По всей маленькой палатке была развешана цветастая одежда. Внутри витал экзотический аромат. Выбрав белоснежное платье, Оскар бросил его стоявшей рядом ведьме.

— Примерь-ка следующим. На тебе будет хорошо смотреться, — сказал он.

— Что? Какое еще следующим?.. — скривилась Тинаша, утаскивая платье в заднюю часть палатки, чтобы переодеться.

Обычно в это время дня двоица сидела бы в кабинете замка, но сегодня они изучали ассортимент установленной на городской площади палатки уличного торговца, потому что…

Оскар настаивал: «Я совсем задеревенел, надо бы проветриться».

А Тинаша возражала: «Ни за что. Помни о своем статусе».

…в итоге они сошлись на том, чтобы, замаскировавшись, отправиться в город. Похоже, Оскару очень нравилось наряжать Тинашу.

 Ведьма вернулась из задней части, раздраженно потягивая подол платья. Она сердито взглянула на спутника:

— Вот, я переоделась. Удовлетворен?

Высокий ворот, обрамлявший ее миниатюрное личико, был похож на цветочные лепестки. Пышная юбка подчеркивала ее стройность, раскрываясь к низу, словно распустившийся бутон. Тинаша выглядела загадочно, и Оскар расплылся в улыбке:

— И правда хорошо смотрится. Приобрету и его, и можем возвращаться.

— В нем так тяжело двигаться, когда мне это носить? И почему вообще ты покупаешь мне одежду? — спросила Тинаша.

— Потому что разнообразие иногда не помешает, — ответил Оскар.

Каждый день наследного принца был полон обязанностей, которым требовалось уделять внимание. Передохнуть не удавалось. Оскар понимал, что в этом заключался его долг, но порой накатывало необъяснимое уныние, и он желал отвлечься.

Обычно, когда его охватывала такая хандра, он приходил в себя, проводя время с защитницей: вероятно, потому, что хоть она и уважала Оскара как держателя договора, его положение и ответственность как члена королевского рода были ей безразличны.

Взглянув на себя в ростовое зеркало, Тинаша собрала волосы, чтобы они лучше сочетались с платьем.

— Если ты все, давай возвращаться. Лазар уже наверное разрыдался.

— А я, впрочем, еще хотел поподбирать тебе одежду… Перейти дальше, к украшениям, — сказал Оскар.

— Мы уходим! С меня довольно, я устала! — воскликнула Тинаша, показывая, что ее чаша уже почти переполнилась.

Оскар положил руку на голову ведьмы.

— Хорошо. Честно говоря, ты удивительно долго продержалась. Я был уверен, что к этому времени ты непременно сбежишь.

Тинаша, пусть и не переставая хмуриться, сопроводила Оскара на этой передышке. Он заинтересовался, что на нее нашло, что она так себя истязала. Отвернувшись, она отчетливо произнесла:

— Я прекрасно знаю, как усердно ты каждый день трудишься.

Глаза Оскара расширились.

Несомненно, Тинаша единственная видела в Оскаре прежде всего человека, когда весь мир чтил его как члена королевской семьи.

Поэтому он обожал быть с ней и хотел, чтобы она думала о нем так же, как он о ней.

— Ясно… Тогда, может, поженимся? Мне бы хотелось, чтобы ты надела свадебное платье.

— А мне нет! Возвращаемся! Немедленно! И никаких «по пути»! — заявила Тинаша, протягивая руку Оскару. Тот с ухмылкой взялся за нее. Ему не наскучит даже обратная дорога в замок.