Шурх.

Шу-у-урх.

Честно говоря, мне никогда не приходило в голову, что растущее растение может издавать звук, но дерево и правда росло. Я слышал, как оно растёт.

— Ухя-а-а! Крутится! Мир крути-и-ится!

— Ого. У этой руды довольно необычная, колючая мана… Понятно. Драгоценный камень синей молнии… И такие занятные минералы здесь бывают. Дешёвенький вкус, но неплохо.

Мировое древо росло, вбирая огромные объёмы счастливой маны Королевы фей и Королевы духов.

— Вот так. Расти ещё. Подними свою крону выше, к самому небу.

Я поднял голову к всё увеличивающемуся Мировому древу.

Его зелень окутывала воздух и несла покой.

[Благословение Мирового древа распространяется на всю окрестность.]

[Мировое древо признаёт Вольфрама фон Лоэнгрина родителем, который его вырастил.]

[В пределах Зефрина благословение Мирового древа достигнет любого места, которого пожелает Вольфрам фон Лоэнгрин.]

Я крепко сжал кулак.

Такого системного сообщения я ещё не видел.

Но инстинктивно понимал, что оно означает и какую ценность имеет.

— Ха.

Это был подавляюще сильный бафф. И право распоряжаться им.

Теперь понятно, почему в основной игре не существовало системы выращивания Мирового древа.

Мировое древо специализируется на абсолютной защите и восстановлении тела и духа.

Особенно его защита: пусть всего один раз, но она почти равна иммуну — абсолютному сопротивлению.

А если сразу после этого задействовать восстановление, можно обратить даже чудовищные раны.

Иными словами.

В любой ситуации.

Один раз можно отменить смерть члена группы.

— Вот уж чего я не ожидал.

Я посмотрел на Мировое древо.

Оно всё ещё жадно поглощало ману двух трансцендентных существ.

Расти же, Ким Мировое Древо. Жирей ещё сильнее, высоси из всего мира всё и покори его.

Итак.

С достопримечательностью покончено.

— Теперь займёмся улицей.

— Да, Вольфрам. Всё готово.

— Всё будет так, как пожелает ваше высочество.

Я отошёл от Мирового древа. Справа встала Айла, слева — Регина.

Да.

Подготовка завершена.

Теперь всё пойдёт так, как я задумал.

***

Когда-то Вольфрам фон Лоэнгрин играл в ночного проводника — точнее, покровителя влюблённых — и помог нескольким парам сойтись.

В каждой паре один из двоих был эльфом. Я хорошо знал, что значит Мировое древо для эльфов, поэтому и мог этим воспользоваться.

Мировое древо питается любовью и счастьем эльфов. Поэтому считается, что супруги, поженившиеся перед ним, обретают вечное счастье. В эльфийском обществе причина «мы не смогли пожениться перед Мировым древом» даже занимает довольно высокое место среди объяснений развода.

По правде говоря, дело тут не столько в самом древе. Просто обычно это означает: «обстоятельства были настолько плохи, что мы не могли устроить свадьбу у Мирового древа, но всё равно поженились». Такая себе отговорка. Но неважно. Главное, насколько огромен авторитет Мирового древа среди эльфов.

И Вольфрам фон Лоэнгрин ударил точно в эту точку.

[Как это Мировое древо сияет и растёт даже во тьме, так и любовь, которую вы подтвердили здесь, не склонится перед кратким мраком. Что ж, лишь когда бездна глубже всего, рассвет бывает ярче.]

Или:

[Разве вы сами не чувствуете, что Мировое древо радуется вместе с вами? Да. Это чувствую даже я, тот, кто посадил и растит его. Ваша любовь истинна. Я, потомок Императорского дома, и Мировое древо это подтверждаем. Верьте друг другу и любите.]

Применяя свою тёмно-адско-ветряную технику языка, Вольфрам фон Лоэнгрин доводил множество пар до слёз и крепко сцепленных рук, заставляя их клясться в «вечной любви» и «неизменной привязанности». А Мировое древо тем временем росло как на дрожжах.

Но всё происходило во тьме. То есть ночью.

И неудивительно. В Зефрине царит почти запретительное отношение к романам, а студенты стараются держать себя в руках, чтобы впоследствии заключить как можно более выгодный брак.

Конечно, среди дворян полно уже помолвленных. Но дворянская помолвка — вещь, которую можно разорвать в любой момент.

