Дверь лифта разъехалась с милым мелодичным сигналом. Электронный голос системы разнесся по оживленному холлу: «— Номер тридцать, пожалуйста, пройдите на ресепшн для оплаты».

Первый этаж был входом в больницу. Ряды стульев тянулись вдоль стойки регистрации, где пациенты сидели в ожидании вызова. Как обычно, здесь было многолюдно: занято было около восьмидесяти процентов мест. Впрочем, это было ожидаемо, ведь это была единственная многопрофильная больница в округе.

В каком-то смысле толпа давала шанс. Говорят, если хочешь спрятать дерево — спрячь его в лесу. Среди такого количества людей Сарине не нужно было беспокоиться о том, что ее заметят.

Тихо выдохнув, она вцепилась в ободы своей инвалидной коляски. Резко дернув обеими руками, она пришла в движение, стараясь ехать как можно быстрее, чтобы не вызвать подозрений. Сохраняя невозмутимое выражение лица, Сарина проехала мимо ресепшена, следя за тем, чтобы не привлечь внимание к рюкзаку у себя на коленях. И все же старая инвалидная коляска скрипела при каждом толчке, заставляя ее сердце бешено колотиться.

Крадучись, Сарина направилась по коридору к черному входу. Пока она с замиранием сердца толкала коляску вперед, она увидела крупную женщину, идущую ей навстречу.

— Ой, что случилось, Сарина-чан?

Сердце Сарины пропустило удар, а спину прошиб холодный пот. Медсестра, приближавшаяся к ней, была ей хорошо знакома: полная дама лет сорока, известная своей болтливостью. У нее всегда были припасены забавные истории на случай их встречи — будь то рассказы о последних вкусностях в магазине или байки о промахах новых медсестер.

Но сейчас даже она вызывала у Сарины нервозность при мысли о разговоре. Ей хотелось выбраться из этого места как можно скорее.

— Эм, ну… меня мучает жажда, я подумала, что схожу купить сока…

— О, правда? Ну, в такую жару тебя трудно винить…

Казалось, без тени сомнения медсестра небрежно помахала Сарине на прощание, возвращаясь к планшету в своих руках. — У тебя капельница назначена на час дня, так что возвращайся в палату к этому времени, ладно?

— Поняла! — максимально бодро ответила Сарина.

Вернуться к часу дня. Учитывая то, что задумала Сарина, это было практически невозможно. Ложь этой добросердечной медсестре заставляла ее чувствовать себя ужасно, но иногда приходится выбирать меньшее из зол. Для Сарины было нечто гораздо более важное, чем ожидающая ее капельница.

Она прокралась через узкий коридор, направляясь к задней двери. Как она и ожидала, путь мимо аптеки и склада был менее людным. Так у нее было больше шансов улизнуть из больницы незамеченной.

— …Хорошо, я справилась.

Сарина обхватила пальцами дверную ручку и толкнула ее, раздался щелчок. Яркий свет, хлынувший через дверь, заставил ее зажмуриться. Теплый летний воздух окутал ее тело, принеся с собой запах леса.

Теперь, когда она задумалась об этом, она поняла, что прошло уже довольно много времени с тех пор, как она в последний раз была на улице — может быть, около месяца. Мир казался удивительно освежающим без кондиционера.

Сарина облегченно вздохнула. — Это было близко, но как-то сработало…

Она положила руки на ободы коляски. Наконец-то она могла сбежать из заточения, которое называла больницей.

— Еще совсем немного! Жди меня, Ай…!

Теперь — к свободе! — подумала Сарина. С огромным ликованием она повернула ободы. Однако —

— …А?

Несмотря на все усилия, колеса упрямо сопротивлялись движению, а ободы отказывались поворачиваться. Что происходит? Неужели что-то заклинило колеса?

Сарина резко обернулась и обнаружила позади себя незнакомого мужчину, который смотрел на нее сверху вниз.

— Что ты делаешь?

— Гья-а-а! — помимо воли, Сарина издала странный крик. Она не ожидала, что кто-то будет стоять так близко.

— Громко. Ты меня напугала.

На нее, морщась, смотрел молодой человек в белом халате; крик Сарины явно застал его врасплох. Высокий и стройный, он носил очки в квадратной оправе, которые дополняли его правильные черты лица. Он не был каким-то ярким, но от него исходило ощущение интеллекта и утонченности. Можно было бы даже назвать его симпатичным… если кому-то нравится такой тип.

Она не могла вспомнить, где видела его лицо, но белый халат указывал на принадлежность к больнице. Он казался немного молодоватым для врача, лет двадцати пяти, а бейдж на груди гласил: «Стажер Амамия Горо».

— Эм… стажер?

— Это как врач в процессе обучения. Я прохожу практику в этой больнице с начала года.

Сарина кивнула: — О, понятно.

Казалось, молодой человек недавно окончил университет и сейчас проходит медицинскую практику.

— Стать врачом, наверное, довольно трудно, да… ну, тогда.

Закончив разговор на этой небрежной ноте, Сарина отвернулась. Сейчас было не время болтать с будущим врачом.

Однако инвалидная коляска, в которой она сидела, отказывалась сдвинуться с места. Сзади стажер, Горо, тяжело вздохнул.

— Ты собираешься выйти на улицу в инвалидной коляске? Это против правил, знаешь ли.

Он крепко держался за ручки сзади коляски, пресекая ее попытку побега.

— Ты здесь пациент, верно? Я не могу просто так закрыть глаза на попытку побега.

— Н-нет, я не пытаюсь сбежать или что-то в этом роде, — Сарина моментально изобразила виноватую улыбку. — Я просто хотела взять что-нибудь попить неподалеку.

— Внутри больницы есть торговые автоматы, разве нет? Зачем тебе выходить на улицу?

— О, эм, ну… иногда мне просто нужно немного свежего воздуха.

— Если так, ты могла бы подняться на смотровую площадку на крыше. Для этого не нужно разрешение лечащего врача.

— Э-э, понимаете… на крыше было довольно людно, так что у меня не было выбора, кроме как прийти сюда.

Сомневаясь, стажер пробормотал: — Хм, — и перевел взгляд на рюкзак у Сарины на коленях.

— И во-первых, что это за огромный рюкзак? Неужели он тебе действительно нужен просто для того, чтобы подышать свежим воздухом?

— Ну, это просто… понимаете…

— Даже с объективной точки зрения, похоже, что ты довольно решительно настроена выйти прямо сейчас.

— Угх…

Пораженная его безжалостной логикой, Сарина могла лишь слабо вздохнуть. Должно быть, он с самого начала знал, что она пытается сбежать. Судя по всему, поверхностной игры с этим стажером было недостаточно.

— В любом случае, эм, Амамия-сенсей… так можно? Или мне называть вас Горо-сенсей?

— Как хочешь.

Его равнодушный ответ соответствовал его же кажущемуся безразличию. У Сарины возникло чувство, что он больше склонен быть садистом, чем мазохистом.

— Хорошо, тогда буду называть «Горо-сенсей». Так что такой врач, как вы, делает в таком месте?

— Я? А, просто бездельничаю.

Горо ответил без малейшего раскаяния. Это был такой неожиданный ответ, что Сарина не могла не спросить: — Бездельничаете?

— Директор здесь всегда пускается в длинные нотации, когда видит меня. Поэтому я решил пропустить обучение и спрятаться там, где он меня не найдет.

— Спрятаться… эм, разве вам можно так делать?

— Нет, технически это запрещено, но… знаешь, иногда просто нужно выпустить пар.

Выражение лица Горо немного смягчилось, появилась легкая улыбка. Сарина изначально приняла его за чопорного типа, но он казался удивительно легким в общении…

— Да, всем нужно немного снимать стресс, не так ли?

— Ну, это правда.

— В таком случае, мне тоже должно быть вполне позволительно выпустить пар на улице, верно?

Как только Сарина это сказала, Горо нахмурился.

— А? Нет, это очевидно запрещено.

— Да ладно, это не такое уж большое дело. Разве это не несправедливо, если сенсею можно, а мне нет?

— Дело не в справедливости. Если обнаружится, что я позволил тебе выйти на улицу без разрешения, мне точно влетит от директора.

Горо покачал головой с выражением полного отвращения. Было очевидно, что он не ладит с директором.

— Короче говоря, соблюдай установленные процедуры, если хочешь выйти. Получи разрешение у своего лечащего врача или выздоравливай. Одно из двух.

— Ну, я не могу сделать ни то, ни другое, так что я в беде, да?

— Похоже на то. В любом случае, это не моя проблема.

Сарина надулась: — Мр-р-рг…

Она не любила чрезмерно логичных людей. Однако, учитывая обстоятельства, у нее не было выбора, кроме как настаивать. Сарина сложила руки перед грудью и склонила голову.

— Эй, сенсей, ну пожалуйста! Только один разочек, можете закрыть на это глаза? Это мечта всей моей жизни! Я буду вам очень обязана!

— «Очень обязана»? И чем именно ты можешь быть мне обязана?

— Ну… эм, например, стану вашей девушкой или что-то в этом роде?

Изначально опешивший Горо без колебаний, с серьезным выражением лица, парировал: — Спасибо, не надо. — Ее гордость была задета более чем сильно.

— Нет-нет-нет! «Не надо»!? Вы могли бы хотя бы немного подумать!? Или хотя бы сделать вид, что рассматриваете это предложение!?

— Конечно нет. В конце концов, ты ребенок.

— Я-я не ребенок…

— Тогда сколько тебе лет?

— Двенадцать.

Услышав слова Сарины, Горо слегка покачал головой. Его выражение лица явно говорило: «Я даже не собираюсь подыгрывать этому».

— Кстати, куда ты планировала отправиться, как только выйдешь отсюда?

