Сабина покинула замок на рассвете. Не было никакой пышной церемонии прощания. Она просто взяла своего коня и отправилась в сторону Северного моря. Однако, уезжая, она коротко попрощалась с семьей.

— Я буду ждать вас у Северного моря. Не торопитесь. Поскольку там мой дом, я подготовлю для вас лучший алкоголь. 

Это было прощание, действительно достойное Сабины. Она была надежной опорой Кэрона на протяжении последних трех лет, но даже с ее отъездом причин для беспокойства не было. 

— «Два мальчика из великой герцогской семьи очистили от разбойников соседние земли...» Не слишком ли слабый заголовок для главной утренней газеты империи, Лео? — спросил Кэрон.

— ... Ну, он все еще на первой полосе. Мне нравится, — ответил Лео.

За эти три года Кэрон укрепил свое положение в замке Лазурного Океана. 

Он шел по коридору и с ухмылкой читал газету. Первая полоса была заполнена событиями предыдущего дня в баронстве Белус. Здесь рассказывалось обо всем: от того, как они уничтожили бандитов, до того, как император вызвал их, чтобы похвалить за подвиги. Верная своей репутации «Имперского ежедневника», газета сделала акцент на вызове императора.

— Благодаря этому наша история быстро станет главной темой для сплетен в светских кругах, — пробормотал Лео, слегка покраснев.

Кэрон посмотрел на старшего брата с оттенком презрения и спросил: «Лео, ты помнишь обещание, которое мы дали при первой встрече?»

— Какое обещание? — спросил Лео, смутившись.

— Ты обещал вырасти хорошим и порядочным молодым человеком, — напомнил Кэрон.

— Конечно, помню, — ответил Лео, дрожа при воспоминаниях о той жестокой расправе над ним. Вскоре он спросил: «Почему ты заговорил об этом именно сейчас?»

— Я беспокоюсь, что ты можешь вызвать неприятности в столице. Возможно, ты будешь замешан в скандалах с молодыми знатными дамами или что-то в этом роде. Просто это испортит репутацию семьи. А это моя работа! Ты ведь об этом тоже помнишь? — спросил Кэрон.

— Помню, сумасшедший ты ублюдок, — проворчал старший.

— Ах, спасибо за комплимент.

Лео был тем, от кого Кэрон не мог оторвать глаз ни на минуту. Если его не держать в узде, он мог сбиться с верного пути и стать главным  нарушителем спокойствия.

Кэрон решил, что во время этой поездки в столицу будет лучше, если титул смутьяна достанется только ему. Его беспокоило, как именно он заслужит это звание...

«...Я что-нибудь придумаю», — подумал он.

Если все пойдет не так, как он планировал, всегда есть возможность поднять шум в императорском дворце. С таким количеством глаз и ушей в столице он точно сможет добавить несколько морщин на лбу Хало. С отъездом Сабины появилась прекрасная возможность устроить хаос.

Пока два кузена предавались мечтам о предстоящей поездке, перед ними появился мужчина средних лет. Его властный голос эхом разнесся по коридору: «Разгуливать, смотря по сторонам, не подобает благородному человеку. Будь осторожнее в будущем, Кэрон».

Это был их старший дядя, Дейлс. Костюм сидел на нем безупречно, он был идеально ухожен — все это отражало его щепетильность. Кэрон и Лео одновременно поклонились.

— Здравствуйте, дядя Дейлс, — мальчики приветствовали мужчину.

Он слегка кивнул в ответ: «Доброе утро. Вы оба готовы к поездке в столицу?»

Дейлс был старшим сыном Хало, и, в отличие от своего брата Рафаэля, он был известен своей осторожностью. Он также считался самым сильным претендентом на пост главы семьи Лестон.

«Эти три года прошли спокойно», — подумал Кэрон. 

Все то время, пока Сабина обещала защищать его, дяди воздерживались от каких-либо действий. Защита Сабины была почти абсолютной. Ее репутация не позволяла никому навредить ее воспитанникам. Но теперь Волчицы здесь не было. И хотя ее влияние не исчезло полностью, дядям пора было начинать действовать.

