Глава 23. Секретный план (2)

Зал для VIP-гостей Священного Турнира

– Так этот Дик Барм… проиграл? – не в силах поверить своим глазам произнес один из аристократов группировки первого принца Амелии Гильберта Лот Амелия.

– Что это значит, а? Председатель? – закричал глава группировки Гильберта, маркиз Румпа Баррель, схватив за грудки вытаращившего от изумления глаза мужчину средних лет, сидящего по соседству.

Румпа имел в виду две вещи.

Во-первых, Кай Хайнэман не должен был иметь возможности использовать экипировку, повышающую статы. Принципиально важно, если источник его невероятной силы был в ней.

Во-вторых, он орал из-за волшебной экипировки, которую предоставил для этого поединка. Это были проклятые вещи, сделанные специально на заказ на случай, если что-то станет угрожать победе их святого рыцаря. Создателем этой одежды был умелец-раб, обладающий даром «Творец проклятий». С такими вещами нанятый Румпой могучий охотник В-класса становился слабее маленькой девочки.

«Не может такого быть, чтобы проклятье на него не подействовало».

– Мы сделали все, как Вы приказали! – взмолился председатель турнира.

– Да кто сможет так просто поднять этого громилу Дика? Здесь что-то не так. Значит, на нем все еще надеты предметы, повышающие способности… - пробормотал себе под нос один из лордов.

– Проклятый слабак! Снова грязно играет небось!

– Непростительно! Немедленно дисквалифицируйте этого труса!

Один за другими раздавались возгласы в его поддержку.

– Прежде всего, его огненный дар оказался бесполезен. Видимо, тут вопрос не только в грубой силе. Нет, начнем с того, что на самом ли деле этот Кай Хайнэман – держатель дара Бессильнейшего? – вытирая со лба капли пота, спросил про себя толстяк с «прической ананаса».

- Что Вы такое говорите, лорд Пайнапл?* – спросил его Румпа, пронзая острым, как стрела, взглядом.

– Чиновникам, как мы, не понять. Те движения были боевым искусством. Истинным, словно их исполнитель уже много раз бывал на грани смерти.

– Так всему виной экипировка…!

– Нет! Не в экипировке дело. Я еще раз повторю: простой слабак не смог бы так двигаться. Тяжело это признавать, но по сравнению с ним, наш кандидат – просто младенец. Он не сможет даже ответить толком, - жестокие слова графа Пайнапла вызвали переполох в зале почетных гостей.

– Мой внук хуже этого слабака? Это Вы хотите сказать? – ревом переспросил маркиз Румпа.

– В бою – да. Именно так.

– Он носит благородный титул рыцаря! То есть он – такой же аристократ, как и мы, хотя в нем нет голубых кровей! Да он же оставленный богами кусок дерьма, со своим дерьмовым даром «Бессильнейшего Мира Сего»! Или я не прав?!

– Вы правы… Однако, значение имеет только реальная сила. И исходя из этого, я уверен в своих суждениях.

Граф встал со своего стула и окинул взглядом окружающих лордов:

– Обстоятельства изменились. С Вашего позволения, с сегодняшнего дня мой дом прекращает участие в борьбе за престол.

И, приложив правую руку к груди в почтительном жесте, он поклонился, а затем ушел.

По этому случаю в комнате вновь воцарилась атмосфера нервозной шумихи.

«Это резонно. В королевстве графа знают одна-две воюющих группировки. И его уход из фракции Гильберта привел к ослаблению морального духа. Тем более, после того, как операция с выдачей принцессы замуж за императора, провалилась. Такими темпами многие участники группировки Гильберта тоже могут отдалиться».

– Безобразие! Немедленно замолчали все! В следующей битве с Заком Провером этот слабак проиграет!

Зак Провер был одним из тех выдающихся кулачных бойцов, которых в Амелии можно пересчитать по пальцам. Он уже прощупывал почву, намереваясь вступить в группировку Гильберта.

«И если Зак нанесет поражение этому «не такому уж и слабаку», то остальные признают назначение моего внука на должность королевского гвардейца принца Гильберта».

– Председатель… Есть разговор насчет грядущего поединка между слабаком и Заком.

– Что…?

Председатель сначала помрачнел, но потом нерешительно кивнул:

«Я зашел уже так далеко. Выбора нет. Постараюсь сделать все возможное», - смирился он.

– Тогда…

И Румпа заговорил об устранении «Бессильнейшего», Кая Хайнэмана.