Сарина посмотрела в небо, словно обдумывая ответ.

— О, ну… куда-нибудь подальше?

— Подальше? Только не говори, что ты планировала поехать в город или типа того.

Больница, расположенная на небольшом холме, стояла далеко от шумных городских районов. Окрестности были украшены густыми лесами и долинами, а узкая префектуральная дорога петляла в сторону соседнего городка. Что имело смысл — это соответствовало концепции больницы, о которой Сарина узнала от медсестры: «обеспечить наилучшее медицинское обслуживание в окружении спокойной природы Такатихо».

Конечно, спокойствие и свежий воздух делали это место отличным для лечения. Однако, когда дело доходило до доступа к городу, ситуация была менее чем идеальной. Люди зависели от машин даже для быстрых походов за покупками. Для таких пользователей инвалидных колясок, как Сарина, это было более чем неудобно. Это почти ощущалось как заточение в природной тюрьме.

Горо продолжил с раздраженным видом.

— Ты не планировала ехать по префектуральной дороге в этой коляске, правда? До станции Такатихо потребовались бы часы. Это было бы абсурдно.

— О, нет, я направлялась не на станцию…

— Тогда куда ты планировала поехать?

— Ну… в Токио.

Услышав это, Горо расширил глаза.

— А? Токио… Да ну, это просто нелепо.

С открытым ртом Горо выглядел ошарашенным. Несмотря на свое изначально отстраненное поведение, казалось, он мог быть неожиданно эмоциональным.

В ответ Сарина склонила голову с тихим «хи-хи».

※

— …Так вот оно что?

Вернувшись в палату 201, которая принадлежала Сарине, Горо стоял с суровым выражением лица.

План побега Сарины, к сожалению, не удался. Горо крепко ухватился за ручки коляски и насильно вернул ее в больничную палату. Теперь она сидела на своей привычной кровати, проходя через тщательный допрос.

— Ты хочешь сказать, что пыталась добраться до Токио на концерт айдолов или типа того?

— Да, таков был план, — гордо ответила Сарина. — Я могла бы сесть на автобус до аэропорта, если бы добралась до станции Такатихо. А потом — просто запрыгнуть в самолет и улететь в Токио!

— И как же ты планировала «улететь»?! — сказал Горо, выглядя пораженным. — Поездка в Токио в инвалидной коляске — это не прогулка в парке, а уж тем более в одиночку… Это чрезмерно безрассудно.

— Неужели? Ну, вы не узнаете, пока не попробуете.

— Простите меня! Ты пациент, и это опасная для жизни ситуация. Неужели это действительно стоит того, чтобы рисковать своей жизнью ради того, чтобы увидеть этих айдолов, А-Комачи или как их там?

— Нет, не А-Комачи, а Б-Комачи! Сколько раз я должна это повторять?

Даже когда Сарина повысила голос, Горо просто отмахнулся: — Да-да.

Это был лейтмотив всего их разговора. Как бы страстно Сарина ни выражала свое желание поехать в Токио, Горо просто не понимал. Сарина не могла не надуться.

— У них дебют новой песни на концерте завтра. Я просто обязана была увидеть это вживую!

— Если это так, ты могла бы просто получить разрешение на временный выход у лечащего врача. Потом связаться с родителями, чтобы они тебя забрали. Есть много способов это уладить.

— Я уже пробовала. Если бы было легко получить разрешение на выход, я бы даже не думала о том, чтобы сбежать.

— Это означает, что тебе нужно отдыхать. Просто слушай, что говорит врач.

— Ни за что! Я очень хотела поехать! Это живой концерт!

— Дай мне перерыв… — Горо пожал плечами с наполовину удивленным выражением лица. — Может, я просто не понимаю, но если ты хочешь видеть айдолов, почему бы просто не смотреть их по телевизору или что-то в этом роде? Эта Б-Комачи… Разве они не на музыкальных шоу?

— Если бы они там были, мне не пришлось бы идти на все эти хлопоты.

Сарина вздохнула. Он мог быть не знаком с обстоятельствами в индустрии айдолов. Возможно, было необходимо подробно объяснить ему все. — Сенсей, Б-Комачи — это андерграунд-айдолы.

— Андерграунд-айдолы?

— Они не особо появляются в медиа; в основном они фокусируются на живых концертах.

Когда Сарина объясняла, Горо кивал: «Хм», без особого интереса. — Итак, короче говоря, они непопулярные айдолы.

— Дело не в том, что они непопулярные; дело в том, что они станут популярными в будущем!

— Значит, они не популярны прямо сейчас.

— Угх, продолжайте говорить это, и все фанаты Б-Комачи во всем мире разозлятся на вас!

В жестокой сцене андерграунд-айдолов Б-Комачи медленно, но верно делали себе имя. Хотя их выступления в настоящее время ограничивались концертными залами по всему Токио, у Сарины было предчувствие, что скоро их признают по всей стране.

— Эй, вы должны понять, магия Б-Комачи — это свежесть! Каждая участница учится в средней школе, и когда они поют и танцуют, вы просто чувствуете, как энергия бьет ключом! Они полны потенциала, всегда становятся лучше с каждой новой песней! Как будто вы наблюдаете, как они растут прямо на ваших глазах! Каждый раз, когда они выпускают новый трек, волнение только нарастает, и их живые выступления просто заставляют меня чувствовать: «У-у-у-у!», прямо в сердце!

Несмотря на ее страстную речь, Горо оставался совершенно невозмутимым. Его единственным ответом было вялое «хм», указывающее на то, что он не особо прислушивался.

Жизнь без Б-Комачи едва ли казалась достойной того, чтобы жить. Поэтому Сарина была вынуждена продолжить просвещать его.

— Центровая, Ай, она, типа, серьезно потрясающая! Она профи в пении и танцах, а ее улыбка всегда сияет. Я никогда не видела такой милой девушки раньше! Честно говоря, она такая зрелая для своего возраста… Даже по сравнению с другими участницами, которые раньше были моделями, она выделяется, или, лучше сказать, она уже топовая супер-милая девочка! Ай — это будущая суперзвезда! Серьезно! Я могу сказать это с абсолютной уверенностью!

Сарина взяла с тумбочки футляр от DVD. В нем был дебютный живой концерт Б-Комачи.

— Эй, сенсей, посмотрите сюда! Девочка в центре здесь — Ай! Разве она не самая милая!?

В центре обложки DVD была девочка в малиновом костюме айдола. Ее струящиеся черные волосы и сверкающие глаза-драгоценные камни обрамляли уверенную улыбку, которая затмевала солнце. Среди всех других участниц Б-Комачи нельзя было отрицать ее ошеломляющую миловидность. Из всех девочек, которых Сарина видела до сих пор, она могла с уверенностью сказать, что Ай из Б-Комачи — номер один.

— Хм… Ай, значит.

Ответ Горо был менее чем восторженным. Он бросил быстрый взгляд на обложку DVD с безразличным выражением лица.

— Полагаю, она довольно милая.

Это прозвучало как вынужденный ответ, и Сарина моментально вышла из себя.

— «Полагаю»? Что вы имеете в виду под «полагаю»?

— Она кажется немного скованной, не так ли? Как будто в ней есть что-то большее, чем кажется на первый взгляд. Как будто она надевает маску идеального айдола, чтобы защитить себя… или что-то в этом роде.

Случайное наблюдение Горо застало Сарину врасплох. Это отражало смутное чувство, которое она испытывала всякий раз, когда видела Ай. Проницательность Горо, проявленная всего одним взглядом, казалась более впечатляющей, чем она изначально предполагала.

— Ну, я думаю, что быть айдолом может быть трудно во всех отношениях. Я уверена, что у Ай тоже есть свои трудности.

— Вот как?

— Да, так оно и есть. Ай-чан удивительна именно тем, что она никогда не позволяет своей улыбке угаснуть, несмотря ни на что.

Сарина вложила всю душу в то, чтобы подчеркнуть очарование Ай, но Горо выглядел невосприимчивым к ее энтузиазму. Как бы страстно она ни говорила, он встречал ее пыл небрежным «хм», по-видимому, отмахиваясь от ее слов. У нее возникло чувство, что он рассматривает все это как детскую забаву, и ей это не понравилось.

Горо продолжил: — Я имею в виду, серьезно, лица айдолов, вероятно, обработаны с помощью компьютерной графики в любом случае. Кто знает, милые ли они на самом деле, верно?

Это было почти богохульством. Сарина воскликнула: — Они бы не посмели! Миловидность Ай абсолютно чиста и естественна! Она как богиня, посланная нам свыше! Никакого редактирования не требуется!

— У тебя есть уверенность. Но, Сарина-чан, ты действительно видела эту девушку вживую?

Его слова задели за живое. Сарине пришлось понизить голос.

— Ну, нет… Я имею в виду, я не видела ее должным образом.

В конце концов, из-за болезни выходы Сарины были строго ограничены. У нее был шанс увидеть Б-Комачи только один раз, ближе к концу июня, когда ее здоровье было немного лучше.

К сожалению, во время поездки ее состояние ухудшилось. Несмотря на то, что ей удалось добраться до места проведения, из-за ухудшения здоровья она не смогла присутствовать на самом концерте. Врачи были вынуждены отвезти ее обратно в больницу для оказания помощи. В тот день ей удалось лишь один раз попытать счастья с гача-автоматом с мерчем. В конце концов, она не смогла исполнить свою мечту — увидеть живое выступление Ай. Даже сейчас это было горьким воспоминанием.

— Даже если я не видела ее вживую, я могу сказать вам, что миловидность Ай-чан просто неземная. Сенсей, если вы посмотрите видео, я уверена, вы будете поражены.

— Сомневаюсь…

Горо сурово поправил очки, вперив взгляд в футляр DVD в руке Сарины.

