

В конце концов две семьи не могли пойти против капризов своих предков.

Содержание договора было простым.

Мы сплетем судьбы наших потомков узами брака. Однако было бы затруднительно, если бы разница в возрасте была бы слишком большой или если бы они были одного пола, поэтому мы дадим им немного больше времени.

Но они оба были пьяны и говорили все, что приходило на ум, отчего договор был больше похож на шутку. Но несмотря на это, проблема действительно существовала, волей судьбы сложились так, что договор был написан не на обычной бумаге.

Договор должен быть выполнен, в противном случае последствия будут не из приятных.

В романе этот треклятый договор превратил жизнь Мэвии Морганы в сущий ад.

То насколько ужасен был её муж не описать словами.

Я положила договор и улыбнулась ублюдку сидящему напротив меня.

"Прекрасно. Брак звучит неплохо."

"Мудрый выбор. Тогда давайте не делать свадебную церемонию слишком пышной. После же ты отправились в выбранное мной поместья и будешь вести там хозяйство, пока я не позову тебя обратно. Естественно у тебя не будет времени на то, чтобы отдыхать, нежась в роскоши." - высокомерный тоном предупредил меня Гилберт Калликас.

Очевидно, что он просто отмахивался от меня.

О, в самом деле. У меня нет слов.

Даже во время прочтения романа мне казалось, что это абсурдная выдумка. Но ещё более нелепым и абсурдным является то, что сейчас это ситуация происходит со мной.

Я все еще сохраняла милую улыбку на лицу.

"Кто сказал, что я выйду замуж за тебя?"

"Прошу прощение?"

"Я не выйду за тебя замуж, вместо этого я выйду замуж за твоего отца."

Я специально говорила с ним, не обращая внимания на его титул. Я просто хотела уколоть его обращением на "ты". Но кажется у Гилберта не было времени, чтобы заботиться о титулах.

" Что ты только что… Кажется я неправильно тебя услышал. Не могла бы ты повторить то, что только что сказала?"

Наблюдая за ним, я всеми силами старалась не дать ухмылки расплыться на моем лице.

Мне нужно прочистить твои уши? В любом случае, нотариус прекрасно слышал, что я сказала.

"Ваш отец - холост. Все это время ты держал в руках бесполезный каменный монолит думая, что он сможет стать для тебя золотым слитком, но ты совершенно не подумал, что есть и другие, кто может занять твое место."

"Невозможно чтобы ты говорила обо мне."

"О боже, неужели эти слова звучат так будто я говорю о тебе?"

Я притворилась невинной, но не стала ничего отрицать.

Гилберта побагровел.

"Я не могу представить, какую ошибку я мог совершить, чтобы она стала причиной такого твоего решения. Я не прошу многого от тебя, всего лишь выполнить условия договора и оставаться верной супругой."

"Конечно. Я выполню все это, но только не с тобой. Я выйду замуж за твоего отца."

"Леди, у меня нет времени, чтобы играть с тобой." - вздохнул Гилберт.

"Скажи чего ты хочешь? Украшений? Одежды? Как жадна ты должна быть, чтобы не удовлетвориться титулом Великой Княгини?"

Эй, не будь таким дерьмом. Не думаешь ли ты, что у тебя одного есть деньги? Или что ты единственный дворянин, который когда-либо жил в этом мире?

Он ведет себя так высокомерно, но даже не является родным сыном Великого герцога. Он приёмный, как и его брат.

"Если ты так хотел жениться на мне, то следовало написать свое имя в договоре. Неужели написать свое имя на этой бумаги задевает вашу маленькую* гордость? Или вы недееспособны и поэтому не можете сделать этого?"

*в анлейте здесь идет рифмованное словосочетание со словом маленький, которым обычно обращаются к детям, нашего аналога я не смогла придумать.

"Леди" - раздраженно сказал Гилберт.

На моем лице выступила приторная улыбка.

"Да, я единственная дочь семьи Моргана, но не должны ли мы рассматривать и семью Великого герцога? У него двое сыновей и он, другой его сын также одинок. В отличие от вас у меня есть целых три варианта."

Казалось, что только если я все ему объясню, он наконец поймет всю ситуацию.

Его выражение лица давало понять, он думает, что я говорю какой-то бред.

"Однако моему отцу трудно выходить из комнаты. Мой же брат ещё слишком юн…"

"О боже, ты еще не ушел? Я думала наша беседа подошла к концу."

Прервав его бессвязную речь, острым как бритва, взглядом, я посмотрела на нотариуса.

Нотариус молча убрал договор.

Я кивнула Гилберту, тем самым давая понять, что ему следует уйти.

"Пожалуйста передайте моё уважение его превосходительству Великому герцогу."

Я же не должна провожать вас лично, верно?

Я не стану заходить так далеко.

---

В конце концов Гилберт ушёл вместе с нотариусом, оставив после себя пустое сидение с чашка чая.

Уу, я боялась, что он может бросит ее в меня, когда услышит отказ.

Я приказала горничной выкинуть чашку. Затем ко мне подошла Моника Элейн.

"Как все прошло?"

Она спрашивал о результате этой любовной истории. Я думала она дождётся окончания нашей беседы, но похоже ее любопытство взяло верх, раз она появилась так рано.

"Я хорошо провела время."

