Глава 4: Чёрное.

В тот миг, когда с моёго запястья упала перерубленная наручью, блокирующая способности…

Шшшип…

Возвращается.

Сила, подавленная в этом теле, начала возвращаться. Но возвращение моей силы не решало всего. Потому что я ничего не знал о силе Римана. Почти никакой информации о нём не было раскрыто в игре. Но была одна зацепка.

Я видел запись о том, что до того, как Риман получил титул «Чёрный Бог», его называли титулом «Ма́джэ».

Если в титуле есть иероглиф «Ма», это почти наверняка связано с магией.

Другими словами, было точно, что «магия» составляла значительную часть силы, которой обладал Риман.

Если я собираюсь контратаковать сейчас, моё единственное средство — магия.

Так что в момент, когда наручники сломались, я быстро провёл в голове расчёты для заклинания. Конечно, я никогда не использовал магию в истинном смысле слова. Единственная магия, которую я когда-либо применял, заключалась в нажатии кнопок на геймпаде. Но я был ветераном, поглотившим весь лор <Охотников за головами>. Я уже знал, как работает магия.

Магия начинается с образа.

Извлеки концепцию через наложение образов. Символизируй извлечённую концепцию, чтобы начать расчёт. Трансмутируй ману через расчёт. И проецируй свою волю на мир, развернув трансмутированную ману. Такова была «магия», как её понимали в этом мире.

Через этот процесс я попытался применить заклинание, которое использовал чаще всего — магию «Электромансера», класса, за которого я играл дольше всего.

Засохшая ветка дерева, кончик ржавой иглы.

Из совмещения этих двух образов было извлечено одно заклинание. Даже несмотря на то, что я никогда раньше по-настоящему не творил магию, это тело мгновенно сконструировало ману и проявило заклинание. Это так же естественно, как и дышать. Первое заклинание было завершено.

[Разряд]

Треск…!

Магия, превращающая ману в электрическую энергию, [Разряд]. Чёрная электрическая дуга начала изливаться из моей правой руки. Увидев это, лицо Ка́йла побелело. У меня возникло предчувствие — это тот самый момент.

В тот миг, когда Ка́йл вздрогнул от изумления, я нырнул в его объятия. И рукой, сжимающей чёрную молнию, мощно ударил в живот Ка́йла.

КР-Р-РАК!

— Куаааах…!

Чёрная электрическая дуга начала поджаривать тело Ка́йла.

***

КР-Р-РАК!

Я цепко ухватился за лацканы[1] Ка́йла и не отпускал. Я знал, что если сделаю это спустя рукава, то побеждённым окажусь я сам.

Чёрная электрическая дуга тщательно прожарила всё тело Ка́йла, и его тело постепенно задеревенело. Это было мышечное сокращение из-за поражения током.

— Грррх…!

Ка́йл почувствовал, как сознание ускользает. И всё же ему каким-то образом удалось удержать свой меч, но…

— Грхл…

Лязг.

В конце концов он не смог превозмочь удар током и выронил меч. В тот миг, когда мечник отпустил свой меч, я тоже отпустил тело Ка́йла.

Пш-ш-ш…

Когда я отозвал ману, чёрная молния тоже угасла. В то же время тело Ка́йла рухнуло на пол. Полностью без сознания. Конечности были неподвижны, но слабый пульс ещё теплился. Мне не нужно было проверять пульс или слушать сердцебиение, чтобы понять это. Потому что я мог чувствовать всё, слышать всё.

Мои чувства, бывшие острыми даже в наручниках, теперь практически буйствовали после их снятия. Мои органы чувств жадно впитывали все окружающие раздражители. Я мог слышать всё, чувствовать всё. Дыхание солдат, запертых в комнате отдыха, трение поворачивающегося штурвала, звук топлива, текущего внутри труб, пульсацию двигателя. Даже поток воздуха и маны внутри салона. Всё это обрушилось мне в голову.

Угх…

Я изо всех сил отчаянно подавил свои бушующие чувства. Так же, как намеренно размывая зрение, расфокусировав глаза, я насильственно притупил чувства тела.

…Сработало.

Едва успокоившись таким образом, я посмотрел вниз на Ка́йла. И поднял его меч. Прямой клинок длиной чуть более метра. Я направил остриё меча на грудь Ка́йла. И как раз собирался вонзить его, как кол…

Погоди, что я сейчас делаю?!

