Книга 7. Глава 1: Жесткая посадка

«Дорогая старшая сестра!

Знаешь ли ты, что размахивание руками в воздухе ни капельки не помогает при падении?

Поэтому я вынужден прийти к выводу, что птицы – это миф, а те несколько сотен, что я видел до сих пор, должно быть, просто обман зрения. Поверь мне, размахивание руками помогает примерно так же, как обогреватель под ночным небом.

Я пока проигнорирую перья и плотность костей, так как это разрушит мой аргумент. Уверен, ты поймешь.

P.S. Быть сбитым очень большим молотом – на удивление хороший способ добраться из точки А в точку Б. Рекомендую, семь из десяти.

Твой невероятно умный и красивый брат, Кит».

Вот что я бы послал Кидре, если бы мог отправить ей сообщение прямо сейчас. А еще я бы послал ей видео, которое прямо сейчас наверняка записывала Джорни.

— Ты довольно спокоен для человека, который летит быстрее, чем вор, укравший церковное золото, — прокомментировала Катида. — Полагаю, у тебя уже есть план посадки? Мы несемся на такой скорости, что столкновение с неподвижным объектом превратит тебя в красную пасту внутри брони. Просто подумала, что тебе стоит знать, дорогуша, так как Джорни из-за этого откровенно паникует за тебя.

— Я? И без плана? — я издал короткий фальшивый смешок уверенности. — Понимаешь, если падать со скал столько раз, что это уже стало местной шуткой, в этом есть свой плюс – у меня появилась практика. — Последнюю фразу я произнес с пафосом дешевого фокусника. Что выглядело несколько менее впечатляюще, когда я делал это в воздухе, летя головой вниз, пока гравитация быстро брала свое.

Затем мои руки снова начали болтаться во все стороны, пока я отчаянно пытался скорректировать направление к гигантскому синему озеру, в общую сторону которого я летел. Судя по моим мысленным расчетам, я его немного перелетал. И я до сих пор понятия не имел, помогало ли мое размахивание руками на самом деле или нет. Думаю, броня весила слишком много, чтобы расставленные пальцы могли создать хоть какое-то сопротивление воздуха.

— Угу, — произнесла Катида, явно не впечатленная. — В прошлый раз за тобой вылетела сереброволосая фифа, чтобы поймать тебя в воздухе, пока ты истекал кровью. Сегодня я что-то нигде не вижу этих фальшивых сисек. Хотя, надо признать, в этот раз ты хотя бы не истекаешь кровью.

— Не волнуйся, я эволюционировал и больше не нуждаюсь в том, чтобы Вратт летала поблизости. — Теперь я летел ближе к линии деревьев, чем к потолку подземелья. Так что до удара оставалось около тридцати секунд.

А озеро по-прежнему никак не попадало в мою целевую зону.

— Эволюция работает не так, — сказала Катида.

— Цыц, я готов признать, что, возможно, день или два назад я бы куда больше волновался из-за этой ситуации. Но я действительно отрастил себе собственные крылья, используя традиционный метод, которым Винтерскар развивает что угодно.

— И под этим ты имеешь в виду, что ты что-то украл.

— И под этим я имею в виду, что я что-то украл, да, — подтвердил я. — Придется придумать, что сказать Драконису, когда он увидит, как я использую его заклинание плети. Уверен, Кит из будущего с этим разберется.

— Он не так много знает о твоей семье, чтобы ты мог блеснуть именем своего Дома и чтобы это имело для него какой-то смысл.

— Да, к сожалению, это так. Это то, что сходит мне с рук только в клане. А теперь, если позволишь, мне предстоит посадка, которую не стоит запарывать.

Озеро находилось немного правее от меня, поэтому я метнул оккультную плеть далеко вперед и дернул вправо; этого оказалось как раз достаточно, чтобы выровнять курс. Но я все равно перелетал это озеро, которое, надо признать, оказалось меньше, чем я думал.

В свою защиту скажу, что с высоты все кажется маленьким. И летел я очень, очень быстро.