— В любом случае, я не особо понимаю привлекательность айдолов. Я имею в виду, что такого приятного в наблюдении за молодыми девчонками, которые поют и танцуют?

— Что? Вы действительно не можете понять?

— Айдолы — это, по сути, просто чирикающие молодые девушки, поющие чирикающие песни, верно? Если бы мне пришлось вкладывать время и деньги в развлечения, я бы лучше почитал роман.

Услышав его мнение об айдолах, Сарина обхватила голову и вздохнула. — Боже. Это ужасно, сенсей. Абсолютно ужасно.

— Ужасно? Что ужасного?

— Ваш вкус полностью увял.

Когда Сарина сказала ему это, Горо склонил голову и спросил: — А? — Казалось, он не совсем понял. Теперь она должна была просветить его.

— Я однажды видела по телевизору сюжет об этом забавном видео. В наши дни даже собаки танцуют под песни айдолов. Так что, если это так, вкус сенсея хуже, чем у собаки.

Ее прямое замечание явно попало в цель. Его глаза за очками сузились, выражая раздражение.

— Кто хуже собаки? …Я хочу сказать, я нахожу людей, помешанных на айдолах, еще более странными.

— Еще более странными?!

— Айдолы — это исполнители, которые сильно полагаются на визуальные эффекты, к лучшему или к худшему. Песни, которые они поют, часто лишены художественной ценности, особенно в последние годы. Все дело в зарабатывании денег путем привлечения фанатов через мероприятия и тому подобное. Это почти неуважение к музыкальной культуре.

— О, посмотрите-ка, какой вы весь из себя важный. Как будто вы вообще что-то знаете о песнях айдолов.

Ее провокация вызвала у него кислое выражение лица, предполагая, что она попала в точку.

— Ну… Я особо не слушал их. Честно говоря, мне никогда особо не приходило в голову дать им шанс.

Она начала собирать воедино свое понимание стажера Амамии Горо.

Как видела Сарина, он казался несколько ограниченным, замкнутым в узком взгляде на мир. Типичная черта среди интеллектуалов, особенно врачей, которые твердо верят в свои собственные способности и склонны игнорировать все, что выходит за рамки их компетенции. Самый эффективный способ расширить их кругозор — это дать им возможность увидеть мир из первых рук.

— Хорошо, я поняла.

Сарина протянула футляр DVD Горо.

— Вот, я одолжу вам этот DVD, так что посмотрите.

— А? Даже если ты так говоришь… Честно говоря, это немного хлопотно —

Сарина подтолкнула Горо, который колебался. — Да ладно, попробуйте. Если посмотрите, я не проболтаюсь директору о том, что вы бездельничали ранее.

Лицо Горо дернулось, как только упомянули директора.

— Сарина-чан, ты довольно хитрая.

— Не волнуйтесь, это действительно отличная песня. Она точно тронет вас.

Горо посмотрел вниз на футляр DVD, говоря: — Не может быть, чтобы это было правдой.

Он взглянул на улыбку айдола на миллион долларов с безразличным выражением лица, лицо, которое, казалось, было неспособно понять ее величие. Сарина не могла не задаться вопросом, как отреагирует человек с таким закрытым разумом на песню Ай.

— И эй, если, по какой-то случайности, сердце сенсея не шелохнется даже на миллиметр после прослушивания песни Ай-чан, я низко поклонюсь и извинюсь перед вами.

— В таком случае, этот поклон — дело решенное. — Горо неохотно положил футляр DVD в карман своего белого халата.

Сарина мысленно воскликнула: «Да!», почувствовав первый проблеск просветления, пускающий корни в Горо. Теперь оставалось только дождаться его реакции.

Хотя сегодняшний план побега провалился, она наткнулась на новый источник удовольствия. Сарина не могла не задаться вопросом, как он отреагирует, услышав песню Ай. Если он в конечном итоге станет фанатом Б-Комачи благодаря влиянию Ай, это определенно будет ей на руку. Если она захочет попытаться покинуть больницу снова в будущем, его помощь будет бесценной.

Участие в деятельности фаната айдолов, будучи ограниченной больницей, создавало многочисленные проблемы. Сарина всегда жаждала единомышленника в своих увлечениях. Если бы она смогла склонить сенсея на свою сторону, это определенно помогло бы ей. Новое волнение охватило Сарину и наполнило ее сердце.

※

После их разговора Горо вернулся в ее палату гораздо раньше, чем ожидала Сарина. За окном небо затянули высокие грозовые облака, а цикады продолжали свой хор. Был вечер, неделя спустя после того, как она одолжила ему DVD.

— …Их певческие навыки кажутся любительскими, и, честно говоря, я не почувствовал никакой глубины в песне. — Горо высокомерно сидел на стуле рядом с кроватью, продолжая свою напыщенную критику с самодовольным видом. — «Мы — ваши айдолы, знак — Б» — что это вообще значит? Это совершенно непонятно, не передает никакого ясного сообщения слушателю. В конце концов, песни айдолов кажутся именно такими, как я и ожидал.

Если бы он пошел и опубликовал подобный комментарий в интернете, шансы были бы велики, что он встретит поток обратной реакции. Не только фанаты Б-Комачи разозлились бы, но и весь фандом айдолов мог бы нацелиться на него.

Но Сарина не возражала слушать его. Как бы высокомерны и бесконечны ни были его впечатления, его выразительное лицо говорило о другом.

— Но, знаешь, я почувствовал что-то странное.

— Что-то странное?

Сарина склонила голову, и Горо последовал ее примеру.

— Я никогда раньше не испытывал ничего подобного, так что трудно выразить это словами… Интересно, как это называется… Когда я вижу улыбку этой вокалистки, меня как будто трясет до глубины души. Это именно такое чувство.

— А, понимаю. Я понимаю, — Сарина энергично закивала. — У улыбки Ай есть определенная сила, знаешь ли. Как только ты ее увидишь, ты не сможешь ее забыть.

— Сила?

— Да, я думаю, есть какое-то магическое очарование в этих сверкающих глазах. Несмотря на то, что ты говоришь, ты полностью попал под это влияние.

Горо нахмурился и скрестил руки на груди, задумчивое выражение лица отразилось на его лице.

— Я бы не сказал, что попал… Возможно, я почувствовал странное увлечение этим видео.

— Другими словами, ты попал под это влияние.

— Подожди минуту, Сарина-чан. Этот вывод может быть немного поспешным.

Его ответ сопровождался любопытным выражением лица. Определенно казалось, что у него развился некоторый интерес к Б-Комачи, что было очень хорошо в глазах Сарины.

С пренебрежительным «Ну, неважно», он поправил очки. — Полагаю, нужны дополнительные исследования. Просмотра пары видео недостаточно для глубокого анализа. Мне следует погрузиться глубже в исследования.

— Значит, ты хочешь послушать больше песен Б-Комачи?

— Проще говоря, да.

— Ну, почему ты не сказал это сразу?

Она не могла удержаться от легкого хихиканья. Этот врач был довольно забавным.

Она потянулась в ящик тумбочки и достала еще четыре DVD с концертами Б-Комачи, которые купила в интернете. — Вот, держи, сенсей. Наслаждайся ими.

Горо принял DVD, сказав: — Не пойми меня неправильно. Я смотрю их не ради удовольствия. Я слушаю, чтобы оценить, как концерты этого айдола, Ай, могут воздействовать на человеческий разум. Возможно, могут быть применения в медицинской практике или что-то в этом роде…

Было странно видеть, как он придумывает оправдания, чтобы продолжать слушать, учитывая, как сильно он критиковал песни айдолов всего мгновение назад. Может быть, он стеснялся так легко менять свое мнение. Трусливый тип, казалось.

— О, кстати, — добавила Сарина, — Раз уж ты взялся за это, возьми и лучшие моменты разговоров Ай.

— Лучшие моменты разговоров?

— Да, я вырезала интересные сцены разговоров из ее официального интернет-радио. Все скомпилировано на USB, около двух часов в общей сложности.

Сарина снова открыла ящик и достала USB-накопитель. Это было тщательно созданное сокровище, плод ее времени и усилий.

Когда она протянула его Горо, он нахмурился и воскликнул: — Серьезно? Два часа — это довольно много. Это как целый фильм… Ты сама это смонтировала, Сарина-чан?

— Точно. Это так весело, что время летит незаметно, когда слушаешь.

— Вот как? Я не могу представить, чтобы мне было интересно слушать айдола, просто болтающего два часа, особенно когда это не на сцене.

Как и ожидалось, Горо оставался критичным.

Сарина игриво погрозила ему указательным пальцем.

— Ты просто не понимаешь, сенсей… Ток-шоу — это вторая сцена для айдолов. Особенно в случайных разговорах, именно там ты можешь найти миловидность Ай в ее чистейшей форме.

— Хм… Ну, если найду время, послушаю.

С этими словами Горо сунул USB-накопитель в карман своего лабораторного халата. Хотя и тонко, казалось, что его сопротивление рекомендациям Сарины начало ослабевать.

Хорошо, это должно сработать. С Горо, медленно вовлекаемым одним только концертным материалом, завершение курса лучшими моментами разговоров Ай может просто закрепить сделку.

— Фу-фу-фу… — Сарина не могла не издать смешок. Ее план по увеличению количества последователей Ай продвигался на удивление гладко.

— Чувствуй себя свободно зайти снова, сенсей.

※

— …Ай — та еще штучка, не так ли?

Это было заявление, сделанное Горо при входе в больничную палату Сарины, его выражение лица было суровым. Прошло всего три дня с момента его последнего визита. С пластиковым пакетом, содержащим хлеб и молоко, в руке, он небрежно занял место у кровати. Казалось, он планировал пообедать там.

