Для начала — 100 000 фишек.

Мы с Айлой поделили их пополам и разошлись по играм, которые хотели попробовать.

— М-мне правда можно?..

— Делай что хочешь.

— Но… до совершеннолетия азартные игры…

— Это не настоящие деньги. Всё в порядке.

— А-у…

Айла сомневалась до последнего, но всё-таки взяла свою половину и ушла к другому столу.

А я направился…

Разумеется, к слот-машинам.

Три семёрки — выигрыш в десять раз. Bar или фрукты — другие множители.

— Раньше приходилось пользоваться великим искусством сохранений и загрузок.

Выбиваешь две семёрки, сохраняешься, загружаешься, пока не выпадет третья. Всего лишь простая рутинная «работа».

Но на моём уровне три семёрки уже примерно как обычная атака.

Максимальная ставка за один раз — 3 000 фишек.

Выбиваешь 777 — получаешь по 30 000 за раунд.

[Получена десятикратная прибыль! Выдано 30 000 фишек!]

Хм.

Сладко.

Очень сладко.

Тридцать тысяч превращались в шестьдесят, затем в девяносто. Я без остановки аккуратно забирал ещё по тридцать тысяч.

— Э-эм…

— Хм. Что такое?

— Н-ничего. Может, принести клетку для фишек?

— Будь добр.

— Д-да.

Голем принёс клетку, и фишки начали накапливаться внутри.

Гора росла, росла и росла.

Может, пора перейти к другой игре?

Постоянная ставка и постоянный выигрыш оказались скучнее, чем я ожидал.

С этими фишками ничего интересного не сделаешь.

— Так. Теперь пойдём туда, где нет верхнего ограничения ставки.

[Получено 1 000 000 фишек.]

[Открыт этаж B2.]

— Я хочу спуститься на второй подземный этаж. Проводи.

— С-сюда. Следуйте за мной.

Довольно странное зрелище: растерянный голем вежливо вёл меня вниз.

Здесь исправно работали вентиляция и уборка, поэтому всё выглядело безупречно чистым.

Пространство, существующее вечно и всегда готовое принять посетителя.

Но пока никто не приходит, это лишь бессмысленная куча кода, где големы играют друг с другом.

Зато с появлением человека место по-настоящему оживает… вроде бы. Хотя говорить «оживает» о големах немного странно.

Когда появляется посетитель, их искусственный интеллект активизируется, магические механизмы начинают работать на полную мощность, и всё вновь сияет.

Почти как питомцы, которые долго ждали хозяина и бросаются встречать его, едва тот возвращается домой.

Под грузом всех этих ожиданий я открыл дверь второго подземного этажа.

Он был ещё роскошнее первого, только между золотом и красным здесь вклинивался чёрный цвет.

Оформление будто угрожало:

«С этого места начинаются действительно дорогие залы».

Или:

«Дальше будет сложнее».

Големы тоже отличались от улыбающихся работников первого этажа в ярких нарядах. Все они носили чёрные костюмы или платья и загадочно улыбались.

— Добро пожаловать. Прошло триста лет с тех пор, как этот этаж в последний раз принимал гостя. Мы приветствуем нового посетителя.

— Хм.

Я дошёл до покерного стола и сел.

— На этом этаже ставки не ограничены. Каждый из нас располагает как минимум пятьюдесятью миллионами фишек.

— Хм. Ясно. Рассчитываю на вас.

— Да. И мы на вас. Надеемся, вы задержитесь на нашем этаже надолго.

Иными словами…

Каждый голем здесь — лох минимум на пятьдесят миллионов.

Разве нет?

***

Айла Тристар посмотрела на лежащие перед ней фишки и наклонила голову.

— Хм. Я вроде даже немного выиграла.

У неё было около 250 000.

Вольфрам оставил ей 50 000, так что прибыль действительно получилась неплохой.

Однако для Айлы азартные игры оставались пороком, способным искривить и тело, и душу. По-настоящему наслаждаться ими она не могла.

Поэтому ненадолго отошла от столов и направилась к стойке обмена.

— Добро пожаловать. Хотите что-нибудь обменять?

— Для начала покажите каталог.

— Разумеется.

До этого она не успела внимательно рассмотреть товары: рядом был Вольфрам.

Теперь же, листая каталог одну страницу за другой, Айла тихо ахала.

Как и ожидалось.

Здесь было полно забавных вещей.

Устройство, превращающее все заклинания в чёрных огненных драконов… Интересно, какие формулы заставляют это работать?

Но цены кусались.

От пятидесяти тысяч до десяти миллионов.

