Глава 35.

Чтобы другие не подслушали, Артизея оставила в гостиной только своих людей.

Не то чтобы я не доверяла людям эрцгерцога Эфрон, но осторожность не помешает. Даже необдуманная разглашённая информация может стать опасной.

С другой стороны, возможности заглянуть внутрь комнаты нет.

Артизея решила обсудить этот вопрос с Ансгаром.

Нужно будет установить как минимум звукосниматель и линзу.

В любом случае, это всё потом, – вздохнув, девушка открыла дверь гостиной.

– …… – Лоренс сидел на диване, скрестив ноги и закрыв глаза.

В отличие от сестры, внешне он очень напоминал Милайру.

Его очаровательная внешность была мила, как у принца, о котором мечтает каждая девушка, а щёки горели румянцем как у человека, что танцевал всю ночь.

Но Артизея могла сказать, что брат пытается подавить гнев, который грозил вырваться в любой момент.

Поэтому, пусть Лоренс пришёл первым, он продолжал сидеть с закрытыми глазами, притворяясь усталым, словно не слышал её прихода.

В прошлом Артизея оценивала Лоренса так:

– Брат Лоренс не глупый человек. У него есть политическое чутьё и рассудительность. Однако от Его Величества Императора он унаследовал высокомерие, а от матушки – патологически взрывной характер.

Эти две вещи легко попирали его разум и часто толкали на порочные поступки.

Это настолько серьёзная проблема, что какими бы замечательными качествами ни обладал Лоренс, все они уничтожаются его недостатками.

Сумасшедший или эгоистичный и жадный Император?

Взвешивать кандидатуры Лоренса и Ройгара означает ответить на этот вопрос. В прошлом премьер-министр Лин ушёл в отставку, не совершив этого выбора.

И всё же, тогда я думала, что Лоренс сможет преодолеть свои недостатки.

Иными словами, подобное мышление – мой собственный недостаток. Выбор, который я приняла вслепую из-за наших кровных уз.

В конце концов, не имея никого, кто мог бы сдержать его, Лоренс полностью потерял контроль над собой.

Однако сейчас всё не так. Император всё ещё является тем, кто сдерживает брата.

Поэтому он не может излить свой гнев на меня. Ведь я – невеста Седрика.

Лоренс знает, что политика – дело тонкое и сложное.

Пусть кажется, что Император обладает абсолютной властью, он также понимает, что трон держится на балансе различных сил.

А значит, как бы сильно он ни был недоволен, с семьёй Эфрон Лоренс будет разговаривать мягко.

Не только сторонники Императора, но и он сам советует брату привлечь Седрика на свою сторону. Я знаю это.

– Ты приехал, брат? – однако Артизея позвала Лоренса осторожным голосом, словно ничего не смыслила в подобных вещах.

Сейчас лучше, чтобы он думал обо мне как о беспомощной девушке.

Мужчина открыл глаза. Артизея вежливо поклонилась ему.

Вместо того чтобы ответить на приветствие сестры, Лоренс спокойно посмотрел на её лицо.

Над бровью Артизеи был синяк, царапины на висках и подбородке сопровождались фиолетовыми гематомами.

Следы ударов были видны и на запястьях, обнажённых летящими рукавами. На частях тела, закрытых одеждой, было ещё больше ран.

Девушка не отворачивала головы и не прикрывала шрамы.

– Садись, – наконец вздохнул Лоренс, увидев её бледное лицо.

– Да, – Артизея обошла угол стола и села напротив брата. – Слышала, вы недавно покинули виллу.

– Отправился подышать воздухом.

– Вы слышали новости? Были дома?

– Да. Я видел, как увозят твой багаж.

– Да. Его Высочество эрцгерцог Эфрон сказал, что будет лучше, если я останусь в особняке Эрцгерцога до самой свадьбы.

– Вот как.

Сожительство до свадьбы было невозможным. Особенно при том, что Артизее было всего 18 лет.

Однако Лоренс не сказал об этом ни слова.

Седрик не станет бездействовать, увидев такое лицо женщины. Тем более, когда она – его невеста.

Этот вопрос был уже вне контроля Лоренса.

– Как дела у матушки?

– Всё так же. Очередной приступ истерики, после которого она слегла.

Артизея могла понять всё случившееся лишь по одному этому предложению.

Особняк находится в хаосе: прислуга молча беспорядочно ходит, находясь в ужасе, как люди при эвакуации после затоплений.

Милайра, вероятно, сейчас в депрессии рыдает в своей постели.

Гнев – эмоция, на которую затрачивается очень много энергии. Устроив истерику и избив меня, на следующий день она становится усталой и доброй.

И с грустным или сожалеющим лицом всегда ведёт себя так, словно собирается умереть.

– Поэтому я могу положиться лишь на тебя, – говорит она.

– Если хочешь, можешь приехать на пару минут, – сказал Лоренс, когда Артизея опустила голову.

– Нет. Какое-то время я не хочу видеть матушку. Скорее, я думаю, это хорошая возможность. Я планирую использовать случившееся, чтобы разорвать отношения с матушкой.

– Серьёзно? – спросил собеседник с изумлённым видом.

– Да.

– Тия. Такое решение не принимают поспешно. Ты не любишь матушку?