— В поездке за новыми оранжевыми сладостями она ошеломила всех. С совершенно каменным лицом она выдала: «О, это на вкус как апельсины!» Это совсем другой уровень беззаботности.

— Она перепутала садовый пруд гостиницы с горячим источником во время шоу с горячими источниками, и она бросилась к обочине, крича: «Там черная кошка!», только чтобы обнаружить, что это был просто черный мусорный пакет. И она сделала это дважды… Каждый эпизод комически абсурден. Это заставляет сомневаться в ее способности вести нормальную жизнь. Это довольно беспокоит.

Судя по всему, Горо не только прослушал DVD, но и просмотрел компиляцию радио-ток-шоу Ай на USB. Удивительно, но он казался довольно добросовестным в этих делах.

Жуя хлеб, Горо продолжил по-деловому: — Что действительно беспокоит, так это то, как Ай полностью осознает свою беззаботность, но ловко превращает ее в оружие. Она никогда не перебивает и не закрывает замечания других участников. Вместо этого она плавно следует за разговором, добавляя причудливые замечания через правильные интервалы. Смею сказать, у меня складывается впечатление, что, хотя вещи, которые говорит Ай, заставляют казаться, что она не понимает ситуацию, у нее есть проницательное осознание всего, что происходит вокруг нее.

— Верно, сенсей? У меня было такое же чувство! Она всегда была уморительной, но этим летом? Она вышла на совершенно новый уровень.

Когда Сарина одобрительно закивала, Горо поправил очки с удовлетворенным «да».

Он продолжил: — Я не думаю, что Ай рассчитывает эти вещи сознательно. Она инстинктивно улавливает ход разговора и реагирует естественно. Такое чувство, что это врожденный талант.

Горо открыто похвалил Ай. Странно, Сарина чувствовала, как будто она сама получала похвалы, и это принесло ей огромную радость.

— Я не особо разбираюсь в индустрии айдолов, но я очень сомневаюсь, что есть еще одна двенадцатилетняя, которая может проворачивать такие трюки.

— Да, Ай — гений. Приятно видеть, что вы наконец на одной волне, сенсей.

— Ну, стану ли я фанатом или нет — это другой вопрос, но одно можно сказать наверняка — эта девочка особенная.

Он признал, что Ай уникальна. Для Сарины одного этого было более чем достаточно на данный момент.

— Значит, другими словами, это означает, что тебе понравились и DVD, и компиляция разговоров, верно?

— Ну… полагаю. Это оказалось хорошим способом убить время.

Он отвел взгляд немного смущенно. Несмотря на свои напыщенные слова, атмосфера предполагала, что он был более удовлетворен, чем ожидал. Сарина изо всех сил пыталась подавить улыбку.

— Вы довольно забавный, сенсей.

— А? Что ты имеешь в виду?

— Не бери в голову.

Размышляя об этом, Сарина поняла, что никогда раньше не проводила так много времени, обсуждая одну тему с кем-то. Посетители были редкими гостями в ее больничной палате, а для врачей и медсестер она была лишь еще одним пациентом. Это не была среда, где она могла свободно обсуждать свои хобби. Тем не менее, Горо оказался исключением. Он искренне участвовал в разговоре с Сариной и тщательно смотрел медиа Б-Комачи, которые она ему предоставляла.

Это осознание взволновало Сарину — этот человек был по-настоящему добр.

Когда Сарина уставилась на его лицо, Горо склонил голову: — Хм? Что случилось, Сарина-чан? Даже если ты будешь смотреть на меня так, я не стану фанатом Б-Комачи так легко.

— Ну, посмотрим. Интересно, как долго ты сможешь продолжать говорить это. Эхе-хе.

Сарина одарила его озорной ухмылкой.

Было что-то странно приятное в представлении своего любимого айдола сенсею. Когда-то обремененная болезнью, она была удивлена, осознав, насколько легче вдруг стало ее тело.

Оглядываясь назад, это должно было быть примерно в то время, когда Сарина начала чувствовать, что Горо для нее более особенный, чем кто-либо другой.

※

С тех пор Горо часто посещал палату Сарины. Во время этих визитов они болтали о CD, одолженном у Сарины в одни дни, а в другие он включал DVD с живым концертом Б-Комачи и делился своими уникальными взглядами на танец Ай.

— Сарина-чан, ты права. Мэймэй технически превосходит в танце. Однако я чувствую, что в танце Ай есть что-то большее, чем просто мастерство.

— О, вы тоже так думаете!? — Сарина улыбнулась Горо, сидящему рядом с ней, пока они смотрели DVD. Через их разговоры она начала осознавать что-то. Этот врач мог казаться чрезмерно рациональным и хлопотным временами, но он действительно предлагал уникальную перспективу. Он видел больше достоинств Ай, чем Сарина изначально ожидала.

— О, верно, эта часть. Это этот поворот.

Горо нажал кнопку на пульте, остановив DVD. На экране телевизора Ай с вытянутой рукой замерла во времени, с сияющей улыбкой.

«Ай выглядит живописно, даже когда она неподвижна», — подумала Сарина. Идея превратить ее в статую с названием вроде «Динамичный ангел» поразила ее как художественная концепция. Тем временем Горо оставался сфокусированным на застывшем изображении Ай, его взгляд был напряженным.

— Посмотри на это. От ее центра до кончиков пальцев есть твердая последовательность.

— Хм, понимаю.

— У нее острое понимание того, что ей нужно выразить. Для нее пение и танцы могут быть скорее сплоченным выступлением.

— Я понимаю, выступление…

У Горо был уникальный способ наблюдения, что часто заставало Сарину врасплох.

Всякий раз, когда она смотрела, как танцует Ай, Сарина не могла не увлечься эмоциями этого. Наблюдение за ее танцем под песню о первой любви заставляло сердце Сарины трепетать, в то время как прощальная мелодия приносила глубокую печаль. Это было похоже на американские горки эмоций, которые она испытывала во время просмотра лучших телевизионных драм.

— Да, Ай, вероятно, исключительно искусна в актерстве. Принимая роли, которые соответствуют ситуации, она может адаптироваться к любому сценарию. Ее талант в этом аспекте довольно пугающий, даже больше, чем ее внешность.

Горо говорил об Ай так страстно. Одно только прослушивание делало Сарину счастливой.

— Я уже говорил это, — добавил он, — но это похоже на ношение маски айдола, верно? Во время дебютного сингла в ее улыбках была нотка скованности, но со временем это беспокойство, кажется, исчезло полностью. В последнее время кажется, что она полностью овладела своей маской.

— Да-да. Ай-чан такая выразительная. Даже в клипе она без усилий переключается между улыбкой, плачем, проявлением гнева…

Ай была мастером обмана. Должно быть, были многочисленные проблемы, с которыми она сталкивалась за кулисами, скрытые от фанатов, но она никогда не раскрывала их перед камерой. Вот что делало ее невероятной. Тайком Сарина хотела быть такой же.

Она просто хотела продолжать улыбаться вечно, независимо от того, какие вызовы вставали на ее пути. Обучение тому, как выражать себя подобно Ай, стало ее целью, чтобы она не обременяла своих близких.

— А. — По мере того как она обдумывала эти мысли, кое-что пришло ей в голову. — Если это так, мне любопытно, могла бы Ай справиться не только с ролью айдола, но и попытать счастья в актерстве или что-то в этом роде?

— Актерство, значит? Да, это определенно могло бы сработать, — Горо скрестил руки, как будто обдумывая. — Учитывая потенциал, который у нее есть всего в двенадцать, она могла бы даже стремиться к получению премии «Оскар».

— Потрясающе! Это наша Ай! — Сарина непреднамеренно воскликнула, хлопая в ладоши. — Но, знаешь, как кто-то, кто является фанатом с ее дебюта, я также хочу, чтобы она процветала как участница Б-Комачи… Это немного дилемма.

— Учитывая ее, она могла бы справиться и с актерством, и с тем, чтобы быть айдолом. У нее, похоже, есть этот потенциал. — Горо значительно кивнул, сказав: «Хм». Было очевидно по его выражению лица, что он хочет следить за ростом Ай-чан. Сарина была в восторге от того, что Горо чувствовал то же самое, что и она.

— Хех, несмотря на то, что вы говорите, сенсей, вы, кажется, полностью очарованы Ай.

Горо покачал головой с несколько смущенным видом, сказав: — Нет, это не так. Я просто придерживаюсь нейтральной позиции, делясь объективной точкой зрения. Айдолы и все такие вещи меня не особо интересуют с самого начала.

— Не интересуют, значит… и?

— И ничего. Мне действительно нет никакого интереса.

— О, понятно. Ну, полагаю, я мало что могу сделать. Итак, похоже, Б-Комачи выпустят новый трек в следующем месяце. Но разве это действительно имеет значение?

— А? Серьезно? — Горо расширил глаза от удивления за очками.

Его реакции были так легко читаемы. Сарина подумала, что они были похожи на типичное цундэрэ-поведение. Играть с сенсеем было действительно приятно для нее. В тот момент Сарина дорожила временами, когда он приходил навестить ее в больничную палату больше, чем чем-либо другим.

※

«С того дня, как мы впервые встретились,

♪ Мне было любопытно о тебе ♪

Твоя застенчивая улыбка

♪ и порхающее чувство в моей груди

♪ просто не хотят останавливаться ♪ ♪ ♪»

Со сжатым кулаком Горо страстно распевал слова. Его выбор песни был би-сайд треком со второго сингла Б-Комачи, «Воспоминание о первой любви☆». Воротник его белого халата был пропитан потом, доказательство усилий, которые он прилагал.

Сегодня больничная палата Сарины превратилась в импровизированное место концерта. Фоновая музыка доносилась с мобильного телефона, лежащего рядом с подушкой, в то время как бутылка дезинфицирующего средства служила его микрофоном. С лампой у кровати, украшенной цветной пленкой, комната источала психоделическую атмосферу.

«Я даже не знаю, что происходит

♪ но мое сердце бьется ♪

дольше, чем обычно

♪ посмотри в зеркало

♪ прихорашивайся

♪ и иди на встречу… ♪ ♪ ♪»

Брызжущий энергией, Горо бросился танцевать под видеоклип, повторяя движения Ай. Его руки развевались, бедра покачивались, и он даже кружил свой белый халат с вращением. Часы, проведенные за просмотром и изучением DVD вместе каждый день, явно принесли плоды, очевидные в безупречном тайминге его танца.

— Ха-ха-ха! — Сарина не могла сдержать смех, впечатленная точностью его движений.

«Чудо первой любви

♪ неконтролируемые чувства переполняют сейчас —»

Когда Горо страстно начал петь припев, дверь больничной палаты была с силой открыта. «— Эй! Потише там!»

— О! — Сарина быстро закрыла рот.

Горо казался совершенно ошарашенным внезапным поворотом событий. Он застыл как статуя, все еще указывая на потолок правой рукой.

— Я слышу, как пение разносится по коридору! Вы двое не понимаете, что это больничная палата, а не караоке-бар?!

Тот, кто ворвался в комнату, крича, был лечащим врачом Сарины, Тодо. Мужчина лет пятидесяти, его полностью отступившая линия волос и выступающие вены на лбу подчеркивали его суровое, приверженное правилам отношение. С самого начала Сарина никогда не чувствовала себя комфортно рядом с ним из-за его серьезного и жесткого характера.

Однако они могли перейти черту в этот раз; исполнение живого акта в больничной палате могло быть воспринято как нарушение этикета.

— Эм, извините за это.

Подчинившись поклоном, Сарина впитала вздох раздражения Тодо-сенсея, сопровождаемый кратким: — Будьте осторожны. — Реприманд был удивительно мягким, подразумевая, что Горо, а не Сарина, несет основную тяжесть разочарования Тодо. Тодо подчеркнул свое недовольство суровым взглядом на Горо.

— Боже, Амамия… Директор жаловался на то, что ты уклоняешься от клинической практики, а теперь я ловлю тебя на создании шумихи с пациентами. О чем ты думаешь? Ты просто валяешь дурака?

— Ха-ха-ха, здесь нет абсолютно никакого дурачества. Я абсолютно серьезен. — Горо твердо стоял перед Тодо, все еще держа бутылку дезинфицирующего средства как импровизированный микрофон, и ни тени раскаяния в глазах. — Сенсей, я в настоящее время провожу своего рода клиническое испытание с Сариной-чан.

— Клиническое испытание?

— Я исследую медицинские эффекты песен айдолов. Вы знакомы со снимающей стресс силой красивой музыки, не так ли? Итак, моя теория заключается в том, что не только прослушивание, но и пение, и танцы под эти песни могли бы усилить эти эффекты. Учтите, как серотонин, высвобождаемый через пение, способствует как психическому, так и физическому благополучию. Это научно доказано. И когда вы поете песни айдола, которым вы увлечены, не усилились ли бы эффекты? Я называю это «Теорией здоровья фанатства», за неимением лучшего термина.

— Ты шутишь?

— Нет, я не шучу. Я действительно верю, что поддержка кого-то другого приносит счастье — такова моя теория. После того как я задокументирую этот эксперимент в статье, я представлю его на конференции. — Горо искренне заявил Тодо.

Наблюдая за ним, Сарине было трудно не рассмеяться. У сенсея точно был талант придумывать сложные оправдания. Он однажды похвалил Ай как «гения актерства», но казалось, что он и сам довольно хорош в этом.

— Разве не так, Сарина-чан? — Горо перевел взгляд на Сарину.

На данный момент казалось лучшим подыграть разговору. Сарина кивнула в знак согласия и ответила: — Точно. Все это часть «клинического испытания». Сенсей не делал ничего плохого.

— Не делал ничего плохого? Да ладно… — Тодо заметно нахмурился. Его взгляд на Горо, казалось, кричал: «Что, черт возьми, ты позволяешь говорить этому ребенку?»

Чувствуя, что несправедливо, что Горо несет всю вину, Сарина продолжала защищать его. — Все хорошо. Я давно так не смеялась. Я думаю, эксперимент — большой успех.

Тодо начал возражать с «Это не в этом суть…», но замолчал, возможно, совершенно измотанный сотрудничеством Сарины и Горо. В конце концов, он вздохнул и признал с недовольным выражением лица. — Ну, неважно. Я не одобряю теорию Амамии, но в реальности результаты ваших недавних обследований не такие уж плохие. Как лечащий врач, я бы сказал, что пребывание в добром здравии — это положительный результат.

— Да, я тоже чувствую себя довольно хорошо. — Сарина ответила утвердительным кивком.

Тодо вздохнул, пробормотав «Боже мой», когда он пожал плечами. — Просто старайтесь не беспокоить других пациентов.

— Ладно, — Сарина и Горо ответили хором веселыми голосами.

Лечащий врач издал глубокий вздох, повернулся на каблуках и вышел из больничной палаты Сарины без единого слова. Его шаги были огромными, когда он направлялся по коридору. Как только звук его шагов затих, Сарина и Горо обменялись взглядами.

— Ха-ха, нам действительно влетело, не так ли?

— Да. — Горо тоже усмехнулся, его выражение лица расслабилось. Сарина посмотрела на него, и они вместе рассмеялись. Казалось, будто они были партнерами в озорстве, как брат и сестра, и теперь их ругали родители. Сарина не могла не задаться вопросом, чувствовалось бы наличие старшего брата так же.

— Это потому, что ты так громко пел.

— Сарина-чан, если ты собираешься указать на это, твоя подача была повсюду. Это могло быть тем, что привлекло слишком много внимания.

— А? Я действительно была так плоха в пении?

— Ну, в плане хорошего или плохого, ты определенно в категории плохих. Честно говоря, ты совершенно лишена слуха.

Его резкий ответ вызвал у нее надутые губы. — Это так грубо. Нельзя так говорить со своим любимым айдолом, знаешь ли.

— Моим любимым айдолом?

— Да, ты знаешь, ты говорил мне раньше, сенсей. Ты сказал, что если я стану айдолом, ты будешь поддерживать меня.

— Неужели?

Хотя Горо выглядел смущенным, Сарина помнила, что он сказал на днях: «Когда тебя выпишут, тебе стоит стать айдолом или типа того. Если ты это сделаешь, я буду твоим самым большим фанатом».

Хотя в его словах, возможно, не было никакого глубокого смысла, Сарина была глубоко тронута. Идея стать айдолом никогда серьезно не приходила ей в голову раньше, особенно учитывая ее долгую историю госпитализаций. Для Сарины жизнь вращалась вокруг жизни и смерти в больнице, с малым вниманием к тому, как будущее может выглядеть после выписки. Но теперь, когда идея стать айдолом и выйти на сцену самой вошла в ее голову, она наполнила ее чувством радости и яркости, которых она никогда раньше не испытывала.

Конечно, она знала, что это недостижимая мечта. Но сама мечта была бесплатной. Горо помог ей осознать это, и чувство радости, которое оно наполнило ее, было похоже на волнующий прилив первой любви.

Независимо от того, действительно ли он забыл или решил притвориться неведающим, Горо ответил небрежным «ха-ха», пытаясь преуменьшить ситуацию. — Ну, в любом случае, если ты собираешься дебютировать как айдол, вокальные уроки обязательны.

Горо поставил бутылку дезинфицирующего средства на стол и устроился на стуле рядом с кроватью, который стал его личным местом. — И не забудь об уроках танцев. Плюс, с тем, что айдолы чаще появляются на эстрадных шоу в наши дни, тебе нужно поработать над навыками разговора тоже.

— Да, вы правы. Плюс, возможно, практиковать автографы тоже.

— Автографы не так важны, верно?

— Нет, это важно. Что если кто-то внезапно попросит твой автограф на улице? О, так много нужно сделать! — Когда Сарина посмотрела на потолок, она чувствовала глубокое чувство удовольствия, мечтая о будущем с сенсеем. Сама мысль об этом давала ей надежду, что когда-нибудь эта мечта может стать реальностью.

— Ты все еще молода, Сарина-чан. Если это ты, ты определенно сможешь это сделать.

Сарина улыбнулась в ответ Горо и ответила: — Да, вы правы.

В глубине души она знала, что, вероятно, у нее уже нет особого шанса. Однако упоминать об этом было бы неловко, поэтому Сарина продолжила дразняще: — Ах, и кстати, я должна начать думать о браке с вами.

— Опять это? — Горо усмехнулся: — Я же сказал, что подумаю об этом, когда тебе исполнится шестнадцать.

— Это произойдет быстрее, чем ты думаешь. Есть много вещей, которые нужно решить перед браком, например, место проведения, медовый месяц, сколько детей ты хочешь, и все такое.

— Разве не важнее получить разрешение родителей сначала?

Слова Горо прозвучали правдиво. В респектабельных семьях родительское согласие на брак обычно ожидалось. Однако в семье Сарины — семье Тендоджи — это было не совсем так.

— Я думаю, у нас все будет хорошо. Мы скорее на стороне «руки прочь» от дел друг друга.

Горо склонил голову: — Вот как?

Сарина кивнула: — Да, мои родители не особо из тех, кто делает большую суету вокруг своей дочери.

— Если подумать, я почти никогда не видел твоих родителей здесь, и они, кажется, не часто навещают.

— Ну, да. Мои родители живут в Токио, во-первых. Они заняты работой, так что они не могут часто выбираться сюда.

