Глава 17: Явление Божественной Мощи

Приятного Чтения /_·.·_/

Управляющий Чжан с дружинниками, конвоируя Ци Да и сопровождаемый арендаторами, такой вот внушительной процессией прибыл на гумно.

Деревня была крошечной, ничего в ней не утаишь. Остальные жители, узнав о происходящем, позвали старосту Су. Вскоре все, кто ещё не ушёл в поля, собрались на гумне, и две стороны встали друг против друга.

Староста Су, с тех пор как занял свой пост, сильно переменился в осанке. Сейчас он был в бежевой короткой рубахе без единой заплатки. Увидев управляющего Чжана, он грозно вопросил:

— Ах ты, Чжан! Как ты посмел привести людей, чтобы разрушить храм нашего Божества Земли? Хочешь погубить всю нашу деревню? Берегись, я подам на тебя жалобу в уезд, посмотрим, устоит ли твой господин!

Управляющий Чжан слегка улыбнулся, хотя в душе был раздосадован. Он не ожидал, что их так быстро перехватят, и все его предыдущие планы пошли прахом. Но, будучи старым и хитрым лисом, он сказал:

— Мой господин прослышал, что слухи о вашем Божестве Земли распространяются повсюду. Говорят, он и детей дарует, и от болезней лечит, и урожай обильный обеспечивает. За двести с лишним лет существования нашей Империи Да Цянь, на всех её бескрайних просторах, мы не слышали ни об одном Духе Хранителе с такими способностями. Должно быть, это какая-то нечисть, Демон или Злой Дух, что пришёл сюда тайно вредить вам.

— Посему его светлость, из великой доброты своей, послал меня снести храм. Это знак его заботы, ведь господин, как волостной старшина, обязан оберегать покой на вверенной ему земле.

Услышав это, староста Су побагровел, а его шея, казалось, стала толще от гнева:

— Если бы не покровительство Божества Земли больше месяца назад, нашу деревню Цинъюй давно бы стёрли с лица земли! Божество Земли защищает нас, как он может быть нечистью? А вот твой помещик Чжан, настоящий мародёр! Он во всех окрестных деревнях многих довел до разорения, заставив продать землю. Иначе откуда бы в нашей деревне Цинъюй столько земель семьи Чжан? Ты только посмотри на эти поля, они все пропитаны кровью и слезами моих односельчан!

Управляющий Чжан на миг опешил, но тут же холодно усмехнулся:

— Так или иначе, в вашей деревне нашлись жители, согласные снести храм. Мы лишь оказались здесь кстати. Если дело дойдёт до суда, это будет запутанная история. А в уездном суде, где всё решают связи и деньги, посмотрим, что ты сможешь противопоставить моему господину.

Затем он обернулся и спросил:

— Ци Да, скажи, это ведь ты попросил нас прийти и снести храм?

Ци Да уже побледнел как полотно, с него градом катился холодный пот. Он хотел было выкрикнуть нет, но державший его дружинник так сжал ему руку, что боль пронзила до слёз. Взглянув в глаза здоровяка, он увидел в них, казалось, жажду убийства. Ци Да понимал, что в деревне сейчас неспокойно. Если его убьют где-нибудь за околицей и спрячут тело, то без улик и свидетелей уездные власти, чтобы не портить отчётность для столицы, просто спишут всё на Злых Духов и закроют дело. И он, Ци Да, умрёт напрасно.

Выхода не было, и он лишь выдавил из себя тихое угу.

— Хахахаха…

— Старик Су, ты сам видел! Это люди из твоей деревни меня позвали, а не я сам это затеял. За дело!

Управляющий Чжан привёл с собой десять дружинников, все как на подбор высокие и крепкие, вооружённые дубинами из древесины ююбы[1], прочнее не бывает. Хотя у семьи Чжан были и длинные мечи, и железные копья, появляться с таким оружием было бы слишком дурным знаком.

Как только был отдан приказ, восемь здоровяков выступили вперёд и, выставив дубины, намертво перекрыли дорогу селянам. Староста Су отчаянно кричал, но всё было тщетно. В это время большинство крепких мужчин работали в поле, а в деревне остались лишь старики, женщины и дети. Как они могли сопротивляться?

Главный дружинник, держа Ци Да, подвёл его к храму Божества Земли, сунул ему в руки дубину и приказал:

— Чего застыл? Давай, ломай!

Ци Да с искажённым от ужаса лицом, прекрасно зная о могуществе Божества Земли, не смел и пошевелиться. Его руки дрожали, он поднял дубину, но тут же выронил её. Так повторилось несколько раз, а сам он стоял как истукан.

Главарю дружинников надоело ждать. Он схватил руку Ци Да, силой сжал её на дубине и, потащив его за собой, замахнулся на храм.

Ситуация стала критической.

Внезапно раздался громовой крик:

— Негодяи, как вы смеете!