Лязг!

Я швырнул меч на пол и отступил на шаг. Прямо сейчас я попытался убить человека без раздумий. Так же естественно, как дышать. В этом теле полностью отсутствовало отвращение к убийству, которое должно быть у обычного человека.

Конечно, в этом мире нужно быть готовым убивать без колебаний, если это необходимо. Я просто удивился, что в процессе достижения этой точки убийства не было вообще никакого психологического тормоза. И больше всего…

Я не могу его убить.

Потому что если Ка́йл умрёт здесь, всё наверняка серьёзно осложнится.

В тот момент, когда Ка́йл умрёт, Ланселот будет бегать за мной по пятам. Я не могу испортить свободу, которую с таким трудом добыл, так скоро.

Даже думая так, я почувствовал несоответствие. Что моя фундаментальная личность постепенно меняется.

Это влияние этого тела?

Риман Солáрис, худший преступник мира. Его воспоминания не остались в этом теле. Но сознание и тело не могут быть полностью разделены.

Остаточные следы Римана Солáриса в этом теле влияют на меня.

Если подумать, то же самое было, когда я услышал новость о теракте на электростанции «Рок-Пойнт». Теракт, унёсший 400 000 жизней. Но я так естественно использовал эту великую трагедию как инструмент для переговоров. Без раздумий. Моя чувствительность к убийству и смерти стала серьёзно притуплённой.

…Нет, возможно, так даже лучше.

Этот мир жесток. Это мир, где убийство людей за гроши — обычное дело, а даже обычные граждане носят оружие, как кошельки. Чтобы выжить в таком месте, было на самом деле гораздо лучше быть таким холоднокровным и нечувствительным к убийству.

В любом случае…

Так что же мне делать с этим типом? — подумал я, глядя вниз на Ка́йла.

Что значит «что делать»? Просто оставлю его, пока он не очнётся. Он не из тех, кто умрёт от простого удара током.

Подумав так, я сел на пол рядом с Ка́йлом. И, скрестив ноги, закрыл глаза. Я планировал спокойно пересмотреть способности этого тела, Римана Солáриса.

***

Сначала я сел, скрестив ноги.

Во-первых, нужно понять состояние этого тела и что я могу с ним делать.

И, закрыв глаза, я тщательно обследовал это тело своими обострёнными чувствами.

Определённо, тело, хорошо подходящее для использования магии.

Чувства, достаточно острые, чтобы полностью ощущать ману в воздухе. Вдобавок ко всему, пугающе быстрые вычислительные способности. Это было поистине тело, оптимизированное для магии. Я не знал о других способностях пока, но, похоже, мог обрушить значительную силу одной лишь магией.

Но одно меня беспокоило…

Почему электрическая дуга проявилась как чёрная?

Электрические разряды, создаваемые магией, всегда синие. Независимо от того, новичок маг или архимаг. Но электрическая дуга, созданная этим телом, была чёрной. Чёрная молния. Я никогда не видел ничего подобного нигде в игре.

Может быть, это связано с тем, почему его называют Чёрным Богом?

Но это не казалось очень отличным от обычной молнии. Пока это не казалось серьёзной проблемой, о которой стоит беспокоиться.

И всё же, какое облегчение. Подумать только, я просто наугад метнул электрическое заклинание, и оно на самом деле активировалось.

Маги в этом мире обычно могут использовать магию только одного типа. Если молния, то молния; если огонь, то огонь; если лёд, то лёд. Но, судя по тому, что я мог без проблем использовать [Разряд], похоже, это тело было по крайней мере электрического типа.

Если бы я тогда использовал Воспламенение вместо Разряда, пострадал бы, возможно, я сам.

Что, если бы я действительно использовал Воспламенение во время драки? Я случайно подумал об образе воспламенения. Осыпающиеся опавшие листья, вспыхивающий отблеск. Это был просто образ, пришедший на ум без особых раздумий.

Но…

Вжух!

Чёрное пламя расцвело на кончике моего пальца.

— А?

[Воспламенение]

Магия огненного типа, преобразующая ману в огонь. Магия, совершенно не связанная с электрическим типом, расцвела на моих кончиках пальцев.

— Что за…?

Я усомнился в своих глазах. Два типа магии реализовывались в одном теле. Одновременная активация магии разных типов. Это было то, что было доказано абсолютно невозможным в этом мире. Но фундаментальный принцип, составляющий этот мир, рушился на моих кончиках пальцев.

