Сон Суён втайне от Чон Гёма писала сообщение Стелле.

[Стелла. Моё алиби готовится?]

Слова, сказанные Чон Гёмом ранее, то и дело всплывали в памяти.

"Ненавижу. Злодеев".

Она и так это знала, но, услышав вживую, ощутила, как холод пронзил сердце сильнее, чем можно было ожидать.

Она впервые видела, чтобы он, такой тёплый человек, использовал подобные слова. "Противно"? На мгновение ей показалось, что это сказал вовсе не он.

Не стоит делать поспешных выводов, но, быть может, у него остались неприятные воспоминания, связанные со злодеями?

Если так, то выражение лица, которое он принимает, глядя на Солас, становится отчасти понятным.

И она снова осознала: ни в коем случае.

Ни в коем случае нельзя, чтобы он узнал, что она — злодей.

Хотя, конечно, риск разоблачения был невелик.

С подготовленным алиби всё станет безупречно.

Вскоре у неё появится много денег, а значит, она больше не сможет вечно притворяться бедной. Чтобы делать Чон Гёму те или иные дорогие подарки, нужно было оправдание для внезапно появившихся средств.

Стелла ответила:

[Да. Почти закончили. Но Луне всё равно придётся выделить один день. Мы же договаривались о фотосессии? Кстати, завтра у тебя есть время?]

Сон Суён покосилась на Чон Гёма.

— Аджосси, что ты делаешь завтра?

— Я? Я иду на волонтёрство.

— ...

Почему ей так тревожно от того, что он идёт туда, где она не будет присутствовать? Она боится, что он снова встретит женщину, которую она не знает.

Однако она понимала, что дальше начинаются уже дебри одержимости.

Удостоверившись, что у него свои планы, она кивнула.

Затем ответила Стелле:

[Завтра я свободна.]

[Тогда приходи в убежище к трём часам. Не волнуйся. Других коллег не будет.]

Сон Суён проверила сообщение и убрала телефон.

Затем поднялась с места и сказала:

— Аджосси. Пойдём теперь смотреть комнату.

Я будто пытался её переубедить, нашептывая на ухо Сон Суён:

— ...Суён, это не то. Зачем ты так настаиваешь на этом месте? Тот первый вариант был намного лучше.

Но она твёрдо покачала головой. Давно я не видел у неё такой решительности.

— Нет. Я решила, будет здесь.

— Ведь и депозит, и арендная плата дорогие. И с транспортом беда... к тому же, это место между глухими переулками... Как ты будешь добираться домой ночью?

— Буду ходить вместе с аджосси. Тут совсем близко.

— Не выдумывай, выбери ту, которую мы смотрели первой. Депозит дешёвый, аренда тоже, пять минут пешком — и торговые ряды... А, там ещё и круглосуточный магазин есть.

Сон Суён тяжело вздохнула и остро взглянула на меня снизу вверх.

— Я здесь жить собираюсь, почему ты постоянно устраиваешь шум?

— ...

Я поскрёб подбородок и выпрямился.

В агентстве недвижимости мы спорили уже довольно долго. Мы сократили круг поиска до двух вариантов, и, как ни крути, я чувствовал, что выбор Сон Суён неверен.

Конечно, точнее можно было бы сравнить, только лично осмотрев комнаты, но... кое-что было понятно даже по документам.

Один вариант был значительно лучше другого. Это признавал даже риелтор.

Но Сон Суён упрямилась, настаивая, что это место ей не подходит.

Я знал причину.

— ...Скажите, у вас действительно нет других вариантов? Где-нибудь поближе? — спросила Сон Суён риелтора. Тот лишь смущённо покачал головой.

Сон Суён хотела снять комнату поблизости от моего дома.

Она говорила, что так будет веселее, что она уже привыкла к этому району и не хочет ни в какой другой, поэтому упорно старалась поселиться рядом со мной.

И мои рекомендации, и советы риелтора она отвергала по той же самой причине — из-за того, что жильё было далеко от моего дома.