Кэрон улыбнулся Дейлсу: «Все остальные уже активно занимаются подготовкой к нашему отъезду. Нужно ли нам что-то еще делать? От детей семьи Лестон ведь требуется только носить с собой меч, значит мы уже завершили подготовку».

— Ха-ха, это хороший ответ. Ношение меча в любом месте империи — привилегия только для нашего рода. Мы можем носить их даже в императорском дворце, хотя это, естественно, запрещено на встречах с Его Величеством, — сказал Дейлс.

Это была привилегия, символизирующая авторитет семьи Лестон. Мужчина внимательно наблюдал за племянником и думал: «Он вырос».

Вот уже три года, с тех пор как Кэрон получил меч первопредка семьи, Дейлс внимательно следил за ним. Поначалу он видел в Кэроне лишь досадную помеху, появившуюся как раз тогда, когда Дейлса уже раздражал его жадный младший брат. Но теперь Кэрон превратился в довольно грозную фигуру.

Дело было не только в его таланте фехтования: мальчик был еще и умен. Учитывая навыки ведения переговоров, которые он продемонстрировал в баронстве Белус, в его то возрасте, Дейлс больше не мог считать его просто ребенком. С другой стороны, он не собирался вести себя иначе сразу после того, как Сабина покинет замок. В отличие от своего глупого младшего брата Рафаэля, он не был настолько безрассуден.

— Кэрон, могу я попросить тебя об одолжении?

— Да, дядя Дейлс.

— Когда поедешь в столицу, постарайся держаться подальше от неприятностей. Мне хорошо известно, какие крупные и мелкие инциденты ты здесь устраивал, — Дейлс, тонко намекал на то, что он все это время наблюдал за действиями Кэрона.

— В столице много желающих избавиться от нашей семьи. Если ты хоть раз дашь им повод... я лично жестоко накажу тебя, — продолжил он.

Дейлс был старшим сыном, имеющим наибольшие шансы стать наследником, в то время как Кэрон был еще ребенком и являлся самым младшим членом семьи. Этим разговором он намеревался показать Кэрону разницу. Хотя со стороны казалось, что взрослый просто дает жизненные советы ребенку, Кэрон был достаточно умен, чтобы понять весь смысл его слов.

Кроме того, Дейлсу не нужно было лично предпринимать какие-либо шаги. Ходили слухи, что жена его младшего брата что-то замышляет в столице. Ему оставалось только наблюдать и ждать.

— Спасибо за мудрые слова, дядя Дейлс, — сказал Кэрон.

— Рад помочь, — ответил мужчина.

— Я постараюсь вести себя в соответствии с вашими ожиданиями, — добавил Кэрон, глядя на Дейлса с яркой улыбкой.

«А вот это уже интересно», — подумал Кэрон.

Он ценил возможность вырасти под защитой Сабины, но должен был признать, что это было скучно. Мысль о том, как раздраженное лицо Дейлса исказится от досады, показалась ему весьма забавной.

В этот момент Кэрон нашел новый источник развлечений в своей жизни.

***

После встречи со старшим дядей Пэйл вызвал мальчиков в свой кабинет. Войдя, они увидели знакомое лицо. Это был Рохан, наследник баронства Белус.

Молодой барон принес подарки, чтобы отблагодарить молодых героев, спасших его землю. Но проблема заключалась в размере подарка.

— Мы передадим двум молодым Волкам пять процентов от доли баронства Белус в шахте по добыче камней маны, — объявил Рохан.

От размера этого подарка даже Кэрон потерял дар речи.

По договоренности, распределение долей в совместном предприятии было восемьдесят на двадцать: восемьдесят процентов принадлежало баронству, а двадцать - герцогству. Хотя точная стоимость зависела от дальнейшей работы рудника, одна только эта доля сулила значительную финансовую выгоду.

Пэйл, ведущий переговоры, уже был готов завершить сделку, когда Рохан неожиданно добавил новое условие. С трудом скрывая удивление, он спросил юношу: «... Молодой господин Рохан, барон Белус одобрил это?»

— Конечно. Это решение было принято после тщательного обсуждения с моим отцом, — подтвердил он.

— Ха-ха, — Пэйл издал сухой смешок и взглянул на Кэрона. Давненько он не видел его с таким выражением шока на лице. Похоже, даже его умный сын не ожидал подобного.

