Секрет популярности в новом семестре (2)

— ...

Я сделал вид, что ничего не заметил, и отвернулся, хотя её отборная брань всё ещё звенела у меня в ушах.

С тех пор как я научился слышать чужие мысли, я установил для себя одно железное правило.

Правило первое.

«Даже если читаешь чужие мысли, не подавай виду».

Знаешь — притворись, будто слышишь об этом впервые.

Даже если тебе уже всё известно, сделай удивлённое лицо.

Так жить гораздо проще.

Люди ведь терпеть не могут тех, кто выделяется из толпы.

— ...

Но ладно, это всё лирика.

А эта Шин Аён действительно чертовски старается.

До сих пор её идеальный фасад ни разу не дал трещину.

Честно говоря, пока я не научился читать мысли, я и сам понятия не имел, какая она на самом деле.

Вот и сейчас, посмотрите на неё.

— Аён, мне так неудобно... Слушай, у тебя случайно нет конспектов с прошлого урока? Можно одолжить ненадолго?

К ней вкрадчиво подлизалась одна из одноклассниц.

— А? Конспекты?

— Ага. В первый же день учитель так погнал тему, что я половину упустила... Выручишь, а? Ну пожалуйста!

Девчонка умоляюще захлопала ресницами, буквально вешаясь на неё.

Увидев это, Мини-ми Шин Аён в досаде заколотила себя кулачками в грудь.

— Да чтоб тебя..! У тебя что, рук нет или ног? Сама записать не могла, обязательно надо чужое клянчить!

Пока кроха исходила желчью внутри, снаружи всё выглядело иначе.

— Конечно. Мне не сложно.

Шин Аён лучезарно улыбнулась, словно её это ни капли не затруднило.

И без малейших колебаний протянула свою тетрадь.

Наблюдать за этим двуличием было даже немного жутко.

— Спасибо огромное! Я мигом всё перепишу и верну!

— Да брось, можешь не торопиться.

— Ага, только попробуй задержи её, если жить надоело.

Настоящая Шин Аён и её крошечная копия говорили диаметрально противоположные вещи.

Обыденная сцена, в которой никто другой не заметил бы подвоха, для меня превращалась в забавный фарс.

Обычно у людей мысли хоть немного соответствуют их поведению.

«Но чтобы до такой степени... Такого двуличия я ещё не встречал».

На уроке физкультуры это представление продолжилось.

Поскольку это был первый учебный день, нас заставили играть в вышибалы.

И здесь Шин Аён оказалась в центре внимания.

— Хап!

Бам!

Мяч, пущенный её рукой, со свистом врезался в соперницу и отскочил в сторону.

— Аён, хорош!

— Мой мяч!

Она носилась по площадке с завидным рвением, но стоило взглянуть на парящую рядом Мини-ми, как картина кардинально менялась.

— А-а-а, как же хочется прилечь...

Кроха развалилась прямо на полу и лениво почесывала пузо.

Глядя на это, невольно задаешься вопросом: неужели это один и тот же человек?

— Может, подставиться под удар и пойти на скамейку запасных?..

— Пас, пас мне!

Шин Аён активно жестикулировала, перемещаясь по площадке.

Наблюдая за ней, я не мог не восхититься.

«А она сильна...»

Играть роль без единой фальшивой ноты, да ещё и делать это непрерывно — колоссальный труд.

Впрочем, удивляться тут нечему.

Видимо, унаследовала отцовский талант в полной мере — как-никак, дочь известного актёра Шин Джинсопа.

Но талант талантом, а здравый смысл никто не отменял.

— ...

Чем дольше я за ней наблюдал, тем сильнее крепла моя уверенность в одном простом правиле.

С Шин Аён лучше не сближаться.

Человек, который так глубоко прячет свои истинные чувства, подобен бомбе замедленного действия. Рано или поздно рванёт.

И когда это случится, взрывной волной накроет всех, кто окажется рядом. Попасть под раздачу мне совсем не улыбалось.

Лучше держаться от неё на безопасном расстоянии, пока искры не полетели.

«Буду держаться от неё подальше».

Тогда я ещё не знал...

...что человеческие отношения не поддаются логике и планированию.

***

Полдень. Ровно двенадцать часов дня.

Наступило время обеда.

Первый день нового семестра. И для меня это означало полный крах.

— Ну всё, это полный пиздец.

Завести друзей мне так и не удалось.

Казалось, все вокруг уже разбились на кучки и давно друг друга знают, так что вклиниться в их компании было попросту невозможно.

К тому же я из тех людей, кому требуется время, чтобы сойтись с кем-то близко.

Мне нужна была раскачка.

«Но обед никто не отменял».

Я подумывал перекусить с приятелями, которые попали в параллельные классы, но они куда-то испарились.

Скорее всего, уже ушли в столовую со своими новыми одноклассниками.

— Идти одному в столовую как-то стрёмно... Может, заглянуть в школьный магазинчик?

Перекушу чем-нибудь по-быстрому.

— О, пустовато.

В школьном магазине было непривычно просторно.

Покупатели, конечно, были, но по сравнению с обычными днями — сущие крохи.

Видимо, в честь первого дня все дружно отправились обедать в столовую.

— Ого, новинки завезли.

Это не могло не радовать. На полках лежали даже те продукты, которые обычно расхватывали в первые же секунды перемены.

Я выбрал треугольный кимбап, замороженный бургер и пакет молока, после чего направился к кассе.

— С тебя две тысячи пятьсот вон.

— Спасибо.

Теперь встал другой вопрос: где всё это съесть?

«Ну, в туалете прятаться я точно не буду, это уже слишком».

Ноги сами понесли меня вверх по лестнице.

В прошлом году я уже бывал в подобной ситуации, так что идеальное место для уединённой трапезы было мне прекрасно известно.

— Давненько я тут не был.

Открывающийся вид на окрестности и выкрашенный в зелёный цвет пол. Школьная крыша.

Я набрёл на это место ещё в десятом классе, когда судорожно искал, где бы спрятаться от чужих глаз во время обеда.

Здесь стояла удобная скамейка, обдувал приятный ветерок, а главное — ни единой души вокруг. Никаких косых взглядов.

— Ап... Апч...

В нос забилась пыль. Защекотало.

Апчхи!

Пыльца, что ли?

В воздухе кружилась целая туча пыли, несмотря на то что это была открытая площадка.

— Уф... Ну и запылилось же тут всё. Надо будет как-нибудь прибраться...

Впрочем, это подождёт. Сначала еда.

— Оп-ля.

Смахнув налёт грязи со старой скамейки, я уселся поудобнее.

Стоило мне надорвать упаковку, как от разогретого бургера повалил аппетитный пар.

Я с удовольствием откусил приличный кусок.

— М-м-м.

Давно забытый вкус дешёвого фастфуда.

— А ведь иногда очень даже заходит.

Ключевое слово — «иногда».

Питаться так каждый день мне совершенно не улыбалось.

Надо поскорее обзавестись хоть какими-то знакомствами.

Именно в этот момент, когда я предавался меланхолии...

Топ-топ.

По лестнице кто-то поднимался. Шаги гулко отдавались в тишине.

!

Я инстинктивно рванулся за приоткрытую дверь, ведущую на крышу.

Ведь нет ничего более унизительного, чем быть застуканным за поеданием бургера в гордом одиночестве.

К счастью, укромный уголок нашёлся быстро.

Простенок между перилами и бетонной стеной позволял втиснуться туда, пусть и впритирку.

— Хм-м.

Я запихнул остатки бургера в рот и затаил дыхание.

— Ты говорил, что хочешь обсудить что-то важное?

Мягкий, вкрадчивый голосок.

Этот голос...

Это же Шин Аён.

Я слушал её с самого утра, так что этот тембр успел изрядно примелькаться.

— ...

Точно, она.

Осторожно выглянув из своего укрытия, я увидел Шин Аён и того самого парня, Пак Джинсу, которого заметил ещё утром.

Вдох, выдох...

Пак Джинсу с предельно серьёзным лицом сделал глубокий вдох.

Неужели... признание в любви?

— Не буду ходить вокруг да около и скажу прямо. Давай встречаться?

Ого.

Реально признался.

— ...

После короткой паузы Шин Аён разомкнула губы.

— Я...

— Конечно, я не требую ответа прямо сейчас. Если тебе неловко, мы можем начать просто как близкие друзья.

Пак Джинсу поспешно перебил её.

Видимо, он предвидел такой исход и решил подстелить соломку.

Главное — зацепиться, оставить лазейку.

— Будем постепенно узнавать друг друга...

— Прости, но сейчас я хочу полностью сосредоточиться на учёбе.

Однако Шин Аён срезала его безжалостно и твёрдо.

— А...

— Я буду рада общаться с тобой как с одноклассником, но на что-то большее рассчитывать не стоит.

Вежливый, но абсолютно безапелляционный отказ.

— Так что извини. Я не могу ответить взаимностью.

— ...Я понял.

Пак Джинсу не стал упорствовать.

Понимал, что дальнейшие уговоры лишь окончательно испортят впечатление о нём.

— Что ж... тогда я пойду. Извини, что отнял время.

— Всё в порядке.

Пак Джинсу неловко улыбнулся и поплёлся к выходу с крыши.

— Ха-а-а...

Шин Аён раздражённо взъерошила волосы.

На её лице впервые проступила неподдельная усталость.

— Кажется, ещё один остался... Блин, я даже пообедать не успела, хернёй какой-то страдаю.

Судя по всему, за сегодня это было далеко не первое признание.

«В нашей школе, конечно, признания — обычное дело, но...»

Старшая школа искусств Мёнхва славилась обилием красивых парней и девушек.

Здесь училось полно уверенных в себе ребят, которые привыкли к чужому мнению с самого детства.

И то, что они начали штурм в первый же день семестра, лишь подтверждало их непомерную самоуверенность.

А Шин Аён просто оказалась главной мишенью.

— Блять... Как же хочется отчислиться, сука...

И это были не мысленные причитания. Она произнесла это вслух, вложив в слова всю душу.

Шин Аён бессильно прислонилась к стене, больше не пытаясь скрывать изнеможение.

Разумеется, она была уверена, что на крыше никого нет.

— ...

Да уж, несладко ей приходится.

Впрочем, лезть в чужие дела я не собирался.

«Пережду тихонько здесь, а как уйдёт — выберусь».

Но именно в этот момент судьба решила сыграть со мной злую шутку.

Пылинка медленно опустилась на кончик моего носа.

Прямо на самый кончик.

— А... А-а...

Ноздри предательски затрепетали от невыносимого зуда.

Апчхи!

Я судорожно зажал рот ладонью, но сдержать этот оглушительный звук было выше моих сил.

Громкий чих эхом разнёсся по всей крыше.

— ...Ой.

Блять, ну что за идиотизм.

— Ты... Ты ещё кто?..

Я повернул голову и встретился взглядом с ошеломлённой Шин Аён.

Её маска безупречности окончательно слетела.

Она смотрела на меня своим настоящим, не приукрашенным фальшивой улыбкой взглядом.

— Э-э... Привет.

Почему в этой жизни всё вечно идёт через задницу?

***