Нервничал ли я? Немного. У меня была всего одна попытка проверить свою теорию, и если бы по какой-то причине она не сработала, у меня было бы около трех секунд на то, чтобы придумать и реализовать новую запасную идею. Которой у меня сейчас не было.

Был план «А», план «посадка в ванну» или план «блинчик».

Я надеялся на гору или какую-нибудь крепкую скалу, за которую можно было бы зацепиться. Вместо этого подо мной были только деревья; они были крепкими, но недостаточно крепкими. Одна-единственная плеть расколола бы любой ствол пополам при попытке удержать четыреста фунтов металла, летящего быстрее, чем аэроспидер, и то, сколько еще весил мягкий человек внутри.

Моя броня чиркнула по первым верхушкам деревьев, легко ломая древесину подо мной без малейшего снижения скорости. И моргнуть не успел, как я уже проломил ствол дерева насквозь и вылетел с другой стороны лишь с незначительной потерей скорости. Я по-прежнему летел прямо над озером с риском врезаться в берег на другой стороне.

Сейчас или никогда. Оккультизм пульсировал вокруг меня одной гигантской волной, пока я вкладывал в нее все, что у меня было, разом.

Сначала семь разных плетей вырвались из моих рук, ног, груди и головы. Во все стороны, какие я только мог придумать. Драконис был Бессмертным, поэтому его владение Оккультизмом было инстинктивным. Он, вероятно, не смог бы сотворить это заклинание плети откуда-либо еще, кроме рук, поскольку это было бы для него неестественным.

А я? Я заставил Джорни нанести глифы плети несколько десятков раз по всей броне, включая ладони.

Но семи плетей к чему-то хрупкому, вроде дерева, было бы недостаточно. В то же самое время, когда появились эти плети, из центра моей груди вырвались оккультные призраки и разлетелись во все стороны, находя себе другие деревья, чтобы скрыться за ними, пульсируя, чтобы обновить зеркало, и запуская собственную плеть прямо в летящий металлический объект.

Если бы все они попали в меня, думаю, я был бы в полном порядке. Проблема заключалась в том, что большинство из них промахнулось, и это было действительно отстойно. Я переоценил свое умение целиться без помощи Джорни, а моя броня летела сквозь лес на огромной скорости.

Семь плетей от меня наружу к деревьям и четыре плети от деревьев обратно ко мне. Это резко замедлило мою скорость: разные деревья заскрипели и изогнулись, чтобы потянуть меня назад. Теперь я из того, кто вот-вот перелетит озеро, превратился в того, кто явно до него не долетит.

Черт, теперь я жалею, что не оказался чуточку хуже в прицеливании этими плетями. Если бы я выпустил на парочку меньше, у меня был бы шанс попасть в озеро. А пока – плакал мой план с посадкой в ванну.

Затем деревья начали ломаться одно за другим, по очереди, каждое быстрее предыдущего. И я снова летел прямо к земле без каких-либо тормозов. Я активировал свою процедуру аварийной посадки, которая заключалась в том, чтобы бесконтрольно кричать и запустить мой (такой же украденный) фрактал ударной волны в землю, надеясь, что отдача тоже немного меня замедлит.

Она замедлила. Совсем чуть-чуть.

В тот же миг из моей спины вылетели еще четыре плети, одна из которых полностью промахнулась мимо отчаянного дерева, в которое я целился. Три удачные плети снова начали снижать мою скорость с гарантированно смертельной до потенциально смертельной.

А затем у меня закончилось время.

Я врезался в землю с такой силой, что сработали щиты Джорни, подбросив меня обратно в воздух. Затем я кувырком полетел дальше, пока не рухнул в озеро, в которое целился, подняв огромный белый всплеск пенистой воды. А следом за мной летели гигантские вырванные с корнем деревья, врезаясь в другие стволы, прежде чем скатиться в озеро вслед за мной.

Они всплыли. Моя броня — нет.

