Кэрон вошел в кабинет Хало вместе с Зератом. Внутри уже сидели трое сыновей герцога. Хало, одетый в роскошный костюм, наблюдал за тем, как входит его внук.

— Ты прибыл. Должно быть, ты устал после миссии, но мне необходимо получить ответ именно от тебя, — сказал Хало.

— Все в порядке, дедушка. Я просто восстанавливал ману в тренировочном зале. Я приду в любой момент, когда ты меня позовешь, даже если я буду спать, — ответил Кэрон.

— Хорошо, садись.

Кэрон медленно кивнул и сел на пустой стул рядом с Пэйлом. Как только он занял место, то почувствовал, что на него смотрят две пары глаз. Это были его дяди. Хотя они не показывали этого открыто, но все равно относились к Кэрону с опаской.

«Похоже, их бдительность только возросла», — подумал Кэрон. Учитывая его успехи, такая реакция была вполне естественной.

Когда мальчик устроился на своем месте, Хало заговорил: «Я слышал, что ты успешно выполнил свое первое задание в баронстве Белус и потребовал в качестве компенсации долю в шахте по добыче камней маны. У меня есть к тебе несколько вопросов».

Вместо похвалы в его тоне слышалось порицание.

— Ты не имел права вести переговоры от имени нашего дома. Ты даже не прошел церемонию совершеннолетия, поэтому не в состоянии нести ответственность за что-либо. Неужели ты не знал об этом? — продолжал Хало.

Герцог начал критиковать Кэрона, пристально наблюдая за ним, словно это был допрос. Кэрон ожидал от этой встречи восхваления за его достижения, однако это было больше похоже на то, как дед ругает своего внука.

«Значит, вот как он хочет играть», — подумал Кэрон, пряча улыбку и тихонько выдыхая. Затем он ответил низким голосом: «Нет, милорд. Я был в курсе».

Кэрон тщательно подбирал слова, обращаясь к Хало как к главе семьи, а не как к своему деду, признавая формальный характер этого выговора.

— У меня не было намерения вести переговоры от имени семьи Лестон, — спокойно продолжил он.

— Неужели тебе не приходило в голову, что твое наглое поведение было неуважительным по отношению к барону Белусу и его сыну? Ты опозорил нашу семью, — резко и прямо заявил Хало.

Услышав резкую критику, дяди Кэрона просветлели, а лицо Пэйла потемнело.

— Ответь мне. О чем ты думал, когда вел себя так грубо? — сурово продолжал Хало. Давление все усиливалось, а яростный тон Хало звучал так, словно он собирался сожрать Кэрона.

Обычный ребенок был бы подавлен такой силой, но Кэрон не боялся Хало. И не потому, что в прошлой жизни он был его другом, а потому, что считал, что поступил правильно.

— Как член благородной семьи, человек должен всегда соблюдать этикет между дворянами. Этикет — это основа всего. Если ты не можешь соблюдать даже его, ты ничего не стоишь, — продолжал Хало.

— Это дело не имеет ничего общего с этикетом. Я просто предложил сделку молодому барону. Он сам решил согласиться, никто его не принуждал. Более того... я полагал, что есть нечто гораздо более важное, чем этикет, — твердо ответил юноша.

Кэрон логично и методично опроверг обвинения главы семьи. Отступление в такой ситуации было бы именно тем, что Хало презирал. Действовать максимально прямо было лучшим решением в текущей ситуации.

— Что-то гораздо более важное? Что может быть важнее самого главного принципа? — спросил герцог. Очевидно, это была суть его допроса.

Кэрон медленно кивнул и ответил низким голосом: «Я сделал это ради славы нашей семьи».

Он ответил прямо, без колебаний.

Хало размышлял над словами Кэрона, спокойно наблюдая за лицом внука. Слава семьи. Это была короткая фраза, но в данном контексте никакой вариант не мог быть более подходящим.

«Идеальный ответ», — подумал он.

Все присутствующие понимали ценность сделки, которую заключил Кэрон. Хало лишь хотел выяснить мотивы Кэрона, побудившие его предложить эту сделку.

Кэрон знал, как правильно подать свои достижения. Если бы он хвастался на этой встрече, его бы сурово отругали. Это было не место для бахвальства, а собрание, проводимое главой семьи и предназначенное для отчета о выполненом заданий. Поэтому его поведение было идеальным. Он изложил собственные доводы и в то же время тонко подчеркнул свои достижения. 

