Поскольку тема детства Цинь Цзи Жаня продолжала распространяться, результат оказался противоположным тому, на что надеялась семья Ван. У них было такое чувство, что они потеряли приманку вместе с рыбой. В настоящее время общественность была очень высокого мнения о Цинь Цзи Жане, а также о семье Су. Хотя семья Ван была главным зачинщиком, они чувствовали, что не имеют никакого отношения к этому делу!

Затем, через три дня после выхода новостей, другой зачинщик, наконец, показал себя. Это не было публичной реакцией; старый мастер Цинь попросил своего помощника позвонить Цинь Цзи Жаню.

Старый мастер Цинь по имени Цинь Энси был биологическим дедом Цинь Цзи Жаня. Хотя старик был очень болен, голова у него все еще оставалась ясной. После того, как он был проинформирован о новостях, он исследовал и подтвердил личность Цинь Цзи Жаня, прежде чем решил связаться с ним.

На самом деле, было бы ошибкой сказать, что старый мастер Цинь не знал о том, что его сын сделал с Цинь Цзи Жанем в прошлом. Он мог что-то предпринять, но так ничего и не сделал, чтобы остановить его. В конце концов, консервативная и гордая личность Цинь Чжэньи была унаследована от него, поэтому он не пытался помешать Цинь Чжэньи скрывать существование своего незаконнрожденного сына.

Но теперь, когда старик лежал на смертном одре, его отношение изменилось. Он хотел увидеть Цинь Цзи Жаня, внука, который был ему чужим, хотя бы раз в жизни.

Цинь Цзи Жань был несколько удивлен, когда ему позвонили. Хотя он и предполагал, что семья Цинь свяжется с ним, он не ожидал, что первым человеком будет старый мастер Цинь.

Идти или не идти? Цинь Цзи Жань колебался лишь мгновение, прежде чем отказаться. Он действительно не хотел быть связан с семьей Цинь в любом отношении.

- Ха, если бы этот старик Цинь действительно был искренним, ему не потребовалось бы так много времени, чтобы найти тебя, — автоматически защищала его Су Янь И. Она сидела рядом и слышала весь разговор.

— Это я знаю.- Цинь Цзиран не был глуп, естественно, он тоже понял это. Однако он все еще был очень тронут ее заботой. Нынешняя она казалась такой милой, что ему вдруг захотелось обнять ее.

Но, в конце концов, желание все еще оставалось просто желанием, а не тем, на что он осмеливался сделать в реальности.

-Что ты хочешь сделать?- вдруг спросила она. В то же время она заметила, что выражение его лица было немного странным.

— Скорее всего, они попытаются еще раз.- Он быстро подавил это желание и сменил тему разговора.

— Хм. Ты мой, так что даже если они захотят сделать шаг, они не посмеют.- Она не могла быть более недовольна семьей Цинь.

Услышав слова «Ты мой», сердце Цинь Цзи Жаня начало биться с ненормальной скоростью. Он подумал, что, похоже, теперь у него была еще одна “неизлечимая болезнь” на фоне его слуховых галлюцинаций…

— Ммм...

Пока ты рядом со мной, я ничего не боюсь!

Некоторые люди отказались бы от всего ради власти, в то время как другие отказались бы от всего мира ради любви. Цинь Цзи Жань который вырос, не зная любви, очевидно, принадлежал к последней.

…..

Ну конечно же, старый мастер Цинь не отставал. На этот раз, вместо того чтобы использовать своего помощника, он выбрал его биологического отца и отправил Цинь Чжэньи.

Когда Цинь Чжэньи позвонил, Цинь Цзи Жань был в середине разговора с визажистом и стилистом о том, как должен был выглядеть конкретный персонаж. Цзян Сяобинь отвечал за обработку его деловых звонков.

— Звонит мистер Цинь Чжэньи. Может, ответишь?- С беспокойством спросил Цзян Сяобинь.

На секунду Цинь Цзи Жань смутился, как будто пытался вспомнить, кто такой этот “господин Цинь Чжэньи”. Это было имя, которое он знал слишком хорошо,но всё же оно казалось ему таким чужим.

— Здравствуйте, это Цинь Цзи Жань.”

С некоторыми вещами ему приходилось сталкиваться лицом к лицу. Побег не решит проблему, да и вообще он был не из тех, кто любит убегать от своих проблем. Он просто не любил, когда его беспокоили.

- Поскольку твой дедушка хочет тебя видеть, ты должен навестить его. Не позволяй другим думать, что ты инфантилен и невежественен.- Мужчина говорил холодным и твердым тоном, заставив Цинь Цзи Жаня земереть в молчании.

Цинь Цзи Жань молчал, задаваясь вопросом … Неужели этот человек думает, что они были близки? С чего он взял, что может вот так командовать им?

-А это еще кто? Ошиблись номером?- Резко возразил Цинь Цзи Жань. Он отказывался проявлять уважение к тем, кто этого не заслуживал. Должен ли сирота, оставленный с самого рождения, повиноваться тому, кто его бросил? Цинь Цзи Жань определенно так не считал.

На другом конце провода повисла короткая пауза, вызванная молчанием или гневом, но какое это имело значение?

-Так как это неправильный номер, не звоните снова, — сказал Цинь Цзи Жань, прежде чем повесить трубку и вернуть телефон Цзян Сяобину. Затем, как ни в чем не бывало, он вернулся к тому, что делал раньше. Съемки его нового фильма скоро начнутся, так что он был очень занят—слишком занят, чтобы отвечать на звонки незнакомых людей.

Иногда Цинь Цзи Жань задавался вопросом, насколько жестоким должен быть человек, чтобы отправить своего собственного новорожденного сына в сиротский приют? Если это было из-за того, что он не мог позволить себе вырастить ребенка, то это было был понятно. Но у семьи Цинь явно было предостаточно денег, чтобы вырастить ребенка. И все же они выкинули его в сиротский приют, заставив расти так, словно он был настоящим сиротой. Каждый раз, когда он думал об этом, его сердце наполнялось горьким разочарованием.

Когда он не знал правды, Цзи Жань придумывал оправдания для своих родителей, уверенный, что они были вынуждены сделать такой выбор. Но годы спустя он перестал думать об этом так наивно. Тот, кого бросили, когда-то пытался найти оправдания для людей, которые бросили его… как смешно.

Цзян Сяобинь держал телефон, слегка потеряв дар речи. Он нерешительно спросил:

-Если Мистер Цинь позвонит снова, я должен ответить?

-Отвечайте, когда это нужно. Это ваша работа,как моего помощника, фильтровать незначительные для меня звонки,- Цинь Цзи Жань не сказал прямо «нет», потому что знал, что семья Цинь не сдастся так легко. Если же они снова попытаются использовать этот повелительный тон, чтобы поговорить с ним, тогда… они не должны винить его за такую же невежливость!