– Люблю, – стиснув зубы, сказала девушка. Из всего, что она сейчас говорила, лишь один момент был искренним. – Вот только я не хочу посвящать ей свою жизнь. Я хочу счастливо жить с господином Седриком. Знаю, что он – счастье, которое никогда больше не придёт ко мне. Поэтому я сделаю всё возможное. Даже если не стану прославленной Эрцгерцогиней, я хочу, чтобы меня по праву признали женой господина Седрика.

– Тия.

– Однако я не могу сделать этого из-за имени дочери Милайры. Что бы я ни делала, мир будет только критиковать меня. Вы ведь знаете это?

Откровенно говоря, до нынешнего момента Лоренс особо не думал об этом.

Тот факт, что Седрик увидел сцену, имело большое значение, но то, что это случилось с Артизеей, значения не имело.

Это был не первый раз, и он был не сильно хуже, чем предыдущие.

Однако решимость Артизеи была твёрдой.

Даже не знал, что у неё есть такая сила воли.

– Я не хочу снова показывать подобные страдания господину Седрику, – добавила юная леди, опуская голову.

– Хорошо. Сделай так, – легко кивнул Лоренс.

В конце концов, права на семью Розан принадлежат Артизее.

Выйдя замуж, она сможет унаследовать и титул, – Лоренс не спорил в этом моменте.

С самого начала, в отличие от матери, он не испытывал никакой привязанности к маркизу Розан.

– Да.

– Тогда как быть с особняком? У меня есть несколько домов, но, думаю, потребуется некоторое время, чтобы собрать все вещи и переехать.

– Я оставлю особняк матушке. Планирую оплачивать содержание особняка и обеспечить ей пенсию не меньше тех расходов, которые она использовала до сих пор. Брат, вы тоже можете продолжать жить в особняке.

– Хорошо. Понял. Пусть заранее, но поздравляю со свадьбой. Жаль, что ты не рассказала о помолвке раньше, – сказал Лоренс.

Артизея ощутила горечь в душе, но улыбнулась, не показывая этого:

– Если бы всё не развивалось так стремительно, мы бы объявили о помолвке, когда вы вернулись с виллы.

– ……Да. Полагаю, так и было бы, – в этот момент Лоренса пронзил странный укол интуиции.

Действительно ничего не происходит?

Артизея всегда была таким ребёнком? – он почувствовал себя некомфортно.

И внезапно Лоренс вспомнил то, на что жаловался Бил, как только господин вернулся в особняк Розан:

– Даже до этого инцидента мисс Тия казалась немного странной. И это определённо не потому, что мадам повредила ей лицо. Словно был какой-то план.

Лоренс не думал, что его сестра знает, как использовать подобные трюки.

И к тому же совершенно не доверял Билу. Тот умел доставлять удовольствие его матери, поэтому Лоренс не трогал его, просто позволяя делать то, что тот делает.

Однако верно то, что всё произошло очень быстро, будто этого ждали.

Это касается и Тии, которая сменила прислугу ещё до того, как случился нашумевший инцидент.

Благодаря действиям Артизеи все активы семьи Розан уже были организованы и право на их собственность полностью перешло к ней.

Всё, что нужно было, чтобы закончить дело, – одобрение Императора. Подобное невозможно провернуть, если не подготовиться заранее.

Тия и правда……?

Артизея, которую знал Лоренс, всегда была беспомощной и робкой.

Она никогда не была плохим ребёнком. Однако всегда наблюдала голодными, жаждущими любви глазами.

Тия передо мной выглядит так же. Её речь осторожна, а отношение не отличается от прошлого. Лицо осунувшееся и со следами от побоев.

Словно приняв тяжёлое решение, она сжимает руки на коленях так, что они побелели до чисто белого цвета.

С точки зрения её характера, заявление Тии о том, что она разрывает отношения с матушкой, невероятное.

И всё же она бледная и холодная.

Глаза под опущенными веками глубокие, как самое тёмное море. Кажется, что в кровеносных сосудах под её тонкой кожей циркулирует исключительно голубая кровь.

Я знаю такого человека. Сидя в тени зала собраний, он водит по карте костяшками тощих пальцев……

– Брат, а что вы собираетесь делать? – словно желая помешать этой мысли, спросила девушка.

Лоренс внезапно пришёл в себя. Смутный образ, появившийся в его сознании, тут же исчез.

– Я?

– Да, – Артизея подняла взгляд, который до сих пор был опущен. И чётко спросила. – Как долго вы собираетесь быть привязанным к матушке?

– О чём это ты?

– Возможно, никто не скажет вам этого. Совет, который я могу дать вам лишь потому, что являюсь родной дочерью матушки и вашей сестрой, – юная леди сознательно выбрала именно эти слова. Вместо открытого совета, она произнесла предложение с подтекстом, словно Лоренс был её господином. – Именно брат должен разорвать отношения с матушкой, а не кто-то другой.

– Что это значит?

– Матушка, безусловно, пользуется благосклонностью Его Величества Императора, но брату не нужна эта благосклонность. Потому что брат – единственный сын Его Величества.

– И?

– Чтобы стать Кронпринцем, брату нужна не благосклонность Его Величества, а законные права.

Цвет лица Лоренса слегка изменился.

Для него, рождённого внебрачным ребёнком, слова о законности прав всегда были костью в горле.

Прежде чем мужчина успел разозлиться, Артизея продолжила, подняв голову:

– Единственный человек, который может дать их вам, – Её Величество Императрица. Единственный способ для внебрачного ребёнка получить признанные права на наследование – это стать приёмным сыном супруги правителя.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –