Глава 2-10 (163)

– Старайся лучше. Решила провалиться на первом же шаге? Если ты не в состоянии отнять у нее даже последнюю семью, как ты вообще собираешься завладеть орбитой Золотой Звезды?

Презрительно, со скрежетом в голосе насмехался собеседник по ту сторону кулона.

Щелк.

Связь прервалась.

Черная гарь уже давно рассеялась, и артефакт вновь принял благостный облик милосердной Богини.

Рахель нервно грызла ногти.

— Проклятье. Стоит только появиться этой дряни Медее…

Тогда и король, и даже Агемы, чьи мозги были пропитаны ее внушением, напрочь забывали о существовании Рахель.

Мало того, что принцесса совала нос в ее дела, путая все карты, так еще и этот липкий холод, пробежавший по спине Рахель во время их недавней встречи один на один… он никак не давал покоя.

«Неужели… эта девчонка пробудилась?»

Настоящая шаманка Шадеи, Селена, которую с позором изгнала ее мать.

Медея — единственная дочь Селены. Что, если вместе с кровью она унаследовала и дар предвидения?

— Нет, быть не может. Будь это правдой, она бы не сидела сложа руки.

Если бы Медея действительно видела будущее, она бы на порог не пустила Рахель во дворец. Более того — она бы в жизни не допустила, чтобы ее драгоценный брат оказался на волосок от смерти.

Ведь это не просто какой-то там дар. Это всемогущество Богини.

Стань Медея той самой Святой, явления которой так страстно ждет храм — да что там, весь континент — она бы ни за что не стала скрывать это.

А значит…

Рахель до крови прикусила губу, впиваясь ногтями в ладони.

— …Она еще не пробудилась, — пробормотала она и закивала, словно убеждая саму себя.

Из ее груди вырвался дрожащий вздох облегчения.

— Какое счастье, Медея. Значит, еще не поздно.

В ее медовом, ласковом голосе проскользнула змеиная, ядовитая радость.

И титул шаманки Шадеи, и нимб Святой — континент запомнит лишь одну обладательницу.

Рахель. Только ее имя.

Сорванные бинты, порванные в клочья, жалко свисали вниз.

Рахель посмотрела прямо на свое отражение в деревянном зеркале и, штрих за штрихом, восстановила безупречный макияж.

Следом аккуратно расчесала растрепавшиеся волосы, заставляя дыхание выровняться и успокоиться.

— Сперва нужно стащить Медею с пьедестала принцессы. А для этого придется напомнить всем, что эта девчонка — не более чем проклятый, притягивающий несчастья кусок грязи.

Сделать это будет непросто. Сейчас Медея купается в любви народа и придворных, словно героиня, разгромившая мятежников и спасшая страну.

Но к счастью, в таких делах Рахель была непревзойденной мастерицей.

Чтобы разрушить скалу слепой веры, достаточно одной капли ядовитого сомнения.

Как мать Медеи, Селена, была изгнана и погибла в грязи до того, как смогла пробудить свою силу, такая же судьба постигнет и ее дочь.

— Значит, орден храмовников скоро будет здесь…

Сцена готова. Зрители заняли свои места. Осталось лишь дождаться выхода главного актера на подмостки.

Зловещий взгляд Рахель опустился на разорванные в клочья куски бинтов.

* * *

По плечам, укрытым шелковым халатом, волнами струились роскошные золотые волосы. На ощупь они были такими гладкими, что, казалось, вот-вот выскользнут сквозь пальцы.

— Госпожа Святая, как же вы прекрасны… — восхищенно вздохнула горничная, бережно расчесывая пряди Рахель.

Войдя во дворец Валдины в качестве почетной гостьи короля, Рахель мгновенно покорила сердца дворцовой прислуги своей безобидной мягкостью и щедрой раздачей святой силы.

— Говорят, она настоящая Святая? Ты хоть понимаешь, насколько она невероятна? Слышала, она в одиночку стерла в порошок целую орду гулей, спасая нашего государя. Ее святая сила просто безгранична! Неудивительно, что Священное Королевство в такой спешке отправило за ней людей.

— Став Святой, она обретет власть, уступающую лишь самому Папе, но до чего же у нее доброе сердце. Каждый божий день ходит в трущобы помогать больным сиротам, да еще и с нами, простыми слугами, не жалея делится благодатью.

Своей кротостью и доброжелательностью Рахель быстро снискала всеобщее обожание.

Не стала исключением даже дворцовая горничная из гостевого особняка, приставленная к ней по приказу Медеи.

— Прилюдно оскорбить вас в первый же день вашего прибытия во дворец… Ее высочество принцесса порой бывает слишком жестока. А ведь вы, можно сказать, спасительница его величества! — обиженно надула губы горничная.

Дворцовая горничная, выделенная Рахель, оказалась на редкость глупой и простодушной.

Стоило пару раз залечить ее мелкие царапины святой силой, как девчонка прониклась к ней абсолютным обожанием.