Бабушка и дедушка Сарины жили в Такатихо и заботились о ней вместо ее родителей. Но из-за их возраста у них не было много шансов навещать.

— Хм, — Горо нахмурился. — Должно быть, это немного одиноко.

— Это не большое дело. Это был наш семейный путь веками. Плюс, я получаю хорошее количество карманных денег взамен. Благодаря этому я могу сходить с ума, покупая товары Б-Комачи и CD онлайн.

Сарина улыбнулась ему, но Горо казался несколько неубежденным, как будто у него были какие-то мысли о расстоянии между Сариной и ее семьей.

— Ну, я полагаю, у каждой семьи есть свои обстоятельства… Извини, что спрашиваю странные вещи.

Горо извинился и перевел взгляд за окно. Внешний мир полностью принимал приближающийся осенний сезон. Ворона хлопала крыльями под высоким осенним небом, испуская резкое карканье, которое эхом отдавалось в воздухе. Возможно, как в детской песне, ворона тоже пела, выражая мысли о своем потомстве.

— Сенсей, вы действительно добрый, не так ли? — Сарина протянула руку и нежно взяла Горо за руку.

— Хм? — Горо на мгновение выглядел удивленным, но он не отдернул руку от хватки Сарины. Вместо этого он держал ее руку крепко и нежно, передавая тепло ее ладони. Это тепло заставило щеки Сарины смягчиться естественным образом.

«Я желаю, чтобы этот момент мог длиться вечно…» — подумала она.

※

Декабрь в Миядзаки может похвастаться средней температурой около 10 градусов по Цельсию, что, согласно прогнозу погоды, сравнительно мягче, чем в других регионах. Тем не менее, для Сарины эта зима ощущается значительно холоднее, чем обычно. Несмотря на наличие отопления и свежевыстиранного, пушистого одеяла, ее руки и ноги дрожат при малейшем расслаблении.

Возможно ли, что холод вызван «самой сильной волной холода за десять лет», как выразился телеведущий погоды? Или это может быть из-за недавнего ухудшения ее здоровья? Или, возможно, потому что человек, который обычно использовал это место в комнате, отсутствовал в тот день.

— …Сенсей не пришел сегодня тоже.

Место рядом с кроватью было незанятым довольно долгое время. По какой-то причине Горо полностью перестал появляться в последнее время.

— Интересно, что случилось. Он раньше приходил каждый день.

Она пусто смотрела в окно своей больничной палаты. Солнце опустилось за горизонт, когда часы пробили 5 вечера. Небо было окрашено в слабый оттенок малинового, и звезды начали мерцать.

Сарина издала глубокий вздох, глядя на звездное ночное небо над собой. Она пыталась соединить сияющие звезды, формируя треугольники или квадраты своими глазами. Хотя она не знала много о созвездиях, создание случайных узоров было забавным. Эта простая задача помогала ей убить время.

Сарина внезапно вспомнила что-то, что слышала в образовательной телепрограмме, которую смотрела раньше. Расстояние между звездами, которые казались всего на несколько сантиметров друг от друга, на самом деле было огромным и кажущимся бесконечным. Более того, это расстояние, как говорили, постепенно увеличивалось с течением времени. Ее поразило, что, возможно, чувства людей могут дрейфовать в аналогичной манере.

Она обнаружила себя как-то потерянной в глубоком созерцании этих мыслей. Несмотря на доброту Горо, он все еще был врачом-стажером, и было много вещей, которым ему нужно было учиться самому. Сарина знала, что у него много дел, и он не всегда мог быть там для нее. Будут дни, когда он просто не сможет навещать ее в больнице, и это было просто то, как все устроено. Потерянная в своем созерцании, она была внезапно прервана стуком в дверь ее больничной палаты.

— Время ужина. — Как обычно, дверь комнаты со скрипом открылась, и медсестра, добрая старая женщина, нежно вошла в комнату, толкая тележку с ужином Сарины. Воздух был наполнен восхитительным ароматом жареной рыбы. Сегодняшним основным блюдом, казалось, была жареная сайра.

— Спасибо, как всегда, медсестра-сан.

Когда Сарина выразила свою благодарность, медсестра ответила с сомневающимся выражением лица.

— Хм? Сарина-чан, ты была не в настроении для рыбы?

— Нет, это не так.

— Но ты выглядишь немного подавленной.

Может быть, лицо Сарины выдало ее печальное состояние души. Медсестра смотрела на нее с беспокойством, написанным на ее лице.

— Ты так думаешь? Это правда ничего.

Медсестра выглядела озадаченной, когда начала готовить еду, говоря: — Ну, если это так.

Она устроила прикроватный столик, поместив на него поднос, полный ужина. Основным блюдом была жареная закуска, дополненная салатом из тушеной капусты и тушеным таро. Меню было естественно ориентировано на здоровье, что было совершенно ожидаемо для больничной еды.

— О, кстати, насчет Амамии-сенсея…

— А?

Когда медсестра внезапно упомянула имя, Сарина не могла не расширить глаза от удивления.

— Ты знаешь, стажер Амамия-сенсей, который часто навещал тебя.

— О, да, я знаю. Что насчет сенсея?

— Ну, видишь ли, кажется, он был вне связи в последнее время.

— Вне связи? — Сарина была ошеломлена тревожными словами. Что могло случиться с ним? Она нажала на медсестру: — Что вы имеете в виду?

— Все на сестринской станции тоже беспокоятся, но кажется, что он как-то замешан в каких-то неприятностях с женщинами.

— Неприятности с женщинами…

Согласно медсестре, телефонный звонок был сделан в административный офис больницы две недели назад. Молодая женщина сказала интенсивным тоном: «Позовите Амамию Горо к телефону!». Горо был, по-видимому, довольно удивлен при получении звонка. Сразу после этого он сказал директору: «Я возьму некоторое время отпуска», и быстро покинул больницу.

— Я уверена, что это какая-то неприятность, связанная с любовью. Может быть, он стал мишенью женщины-преследователя или что-то в этом роде. Амамия-сенсей довольно популярен в этом отношении, знаешь ли.

— Вот как?

Когда Сарина спросила, медсестра начала объяснять, по какой-то причине, с веселым тоном: — Да, действительно. Было несколько молодых девушек среди медсестер, которые пытались приблизиться к нему. И он не казался полностью незаинтересованным каждый раз.

— Что… Правда? Сенсей ввязался в такие вещи?

Сарина не могла поверить своим ушам. Тот факт, что у Горо была скрытая сторона, о которой она не знала, удивил ее. Конечно, она знала, что он взрослый человек со своим прошлым и настоящими обстоятельствами, о которых он, возможно, не мог ей рассказать, и она понимала это логически. Тем не менее, обнаружение этой истины было тем, с чем она честно не хотела сталкиваться.

— Возможно, он связался с разными девушками, и ситуация вышла из-под контроля… что-то в этом роде.

— Ни за что…

Амамия Горо, слухами о котором был плейбой. Это была новость для Сарины, но чем больше она думала об этом, тем больше это имело смысл. В конце концов, с его привлекательной внешностью и ярким будущим в качестве успешного врача, он был, несомненно, очень востребованным парнем. Она могла представить его очаровывающим девушек с легкостью и веселящимся с ними. В результате было понятно, что он мог оказаться в ситуациях, когда ему приходилось брать ответственность за свои действия.

— Итак, сенсей убежал куда-то?

Сарина спросила, и медсестра кивнула.

— Это может быть так. Потому что, знаешь, женщина узнала его рабочую контактную информацию, верно? В этом случае ему было бы нелегко продолжать обучение, как раньше… Может быть, он даже сбежал за границу, пока все не остынет.

Выражение лица медсестры было пресным, как будто она была комментатором на развлекательном шоу. Для нее несчастья других казались источником развлечения. Хотя это могло быть интересной темой для тех, кто не был вовлечен, Сарина нашла это чем угодно, но не смешным.

— За границу… значит, сенсей может не вернуться?

— Ну, это просто слух, знаешь ли. Трудно сказать. — Медсестра повернулась и ушла от Сарины без единого слова. Она толкнула свою тележку с громким грохотом и добавила: — Ну тогда, убедись, что ешь правильно, — прежде чем покинуть больничную палату. Сарина не могла не задаться вопросом, собирается ли медсестра распространять больше сплетен о Горо в других больничных палатах. Оставшись одна, она издала вздох.

— Сенсей, что ты задумал сейчас…

Она посмотрела вниз на жареную рыбу на столе. Она определенно источала аппетитный аромат всего несколько минут назад, но этот запах теперь исчез в воздухе.

※

День прошел, затем два дня. Все еще Горо не появлялся. С его внезапным и полным исчезновением, искреннее беспокойство начало прокрадываться. Слова медсестры продолжали крутиться в ее уме: «неприятности, связанные с любовью», «женщина-преследователь» и «за границу». Она не могла перестать думать об этом, и ее озабоченность была настолько интенсивной, что она не могла даже сосредоточиться на песнях Ай.

Сарина посмотрела на небо и издала вздох. Ее дыхание, видимое в декабрьском воздухе, растворилось и исчезло. Она хотела, чтобы туман в ее сердце рассеялся так же быстро.

Она была в пространстве для наблюдения на крыше больницы, у которого был небольшой сад, прикрепленный к нему. Сарина, ища перемены обстановки, подумала, что было бы неплохой идеей вдохнуть свежего воздуха, и решила совершить путешествие в инвалидной коляске.

Под мрачными облаками холодный ветер завывал мимо. Несмотря на то, что Сарина была одета в пальто, она все еще чувствовала холод, и даже ее сердце начало дрожать.

«Была ли это ложь, когда он сказал, что будет моим фанатом?»