Честно говоря, это выглядело немного мило, но... я не хотел, чтобы она сделала выбор, о котором потом пожалеет.

— Суён...

— А, всё, решено. Я беру эту комнату.

Не успел я ничего больше сказать, как Сон Суён проигнорировала меня и обратилась прямо к риелтору.

Риелтор просиял и спросил:

— Тогда, может, сходим посмотрим комнату?..

— Нет. Не нужно смотреть. Я подпишу договор.

— ...

Я открыл было рот, стоя у неё за спиной, но лишь тяжело вздохнул. Казалось, она уже всё для себя решила, так что я ничего не мог поделать.

Риелтор, оглядываясь на меня, повернулся, чтобы подготовить бумаги.

Только тогда Сон Суён, посмотрев мне в глаза, поднялась с места.

— Чем ты так недоволен, аджосси?

— ...

— Ты так сильно хочешь, чтобы я не была рядом? Хочешь, чтобы я уехала далеко?

— ...Дело не в этом, я лишь хочу, чтобы тебе было комфортнее жить.

Я ответил Сон Суён, испытывая противоречивые чувства: было и приятно, и досадно. Раз она мне дорога, я просто хотел, чтобы ей жилось хоть немного легче.

— Трудно заработанные деньги будут уходить на аренду, это же тяжело.

— ...

Сон Суён на мгновение замерла, словно раздумывая. Затем, моргнув, бесцельно посмотрела по сторонам и тихо произнесла:

— ...Я теперь хорошо зарабатываю.

— .........Что? — я удивлённо поднял бровь. — Что это значит? На разгрузке платят те же деньги.

Сон Суён провела рукой по волосам. Повеяло тем же запахом шампуня, что был и у меня.

— ...Я больше не работаю на разгрузке. У меня другая работа.

— Другая работа? Что за работа? И, во-первых, почему ты до сих пор ничего не рассказывала?

— ...

Она долго молчала.

— Суён?

На мой зов Сон Суён отвела взгляд и ответила:

— ...Стыдно было.

Тут я начал немного беспокоиться.

— ...Что тут стыдного? О чём ты, скажи прямо.

Она тяжело вздохнула, словно на что-то решившись, и сказала:

— Работаю моделью. Фотомоделью. Для интернет-магазина...

— ...Что?

— ...Поэтому в последнее время и задерживалась.

Она говорила отрывисто, так сильно ей было стыдно. Если не прислушиваться, слова было трудно разобрать.

— ...Работаешь моделью? — я пытался переварить её слова долгие минуты. — ...Фотомоделью?

Я переспросил ещё раз. Сон Суён кивнула.

— ...Так что не волнуйся. Я много зарабатываю.

— А кто там на твою внешность смотрит...

— А, ну деньги же должны откуда-то браться! По крайней мере, как Солас... — я не понимал, почему она вдруг вспомнила про Солас.

Сон Суён резко ухватила меня за рукав, закусила губу и сказала:

— ...Я сама не хочу этого делать. Понимаешь?

Атмосфера в одно мгновение изменилась. Я накрыл своей рукой её ладонь, державшую мой рукав, и спросил:

— ...Тогда зачем ты это делаешь?

— Но деньги... их правда очень легко зарабатывать.

Она прямо посмотрела на меня обоими глазами, словно пытаясь убедить:

— Тело не устаёт, стресса никакого, и платят очень много.

— ...

— Раз так, не должна ли я немного потерпеть, даже если мне неприятно? Ведь преимуществ больше, чем неприятностей... именно поэтому я и согласилась... Понимаешь?

Я вздохнул. Почему она говорит так, будто совершила преступление?

— ...Тебе не нужно оправдываться передо мной. Если плюсы перевешивают минусы, то, конечно, работай. Я просто беспокоюсь. У тебя ведь комплекс по поводу внешности... Ты даже на улицу всегда кутаешься, как в кокон.