Главный дружинник только обернулся, как получил мощный удар в лицо, рухнул на землю и выплюнул несколько зубов.

Ци Да узнал нападавшего, это был Ли Дачжуан с восточной окраины деревни. Несколько дней назад он говорил, что Божество Земли явился ему во сне и велел стать Хранителем Храма. С тех пор он каждый день приходил сюда, подметал, приводил в порядок благовония и подношения, почти забросив собственное поле. Ци Да тогда ещё посмеивался за его спиной, что тот свихнулся.

Тем временем главарь дружинников поднялся, злобно сплюнул кровавую слюну и, оскалившись, прорычал:

— Хорошо! Очень хорошо! Вы не вмешивайтесь, оставьте его мне.

И он яростно бросился вперёд.

Увидев, что они сцепились, управляющий Чжан нахмурился. Внезапно появившийся детина обладал огромной силой, но совершенно не владел боевыми искусствами, его атаки были прямолинейны и полны брешей. Однако тело у него было крепкое, и он, казалось, не обращал внимания на пропущенные удары. Напротив, главарь дружинников начал уступать.

Ещё через мгновение Ли Дачжуан, улучив момент, ударил противника кулаком в живот. Главарь дружинников рухнул на землю и больше не смог подняться.

Управляющий Чжан взревел от ярости:

— Все на него! Используйте дубины!

Остальные дружинники, видя, что их главарь повержен, перестали сдерживать селян и, сжимая дубины, окружили Ли Дачжуана. Переглянувшись, они с криком:

— Вперёд!

Ринулись в атаку.

Ли Дачжуан отчаянно отбивался, но силы человеческие не безграничны. Бой с главарём уже отнял у него много энергии, а теперь против него было столько врагов, да ещё и с дубинами. Он начал сдавать, и на лице управляющего Чжана проступила радость.

Вскоре Ли Дачжуан получил удар дубиной по лицу, и половина его лица тут же распухла.

В этот момент Ли Дачжуан, казалось, принял решение. Он топнул ногой, сложил руки в особую печать и низким голосом произнёс:

— Да снизойдёт на меня сила Божества Земли!

Дружинники на мгновение замерли, решив, что здоровяк окончательно спятил. Но лишь на миг, а затем с новой силой обрушили на него свои дубины.

Но тут Ли Дачжуан издал громовой рёв, одной рукой перехватил дубину, а остальные удары, пришедшиеся по его телу, отскочили, словно от выделанной кожи.

Дружинник на другом конце дубины дёрнул её, но не смог сдвинуть с места. Ли Дачжуан потянул на себя и выдернул противника из строя. Перед дружинниками стоял тот же здоровяк, что и мгновение назад, но теперь он казался выше и свирепее. А главное, его глаза слабо отсвечивали красным, отчего у всех волосы встали дыбом.

Ли Дачжуан нанёс удар кулаком в грудь одного из дружинников, и тот отлетел в сторону. Послышался треск ломаемых костей.

Дружинников охватил леденящий ужас, и они уже подумывали об отступлении. Но Ли Дачжуан, словно тигр, сорвавшийся с горы, ворвался в их ряды. Раздались крики боли и треск костей. Редкие ответные удары, попадавшие в него, не причиняли ему никакого вреда. Через несколько мгновений все десять дружинников лежали на земле, непрерывно стеная.

Лицо управляющего Чжана исказилось от ужаса. Он хотел было что-то сказать, но Ли Дачжуан подошёл и одной пощёчиной сбил его с ног. Тот долго не мог подняться.

Староста Су, вне себя от радости, подошёл и похлопал Ли Дачжуана по плечу:

— Парень из семьи Ли, не ожидал я от тебя такого! Вот это молодец…

Он хотел сказать что-то ещё, но заметил, что Ли Дачжуан бледен, а ноги его подкашиваются. Староста понял, что победа над этими людьми далась ему немалой ценой.

Но сейчас нельзя было показывать слабость. Он незаметно кивнул назад. Су Ху всё понял, подошёл к Ли Дачжуану и, обняв его, сказал:

— Братец Ли, вот это мастерство! Мне бы поучиться у тебя…

И он незаметно поддержал его.

Староста Су подошёл к всё ещё лежащему на земле управляющему Чжану и, глядя на него сверху вниз, с огромным удовольствием произнёс:

— Управляющий Чжан, ты сам видел, что большинство жителей нашей деревни против сноса храма. Что до арендной платы, только пятьдесят процентов, не хотите, как хотите. Если не согласны, назначайте место, и мы померимся силами. Так и передай своему господину…

В Империи Да Цянь управление страной издревле строилось по старым обычаям, один из которых гласил:

«Власть государя до деревни не доходит...»

На деле это означало, что страна слишком велика, народу много, а расходы на управление огромны, поэтому центральная власть просто не могла всё контролировать. До тех пор, пока деревни платили налоги и не случалось ничего серьёзного, все мелкие дела решались деревенскими старостами и волостными старшинами.