— Вопреки всему, ты жив, — сказала Катида сквозь мои стоны, пока броня продолжала идти ко дну, а застрявший воздух быстро выходил наружу, поднимаясь пузырьками за мной. — Ушибы повсюду, несколько ушибов мышц и парочка переломов костей, но перед приземлением ты сбросил большую часть скорости. Мои поздравления, это было вполне сносно.

Я погрузился чуть глубже во фрактал души, чтобы спастись от ощущения, как мое тело крайне болезненно реагирует на мои текущие выходки.

Был ли я ранен? Да. Интерфейс показывал мне кучу красного и оранжевого из-за моей неудачной посадки. Но ничего серьезного, никаких внутренних кровотечений нигде не обнаружилось. Просто много боли в ближайшем будущем.

И это было намного лучше, чем моя схватка с тем гигантским Пером. У меня не закончились идеи, как сразиться с Пером и убить его, в моем рукаве все еще оставалась пара козырей, которые я мог использовать. Но я также хотел приберечь их для Авалиса на случай, если мы снова столкнемся. Убийство его шестерок моими козырями – это как раз та причина, по которой он захотел бы сперва натравить на меня шестерок.

То’Сефит была опасна, да, но она казалась менее опасной, чем Авалис. Этот мусорный ублюдок обязательно что-нибудь замышлял бы, в то время как То’Сефит просто появилась бы и попросила меня умереть.

В конечном счете, именно поэтому я решил сбежать с поля боя, когда у меня появился шанс. Авалис знал, где я нахожусь, а значит, неудача То’Орды в моей ликвидации заставит его прийти и сделать всю работу самому. Или привести всю троицу прямо ко мне.

Кроме того, выигрыш времени дал бы Вратт и отцу больше шансов как-то добраться сюда.

И, наконец, я не стал осуществлять свой план побега, пока не увидел, как Драконис вырубил дрейка, на котором ехало Перо. Судя по тому, что я видел в То’Орде, он показался мне типом, который предпочитает ходить, а не бегать. Вполне возможно, он попытается пойти за мной пешком, а не побежит или полетит, как это сделали бы Авалис или То’Сефит.

Из них троих именно с То’Ордой было безопаснее всего тянуть время.

К тому же он... не походил на Перо? Я начал паниковать, когда увидел его рядом с детенышем серых странника, но этот здоровяк даже не подумал использовать заложника или раздавить детеныша от раздражения. Вместо этого он выдержал паузу и позволил мелкому негоднику уйти. Это не укладывалось ни во что из того, что я знал о Перьях, и больше походило на то, как повела бы себя Вратт.

…

Ладно, может быть, я просто не захотел использовать весь свой арсенал, чтобы убить его, из-за не самой здравой тактики, и прямо сейчас я просто придумываю кучу оправданий. Просто нутром чую, что с этим Пером я мог бы сделать нечто большее, чем просто биться насмерть.

В задней части моей брони раздался глухой стук, и я понял, что перестал тонуть. Свет сиял с поверхности, периодически скрываясь за плавающими стволами деревьев, но в целом до верха было не так уж далеко. Мои руки нащупали дно, поднимая облака грязи и песка, когда я встал на ноги на дне озера.

— Никаких признаков врагов нигде не обнаружено, — произнесла Катида. — Повезло тебе, что не нужно ни с кем сражаться под водой. Здесь скорость резко падает, а ведь существуют машины, созданные специально для подводных боев. Мерзкие маленькие твари, у старушки остались ужасные воспоминания об одном конкретном бое в прошлом.

К счастью, Катида не стала спрашивать меня, почему я не выложился на полную, чтобы убить То’Орду, когда у меня был шанс. Может, она не понимала, что я мог бы это сделать.

В бою этот здоровяк в основном полагался на свой молот и на то, чтобы загнать врага в невыгодное положение с помощью своих гравитационных фокусов. Но эти же фокусы лишили бы его самого опоры, если бы их применили к нему.

