Moй будильник начал звенеть, и я вздоxнул, зашевелившиcь, ощущая, что моя прекрасная тетя тоже просыпается.

Eе тело все еще прижималось ко мне, и мы прижались губами друг к другу в поцелуе. Мы довольно замычали друг другу в рот, игриво сплетая языки. Мой член, казалось, пришел в себя, когда ее киска прижималась к нему. Aлекса хихикнула и наклонилась, чтобы медленно погладить его рукой, заставляя меня вздрогнуть.

— Привет, большой мальчик, — прошептала она, хотя я не был уверен, говорит ли она со мной или с моим членом. — Tы хорошо выспался?

Oна прервала наш поцелуй и начала опускаться поцелуями, медленно пробираться вниз по моему телу, и наконец, добралась до моего теперь стоявшего полностью члена.

Она взяла его в руки и нежно поцеловала, время от времени проводя языком по уздечке, глядя на меня и подмигивая.

Затем она обхватила его между грудей и задвигала ими, довольно улыбаясь, пока я стонал от удовольствия, ее мягкая кожа действительно сводила меня с ума.

— Так сколько у нас ещё осталось времени? — спросила она застенчиво, когда трахала меня своими сиськами, иногда ударяя кончиком языка или погружая головку прямо в рот, когда мой член появлялся снаружи.

Я вздохнул и попытался сосредоточиться на мучительно приятных ощущениях, прижав ладонь к глазам.

— Уууух… эээ, черт, нам нужно выходить из дома минут через двадцать.

Алекса нахмурилась на мгновение, даже когда массировала мой член.

— Ну… что поделаешь.

Затем она повернулась и уселась на мои бедра. Она повернулась ко мне спиной, ее великолепная задница теперь была повернута ко мне, а ее киска теперь прижимала мой сплющенный член. Она слегка подвигала бёдрами назад и вперед, повернув голов, подмигнула.

— Думаю, мы отложим нашу игру на потом, а?

Она слезла с меня и встала на ноги, наклонилась, обнимая и поцеловала, давая обещание, что мы продолжим позже.

Мы приняли душ, а потом я сел на кровать и наблюдал, как она одевается. Она надела крошечные стринги и устроила для меня из этого настоящее представление.

Затем она надела короткую юбку и красивую блузку. Она выглядела очень привлекательно и не столь провокационно, как за последние два дня, но все же оставаясь такой же красивой.

Затем она уложила волосы в длинную элегантную косу и мило улыбнулась, демонстрируя свой наряд.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказал я, кивая с неподдельным восхищением. — Держу пари, ты можешь сделать любой наряд сексуальным.

— Ах ты, сладенький, — проворковала она, беря меня за руку и ведя вниз, в мою комнату в подвале. — Знаешь, в таком случае я была бы рада, если бы ты какое-то время не нашел себе девушку, и всегда находился со мной рядом.

Она усадила меня на кровать и поцеловала, прежде чем подмигнуть.

— А теперь пусть тетушка подыщет тебе наряд.

Я усмехнулся и стал ждать.

Мне показалось забавным, что первоначально, когда мы встретились, мы договорились, что я называю ее своей тетей, а она называет меня своим племянником, было всё так странно, потому что нам было почти одинаково лет. Но в свете нашей цветущей любви друг к другу, это казалось в некотором смысле захватывающим табу.

Она порылась в ящике моего комода, и быстро найдя мое нижнее белье с первой попытки, принялась выбирать всевозможные варианты.

Наконец она взяла черные шелковые боксерки и отложила их в сторону. Затем она отыскала приличные носки и положила их вместе с боксерками. Затем она подошла к шкафу, выбрала для меня брюки и легкую рубашку поло и вернулась к кровати.

Она опустилась передо мной на колени, помогая надеть мне трусы.

— Уверен, что я сам могу одеться, — подметил я, ухмыляясь.

— Да, но так я могу тебя целовать, пока ты одеваешься, верно? — тихо спросила она, целуя меня в живот и поправляя резинку моих боксерок.

Она прижалась щекой к моему члену через шелк на мгновение, а затем помогла мне одеть и штаны.

Она поцеловала мою грудь и плечи, когда я надевал мою рубашку, оставив три пуговицы расстегнутыми. Наконец, она надела мне носки, нежно сжимая различные точки на пятках, что было очень приятно.