Так же как прежней невестой Вольфрама фон Лоэнгрина была Регина Сиэлла, однако дом Сиэлла отказался от помолвки, и затем его обручили с Айлой Тристар.

Но вернёмся к делу.

Поэтому приглашение среди бела дня от Вольфрама озадачило пару, которой прежде приходилось подтверждать свою любовь под покровом темноты.

Да, после того случая им всё-таки удалось убедить родителей и официально обручиться. Но причём здесь новое приглашение Вольфрама?

И всё же долг есть долг.

— Пойдём. Если господин Вольфрам зовёт нас, у него наверняка есть причина.

— Да. Я тоже так думаю. Пойдём.

Мужчина крепко сжал руку возлюбленной и кивнул.

Что бы ни делал Вольфрам фон Лоэнгрин, они должны ответить ему доверием.

Так они думали, пока среди бела дня не пришли к Восьмому магическому факультету и не увидели…

— Нет… Это… это же…

— Н-не может быть ошибки. М-Мировое древо…

Огромное древо вздымалось к небу и благословляло землю своей зеленью.

— Пришли. Поздравляю. И благодарю вас.

— В-ваше высочество Вольфрам.

— Д-давно не виделись.

Пара, всё ещё ошеломлённая, поспешила поприветствовать меня. Я слегка улыбнулся и развёл руки.

— Поздравляю: ваша любовь принесла плоды. Благодаря ей Мировое древо выросло до таких размеров.

— П-правда?

— Н-наша любовь… помогла ему вырасти настолько?..

Оба смотрели на меня так, будто не могли поверить.

— Ваше сомнение понятно. Но столь же верно, что без вашей любви Мировое древо не выросло бы именно таким. Сегодня я позвал вас, чтобы поблагодарить. И потому, как ничем не примечательный хозяин лавки, однажды благодаря небольшой связи приведший вас к этому древу, задам вам один вопрос.

Они крепко сцепили руки.

Что же спросит Вольфрам фон Лоэнгрин? Что ему хочется знать?

— Мой вопрос в прошлом и сейчас… а, пожалуй, и в будущем будет только один. Вы счастливы?

— Ах…

Пара тихо ахнула.

Невероятно.

Этот человек — коррумпированный злодей? Быть не может.

Он так искренне направил любовь двух людей, которым иначе не дали бы благословения, и в прошлом, настоящем и будущем желает им только счастья.

— Я счастлив.

— И я счастлива.

Я улыбнулся их ответам.

— Вот и хорошо. А теперь идите за мной. Есть ещё одно место, которое я хочу вам показать.

Они неспешно последовали за мной по территории Восьмого магического факультета.

Мы завернули за угол.

— Ох…

— Ва-а…

И увидели место, разительно отличавшееся от пустынных улиц факультета.

Улицу нежно-розового и белого цветов.

Два оттенка создавали сладкую, почти приторно-романтическую атмосферу.

А символом улицы служила пара маленьких крыльев — знак влюблённых.

Куда ни посмотри, всюду были милые светло-розовые крылья. С первого взгляда ясно: улица для любви.

— Это место…

— Пока лишь пилотный участок.

— Пилотный?..

Пара непонимающе посмотрела на меня.

Улица влюблённых? Пилотная?

— Ваша искренняя любовь немного меня впечатлила. Поэтому я договорился с нынешним председателем студсовета Ив фон Лоэнгрин.

— С-с нынешним председателем?

— Именно.

Ив фон Лоэнгрин.

Справедливый председатель, свергнувшая Вольфрама фон Лоэнгрина и занявшая его место.

Раз даже бывший председатель говорит, что «договорился» с ней, решение наверняка было неординарным.

— И к-какому решению вы пришли?..

— Я же уже говорил. Увидев вашу настоящую любовь, я раскаялся в собственных ошибках. Истинная любовь должна цвести не только во тьме, но и под солнцем, под Мировым древом.

— Ч-что?

— Я пришёл к Ив фон Лоэнгрин и заявил, что превращу Восьмой магический факультет в Улицу влюблённых. Этот квартал — пробный. Пока здесь многого не хватает, но я хочу создать место, где настоящая любовь сможет приносить плоды.

— Ах…

В моих глазах горел огонь — почти синее пламя.

Воля потомка Императорского дома, намеренного перекроить мир под себя.

— Конечно, распущенные романы могут подорвать нравы Зефрина. Но если люди уже помолвлены… или их отношения столь же серьёзны, разве углубление их любви не заслуживает не порицания, а благословения? Например…

Я мельком посмотрел на них.

