* * *

За два месяца до свадьбы.

— Если взял деньги в долг, то будь добр вернуть их!

Звяк!

Дорогая ваза с грохотом упала на пол и разлетелась на куски под грубым нажимом чужой руки.

— П-подождите! Я же просил ещё немного времени!

Барон пытался сохранить строгий тон, но это не имело никакого эффекта.

Пришедшие к нему головорезы явно не собирались слушать оправдания. Они рыскали по дому, набивая мешки всем, что казалось ценным.

— Барон, мы и так проявили великодушие и дали вам отсрочку аж на три месяца. Что, вам этого мало?

Веразель, наблюдая за происходящим, поймала себя на странной мысли:

Лицо у него и так суровое, а с таким выражением он прямо-таки настоящий бандит.

Дом, когда-то опрятный и ухоженный, за несколько минут превратился в настоящий хаос.

Веразель перевела взгляд на своё платье.

Его сшили на заказ в лучшем бутике. Дорогая ткань, безупречный крой… Любой бы сразу понял, сколько оно стоит.

И всё это на фоне родителей — отца, который буквально умолял этих людей, и матери, украдкой смахивающей слёзы.

Какой контраст.

Но это была реальность.

— Не нужно было сорить деньгами, — пробормотала она.

Никто, конечно, не услышал её слов — в этом хаосе они потерялись.

— Дайте мне ещё немного времени, — в отчаянии повторил барон. — Если подождёте ещё немного, я отдам всё до последней монеты!

Один из бандитов смерил его тяжёлым взглядом.

— Хорошо. Дадим тебе два месяца. Но заберём кое-что в залог. Если не рассчитаешься к тому сроку… Я заберу даже твою дочь.

Его глаза скользнули по Веразель, оценивающе пробежавшись от головы до ног.

От этого взгляда её передёрнуло.

Она почувствовала, как по коже пробежали мурашки, а живот скрутило от отвращения.

— Что за…?!

— Так что лучше возвращай долг, барон.

— …Я понял.

Барон сдался.

Баронесса, стоявшая рядом, дрожащими руками вцепилась в его рукав — её ноги едва держали.

— Уходим.

Гостиная, только что занятая головорезами, наконец опустела. В разгромленном доме остались всего три человека.

Барон Фросье, его супруга и их дочь — Веразель Фросье, виновница всего этого безобразия.

— Разель… Прости меня. Мне нет оправдания, — барон, боязливо поглядывая на дочь, заговорил с дрожью в голосе.

Веразель посмотрела на отца, растерянного и подавленного. Когда она чуть приоткрыла рот, тот непроизвольно вздрогнул.

— Нет, отец. Вы просто пытались спасти нашу семью.

Ожидая криков и истерики, барон вдруг услышал спокойные, даже теплые слова. Он был так тронут, что его глаза наполнились слезами.

В тот момент он решил, что его дочь наконец-то повзрослела.

— Разель!

Барон сжал её в объятиях, а Веразель похлопала его по спине.

«Это же не ваша вина. Всё это случилось исключительно из-за Веразель».

Веразель Фросье.

Ей исполнилось двадцать, и с того момента, как она дебютировала в свете, она начала утопать в роскоши.

Она покупала одежду и украшения, не соответствующие её положению, гонялась за редкими и дорогими вещами, опустошая казну семьи.

Барон Фросье, души не чающий в единственной дочери, не мог отказать ей. Он хотел дать ей самое лучшее, сделать её счастливой, но из-за этого семейное состояние таяло на глазах.

Хотя семья Фросье не принадлежала к высшей аристократии, они жили безбедно. Однако вскоре ситуация изменилась — деньги закончились, доходы перестали покрывать расходы, а долги начали накапливаться.

Когда задержки зарплат слугам стали регулярными, барон осознал, что что-то пошло не так, и взял кредит в банке.

«Но эти деньги тут же ушли на развлечения Веразель».

