Я вспомнила ту самую первую встречу с Эммой - её светлую, искреннюю улыбку. [Тогда я ещё подумала: неужели это простая вежливость? Но нет - в ней чувствовалась неподдельная радость.]

«Вы, наверное, часто находите вдохновение в своём женихе. Он ведь такой красавец. Честно говоря, Валентин даже красивее меня.» -сказала я, словно, между прочим.

«Красивый - спору нет, но…» - Эмма замялась.

Я сразу уловила её колебание.

«Похоже, вы чувствуете себя неловко рядом с ним?»

«Нет, не то чтобы неловко…Просто такие браки редко бывают теплыми. Когда помолвку решают в детстве, всё выглядит естественнее, но у нас с Валентином всё утвердили всего неделю назад. А вы почему спрашиваете, Ваше Высочество? Интересуетесь браком?»

Пальцы Эммы ловко перебирали мои волосы, а голос становился всё оживлённее.

«В вашем возрасте я тоже всё время думала о том, за кого выйду замуж. О мужчине, с которым проведу жизнь, о том, с кем построю семью. Какой человек смог бы сделать меня счастливой?»

[Разговор пошёл именно в нужное русло.] Я распахнула глаза, будто изумлённая, и закивала.

«Вот-вот, Эмма! Последнее время я часто думаю об этом.»

«Я так и знала! Тринадцать лет - самое время для таких вопросов. Можете спросить у меня всё, что угодно.»

[Почему же я так безумно одержима Валентином?]

«Скажите, какой мужчина, на ваш взгляд, делает брак счастливым?»

«В общепринятом понимании - благородного происхождения, состоятельный…Но лично я считаю главным качество - внимательность. Когда супруги умеют заботиться друг о друге, поводов для ссор меньше, обид – тоже, а значит, и счастья больше.»

[Значит, Валентин никак не подходит.]

«А что насчёт самого Валентина? Татьяна говорила, что он самый популярный мужчина во всей Охале.»

«С точки зрения внешности и положения - да. Но как романтический партнёр…» - Эмма усмехнулась с сомнением.

«Почему? Есть что-то, чего я не знаю? Ведь быть рядом с тем, кого хотят все, само по себе волнует. Обладать редким сокровищем, недоступным другим, разве это не захватывает?»

Эмма моргнула и после паузы заговорила более откровенно.

«Сначала я и сама не верила, что стану его невестой. Накануне нашей первой встречи я так волновалась, что не сомкнула глаз. Ведь муж определяет положение женщины в обществе. С этой точки зрения он - идеальный выбор, и влюбиться в него было бы проще простого.»

«И что же дальше?»

«Сердце - странная вещь. Стоило мне убедиться, что он не испытывает ко мне интереса и, скорее всего, никогда не испытает…мои чувства просто исчезли. Вся дрожь и радость улетучились. Я перестала что-либо ощущать.»

Она говорила спокойно, даже холодно.

«Возможно, я бы и ревновала, если бы у него появилась любовница. Но знаете, я уверена, что у графа Валентина никогда не будет такой женщины. И именно это мне в нём нравится. Муж, который не любит меня, но и никого другого тоже, в таком браке нет ничего плохого.»

Её признание пронзило меня неожиданной силой.

[Перестала любить только потому, что он равнодушен? Как так? У меня всё наоборот! Я именно из-за холодности не могу его отпустить!]

Меня охватило нетерпение.

«А что, если, наоборот, не получается перестать думать о человеке? Если он безразличен ко мне, а я всё равно хочу узнать о нём больше? Это что, что-то ненормальное?»

«Что вы! В этом нет ничего странного. Совершенно обычное чувство. Одним людям милее лёгкая прогулка по холмам, другим - тяжёлое восхождение на горы.»

И тут меня озарило.

[Вот оно! Я наконец поняла, почему зациклилась на Валентине. Он первый, кто встретил меня ледяным равнодушием. С самого рождения я привыкла к вниманию и заботе. А тут - стена холодности. И я словно сражаюсь с ней, пытаясь добиться хоть искры тепла.]

Но вместе с пониманием пришёл и другой вопрос: [как избавиться от этой одержимости?]

«Значит, это нормально. Хорошо…Но как прекратить такие чувства?»

«А вы хотите их прекратить?»

«Я? Да тут речь вовсе не обо мне!» Я отвела взгляд, будто равнодушно. Эмма тихонько усмехнулась, но тут же посерьёзнела.

«Знаете, что говорили мне подруги, пережившие похожее?»

«Что именно?»

«Что стоит тому человеку хоть немного проявить интерес к ним, и их увлечение исчезает в один миг.»

«То есть…если он вдруг заинтересуется мной, то и я сама быстро охладею?»

«Именно. Это странно, но так часто бывает. Думаю, тут есть объяснение в психологии, но я его не помню. Либо же время лечит: три года разлуки, и чувства стихают сами собой.»

[Интерес! Вот ключ.]

[Если привлечь внимание Валентина, я добьюсь своего: он перестанет быть равнодушным, а вместе с этим угаснет и моя собственная навязчивость. Совет Эммы оказался безупречным. Я не зря пришла к ней.]

«Пожалуйста, придите на мою помолвку, Ваше Высочество. Я буду очень рада вашему присутствию.»

«Обязательно приду. У меня есть и личное дело к Валентину.»

«Правда? Тогда стоит поторопиться. Я слышала, граф сразу после помолвки покидает Махачкалу. Где-то в апреле.»

[Что?]

«Уезжает?»

«Это обычай для дворян после совершеннолетия. Он отправится в путь Реформатора.»

Я знала этот путь: три года учёбы у прославленных профессоров, путешествие через крупные западные города, Папскую область и обратно - в Махачкалу.

Голова закружилась. [Апрель? До него меньше двух месяцев.]

«Но зачем же устраивать помолвку сейчас? Разве нельзя подождать его возвращения?»

«Не знаю. Но похоже, дело не только в семьях Толстых и Дмитриевых.»

[Неопределённый ответ Эммы намекал: за этой помолвкой стоит ещё кто-то, вероятно, сама Императорская семья.]

[Зачем же так торопиться?]

[Скорее всего, чтобы прочно привязать Валентина к Охальской империи. Жених, это обязательство, якорь, ради которого он будет вынужден вернуться.]

Я посмотрела на Эмму с тяжёлым чувством.

[Три года ждать мужчину, который к тому же холоден…жестоко. К тому же «путь Реформатора» редко обходился без соблазнов: любовницы, внебрачные дети, всё это случалось сплошь и рядом.]

[Я не была уверена, что Валентин из таких мужчин, но риски для Эммы были очевидны. Хотя, конечно, в Махачкале найдётся немало дам, которые с радостью согласились бы стать «временной» возлюбленной графа.]

И тут дверь приоткрылась, и слуга, слегка запинаясь, произнёс:

«Граф Валентин Владимирович Дмитриев прибыл. Сообщить ему, что вы заняты?»