Когда она услышала эти слова от Горо, она почувствовала чувство подтверждения, которого никогда не испытывала раньше. Как будто она была такой же, как любая другая «нормальная» девочка, имеющая право на мечты. Это наполнило ее чистой радостью, заставляя ее сердце пропустить удар от волнения.

Размышляя о прошлом, Сарина задалась вопросом, были ли слова Горо просто ловко рассчитанным комплиментом. Возможно, он говорит так с девочками, независимо от того, кто другой человек. Он, вероятно, просто платил лестью, чтобы захватить сердце Сарины. При взгляде в этом свете, многие вещи встали на свои места. Возможно, он даже пытался установить позитивные отношения со своими пациентами, чтобы его уважали как врача-стажера.

«Почему я не поняла этого раньше?»

Сарина издала еще один вздох. Ей было трудно сосчитать, сколько раз она сделала это сегодня. Если бы существовал «Японский чемпионат по вздыханию», она чувствовала уверенность, что могла бы забрать золотую медаль с чистым количеством вздохов, которые она выпустила.

«Глупо. Сенсей, ты глупый…»

Где Горо мог быть сейчас, и что он делает? Может быть, он переехал в другое место и ладит с другой девушкой. Ну, он был просто обычным парнем в конце дня. Было понятно, что он предпочел бы проводить время с женщиной, которая здорова и привлекательна, а не с кем-то вроде Сарины, которая боролась с серьезной болезнью — особенно учитывая, что Сарина могла едва двигать половиной своего тела и полагалась на инвалидную коляску, чтобы передвигаться. Кроме того, у нее не было волос из-за лучевой терапии. Ей не хватало очарования типичной женщины.

Внезапно интенсивная боль поселилась в ее груди. Это была смесь печали и разочарования, и чувствовалось, что весь ее мир разваливается на части. В кратчайшие сроки слезы неудержимо потекли по ее щекам из глубин ее глаз.

«А? Да ладно, почему…» — Она думала, что это было слишком жалко. Она должна была отойти от таких мыслей давным-давно.

Сарина боролась с болезнью, сколько себя помнила. Жизнь без мечты, надежд, не говоря уже о романтической любви. Даже ее родители, казалось, отказались от нее. Счастье никогда не придет в ее жизнь с этого момента. Она должна была понять это давным-давно. Тем не менее, после встречи с Горо и обсуждения Ай, она, возможно, начала надеяться где-то в глубине своего сердца. Возможно, даже она могла быть любима как любой нормальный человек. «Боже… Я глупая. Самая глупая — это я…»

Сарина обнаружила, что наличие ожиданий может принести боль, которой она могла бы избежать. Эта боль, такая же интенсивная или даже хуже самой болезни, чувствовалась как тугое сужение вокруг ее груди. Ее жизнь была уже далека от совершенства, и это бремя казалось ничем иным, как пыткой. Сарина внезапно посмотрела в сторону края крыши. За 2,5-метровым забором лес Такатихо тянулся мирно под холодным и пасмурным небом.

Идея внезапно пришла ей в голову — стали бы вещи проще, если бы она просто прыгнула отсюда? Однако она не могла даже подняться над этим забором из-за своего хрупкого тела. Это тоже было невероятно разочаровывающим и невыносимым.

«Для чего я вообще живу…»

Влажное лицо Сарины было тронуто холодным ветром. Она беспокоилась, что если останется так, ее влажные щеки и область под носом могут замерзнуть. Она полезла в свою сумку через плечо, чтобы достать носовой платок, но ее дрожащие руки затрудняли управление.

«А!» — Когда она достала свой носовой платок, маленький предмет выпал из мешочка с отчетливым резким звуком. Это оказался ее акриловый брелок с мультяшным рисунком Ай вместе со словами «Ай — моя звезда навсегда и всегда». Она выиграла его как сувенир из гача-автомата при попытке посетить живое выступление Б-Комачи.

«Что я делаю… серьезно…»

Сарина чувствовала себя беспомощной и направила свои негативные эмоции на саму себя. Уронив свой драгоценный брелок Ай-чан, она поняла, что это был один из тех дней, когда все казалось неверным. При более близком рассмотрении Сарина заметила, что брелок упал на правую сторону ее инвалидной коляски, лежа прямо рядом с колесом. Сарина надеялась, что он не поцарапался. Она повернула свое тело, чтобы дотянуться до брелока, протягивая руку к стороне колеса.

Однако она не могла дотянуться до него. Мультяшная Ай смеялась всего в нескольких сантиметрах от кончиков пальцев Сарины. Было бы намного проще, если бы она могла просто протянуть руку и схватить его, но, к сожалению, этот вариант был исключен. Если бы это было так легко, она бы не оказалась в этой ситуации в первую очередь.

«Угх, просто еще немного…!»

Сарина задержала дыхание и повернула свое тело влево. Она была так близко к достижению брелока, но все еще в трех сантиметрах. Когда она вытянула правую руку, она почувствовала, как ее позвоночник напрягся. Как раз когда ее указательный палец коснулся акриловой пластины, ее зрение внезапно затуманилось. Внезапный сдвиг в ее равновесии вызвал левое колесо ее инвалидной коляски оторваться от земли.

«Ух-ох, это плохо», — реализация Сарины пришла слишком поздно. Ее инвалидная коляска потеряла равновесие, вызвав тяжелое раскачивание ее тела вправо.

«Хья-а-а…!»

Борясь за контроль над своим телом, Сарина была неспособна принять защитную позицию, оставляя себя под риском удариться головой о крышу. В ожидании надвигающейся боли она плотно закрыла глаза и напрягла свое тело, насколько могла, опираясь на с трудом заработанную мудрость жизни, проведенной в инвалидной коляске. Это была отчаянная мера, но та, которая могла предложить ей небольшую меру облегчения от боли, которая была уверена последовать.

«Пожалуйста, не делай больно…» — подумала она. Всего мгновение назад она хотела умереть — это было довольно жалко так бояться боли. Но странно, удар столкновения никогда не наступал. Как раз перед тем, как быть выброшенной из инвалидной коляски, чья-то рука твердо поддержала тело Сарины.

«…Фух, это было близко, действительно близко». — При знакомом голосе Сарина расширила глаза от удивления. — Сарина-чан, ты в порядке?

Человек, стоящий перед ней, был тем, кого она жаждала увидеть так сильно. Этот человек помогал ей сзади, по-видимому, не осознавая, что с ней происходит.

«…Сенсей?»

«Я собирался окликнуть тебя, когда ты внезапно упала. Это напугало меня».

Как раз когда Сарина собиралась выразить, что это она была той, кто был напуган, Горо сделал что-то еще более удивительное. Он нежно положил руку вокруг ног Сарины и без усилий поднял ее.

Свадебный перенос. Это был первый раз, когда Сарина была когда-либо поднята мужчиной таким образом.

«Ну, кажется, ты не травмирована. Что ты делала в таком месте?»

Несмотря на то, что ее спросили, Сарина не смогла ответить. Облегчение, замешательство и огромное порхающее ощущение все смешались вместе, оставляя ее голову в полном беспорядке. Следовательно, слова, которые она наконец смогла произнести, могли звучать бессмысленно.

«Сенсей, как насчет побега за границу? И той женщины-преследователя?»

«А?» — Горо склонил голову в недоумении.

※

С помощью Горо Сарина была сопровождена обратно в свою больничную палату. По пути Сарина поделилась сплетнями, которые она слышала о Горо от медсестры. Услышав это, Горо просто рассмеялся, сказав: «Что это о? Проблемы, связанные с любовью…? Неужели я действительно выгляжу так, будто играю так много?»

«Да, вроде того. Ты выглядишь так, будто у тебя есть способность к двум или трем отношениям одновременно».

Когда Сарина ответила, Горо почесал затылок, бормоча: «Ну, ну…»

Его неспособность отрицать обвинение прямо предполагала, что у него могло быть некоторое представление о том, что происходит.

«Ну, извини за то, что заставил тебя беспокоиться. Честно говоря, я не думал, что это займет так много времени. Получил нагоняй от директора тоже», — Горо ворчал, помогая Сарине устроиться в постели, прежде чем занять свое обычное место. Это была знакомая сцена, которая принесла чувство облегчения Сарине.

«Итак, сенсей, что ты делал после всего этого?»

«Я ездил в Токио ненадолго».

«В Токио? Зачем? Не для работы… я предполагаю?»

«На самом деле, чтобы достать это».

Горо потянулся в белый халат и достал два маленьких листа бумаги. Билеты отображали очаровательный узор, наряду со словами «Сольный концерт Б-Комачи в Миядзаки».

«Э!? Э-э-э-э!? Сенсей, это…!?»

«Когда я услышал, что Б-Комачи приезжают в Миядзаки скоро, я пошел обеспечить билеты. Я надеялся взять тебя на их живое выступление».

Сарина не могла поверить своим глазам. Они значительно расширились, и ее сердце чувствовало, как будто оно собирается выпрыгнуть из ее горла. Это был самый удивленный момент, который она когда-либо испытывала за свои двенадцать лет жизни. Горо склонил голову, говоря:

«А? Твоя реакция… Может ли быть, что ты не знала о приезде Б-Комачи в Миядзаки?»

«Нет, я знала! Я полностью знала! Я видела это в интернете!»

Популярность Б-Комачи взлетела до небес, что привело к общенациональному туру по десяти городам, включая Миядзаки. Когда Сарина обнаружила это онлайн, она была в восторге. Однако это также принесло чувство печали. Несмотря на то, что она была давним фанатом Б-Комачи, она не могла посещать концерты из-за своей болезни. Несмотря на то, что Ай-чан и другие были неподалеку, разочаровывающей реальностью было то, что она не могла пойти увидеть их, оставляя ее со смешанными эмоциями.