— Я могу использовать и электрический, и огненный типы?!

Я уставился на чёрное пламя, мерцающее на кончике пальца. Если подумать, это пламя тоже было чёрным. Чёрная молния, чёрное пламя. На пробу я попытался активировать магию другого типа.

Разбитое зеркало, холодно закоченевшие трупы.

Из этих двух образов было сотворено одно заклинание.

[Замораживание]

Крак!

Тонкий слой льда покрыл мою ладонь. Слой льда с гладким чёрным блеском обсидиана.

— …Ого.

Теперь это было точно. Пользователь множества типов. С этим телом было возможно использовать магию различных типов.

Это безумие…!

Это было нововведение уровня, открыто попирающего законы этого мира. Огромный потенциал, способный открыть новые горизонты для магии, таился в этом теле. Проще говоря…

Это же сломанный читерский персонаж, не так ли?!

Конечно, я всё ещё не знал, почему вся магия активировалась в чёрном цвете. Но это не казалось очень важным. Пока функция каждого заклинания работала правильно.

Как и следовало ожидать, нужно быть по крайней мере такого уровня, чтобы заслужить титул финального босса.

Но радость от осознания этой огромной способности была недолгой.

— Угх…

Тихий стон вырвался из уст Ка́йла. Его сознание медленно возвращалось.

— Хм…

Я провёл в голове расчёты, что делать с этим типом, Ка́йлом.

Я не могу его убить. Но и ещё одна драка тоже нехороша. В таком случае…

В тот момент мой взгляд случайно упал на ящик, стоящий в углу салона. Ящик с армейским пайком. В голову пришла хорошая идея.

**

— Угх…

Ка́йл открыл глаза. И первое, что он увидел, — это меня, сидящего рядом.

— Ты…

—Очнулся?

Я что-то жевал. Это было галетное печенье. Ка́йл спросил:

— Ты… почему оставил меня в живых?

—Мы всё равно в одной лодке, так что гребцам незачем убивать друг друга.

Хрум.

Я проглотил печенье и продолжил:

— Если ты всё ещё хочешь драться со мной, подожди немного. Говорят, не стоит беспокоить человека, когда он ест.

—…...

—Что? Тоже хочешь?

Сказав так, я выдавил немного рыбной пасты на печенье. И снова откусил.

Ка́йл, некоторое время наблюдавший за тем, как я ем, сказал:

— …Передай-ка тот тюбик с рыбной пастой.

—Держи.

Ка́йл тоже достал печенье и начал выдавливать на него рыбную пасту, чтобы поесть. Видя это, я внутренне кивнул.

Как и ожидалось.

Рыбная паста и галетное печенье. Это было любимое сочетание закусок Ка́йла. Я, конечно, знал этот факт. И именно поэтому я намеренно показал себя, поедающим это сочетание, перед Ка́йлом. Я намеренно показал ему, что «я тоже человек, который ест, чтобы жить, прямо как ты».

Нет метода столь же эффективного, как совместная еда, для лёгкого разрушения психологических барьеров друг друга.

А если пищевые предпочтения другого человека совпадают с твоими, этот барьер ломается ещё легче. Конечно, я не думал, что Ка́йл станет моим союзником только из этого одного представления. Но…

По крайней мере, он не попытается меня убить.

В такой ситуации этого было достаточно.

Тем временем Ка́йл думал, жуя своё печенье.

Его наручники сняты, а я потерял свой меч. Более того, это я атаковал первым. У того парня было достаточно причин убить меня. Но он не сделал этого.

Неужели этот парень, Риман, действительно переменился?

…Не может быть. Однажды злой — навсегда злой.

Но…

…Временное сотрудничество должно быть возможным.

— Эй, Ка́йл.

—А?

—Я поел. Что ты будешь делать теперь?

Ка́йл молча поднял свой меч. И вложил меч обратно в ножны. Возвращение меча в ножны. Для мечника — вот и всё, что нужно было сказать.

Транспортный самолёт мирно летел по небу. Безо всякой борьбы, тихо.

———————————————————————

[1] — Лацкан — термин, который означает одну из половинок грудной части распашной одежды, особенно верхний конец, отвороты на груди. В пиджаках лацканы — отвороты, доходящие до верхних пуговиц. (Для тупых: Просто воротник.)