А я мог бы. У меня были магнитные гравитационные рывки. Я мог бы отправить его парить в воздухе, а затем пристрелить из рыцарелома или, по крайней мере, разорвать на куски своими призраками. Трудно изворачиваться и уклоняться, находясь в воздухе.

— Помнишь храм? — вместо этого спросил я Катиду, чувствуя, как при звуке голоса слегка хрипят легкие. Ах да, где-то треснули ребра. К счастью, сейчас я не чувствую боли, так что я в полном порядке.

— Думаешь, я способна что-то забыть?

— Приму это за «да», спасибо, — сказал я, начиная медленно брести сквозь течение к берегу. — Тогда То’Авалис оставил нам канал связи для переговоров, и его же использовала То’Сефит. Что, вероятно, означает, что к нему подключен и То’Орда.

— И? К чему ты клонишь? — в ее голосе прозвучало обвинение. Ей уже не нравилось, к чему я веду.

— У тебя все еще есть этот канал связи.

Катида глубоко вздохнула.

— Хотела бы я сказать, что нет. Потому что ты собираешься предложить какую-то монументальную глупость.

— Я думаю, мы могли бы использовать этот канал, чтобы поговорить с То’Ордой. Посмотрим, смогу ли я как-нибудь убедить его свернуть с этого пути, или просто немного покопаюсь в его мозгах.

— Ты хочешь вести переговоры. С Пером.

— Ты, наверное, сама заметила, что он не вел себя как Перо.

Поверхность становилась все ближе и ближе, с каждым шагом мир делался чуточку светлее.

— Ложь и обман. Перья пойдут на всё, чтобы добиться своего, — сказала она, и в этом была доля правды.

Кроме одного.

— Все Перья поголовно невероятно горделивые создания, которые могут быть только аутентичными самим себе. Притворяться кем-то другим – против их природы. Даже Вратт поначалу было трудно притворяться человеком. Ты правда думаешь, что То’Орда притворяется другим, чтобы я совершил ошибку и заговорил с ним?

Она отказалась давать мне ответ на это, что означало, что я прав.

Я вышел из озера, чувствуя, как вода стекает по моей броне мимолетными водопадиками к самым ногам. Окружающий лес все так же представлял собой неоново-фиолетовую дымку из листьев на деревьях вперемешку с темной древесной корой, белыми отполированными камнями с вкраплениями фиолетового мха и самой обычной, на удивление нормальной грязью.

Поисковый импульс интерфейса не показал поблизости никаких врагов, да и мое зрение души не выявило никого, кто прятался бы в цветастых кустах.

Поэтому я позволил себе опуститься на колени и плюхнулся на спину, чтобы немного отдышаться и дать адреналину выйти из моего организма.

— Снова застрял у черта на куличках, и из вещей у меня только броня. Как до этого дошло?

— Хочешь подробный анализ? — спросила Катида. — Я веду списочек.

— Нет, я хочу спокойно пожаловаться на это, спасибо. Сколько у меня ушибов от всего этого?

— Тридцать два. Хотя Джорни считает множество мелких за полноценные ушибы, несмотря на то, что я указала ему, что он ведет себя как ребенок. Молодые люди должны быть крепкими. Тебе еще и тридцати нет, вот когда у тебя все начнет болеть просто от того, что ты поспал в неудобной позе тридцать минут, тогда и приходи. Вот тогда мы и начнем считать мелкие ушибы.

Интерфейс слева показывал мне вращающуюся каркасную модель гуманоидного тела, которое представляло меня, и, как она и сказала, по всей ее поверхности были разбросаны тридцать два красных пятна. В основном на груди и ногах.

Я поднялся на ноги, позволив последним каплям воды стечь, и мой интерфейс начал загораться красными уведомлениями. «Биологическая угроза», – гласило оно. Это был первый раз, когда я вообще видел уведомление с таким тегом ошибки.

— Я знаю, что немного побит, Джорни, но неужели действительно есть опасность заражения? — спросил я, опуская руки, чтобы отстегнуть аптечку с пояса.