"Не может быть, чтобы ты влюбилась в молодого мастера, верно? Тебе стоит поскорее принять решение. Семья Элейн всегда была на стороне семьи Моргана, но в этот раз мы не может закрыть глаза на сложившуюся ситуацию."

Как же странно слышать что-то подобное от Моники.

Всё же в романе у нее с Гилбертом были романтические отношения.

"...Этот молодой мастер так забавно пытается притворяться дворянином с рождения, только по причине того, что его усыновила высокопоставленная семья."

Ну, это то что говорилось в романе.

В нем Моника Элейн при любом удобном случае пыталась встать между Гилбертом Каллакисом и Мэвией.

Довольно популярной темой было его 'грязное происхождение'. Говорят страсть в отношениях легко может пропасть, все что нужно это пара несовпадающих бровей.

Моника всегда говорила одно и тоже.

-Ты тоже так думаешь, Мэвия?

Вот почему, когда взволнованная Мэвия импульсивно кивнула, Моника донесла об этом Гилберту, будто только и ждала этого момента.

- Мэвия жаловалась на тебя за твоей спиной… Я просто не знаю, что с этим делать.

Моника распространила слух, что Мэвия сплетничала о Гилберте за его спиной.

Когда Моника сказала, что желает Мэвии счастья, Гилберт почувствовал, что она слишком жалостлива.

В ярости он спросил Мэвию является ли это правдой.

Мэвия же чувствуя слишком большое давление не смогла объясниться должным образом. С того момента Гилберт стал её ненавидеть и в дальнейшем даже не пытался скрыть этого.

Теребя свои алые волосы, Моника сделала несчастное лицо.

"Неважно сколько я думаю об этом, это все ещё остается слишком для моей леди. Представьте, вам придётся потратить оставшуюся часть жизни, находясь на бесплодных северных землях, где совершенно нечем заняться…"

Беспечная улыбка появилась на моем лице.

"Не волнуйся, я не вступаю в заведём проигранные битвы."

"Ах! Как и ожидалось, вы с нетерпением ждёте развода после свадьбы? Ну, если это семья Моргана, то они точно справятся. Но разве как только вы поженитесь это решение не станет вашим клеймом?"

Моника продолжала говорить, будто и не услышала мой ответ.

"И все же юный мастер Гилберт красивый мужчина. Не каждый день в столице увидишь кого-то настолько же прекрасного."

"В столице уже и так довольно тесно."

"Прошу прощение? В столице… Тесно?"

Ты тоже должна уйти и поскорее. Как раздражает.

Я позвонила в сонетку, тем самым вызвав горничную.

"Моника, я буду очень счастлива жить на уютном севере вместе с мужем, который будет смотреть только на меня.

---

Но Гилберт не сдастся так просто.

Как и ожидалось через несколько дней Гилберт просил вновь со мной встретиться. Я отказала сославшись на то, что заболела. После этого он отправил букет цветов с письмом.

Моя самая близкая горничная Сара сказала мне:

"Мисс, я не думаю, что это правильно. Разве по этикету , преподнося цветок, человек не должен знать, что они означает?"

Для Сары было естественно быть ошарашенной поведением Гилберта.

В конце концов, она взбесилась.

"Как он осмелился отправлять вам хризантемы*?! Разве это не объявление войны для мисс?"

*Считается, что цветы означают долгую жизнь и процветание, а также возрождение. Кроме того в Японии хризантема — это императорский цветок, который символизирует высшую власть и является официальным гербом. Еще есть вариант, что В Южной Корее эти цветы считаются похоронными, их не дарят по радостным поводам.

Почувствовав как повышается давление Сара схватилась за голову. Однако это было лишь начало трюкам, которые Гилберт собрался выкинуть.

Моя горничная очень ценна для меня, поэтому я отправлю её на медицинский осмотр и ещё к этому выпишу прибавку к жалованью.

"Я не думаю, что все обстоит так как ты думаешь. Мне кажется он выбрал их потому что их оттенок белого выглядит благородно. В любом случаи для меня цветы подобны людям."

Даже, если я объяснила ей это, она все равно не поймёт.

"Неужели в Великом герцогстве не учат общеизвестным вещам?"

"Я не думаю, что Великий герцог заставлял его учиться, поскольку он все равно не станет наследником."

В принципе, Гилберт Каллакис всегда был неудачником. Даже главным героем романа на самом деле был не он, а его младший брат Рехан Каллакис.

Судьба Гилберта навсегда остаться вторым, развращенным героем.

В отличие от меня, сохранявшей спокоствие, Сара совсем потеряла над собой контроль. Она чуть ли не плакала от сочувствия ко мне.

“Угрх, Я даже в вазу не могу их поставить.”

Верно - верно, я понимаю тебя.

Я тоже ели сдерживалась от порыва разбить телефон об стену во время прочтения романа.

Я помню как пробиралась через множество страниц романа, лишь чтобы наконец увидеть, как Гилберт получит наказание.

“Выброси их.”

“Я п-правда могу?”

“Я хочу, чтобы ты их выкинуть.”

Мой взгляд упал на письма.

Я даже еще не открывала его, но уже могла сказать его содержание.

Гилберт надменный человек.

Он вероятней всего еще не рассказал Великому герцогу о моем предложении.

Несомненно, сейчас он будет пытаться всеми силами уговорить меня вступить в брак с ним.

Сару не пришлось просить об этом дважды, она выбросила букет с письмом с таким отвращением на лице, будто бы дотронулась до чего-то грязного.