Трудно было поверить, что тринадцатилетний подросток обладал таким навыком дипломатии.

— Очень хорошо, — наконец сказал Хало, нарушив молчание. 

— В конце концов, твое предложение очень выгодно. Пэйл, ты будешь вести переговоры, поскольку это заслуга твоего сына. Неплохо было бы сиять отцу вместе с достижениями сына.

— Да, милорд. Как только взойдет солнце, я соберу переговорную команду и отправлюсь в баронство Белус, — ответил Пэйл, радуясь, что его сын не подвергся суровому выговору.

Покончив с вопросом о баронстве, Хало перешел к следующему пункту повестки дня. Именно по этой причине он вызвал Кэрона сюда в столь поздний час. Герцог достал из магического принтера документ и передал его Кэрону. На документе стояла печать императорской семьи с изображением белого льва.

— Младший сын рода Лестон героически спас баронство Белус в трудную минуту. Благодаря этому, Его Величество приглашает нового героя в столицу.

Короче говоря, это был личный вызов от императора.

— Его Величество вызвал тебя. Похоже, слухи о твоих деяниях дошли до столицы, — сказал Хало.

— Вы получили это на обратном пути, милорд? — спросил Карон.

— Письмо пришло всего час назад, — ответил глава дома.

Юноша задумался, нет ли у императора осведомителя в баронстве.

«Нет, император сейчас живое пугало», — подумал он.

Более вероятно, что в императорский дворец прибыл осведомитель какого-нибудь влиятельного дворянина. Однако, несмотря на то, что император был всего лишь фигурой, его приказ оставался приказом главы государства. Не подчиниться ему означало бы потерять самостоятельность и право принимать решения, другими словами, они бы оказались в опале, и Хало это прекрасно понимал.

И все же он повернулся к Кэрону и сказал: «Если ты не хочешь идти, ты не обязан».

Было много причин не ввязываться в это дело. По крайней мере, так считал Хало. Перед ним был его внук, подающий надежды и способный повести за собой поколение. Кэрон продемонстрировал свой потенциал во время первого задания, но герцог пока не хотел толкать его в гущу событий.

Однако Кэрон считал иначе.

— Если Его Величество призвал меня, я должен идти. Кроме того, там я смогу навестить и другого своего деда. Но ведь я не отправлюсь один? Лео тоже участвовал в миссии.

— Если ты поедешь, Лео отправится с тобой. Я также приставлю Лазурных Волков для охраны, — сказал Хало.

— Другого дедушки будет более чем достаточно, — ответил Кэрон.

— Сват... Да, действительно, — размышлял Хало, медленно кивая.

Хотя его родственники не принадлежали к семье мастеров боевых искусств, у них были обширные связи в различных кругах, включая высокопоставленных рыцарей в столице. Дед Кэрона по материнской линии тоже был человеком, который очень любил своего внука и не остался бы в стороне случись с ним что-то.

— Значит, решено. Ты отправишься в путь через три дня, — сказал Хало.

Итак, путешествие Кэрона в столицу было предрешено.

— Ты можешь ступать, — добавил он.

Кэрон встал и почтительно поклонился Хало, а затем сказал: «Я откланиваюсь, милорд».

— Отдыхай. Ты проделал большую работу, — сказал глава. Его тон стал гораздо мягче, чем раньше. Юноша улыбнулся и вышел из кабинета.

Когда Кэрон вышел, Хало повернулся к своим сыновьям и продолжил: «Теперь перейдем к главному вопросу. Зерат, достань то, что запечатано в шкатулке».

— Да, милорд, — ответил Зерат, доставая из ящика в углу черный предмет. Он выглядел как кусок кожи какого-то существа.

Капитан начал объяснять: «Это фрагмент кожи монстра, который появился в западных зернохранилищах».

— На первый взгляд, в нем нет ничего особенного. Но следы силы, которые остались, совсем другие, — со вздохом сказал Хало. — Темная мана идентична той, которой владел Злобный Император.

— ...Милорд, значит ли это… — начал один из его сыновей.