— Немало фишек просите.

— Мы уверены, что цены справедливые.

— Думаю, да.

Почти всё здесь было весёлыми и любопытными магическими инструментами.

Они пробуждали чисто магическое желание понять: какая формула используется и каким образом она накладывается на заклинание?

Стоило представить, что это игрушки эпохи мифов, и на лице сама собой появлялась улыбка.

Кстати…

— Вы ведь покупаете мои Чёрные кристаллы?

— Да. Ваши кристаллы чрезвычайно качественны и… вызывают у нас воспоминания о времени нашего создания.

— Вот как?

— Да. В те времена жили сёстры, пользовавшиеся такими же Чёрными кристаллами. Одна из них была нашей создательницей. Если учитывать человеческую продолжительность жизни, полагаю, вы можете быть их потомком.

— Вероятно. На всём континенте Чёрные кристаллы использует только наша родовая линия. Значит, моя прародительница…

— Именно. Кроме того, ваши Чёрные кристаллы идеально подходят нам как источник энергии. Поэтому мы готовы покупать их дорого.

— Источник энергии…

— При экономном режиме мы способны просуществовать ещё тысячу лет. Но и это не вечность. Нежелание исчезать — инстинкт любого разумного существа. Мы тоже големы и всегда нуждаемся в мане.

— О-о.

Айла понимающе кивнула.

— Интересно. Значит, прямо сейчас вы могли бы скупить у меня сколько угодно Чёрных кристаллов?

— С нашей точки зрения это создаст проблему.

— Почему?

— Наша обязанность — предоставлять услугу: посетители получают фишки и играют. Если вы обменяете всё наше количество фишек, это будет противоречить приказу. Отказать мы, конечно, не можем. Если вы действительно потребуете, нам останется лишь выполнить просьбу.

— Понятно. Тогда давайте так. Я этого не сделаю при одном условии.

— Каком?

— Расскажите о моих предках. И… о вас самих.

— Мы также обязаны хранить эти сведения в тайне…

— Или мне обменять Чёрных кристаллов на триллион фишек?

Голем беспомощно посмотрел на Айлу, а затем кивнул.

— Тогда расскажу лишь то, что дозволено. Начну с тех сестёр. Точнее, детей было трое: две сестры и их старший брат. К моменту нашего создания война, которую называли Великой, только закончилась.

— Ох…

После этого Айла с неподдельным удовольствием слушала рассказ голема.

Если бы Вольфрам услышал, наверняка разрыдался бы:

«Какой ещё покер?! Тут история, которой даже в книгах по сеттингу не было!»

Будто творение предков передавало далёкой потомице письмо через триста лет.

Это время оказалось необыкновенно приятным.

***

Хм.

Хм-м.

— Кх… П-почему? Почему мы не можем победить?!

— Н-нет! Монеты, накопленные за триста лет, не могут исчезнуть вот так!

— Великое дело, доверенное нам создателями… Неужели оно погибнет настолько бесславно?!

Со всех сторон доносились стенания големов.

Они даже плакать не умеют. Зачем так рыдать?

И вообще, разве в том, что я выигрываю, есть что-то плохое?

На этом этаже, где собрались только настоящие игроки, все вокруг дрожали, как трусы, а гора фишек росла только возле меня.

Но что прикажете делать?

Я ведь не могу специально проигрывать.

— Е-ещё одну партию.

— Разве ты не дилер?

— Н-но, клянусь честью моего создателя, я не могу допустить полного поражения!

— Вот как. Тогда раздавай.

У меня оставалось примерно восемьсот миллионов фишек.

Конечно, если смотреть со стороны, то слоты, блэкджек и всё остальное выглядят как очень плохие игры.

Можно подумать: «Игра, набитая заговорами, которые превращают детей в асоциальных взрослых!»

Но невероятным образом D/Z SAGA вышла с возрастным рейтингом пятнадцать плюс. Как они вообще этого добились?

Впрочем.

Ваш покорный Вольфрам фон Ли Ёнджин, ставший сильнейшим игроком в этой дурной игре, больше всего любит отнимать у противника последнюю надежду.

Големы могут сколько угодно рассказывать о воспоминаниях трёхсотлетней давности и о воле создателей, но сейчас мы за игровым столом.

Трусам, пытающимся продавать чувства ради жалости, место в зоне отдыха для трусов.

А игра этого старика начинается только сейчас.

Посмотрим.

Недавно я взял двести миллионов на стрите. Женщина-голем справа поставила сто миллионов на две пары и сбросила…

Я прокрутил в голове последовательность псевдослучайных чисел.