Пять процентов — не так уж много, но доход, который они принесут, легко превысит годовой бюджет какой-нибудь провинции. Даже если предположить, что залежи камней маны будут минимальными, прибыль окажется значительной. А если месторождений будет много, то доход будет просто невообразимым.

— Мы также намерены покрыть налоги с прибыли для вас обоих, — добавил Рохан.

— Хах…ха-ха, — снова захихикал Пэйл. Молодой человек перед ним был далеко не невеждой в том, что касается ценности добычи камней маны. Пэйл не раз имел дело с бароном Белусом и знал, что Рохан — способный человек, с отличием окончивший имперскую академию. Юноша должен был понимать ценность того, что он предлагает.

«Не может быть, чтобы он не знал», — подумал Пэйл.

Это был ненужный жест доброй воли. Двадцатипроцентная доля сама по себе была более чем достаточной платой за их миссию.

Мужчина сделал паузу, изучая Рохана, а затем произнес низким голосом: «Молодой барон Рохан».

Голос Пэйла эхом разнесся по кабинету, когда он обратился к парню, который почтительно поклонился и ответил: «Да, граф Пэйл».

— Обычно я не принимаю подобное без причины. Это часто приводит к неприятностям. На мой взгляд, двадцатипроцентная доля — это уже более чем щедро. Почему вы настаиваете на выделении дополнительных долей именно этим детям? — спросил Пэйл.

Это был сложный вопрос, но Рохан ответил на него с мягкой улыбкой.

— Передача двадцати процентов акций герцогству Лестон — это всего лишь плата за выполнение задания. Верно ли будет называть эти пять процентов подарком? — пояснил юноша.

— Подарком? — повторил Пэйл.

— Да. Разве мы не должны выразить особую признательность двум героям, которые спасли наши земли? — ответил Рохан, взглянув на Кэрона.

Хотя мальчику было всего тринадцать лет, молодой барон слышал множество историй от выживших жителей баронства. Они рассказывали, как этот мальчик сражался с элитными бандитами, прошедшими военную подготовку, и взял в заложники их босса. Решение преподнести этот подарок не было сложным ни для барона Белуса, ни для Рохана. И это было не просто проявлением благодарности.

— Кажется, это слишком для простого подарка. Наверняка должна быть другая причина, не так ли? — спросил Пэйл.

— Не стану отрицать, — признался Рохан.

— Подарки дарят, чтобы завоевать чье-то расположение, так неужели ты и твой отец пытаетесь завоевать расположение моих сына и племянника? — прямо спросил Пэйл.

— Да, пытаемся, — столь же прямо ответил Рохан.

— Но даже в этом случае это очень дорогой подарок, — заметил Пэйл.

— Так может показаться, если воспринимать его просто как подарок... Но я верю, что вы понимаете, какие намерения за ним стоят.

После того как Пэйл услышал слова Рохана, выражение его лица окончательно разгладилось: «Это был ваш план, молодой барон?» 

— Я его разработал, а мой отец добавил свой опыт, — пояснил Рохан.

— Барону повезло, что у него такой замечательный сын, — заметил Пэйл.

— Его нельзя сравнивать с вами, не так ли? — ответил Рохан.

— Хаха! Приятно слышать. Ладно, я понимаю, что вы хотите сделать инвестиции заранее, — сказал Пэйл, искренне смеясь. 

Затем он перевел взгляд на Кэрона. Баронство Белус пыталось завоевать расположение его сына, отдав ему пять процентов акций своего рудника. Хотя намерения Рохана были очевидны, Пэйл не возражал. Более того, это его радовало.

Если они готовы вложить пять процентов акций, чтобы добиться благосклонности, значит, они признают исключительные таланты его сына. А какой отец не гордился бы, услышав похвалу способностям своего сына?

— Владелец шахты распоряжается ею по своему желанию. Однако нам следует выслушать тех, кто в этом участвует. Лео, Кэрон, что вы думаете? — спросил Пэйл.

Таким образом, внимание переключилось на мальчиков. Кэрон заметил, что Пэйл намеренно переложил решение на них, давая понять, что не будет вмешиваться.

Лео, который не произнес ни слова с момента входа в кабинет, прошептал: «Э... Кэрон».