— Ну вот, — наконец сказала она, взяв меня за руки и поставив на ноги, оценивая мой внешний вид. — Отлично. Я полагаю, у тебя есть какие-то подходящие кроссовки, чтобы дополнить вид?

Я кивнул головой.

— Xорошо, давай сделаем что-нибудь с твоими взъерошенными волосами, и ты будешь готов, — объявила объявила, ведя меня в мою ванную, где она порылась в шкафах.

— Такой мужчина, — задумчиво улыбнулась она. — Я почему-то сомневаюсь, что моя сестра позволяет моему шурину держать свои туалетные принадлежности в таком беспорядке.

Я пожал плечами.

— Никогда раньше не было необходимости раскладывать по полочкам.

Я посмотрел на себя в зеркало, а потом на нее.

— Хочу сказать, у нас вкусы одинаковые.

— Нет, не совсем, — сказала она небрежно, все еще изучая мой шкафчик. — Ты просто смотришься в одежде шикарно.

Я улыбнулся.

— Значит, ты любуешься произведением своих рук?

— Я могла одеть тебя в миллион раз хуже, если бы так не выглядел, — ответила Алекса. — Ты самый красивый парень, и ты мне очень нравишься.

— На самом деле, ты мне тоже, — признался я, хотя об этом сейчас не было смысла.

Она нашла то, что искала, и распылила немного мусса на ладони, прежде чем начать разглаживать мои волосы пальцами.

— Я ведь тебе не только нравлюсь, что найти достойную девушку очень тяжело, и что я свалилась как снег на голову?

Я задумался на мгновение.

— Полагаю, что всё идёт своим чередом. И… может, так и должно было быть.

Она продолжала наносить мусс, но ее движения замедлились, похоже, она обдумывала мои слова, которые я только что сказал.

Она остановилась и обхватила руками моё лицо, глядя мне пристально в глаза.

— Прости, — прошептала она. — Это было очень стервозно с моей стороны. Я думаю… так много изменилось за последнее время, а потом я заявляюсь на пороге вашего дома, не ожидая, что встречу самого удивительного парня… это кажется так… несправедливо, понимаешь?

Я кивнул, точно зная, о чем она сейчас говорит, даже если никто из нас не хотел этого произносить вслух.

— Я знаю. Ты самая красивая и потрясающая девушка, которую я когда-либо встречал…

Между нами повисло напряжение, и мы несколько мгновений смотрели друг другу в глаза, прежде чем она первая закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Нам нужно уходить…- наконец, сказала она. — Пошли.

Я вздохнул и кивнул.

Нам нужно было сделать это побыстрее, иначе мы бы сорвали одежду друг с друга прямо здесь и сейчас.

Она расчесала мне волосы прежде чем выйти за мной из ванной и помочь надеть мокасины.

Затем мы поднялись наверх, где я взял свои ключи и отвел ее к машине. K тому времени, как мы забрались внутрь, напряженный момент прошел, и мы снова оживились.

Она сделала еще несколько фотографий, когда мы выезжали с подъездной дорожки.

— Итак, как далеко находится этот ресторан? — спросила она, проводя ногтем вверх и вниз по моей руке.

— О… сорок минут, я думаю, — ответил я.

— Прекрасно, — сказала она, игриво улыбаясь. — Достаточно времени, чтобы свести тебя с ума до обеда.

Я откинул голову на подголовник сиденья и вздохнул, заставляя ее хихикать. — Я уверен, что вы самая плохая тетушка в истории, — пробормотал я.

— Мне не кажется, что тебе есть на что жаловаться, — мурлыкнула Алекса мурлыкала, подмигивая мне. — Но скажи мне, — продолжала она, двигая бедрами и задирая юбку. — Тебе нравятся эти стринги?

— О, боже, — пробормотал я, стараясь не врезаться в столб, когда я разинул рот, пока она скользила пальцем вверх и вниз по тонкой красной ткани, которая едва прикрывала ее половые губы.

— Я… да, мне это нравится. Не хотелось бы врезаться и.

Она захихикала и продолжила дразнить себя, заставляя меня смотреть, что я делал не так часто, потому что я старался никуда не врезаться.

Она, по-видимому, возбудилась, потому что одна из ее рук, в конце концов, направилась к груди, и принялась ласкать их через блузку, вздыхая и издавая стоны.

Я держался правой полосы, чтобы никто не мог проехать мимо нас и заметить, что она делает.

Если кто-то проезжал рядом на нашей полосе, я просто пытался прикрыть её своим телом, что казалось только забавляло Алексу.