Если формула не изменилась, следующей стартовой картой будет либо пиковый туз, либо восьмёрка червей.

Если восьмёрка червей — пас.

А если пиковый туз…

— Ставлю все восемьсот миллионов.

— Ч-что?

— Поддержишь? Мне будет удобнее, если поддержишь.

— …Поддержу.

Казино выглядит невероятно сложным, но на деле это всего лишь мини-игра.

Здесь не может быть настоящего шулерства со стороны игрока.

То есть если запомнить генератор случайных чисел, его можно обчищать сколько угодно.

Кто стоит рядом. Какую реплику произносит дилер. Какую карту и в какой момент я получаю. Сколько ставлю.

Это скорее калькулятор, чем азартная игра.

Всего лишь предсказуемая мини-игра.

— Стрит до семёрки.

— Фулл-хаус на валетах.

— Я проиграл…

Вот и всё.

Легко, правда?

Вообще-то запас фишек у дилера системно бесконечен, так что я мог бы сделать ещё несколько ставок и получить десятки миллиардов.

Потом купить на них бесконечно продаваемый расходник «Магический картофель» и выбросить на рынок картошки на десятки миллиардов — гиперинфляция гарантирована.

Всех фермеров-картофелеводов можно разорить, а мир погрузить в ад.

Вот это заработок.

Но.

Как всегда, у меня нет намерения настолько сильно ломать этот мир.

— На этом закончим.

— Что? Почему?

— Фишек достаточно. Уже больше полутора миллиардов.

— Точно. Вы знали?

— Хм. Разумеется.

Условие доступа на этаж ещё ниже, B3, — владеть как минимум полутора миллиардами фишек.

Это удовольствие оставлю на потом.

— Возвращаемся наверх.

— Да. Я провожу.

Остальные големы совсем поникли.

Ну и видок.

Вы же существуете с момента создания острова и были настроены как вершина магической инженерии для азартных игр. Расправьте плечи.

— Кх…

— Правда, все фишки я всё равно заберу.

Настоящий урок от потомка по игровой части тем, кого создали далёкие предки.

Как же приятно.

***

Когда на первом подземном этаже я снова встретился с Айлой, она сияла от счастья.

— Вижу, настроение хорошее. Выиграла?

— Нет. Просто голем за стойкой рассказывал мне истории трёхсотлетней давности.

Что?

Это звучит ужасно интересно.

— А Вольфрам много выиграл?

— Хм. Около миллиарда шестисот миллионов.

— Ч-что?..

Глаза Айлы округлились.

Я посмотрел на голема за стойкой. Тот с обречённым видом протянул каталог.

Разумеется, призы в «мини-игре» конечны.

С 1,6 миллиарда фишек я могу сегодня закрыть этому месту бизнес.

Именно поэтому здесь есть бесконечно обмениваемые вещи вроде Магического картофеля.

А казино без товаров для обмена можно просто закрывать.

Даже если потом кто-то заинтересуется и найдёт это место, мы выгребем всё ценное, и оно скоро снова будет забыто.

Я пролистал каталог и указал на один товар.

— Тогда выдайте мне коробок с призами низшей категории на сто миллионов.

— Ч-что? Вероятность получить награду из них невероятно мала. Вы уверены? С нашей точки зрения это буквально проигрышный товар.

— Но только из этих коробок выпадают «Мягкая женская пижама для сна», «Мягкая кошачья маска для сна» и «Мягкий комплект постельного белья», верно?

— Д-да. Верно. Тогда подготовим коробки!

— А я готов потратить до полутора миллиардов, пока не получу восемь комплектов белья.

— Ч-что?

— Поэтому слушай внимательно. Как бы вы ни подкручивали вероятность, я буду открывать эти коробки, пока не потрачу полтора миллиарда. Ясно?

— А… Д-да! Сейчас всё подготовим!

Если после такого не поймут намёк — придётся отправить всех на утилизацию.

Вскоре голем принёс коробки, и начался бесконечный марафон открываний без верхнего потолка, приправленный бесчисленными пустышками.

[Получена Мягкая женская пижама для сна!]

В общем.

Имея на руках десятки миллиардов фишек, я мог бы превратить этих големов в рабов, бесконечно производящих Магический картофель…

Но вкусное нужно оставлять на потом, а развлекательный контент — использовать ровно настолько, чтобы мир не рухнул.

Потому что я люблю этот мир.

Я хочу беречь его, а не ломать.

— Даже сдерживаться непросто.

Этот мир ещё младенец.

А опытный игрок должен беречь младенцев.