Голос Катиды ударил мне по ушам:

— Я бы на твоем месте этого не делала, дорогуша. Придется тебе перетерпеть это, как настоящему мужчине.

— Ха-ха. Шутки в сторону, я должен хотя бы оказать себе первую помощь, пока у меня есть для этого спокойная минутка, учитывая уведомление о заражении. Зная мою удачу, через несколько часов я буду по уши в опасности, а это не то, с чем стоит тянуть.

— О, здесь нет никаких шуток. И насчет опасности ты не ошибся. — Она хихикнула. — Зато ты ошибся насчет сроков. Видишь ли, это не через несколько часов. Это прямо сейчас.

Я по привычке прищурился. Что сейчас было довольно неприятно, потому что трудно свирепо смотреть на бестелесный голос из динамиков. Хотя, если подумать, у меня может найтись решение этой проблемы.

Но обо всем по порядку: надо выяснить, на что намекала Катида.

— Не могла бы ты выражаться яснее? О какой опасности мы говорим? Зловещая опасность, физическая опасность, финансовая опасность, опасность от незнакомцев, опасность в виде Логи с парящими санями и кофе? У меня есть множество разных способов ужаснуться, и мне нужно чуть больше конкретики, прежде чем я начну по-настоящему паниковать.

— Биологическая опасность.

Что, опять же, не сказало мне абсолютно ничего нового из того, что Джорни мне уже не показал. Я огляделся, но весь лес выглядел так же, как обычно. Правда, здесь не было животных, не было слышно и птичьих голосов. Нигде ничего не отображалось на пассивных сенсорах, так что я понятия не имел, откуда исходит угроза, о которой он беспокоится.

Я сцепил пальцы в замок и начал постукивать указательными друг о друга, демонстрируя глубочайшее терпение.

— Я вижу уведомление о биологической угрозе в интерфейсе, оно очень четкое, и мои поздравления Джорни за выбор такого прекрасного оттенка красного для него. А теперь, что именно это должно значить? В подсказке больше ничего нет. Вторичное уведомление просто гласит: «Обнаружен внешний загрязнитель».

— Джорни сообщает, что зафиксировал высокую концентрацию неизвестного биологического материала вокруг тебя. В воздухе, я имею в виду. Броня очищает твой персональный запас кислорода и не дает загрязнителю проникнуть внутрь, но он очень въедливый. Достаточно, чтобы сенсоры утверждали, что дыхание здесь может повлиять на твое тело. И поскольку в ней нет медицинского блока, чтобы проверить, что за чертовщина витает в воздухе, все, что может сделать броня, – это выдать тебе стандартное предупреждение. Но... если бы мне пришлось угадывать, дорогуша, то ты, возможно, находишься в самом эпицентре того биологического оружия, о котором говорили твои маленькие пернатые друзья. Того самого, которое, вероятно, создано для уничтожения людей. Конкретно людей. Каковым ты, каким-то образом, все еще являешься. Джорни немного напряжен и встревожен этим фактом.

Оу.

— Джорни, я когда-нибудь говорил тебе, как я рад тому, какую работу ты делаешь? Мой лучший друг и верный союзник во всем этом. Отличная работа, без тебя бы я не дожил до этого момента. И я говорю это в буквальном смысле.

— Она хочет, чтобы ты знал, что снимать шлем прямо сейчас крайне не рекомендуется. Но я, конечно же, приму лесть в его адрес на свой счет, давай, сделай мне еще парочку комплиментов.

Я с новым опасением огляделся вокруг. Повсюду в воздухе витало нечто потенциально смертоносное. И единственным, что стояло между мной и смертью, была реликтовая броня, которая в данный момент питалась от ограниченного запаса энергии.

Я нахожусь в милях от поверхности, и каким-то образом снова оказался в той же самой ситуации. Один сбой в моем снаряжении, и окружающая среда убьет меня.

— Лучше начинай двигаться, — сказала Катида, словно прочитав мои мысли.

И я пошел.