— Мне неприятно, но... я заработаю много денег и отплачу тебе добром, аджосси. Куплю много дорогих вещей, свожу в интересные места...

Я покачал головой:

— Спасибо за заботу, но мне это не нужно.

— Почему? Раньше ты сам говорил. Что деньгами можно купить счастье.

— Я говорил не "покупай счастье деньгами", а "покупай счастье, когда можешь это сделать". Наличие денег само по себе не означает покупку счастья.

— Этого ты знать не можешь. У тебя ведь никогда не было много денег. Денег должно быть много, это всегда хорошо.

— Суён —

— Да плевать.

Сон Суён раздражённо перебила меня:

— ...Порадуйся за меня, аджосси. Я же говорю, что зарабатываю много денег...?

Подумав немного, я вздохнул и кивнул.

Верно. Повод порадоваться. Может, из-за того, что она сказала, будто сама работа ей не нравится, я отреагировал немного негативно?

В любом случае, глядя на то, что она этим занимается, можно было понять, что она всё сама просчитала.

Я потянул её за руку и обнял.

Мне было жаль, что я не порадовался искренне, но отчасти я сделал это и потому, что сам хотел обнять её. Мне нравилось то счастье, которое дарил этот момент.

— Хорошо. Ты права. Я ответил какую-то ерунду.

Сон Суён рефлекторно обняла меня в ответ. Хотя она только что злилась, её тело меня не отвергло.

После короткого объятия я чуть отстранил её от себя. Чтобы разрядить обстановку, сказал:

— Тогда покажи мне как-нибудь сайт. Если одежда красивая, я тоже что-нибудь куплю.

— ...Там продают только женскую одежду.

— В любом случае, хочу посмотреть на твои фотографии.

Сон Суён помедлила с ответом, почесала затылок и сказала:

— Послезавтра принесу фотобук. Посмотришь в нём.

— Правда? Будет замечательно.

Я улыбнулся. Она тоже перестала хмуриться и улыбнулась мне в ответ.

Несколько дней спустя.

Сон Суён в комнате Чон Гёма наблюдала за каждой его реакцией.

— Ого...

Каждый раз, когда он восклицал от восхищения, на лице Сон Суён расцветала улыбка. Она пыталась скрыть её рукой, но не было способа предотвратить то, как от улыбки даже глаза начинали светиться.

— Красиво, правда красиво.

Комплиментов внешности, которых она раньше не слышала из его уст, не было конца.

Чон Гём с удивлённым лицом листал поддельный фотобук, который передала ему Сон Суён.

Сон Суён должна была признать: вместе с женщиной-фотографом, которую наняла Стелла, они вложили в эту съёмку столько сил, как никогда прежде, и результат был поразительным.

Яркий макияж, которого она никогда раньше не делала. Свет, одежда, ракурсы и позы.

Даже по мнению самой Сон Суён, она выглядела красиво.

В голову закралась дерзкая мысль: "Оставив меня, кого он ещё может найти?"

— ...Красиво, да?

Она даже выпросила откровенный комплимент, чего обычно никогда не делала. Но Чон Гём, будучи увлечённым, без сопротивления говорил всё то, что она хотела услышать.

— Да, правда очень красиво. Очень красиво, правда.

Пока Чон Гём рассматривал фотобук, Сон Суён прикусывала губу. Ей было слишком хорошо. Она была взволнована.

Если бы не чувство вины за то, что она его обманывает, всё было бы безупречно.

— Красивее, чем онни Бом?

— ...

— Аджосси, красивее, чем онни Бом?

— ...Обе красивые, что ты начинаешь, зачем соперничать?

Появившееся детское чувство соперничества в одно мгновение раздуло пожар.

— ...Я так старалась, так готовилась, и это всего лишь наравне с онни Бом?

— ...Ты красивее.

В конечном итоге Чон Гём был вынужден "склонить колено". Сон Суён снова улыбнулась. Пусть это была вытянутая силой похвала, но она была довольна.