— Что?

— Я знаю, что шахта по добыче камней маны очень ценна, но... я не очень понимаю, сколько оно стоит. Сколько это — пять процентов? — спросил Лео.

Юноша с трудом осознавал значение предложения, потому что обычно избегал чтения и учебы. Кэрон вздохнул, а затем объяснил более простым языком, чтобы Лео понял.

— Помнишь те светские мероприятия, которыми ты так интересуешься в последнее время?

— Да, — ответил Лео.

— Ты, наверное, мог бы устраивать их каждый месяц.

— Ого!

Кэрон покачал головой на наивность своего кузена и повернулся к Рохану. Этот подарок был не просто жестом доброй воли.

«Если бы речь шла исключительно о благодарности, они бы подарили драгоценные камни или золотые монеты», — подумал он.

Если драгоценные камни или золотые монеты было одноразовым подарком, то владение акциями означало поддержание длительных отношений с территорией барона Белуса. Другими словами, это был окольный путь к тому, чтобы сказать, что они заодно.

Несмотря на то что сейчас баронство было отсталым сельским городком, после разработки рудника ситуация полностью изменится.

«Не думал, что этот человек упустит такую возможность», — размышлял Кэрон.

Рохан проявил большую проницательность, решив вложить деньги в Кэрона, и не меньшую решительность, приехав прямо в замок Лазурного Океана. Он казался человеком, который мог бы по-настоящему преобразить свою территорию с помощью этих денег.

Быстро приняв решение, Кэрон почтительно поклонился и сказал: «Спасибо за щедрый подарок. Я с радостью приму его».

Рохан обрадовался ответу Кэрона и ответил: «Надеюсь, мы сохраним эти хорошие отношения в будущем». 

— С нетерпением жду, — сказал мальчик.

С этими словами были добавлены последние условия в документы, и переговоры завершились.

— Это взаимовыгодная сделка, юный барон Рохан. Я надеюсь на наше дальнейшее сотрудничество, — сказал Пэйл.

— Мы также рады поддерживать хорошие отношения с вашим родом, — ответил Рохан.

Когда взрослые закончили разговор, Лео тихо спросил Кэрона: «Мы разделим акции пятьдесят на пятьдесят, верно?»

— Семьдесят на тридцать, — ответил Кэрон.

— Шестьдесят на сорок, — предложил Лео.

—Восемьдесят на двадцать, — возразил Кэрон.

— ... Хорошо, восемьдесят на двадцать… — Лео уступил.

Кэрон не собирался щедро делиться с Лео этим сокровищем. В прежней жизни, будучи рабом, он даже не задумывался о частной собственности, но в этой жизни все было иначе. Он широко ухмыльнулся, глядя на Лео.

— Хорошо, девяносто на десять. Честно говоря, дать тебе десять процентов — это щедро, — продолжил Кэрон. Ответ был уже предрешен.

— Это бессмысле… — начал Лео.

— Если тебе что-то не нравится, следуй за мной на тренировочную площадку, — перебил Кэрон.

— ... Я был не прав. В этом есть смысл, — сказал Лео, глядя на решительный блеск в глазах Кэрона. Сколько бы денег у него ни было, он знал, что они не будут дороже его жизни.

Завершив переговоры наедине, Кэрон весело сказал Пэйлу: «Отец, мы закончили».

— Хорошо. Даже в семье финансовые вопросы должны быть ясными. Итак, каково соотношение долей? При равном соотношении пятьдесят на пятьдес... — начал Пэйл. 

— Я получу девяносто, а Лео - десять! — перебил Кэрон.

Пэйл, удивленный соотношением, о котором упомянул его сын, нерешительно спросил: «Девяносто на десять? Я правильно расслышал?»

— Да! Разве не так, Лео? — надавил Кэрон.

— ... Да, дядя Пэйл. Девяносто на десять — это... правильно, — неохотно подтвердил Лео.

Пэйл на мгновение потерял дар речи от ответа племянника.

Затем Кэрон добавил детским голосом: «Хорошо, что дедушки и дяди здесь нет. Правда, отец?»

Именно в этот момент младший внук герцога, мечтавший стать ублюдком, получил значительную финансовую поддержку.