Тем не менее, Горо небрежно вручил ей билеты на концерт, заставляя ее ум бороться, чтобы догнать ситуацию.

«Они для меня…? Почему?»

«Ну, скоро Рождество. Так что я подумал об этом как о подарке».

Услышав это, Сарина открыла свой мобильный телефон на тумбочке. Дата на дисплее гласила: 20 декабря. Теперь, когда он упомянул это, она осознала, что Рождество уже не за горами. Она не обращала особого внимания на такие вещи в своей больничной жизни, поэтому это ускользнуло из ее разума полностью.

«Рождественский подарок для меня…»

Сарина никогда не получала рождественский подарок ни от кого в своей жизни, даже от родителей. Поэтому получение любого подарка было достаточно, чтобы сделать ее счастливой. Однако, когда она обнаружила, что подарок — это билет на живое выступление Б-Комачи, она почувствовала, что находится на девятом небе. Сарина не могла найти нужных слов, чтобы выразить эту радость. Прежде чем она осознала это, большие слезы потекли по ее глазам.

«У-угх, у-у-у-ух, у-у-у-у-у-у-ух…!»

«Что… П-подожди, Сарина-чан». — Выражение лица Горо перешло к удивлению. — «Ты в порядке?»

«Я не… в порядке… шмыг, это твоя вина, сенсей…!»

Горо быстро схватил несколько салфеток со стола и передал их Сарине, которая высморкалась с громким, смущающим звуком. Но в этот момент ее действительно не волновало. Сам акт плача перед кем-то был уже достаточно смущающим.

«Получить такой удивительный подарок…! О… Это слишком удивительно! Это так удивительно, что я не могу придумать никаких других слов, кроме как «удивительно»…!»

«Кажется, ты очаровательно потеряла свой словарный запас».

Горо тепло улыбнулся Сарине и нежно расслабил губы. «Ну, если это делает тебя такой счастливой, я полагаю, стоило ехать весь этот путь туда».

«Кстати, сенсей, ты проделал весь этот путь до Токио… В чем история? Не мог бы ты сделать это с онлайн-бронированием?»

«Я мог бы купить обычные билеты онлайн, но я подумал, почему бы не пойти ва-банк…»

Горо объяснил, переводя взгляд на билеты в своей руке. При ближайшем рассмотрении билеты были помечены «S ранг Место — Премиум/Ай». Сарина снова усомнилась в своих глазах.

«Ч-что это такое!?»

«Ограниченные билеты на первый ряд. Кажется, вы также можете участвовать в специальной сессии после живого шоу. Вы можете иметь разговор с участницами, перечисленными там, в индивидуальных кабинках».

«Правда!? Я могу поболтать с Ай!? Это удивительно!»

Наблюдая за тем, как глаза Сарины загораются, Горо продолжил несколько гордо: «Эти ограниченные билеты были распределены через лотерею на месте проведения мероприятия в Токио. И было выдано всего десять билетов каждый день. Это была довольно борьба, чтобы получить их».

Популярность Б-Комачи достигла вершины, даже среди андерграунд-айдолов. Горо раскрыл, что чтобы обеспечить эти эксклюзивные билеты, сотни фанатов должны были стоять в очереди ежедневно для участия в лотерее. Сам Горо также ждал в той очереди, пока ему наконец не повезло с его лотереей.

«Я должен был продолжать участвовать в лотерее, пока не получил премиум-билет на Ай и на месте проведения в Миядзаки. Это заняло больше времени, чем денег».

После услышанной истории Сарина наконец осознала ситуацию. Горо исчез из больницы, чтобы получить эти ограниченные билеты. «Удивительно, это слишком удивительно! Сенсей, ты проделал отличную работу, чтобы получить их!»

«Это ограниченный билет, который они не сделали публично, так что, к счастью, не так много информации циркулировало в интернете. Если бы я не услышал об этом от фаната в Токио, я не смог бы получить его».

«Фанат из Токио… Может ли быть, что это та женщина, которая позвонила в больницу с угрожающим тоном?»

«Именно», — Горо кивнул. — «Мы изначально встретились на фанатском форуме Б-Комачи, но она действительно добрый человек. Она связалась со мной на работе только чтобы передать информацию мне как можно быстрее. Потому что, ты знаешь, мы не можем свободно использовать наши телефоны в больнице».

«Я понимаю», — щелкнуло в уме Сарины. Человек на телефоне, который, как она думала, был проблемным преследователем, оказался полезным фанатом Б-Комачи. В своих мыслях она выразила раскаяние за свое подозрение.

«В любом случае, благодаря ей, я справился с получением билетов успешно», — сказал Горо, размахивая билетами в своей руке. Билеты на первый ряд с премиумом были редкими и очень желанными предметами среди всех фанатов Б-Комачи. Сами листы бумаги, казалось, излучали ослепительный свет для Сарины. Посещение живого выступления Б-Комачи и даже разговор с Ай чувствовались как мечта, становящаяся реальностью.

Сарина нервно сглотнула и спросила Горо: — Но, эм, действительно ли это нормально?

«Что ты имеешь в виду?»

«Ну, видишь ли, мне почти никогда не давали разрешение выходить раньше. И теперь, несмотря на твои усилия получить билеты для меня, если я не смогу на самом деле пойти на живое выступление…»

«Это нормально», — Горо прервал тревожные слова Сарины, — «Я уже получил разрешение как от твоего лечащего врача, так и от директора больницы. Тебе разрешено выйти в день живого выступления».

«Э, правда!?»

«Абсолютно, по-настоящему. У меня есть разрешение на выход, все подготовлено».

Горо спокойно кивнул, не проявляя признаков неискренности или юмора.

«Я могу пойти…! Я могу встретить Ай лично…!»

Ее тело покалывало от возбуждения, и она чувствовала гусиную кожу, поднимающуюся по всей ее коже. Поток эмоций затопил ее разум, начиная от печали до радости и удивления, заставляя ее чувствовать, как будто ее голова вот-вот лопнет.

«Вау! Это удивительно! Вау! Вау!»

Сарина продолжала восклицать, не проявляя никакой заботы о потенциале Горо отчитать ее снова.

«Эй, Сарина-чан, ты слишком возбуждена. Ты можешь снова получить нагоняй от врача».

Несмотря на предупреждение Горо, Сарина не имела намерения сдерживаться. Позволив своим эмоциям взять верх, она продолжала кричать: «Ура! Ура!» Если бы ее ноги могли свободно двигаться, она бегала бы по всей больнице прямо сейчас.

«Вау, но серьезно, сенсей, это невероятно. Мне никогда не разрешали выходить, несмотря на то, сколько я запрашивала раньше… Через какие теневые переговоры ты прошел?»

«Теневые? Это немного грубо», — Горо нахмурился. — «Я просто спросил нормально. Я сказал, что хочу взять Сарину-чан на живое выступление айдолов».

«Что? Просто это? И они одобрили?»

«Ну, это может быть моя хорошая репутация».

Наблюдая за самодовольным выражением лица Горо, Сарина не могла не подумать: «Это не может быть тем». В конце концов, ходили даже слухи, что Горо сбежал за границу из-за любовных неприятностей. Так что дело было совсем не в его хорошей репутации. Однако Сарина решила не упоминать об этом.

Прямо сейчас встреча с Ай-чан с Горо — в миллион раз более радостное событие, чем зацикливание на таких вопросах. Страдания от болезни, разочарование от того, что ее родители не навещают — все эти беспокойства были полностью выдуты из разума Сарины.

Она чувствовала себя немного смущенной из-за этого, но она быстро взяла назад то, что сказала ранее. Сарина чувствовала себя счастливее, чем кто-либо другой, и она знала, что ее любят больше, чем кого-либо. В тот момент она искренне чувствовала это из глубины своего сердца.

«Действительно, это даже более захватывающе, чем если бы мой день рождения случился сто раз. Все благодаря сенсею, влюбленному по уши в Б-Комачи».

«Нет, я продолжаю говорить, это не так. Я просто нейтрален по отношению к айдолам».

«Ты все еще говоришь это? Ехать весь путь до Токио, чтобы достать билеты ограниченного выпуска, ты полностью зависим от Б-Комачи, не так ли?»

«Это не так. На этот раз это для Сарины-чан».

Горо слегка надулся, и Сарина нашла милым, как он не был честен. Сначала она намеревалась использовать его исключительно для своего фанатства айдолами, но теперь ее чувства эволюционировали за пределы этого. Прямо сейчас она просто хотела наслаждаться поддержкой Ай-чан вместе с Горо. Этого было достаточно, чтобы принести огромную радость в жизнь Сарины.

При изучении билета она заметила, что дата установлена на 23 мая. Несмотря на то, что событие было еще через полгода, это будет восхитительный и мягкий сезон. Перспектива встречи с Ай-чан, ее любимым айдолом, с ее любимым сенсеем была тем, что будет выгравировано в ее памяти на долгое время.

Горо нежно улыбнулся: «Так как есть еще время до весны, убедись, что заботишься о своем здоровье».

«Да, потому что я наконец-то могу встретить Ай-чан. Просто думая об этом, я чувствую себя здоровее. Я могла бы даже быть выписана к весне».

«Это было бы мило».

Сарина не могла не задаться вопросом, как Горо отреагирует на встречу с Ай-чан лично. Она представила, что даже его типично отстраненное и нейтральное поведение может разрушиться в присутствии божественной красоты Ай. Борясь за подавление смеха, который бурлил внутри нее, Сарина повернулась к Горо.

«Спасибо, сенсей! Я так счастлива с билетом! Это лучший рождественский подарок в моей всей жизни!»

Действительно, для Сарины это был ее первый рождественский подарок когда-либо. Однако это оказалось ее последним подарком.