— Неудивительно, что зарабатываешь много денег. Раз такая красивая.

— .........

— Эта фотография мне нравится больше всего, Суён.

Чон Гём показал Сон Суён одну из фотографий.

На ней она была в чёрной майке и широких штанах, сидела на деревянном табурете, соблазнительно подняв одну руку к голове.

Под давлением Стеллы и из-за мысли, что это фотобук только для Чон Гёма, она, конечно, старалась, но, увидев снимок сейчас, почувствовала смущение.

Особенно стыдно ей стало из-за того, что на фото была видна подмышка.

— ...

Но раз Чон Гёму нравится, Сон Суён промолчала.

В этот момент он пошёл ещё дальше:

— Вырежу это и приклею в комнате.

— Что??

— Ну... мне так нравится...

Так как Сон Суён вскрикнула от неожиданности, Чон Гём замялся, наблюдая за её реакцией.

— ...Нельзя?

— ...

Сон Суён долго обдумывала.

В конце концов, этот фотобук предназначался только ему.

Соблазнительный взгляд, который она обычно не показывает, манящие или милые лица — она так старалась показать ему всё это под предлогом создания фотобука.

Даже во время фотосессии она старалась, представляя, как это будет выглядеть в глазах Чон Гёма.

...Поэтому в итоге Сон Суён кивнула.

— ...Клей, если хочешь.

Только тогда Чон Гём с радостным лицом продолжил листать остальные страницы фотобука. Сон Суён долго смотрела на него, запечатлевая этот момент в памяти.

Сон Суён вошла в свою новую комнату. Она находилась менее чем в пяти минутах ходьбы от дома Чон Гёма.

Сон Суён оглядела своё жилище из прихожей.

Она так долго мечтала о личном пространстве, но почему-то оно казалось намного более безлюдным, чем комната Чон Гёма.

Сон Суён помылась и легла в постель.

Затем, как обычно, включила телефон и посмотрела на фотографии Чон Гёма. Их стало так много, что она уже задумывалась, не пора ли сменить телефон. Память была почти заполнена.

Фотографии Чон Гёма становились для Сон Суён предметом первой необходимости.

Глядя на них, она вспоминала о том, что произошло недавно. Прокручивала в голове его похвалы, выражения лица.

И то, как он осторожно вырезал фото и клеил его на стену.

Сон Суён рассмеялась. Она не могла не смеяться.

Теперь, заходя в комнату, Чон Гём всегда будет видеть её. Может ли быть что-то радостнее?

Это была она, а не Солас. Она чувствовала, что даже немного опережает её.

В последнее время Солас тоже стала занята, и они с Чон Гёмом проводили не так много времени вместе.

Было время, когда казалось, что у них что-то завязывается, но теперь это могло сойти на нет.

...А даже если и не сойдёт, в будущем она сможет занять Солас "злодейской" деятельностью, чтобы у той не было времени на отдых.

— ...Ха-а.

Сон Суён вздохнула.

Смотря на фотографии Чон Гёма, она внезапно подумала:

А что, если наполнить эту безлюдную комнату его фотографиями, так же как это сделал Чон Гём? Распечатать все те снимки, что она делала всё это время, и развесить их здесь.

— ...Неплохо.

Пробормотала она.

В этот момент пришло новое сообщение.

Это была Стелла.

[Луна. Следующий план утверждён. На этот раз это выходные. Ты не против?]

Сон Суён кивнула. Она чувствовала, что ситуация стала гораздо лучше, чем когда она просто сидела сложа руки, позволяя Мин Бом забирать Чон Гёма. В будущем нужно продолжать в том же духе.

И когда-нибудь наступит момент, когда злодеи Альянса объединят силы, чтобы исполнить её желание.

Сон Суён без труда представила, что тогда дела пойдут ещё лучше, чем сейчас.

[Хорошо.]

Она отправила ответ.

Мечтая о будущем с Чон Гёмом.