— Есть два варианта. Либо сила Злобного Императора еще осталась в мире, либо… — Хало на мгновение прервался, но сжав кулак, он закончил низким голосом, — он все еще жив.

***

После долгого дня Кэрон наконец вернулся в свою спальню и лег на кровать, накинув на шею полотенце. Это был насыщенный день. В отличие от обычных дней, заполненных только тренировками, он выбрался из замка и показал свой потенциал. Миссия оказалась весьма полезной.

«Даже если это были слабые противники, мой первый настоящий боевой опыт того стоил... Пока что я должен быть доволен этим», — подумал мальчик.

В этой жизни он впервые убивал людей. В прошлой жизни он и мечтать не смел о таком прогрессе. 

Кэрон хотел скрестить мечи с противником Сабины, но он не мог на это повлиять. Сабина разобралась с ним лично, а значит, это был противник, с которым он не мог справиться.

Он хорошо знал, что битвы, в которых на кон ставится жизнь, служат катализатором роста, но рисковать своей жизнью в новом обличье ему было незачем.

«Даже просто еда позволяет мне хорошо развиваться», — размышлял Кэрон.

Пока ему нужно было всего лишь двигаться по легкому пути, проложенному его семьей. О выходе за пределы он подумает, когда достигнет их.

— Ух, размышления об этом приводят меня в ярость, — пробормотал Кэрон.

Мысль о том, что детство Хало было таким же радужным, раздражала его. В отличие от Каина, который выживал в аду, Хало, скорее всего, шел по дороге, усыпанной цветами. Это лишь подтолкнуло Кэрона к тому, чтобы в полной мере насладиться предоставленной ему роскошью.

Он решил, что обязательно опустошит казну рода.

— Чего ты так сердишься? — раздался голос.

— ...Леди Сабина? — воскликнул Кэрон.

Когда мальчик лежал на кровати, погрузившись в раздумья, дверь распахнулась с такой силой, что едва не разлетелась вдребезги. Он повернулся и увидел Сабину на пороге с бутылкой ликера.

— Тебя отругали на собрании? Через это проходят все. Меня с братом ругали каждый день, — сказала Сабина.

— Леди Сабина, что привело тебя сюда в такой час? — спросил Кэрон.

— Завтра утром я покидаю замок, поэтому решила выпить с учениками перед отъездом, — ответила Сабина. Затем она слегка встряхнула бутылку и потянула Лео вперед из-за своей спины. Лео, с взъерошенными волосами выглядел так, будто его только что вытащили из постели, слабо помахал Кэрону.

— ...Добрый вечер, — сказал мальчик. 

— Лео, по твоему лицу не скажешь, что вечер добрый, — ответил Кэрон.

— Дети часто становятся ближе, тайно выпивая. Мы с братом прошли через это, — сказала Сабина.

Кэрон усмехнулся, глядя на бутылку, которую принесла Сабина, потому что она показалась ему знакомой.

Это точно была бутылка Луануара семнадцатилетней выдержки, принадлежащая Зерату.

— Разве это не ликер сэра Зерата? — заметил Кэрон.

— Я взяла ее из его комнаты, раз его не было, — невозмутимо ответила Сабина.

— Но сэр Зерат сейчас на совещании.

— Это его вина, что он не запирает комнату как следует, — возразила Волчица.

— В последнее время сэр Зерат хорошо запирает двери.

— Но не окна.

— О, это полезная информация. Спасибо, леди Сабина. Пожалуйста, присаживайтесь сюда, — сказал Кэрон, жестом указывая на кресло.

Спокойно слушая их разговор, Лео ощутил знакомое чувство головокружения. Впрочем, к этому ощущению он уже привык. Возможно, находясь рядом с ними так долго, он адаптировался, сам того не осознавая.

Они втроем сели за маленький столик в спальне Кэрона. Однако вместо рюмок на столе стояли несколько стаканов для воды.

Увидев их, Сабина слегка нахмурилась и спросила: «Здесь нет рюмок?»

— Ну, это комната тринадцатилетнего мальчика. Рюмки здесь слегка неуместны, не так ли? — ответил Кэрон.

— Хм, в этом есть смысл, — признала Сабина. Она расставила бокалы и, улыбаясь, налила в каждый ликер: «Стакан есть стакан, будь он для воды или для ликера».

— Это правда, — согласился Кэрон.