Посты деревенских и волостных старшин обычно доставались самым влиятельным и сильным семьям, которые могли держать в узде всё население. Дела в деревне решал староста. Если же возникал спор между деревнями, то решение было, как правило, одно: вооружённая стычка.

В посевную из-за споров о воде для орошения стычки между деревнями были обычным делом, иногда доходило и до смертоубийства. Но закон не карает толпу, и уездные власти, не зная, что предпринять, просто закрывали на это глаза. Конечно, в волости людей было больше, и драки там были серьёзнее, поэтому волостной старшина считался уже чиновником, рангом выше деревенского старосты, и имел больше власти.

А помещик Чжан из волости Цинси содержал больше дюжины дружинников, свирепых и крепких бойцов, которые в драках были костяком его силы и не знали поражений. Он держал в страхе все окрестные деревни и считался непобедимым во всей волости. Естественно, этот Чжан Хуайчжэн творил что хотел: захотел поднять арендную плату, поднял, и никто не смел возразить.

Но теперь, после случившегося, всё изменилось. С помещика Чжана сорвали тигриную шкуру. Если дойдёт до большой драки, староста Су сможет под предлогом защиты Храма Божества Земли объединить четыре деревни, и тогда их численность будет сравнима с населением целой волости. С дружинниками разберётся Ли Дачжуан, и, возможно, они даже смогут победить. С таким козырем в рукаве можно было держаться уверенно и выпрямить спину. Даже если дело дойдёт до уезда, это будет выглядеть так, будто помещик без причины поднял плату и вынудил крестьян к сопротивлению.

Управляющий Чжан что-то простонал и с трудом поднялся. На этот раз он не осмелился даже бросить угрозу вдогонку. Поддерживая друг друга, они в жалком виде покинули деревню Цинъюй.

Фан Мин, выслушав рассказ Хэ Дуна, лишь холодно усмехнулся, ничего не сказав.

Подумав, он произнёс:

— Раз уж их прогнали, в ближайшие пару дней ничего серьёзного не случится. Мой поход в горы для уничтожения разбойников, напротив, увенчался полным успехом. Я также собрал несколько Призраков. Ступай пока и размести их всех. Самых крепких из них я уже назначил Призрачными Солдатами, их не трогай. А стариков и слабых отправь в Божественный Домен Божества Земли в деревне Циншань Ты ведь жаловался, что не справляешься? Можешь выбрать себе нескольких в помощь.

Увидев, что Хэ Дун кивнул, он подозвал Го Шэна и представил его:

— Это Го Шэн. Я назначил его писарем, пока он будет работать под твоим началом.

Хэ Дун, увидев Го Шэна, расцвёл в улыбке:

— Я как раз переживал, что не хватает людей и я могу подвести господина в важном деле. Теперь, с помощью господина Го, мне будет гораздо спокойнее.

Го Шэн ответил, что не смеет и претендовать на такую честь, и они обменялись поклонами.

Затем Фан Мин подозвал Ван Люлана и Се Цзиня и отдал приказ:

— Вы следовали за мной в походе против разбойников и заслужили награду. Отведите Призрачных Солдат на отдых к окраине деревни и подсчитайте число отрубленных голов. Хм, для этого нужен писарь. Чжэн Куань, займись этим. Сделаешь хорошо, я тебя повышу. Вечером доложите мне, и я щедро награжу вас по заслугам.

Троица, вне себя от радости, поклонилась и удалилась.

Обернувшись к Хэ Юйцину, он сказал:

— Прошу вас, господин, проследовать со мной в Божественный Домен, чтобы я мог разместить вас и впредь ежедневно просить вашего совета!

Хэ Юйцин кивнул:

— Ещё по дороге я слышал о чудесах вашего Божественного Домена и как раз хотел его увидеть. Было бы невежливо с моей стороны отказаться.

Когда они вошли в Божественный Домен, Хэ Юйцин был поражён.

— Это…

— Это же почти Благословенная Земля! Создать такие владения лишь силой веры одной деревни…

— Воистину, чудеса созидания поражают!

Воскликнул он.

Фан Мин громко рассмеялся:

— Мои владения и близко не стоят с Благословенной Землёй, господин, вы слишком льстите мне…

Он приказал привести в порядок небольшой дворик и сказал Хэ Юйцину:

— Мои хоромы скромны, придётся вам пока потерпеть неудобства, господин!

Затем он обратился к двум юношам, стоявшим за спиной Хэ Юйцина:

— Раз вы люди господина Хэ, я назначаю вас слугами. Вы будете отвечать за заботу о господине Хэ, и чтобы без ошибок!

Юноши выглядели не очень довольными, но всё же неохотно опустились на колени и поклонились.

[1]Ююба (также известна как зизифус, унаби или китайский финик) — это экзотический кустарник семейства Крушиновые и его плоды.

Спасибо за прочтение! /_·.·_/