Барон брал кредиты, Веразель тратила их. И так снова и снова, пока банки не отказались давать ему деньги.

Не возвращая прошлые долги, он пытался занять всё больше, но даже самые терпеливые кредиторы отказались продолжать этот порочный круг.

А Веразель не заботили проблемы семьи. Всё, что её интересовало, — это вещи, которые могли подчеркнуть её красоту. Она требовала у отца деньги, закатывала скандалы, если он не мог дать их сразу.

Когда банковские займы стали невозможны, барон обратился к ростовщикам.

И вот к чему это привело.

— Разель! Не волнуйся, я не позволю этим мерзавцам забрать тебя!

Веразель мило улыбнулась и кивнула.

— Да, отец. Мы справимся вместе.

— Разель… моя девочка!

Отец крепко обнял её. Но, спрятавшись в его объятиях, она стерла с лица улыбку, её взгляд стал холодным.

«Ну и невезение…»

Она не была той, кто вёл себя столь безрассудно.
Все эти долги были не её, а предыдущей Веразель.

Но именно ей придется затянуть пояс. Какой потрясающий тайминг.

Сегодня исполнилась ровно неделя с тех пор, как она очутилась в теле Веразель.

* * *

— Думаю, этого хватит, чтобы хоть немного расплатиться с долгами.

Она разложила перед собой сумки и украшения, заполнившие гардеробную. Когда они лежали вот так, в одном месте, их количество казалось просто ошеломляющим.

— Неудивительно, что этот дом вот-вот рухнет.

Веразель цокнула языком и принялась разбирать вещи, которые можно было продать. Платья, будучи пошитыми на заказ, вряд ли могли принести большую сумму, даже если удастся их сбыть. Поэтому лучше всего было продать сумки, ожерелья и другие аксессуары.

Особенно те, что выпускались ограниченными сериями, — за них точно можно было выручить хорошие деньги.

— Мерфин.

— Вы звали, госпожа?

Как будто ждал этого момента, в комнату вошел дворецкий Мерфин.

— Всё, кроме вот этих вещей, нужно вернуть. А если вернуть не получится — продать. Наверняка найдутся желающие купить.

Она отложила семейное кольцо, которое носили вместе с родителями, и ожерелье с изумрудом, от которого не могла отвести взгляд с самого первого момента, как его увидела.

Ожерелье было простым, с аккуратно оправленным маленьким изумрудом, и не представляло большой ценности.

“Оставить одно такое можно”, — подумала она.

Ей оно действительно нравилось, поэтому хотя бы эту вещь хотелось сохранить. Опасаясь, что украшения случайно попадут в число вещей на продажу, она тут же надела кольцо на безымянный палец, а ожерелье застегнула на шее.

— В-всё это, госпожа?

Мерфин посмотрел на неё с расширенными глазами, явно не веря своим ушам.

— Да. Многовато, да? Прости. Но я попрошу тебя заняться этим.

— Н-нет… То есть… Госпожа, вы точно уверены?

Веразель посмотрела на пожилого дворецкого. По выражению его лица было видно, что он сомневается в её здравом уме. Она, сохраняя серьезное выражение, твердо ответила:

— Да. Всё в порядке. Продай их.

Её неожиданное поведение было вполне понятно. Всего за неделю она изменилась до неузнаваемости.

На самом деле, это было связано с тем, что ещё недавно она читала один роман.

Дочитав до середины, она легла спать, а когда проснулась — очутилась в теле персонажа, у которого в книге не было практически никакого влияния на сюжет.

Веразель Фросье.

Девица, которая довела свою семью до разорения своими же причудами.

Она поняла это только несколько дней назад — настолько незначительной была её роль.
Однако в середине книги упоминался один мелкий злодей, который купил себе дворянский титул.

И титул этот продал ему барон Фросье.

Другими словами, причиной, по которой барон в итоге был вынужден продать своё дворянство, оказалась не кто иная, как Веразель.

Правда, выглядела она так, что даже случайные прохожие непременно бы обернулись ей вслед.