— Если подумать, вы одинаковые. Независимо от того, кто вы, вы все равно мои любимые внуки, — сказала Сабина. Она удовлетворенно улыбнулась, оглядывая своих любимых внучатых племянников, которые были ее учениками.

За последние три года она очень привязалась к ним. В прошлом она никогда не жалела о том, что покинула замок Лазурного Океана, но в этот раз она не могла не почувствовать грусть. Больше всего ее печалила мысль о том, что она не сможет наблюдать за их дальнейшим развитием.

— Кэрон, ты часто воруешь алкоголь, так что это неудивительно... Но Лео, ты когда-нибудь пил раньше? — спросила Сабина.

— Несколько раз... Когда Кэрон приносил, — признался Лео.

— Ты бы не сделал этого по своей воле. Скорее всего, этот негодяй заставил тебя, чтобы сделать своим сообщником, — сказала Сабина.

— Вместе терпеть наказание лучше, чем в одиночку, — ответил Кэрон.

— Ха-ха! Конечно! — Сабина от души рассмеялась и тоже налила себе выпить. Затем она слегка приподняла бокал: «За успех моих учеников в их первой миссии!» Сабина подняла тост.

В комнате раздался звон бокалов. Кэрон улыбнулся, пригубив виски. Он почувствовал, как гладкая, но обжигающая жидкость скользит по его горлу. 

Сабина, которая заботилась о нем и оказывала бесконечную поддержку на протяжении последних трех лет, была больше, чем просто двоюродной бабушкой.

«Мой первый наставник», — подумал Кэрон. Даже если учесть его прошлую жизнь, она была его первым наставником. Благодаря ее помощи он смог легко заложить основы искусства Господства Над Океаном. Расставаться с ней было бы неприятно, но у нее были свои обязанности, а Кэрон считал, что и так получил от нее более чем достаточно.

— А, леди Сабина, — внезапно окликнул Кэрон.

— Да? — ответила Сабина.

— Мы с Лео отправляемся в столицу через три дня. Нас вызвал император, — сказал Кэрон.

Глаза Лео расширились от удивления, но Сабина лишь рассмеялась, похлопав Кэрона по спине. 

— В столице будет весело. Жаль, что я не смогу увидеть это сама. Имперская столица, Декус — весьма увлекательное место. Там полно людей и многие из них — сильные личности. Это будет отличным опытом для вас обоих, — сказала Сабина.

— Я так много мест хотел посетить, когда был в Декусе! Столица... Я встречусь с императором в столице! И там есть вечеринки! Мы ведь тоже сможем посещать вечеринки, правда, Кэрон? — воскликнул старший.

Лео действительно был человеком, который плохо переносил алкоголь. Более того, он ребенок в стадии полового созревания, он уже начал задумываться о вечеринках.

Кэрон подумал, что, кроме слуг, он не видел Лео ни с одной девушкой их возраста.

«Возможно, я видел, как он краснел при виде рыцарей-женщин», — подумал Кэрон. Но, конечно, Лео все равно воспринимал бы их просто как коллег. С другой стороны, поскольку он мало общался с благородными девушками, вполне понятно, что у Лео могут быть фантазии на этот счет.

Кэрон сделал еще один глоток ликера. Он горько улыбнулся, вспоминая моменты из своей прошлой жизни: презрительные взгляды дворян, которые смотрели на него, родившегося рабом, с полным презрением. Однако в этой жизни все было иначе. Теперь он был уважаемым младшим внуком великого герцога.

— Смокинг... Я должен не забыть смокинг, — пробормотал Лео.

— Лео, — перебила Сабина.

— Да! — ответил юноша.

— Если ты планируешь посещать какие-либо вечеринки, то лучше всего тебе идти одному, — сказала Сабина.

— Что? Почему ты так говоришь... О, — сказал Лео, поняв, что она имела в виду. Он посмотрел на пьющего Кэрона. Восхитительная внешность, ослепительные таланты и красноречие младшего приковывали к себе все внимание на любом собрании.

— Лео, — мягко сказала Сабина.

— ...Да, — ответил ей внук.

— Просто заткнись и пей. Твой бокал еще не пуст, не так ли? — Сабина продолжила.

— Нет, не пуст…

И вот так наставница и ее ученики пили до глубокой ночи.