Перетянуть такую дурочку на свою сторону парой ласковых фраз было для Рахель проще простого.

— Я пришла, чтобы исцелить его величество, но, видимо, выбрала неудачное время. Должно быть, я чем-то прогневала ее высочество. Надеюсь, она не держит на меня зла.

Рахель печально опустила уголки бровей и кротко продолжила:

— Поэтому я подумала: если бы я наложила божественное благословение на вещь, которой ее высочество дорожит, возможно, она сменила бы гнев на милость?

— Хм… — горничная задумчиво почесала подбородок.

— Говорят, ты часто бываешь во дворце принцессы… Не припомнишь ли среди ее вещей чего-нибудь подходящего для такого обряда?

— Даже не знаю… Ничего такого в голову не приходит…

— Подумай хорошенько. Что-нибудь, на чем выгравировано имя ее высочества принцессы… вещь, по которой любой сразу поймет, что она принадлежит именно ей.

Пока голос Рахель становился все глубже и вкрадчивее, взгляд горничной начал стремительно мутнеть, подергиваясь пеленой.

— Хм. В прошлом году, на день рождения ее высочества, его величество подарил ей кинжал из мифрила с выгравированным именем.

Услышав этот ответ, Рахель удовлетворенно улыбнулась.

— Отлично. Тогда сможешь принести мне этот кинжал так, чтобы никто не узнал?

В помутневших глазах горничной проступил зловещий знак в форме козьего рога.

— Конечно. Никаких проблем. Я ведь раньше прислуживала во дворце принцессы. К тому же мы очень близки с Саей, ее личной горничной.

Девушка отозвалась безвольным, абсолютно пустым голосом.

— Да, я знаю.

Рахель мягко кивнула. Хватило бы у нее сил — она подчинила бы куда больше прислуги, но сейчас приходилось поддерживать метки на Агемах, да еще и выжидать момент для удара по Пелею.

— Потому я поручаю это именно тебе.

Горничная с затуманенным взором пылко закивала.

* * *

Дворец принцессы.

— Какая-то ненормальная, она уже и на остальных начинает как-то странно влиять!

— Что стряслось?

В ответ на спокойный вопрос Медеи Сая проглотила подступающий гнев и выложила все как на духу.

— Анжи пыталась пробраться в мой кабинет?

— Да. Вчера на рассвете ее заметила Нерил. Правда, та сразу же сбежала, едва заслышав шаги.

Возмущаясь черной неблагодарностью Анжи, которая когда-то тоже служила во дворце принцессы, Сая подозрительно прищурилась.

— Ваше высочество, но прежде чем вы накажете эту девчонку, я должна вам кое-что сказать. Я тут поразмыслила и вспомнила: недавно она как бы невзначай пыталась меня выведать… насчет вашего кинжала.

Анжи строила из себя дурочку, но — ха! Будто Сая с ее-то проницательностью не заметила бы подвоха. Она лишь мысленно фыркнула.

Выросшая в подворотнях, где ворье с приветливой улыбкой отбирало у нее последние гроши и хлеб, Сая видела неуклюжие уловки Анжи насквозь.

— Стоило только отправить ее в гостевой особняк, как она пару раз отведала этой святой силы и начала на каждом углу выгораживать Святую. Я еще тогда заподозрила неладное… Ваше высочество, почему вы смеетесь?

Заметив, как Медея вдруг тихо рассмеялась, Сая в недоумении склонила голову набок.

«Кинжал, значит… Рахель, ты уже начала действовать».

— Кажется, я понимаю, чего она добивается.

Какое счастье, что некоторые вещи не меняются. Трусливая привычка Рахель двигать людьми, словно шахматными фигурами, ничуть не желая марать собственные руки, осталась прежней.

— Пусть забирает.

— А?! Да как же так. Кто знает, что еще она оттуда утащит!

— Все в порядке. Настоящий все равно у меня.

С легким стуком выдвинулся ящик стола, открывая взору сияющий кинжал из белого серебра.

— Неужто ты думаешь, я стала бы хранить подарок Пелея где попало? В кабинете лежит подделка.

— А-а…

— Будем считать это моим ответным подарком.

— Кому? — переспросила Сая.

— Как знать. Скоро увидишь. Не бери в голову, — лукаво улыбнулась Медея. — В конце концов, разве Анжи там единственная?

В распоряжении Медеи хватало шахматных фигур, послушно ожидавших своего выхода на доску.

* * *

Несколько дней спустя. Гостевой ообняк.

Рахель с упоением разглядывала серебристый кинжал, наконец-то оказавшийся в ее руках.

Она медленно провела пальцем по витиеватой надписи, мелко выгравированной у самого основания рукояти.

Усмешка.

Изящная линия ее губ исказилась в жуткой, неестественной гримасе.

— Хм-м… Вот все и готово.

Оставшись в полном одиночестве, Рахель тихо замурлыкала себе под нос веселый мотив.