Её мягкие и ухоженные волосы нежного каштанового оттенка струились по плечам, а зелёные глаза напоминали спелые оливки. Прямой нос и алые губы, подобные лепесткам роз, придавали её лицу совершенную гармонию.

Она никогда не экономила в инвестициях в себя, поэтому её кожа была настолько гладкой и белоснежной, что даже капли росы просто стекали по ней, не задерживаясь.

Она и без того была красивой, но её исключительная внешность — это результат тщательно вложенных средств.

— Ухх… Я, Мерфин, за двадцать лет, что служил вам, ни разу не был так тронут, как сегодня.

Расплакавшийся от переполнявших чувств дворецкий промокнул уголки глаз платком.

Веразель неловко улыбнулась, оставила слова напутствия и поспешно вышла из комнаты. Ведь ещё немного — и Мерфин точно схватил бы её за руки в порыве эмоций.

— Почему именно в такой момент?..

Она устало вздохнула.

Если уж попадать в чужое тело, то почему именно в тот момент, когда кредиторы вот-вот постучатся в дверь?

Согласно сюжету книги, баронский дом Фросье вскоре должен был разориться, а её отец продаст титул какому-то мелкому злодею.

“А что тогда будет со мной?”

Неужели она, будучи дочерью аристократа, в одночасье окажется нищенкой?

“Нет. Ни за что!”

Веразель содрогнулась и решительно покачала головой.

Какими бы ни были судьбы главных героев, сейчас для неё на первом месте было раздобыть деньги.

— Иначе через два месяца меня действительно утащат к ростовщикам…

Сил у её отца, барона Фросье, явно не хватит, чтобы справиться с долгами, так что ей ничего не оставалось, кроме как взяться за дело самой.

Она не хотела вновь жить в нищете, ведь уже прошла через это в прошлой жизни.

На этот раз всё должно было быть иначе.

— Но где взять такую огромную сумму…

Восемьдесят миллионов шиллингов…

Опустив плечи, Веразель брела по улице, бессмысленно блуждая по городу.

Настоящая Веразель вряд ли бы пошла пешком даже на близкое расстояние — она бы села в карету, чтобы не износить платье.

Более того, она всегда носила с собой запасную пару обуви — для улицы и для помещений, чтобы не испортить дорогие туфли.

Но она теперь была другой.

Подол роскошного платья волочился по земле, пачкался и рвался, но её это совершенно не волновало. 

Ей было проще идти пешком, чем возиться с каретами и сменной обувью.

— Как же всё-таки раздобыть деньги…

Пока она шла, погрузившись в раздумья, ветер вдруг всколыхнул улицу, тронув подол её платья и приподняв листок бумаги, который держался на стене буквально чудом.

Листок сорвался и, будто птица, поймав поток воздуха, закружился в небе.

Прямо перед её лицом.

— Ах!

Закрыв собой обзор, бумага заставила её вскрикнуть от неожиданности.

Веразель раздражённо сорвала её с лица и уже хотела смять в руке, приняв за мусор, но вдруг заметила на листке слово «шиллинги».

В тот же миг она развернула бумагу обратно.

Затем Веразель начала читать скомканный листок.

[Разыскивается пропавший ребёнок.

Имя: Рафелион Хейлос

Возраст: 5 лет

Особые приметы: чёрные волосы и красные глаза.

Дата исчезновения: месяц назад.

Место исчезновения: дорога между Берни и столицей.

Просьба нашедшему обратиться в герцогский дом Хейлос.

Обещанное вознаграждение — 100 миллионов шиллингов. ]

— Герцог…Хейлос…?

В этот момент в голове Веразель пронеслась строчка из книги:

 [Герцогская семья Хейлос, известная как самая богатая в Империи, отчаянно искала пропавшего ребёнка.]

— Вот оно!

В её зелёных глазах вспыхнул огонь азарта, а на губах заиграла самодовольная улыбка.