Только тогда пара поняла и закивала.

Они сами хотели, чтобы настоящая любовь принесла плоды и стала ещё крепче.

Ведь речь шла о них самих.

— В-вы правы.

— Да, председатель! Вы правы!

— Поэтому, увидев вашу любовь, я решил построить эту улицу. Место, куда влюблённые смогут в любой выходной прийти, взявшись за руки, и растить свои чувства.

На их глазах выступили слёзы.

Какие добрые слова. Какая забота.

— Однако такая улица для Зефрина слишком смела и слишком рискованна. Кто-нибудь наверняка обвинит её в разврате. Так же, как обвиняли вас.

— Ух…

Это было правдой.

Сколько косых взглядов они получили за любовь, которой не желали родители. Сколько возражений было со стороны семей.

Им даже угрожали разрывом родственных связей.

— Поэтому я прошу вас, тех, кто сейчас растит настоящую любовь. Тем, кому приходится скрываться во тьме, станьте проводниками ночи и направляйте их ко мне. Я поставлю их перед Мировым древом и спрошу, настоящая ли их любовь. А тех, у кого всё уже решено, направляйте ко мне под благословением зелени и солнца. Здесь я постараюсь сделать их любовь ещё крепче.

У обоих задрожали плечи.

Этот человек посвятил себя чужой любви.

— Понимаем. Так и сделаем!

— Обязательно! Доверьтесь нам!

— Благодарю за помощь и сотрудничество.

Я улыбнулся и вручил им товары для пар: футболки на выходные, парные кольца, зубные щётки разных цветов с разделённым на две части изображением крыльев.

Получив ещё и подарки, они поклялись помогать ещё твёрже.

Эта улица была похожа на них самих.

Разве они могли не участвовать в её процветании?

— Рассчитываю на вас.

— Да, ваше высочество!

— Оставьте это нам!

***

Проводив пару, я пожал плечами.

— Хорошая работа, Вольфрам.

— Вы отлично справились, ваше высочество.

Айла и Регина подали мне напиток и полотенце, и я немного перевёл дух.

Какой смысл строить Улицу влюблённых, если о ней никто даже не узнает?

Поэтому я использовал лучший доступный ход.

Снова позвал пары, которые уже сошлись благодаря мне.

Пары, мучающиеся из-за любви, направлял к Мировому древу. Уже помолвленных — за покупками на дневную Улицу влюблённых.

Так территория Восьмого магического факультета должна была преобразиться: озеро рядом с Мировым древом, парк, торговый центр, рестораны для пар, лавки тематических товаров, косметика и прочее.

Даже если законом запретить любовь, телу не прикажешь перестать вырабатывать гормоны. Поэтому я предложил Ив другой вариант: пусть хотя бы официальные, здоровые отношения получают место для выхода. Она одобрила.

Айла, внимательно выслушав мой план, понимающе кивнула.

— Тогда мы с Вольфрамом тоже сможем как-нибудь вдвоём прийти сюда погулять?

— Мм? Да. Сможем.

— Хи-хи. Тогда буду ждать этого дня.

Она радостно рассмеялась и ушла осматривать улицу.

Мы всё делали в спешке: внутри здания ещё толком не отделаны, только фасады выглядят нарядно. Чему она так радуется?

— Цок.

— Регина?

— Ох, ваше высочество. Вы уже достаточно отдохнули?

И если мне не послышалось… Регина только что цокнула языком, а взгляд у неё, кажется… умер где-то до третьей стадии.

Наверное, показалось.

— Да. Отдохнул. Пора встречать следующую пару.

— Да. Разумеется.

— Айлы сейчас нет, так что…

— Я буду вам помогать, ваше высочество.

— Благодарю. Ценю твои старания.

— Ох… ох… Хи-хи. Одних этих слов хватило, чтобы весь ком внутри растаял, словно снег.

У тебя был какой-то ком?

Когда успел появиться такой сюжетный флаг, о котором я ничего не знаю?

Ну.

Неважно.

Я вызвал к Мировому древу следующую пару, снова принял позу и начал:

— Пришли. Поздравляю. И благодарю вас.

— Поздравляю: ваша любовь принесла плоды. Благодаря ей Мировое древо выросло до таких размеров.

— Мой вопрос в прошлом и сейчас… а, пожалуй, и в будущем будет только один. Вы счастливы?

Так.

Перед сколькими ещё парами мне повторять эту речь?