Отголоски разрушения бесследно исчезли, пространство из плоти и крови оказалось уничтожено, словно его и не было вовсе. Когда Цзян Яо пришёл в себя, перед его глазами вновь предстал мрачный подвал.

— Где… я?.. — в пустом взгляде молодого человека постепенно вновь зажёгся свет, но вскоре на его лице появилось удивление, ибо он обнаружил, что за те несколько десятков секунд, пока его сознание было парализовано, и чудовищный глаз, и церковь из плоти и крови — всё исчезло без следа.

Сейчас он находился в том подвале, в который проник через потайную дверь, только теперь повсюду лежали пыль и мусор, и не было никаких признаков недавнего сражения, даже на полу не было ни единой трещины, словно это место давно забросили. Если бы не раны, оставшиеся на его теле после битвы, он бы даже заподозрил, что предыдущая смертельная угроза была всего лишь сном.

— Что происходит… Может быть, тело монстра на самом деле находится в параллельном измерении, а я, возможно, попал внутрь него в тот момент, когда вошел в баню “Неземное блаженство”? — Цзян Яо вспомнил, что чувствовал, будто за ним наблюдают, и серию странных переживаний, которые последовали за этим. Строя догадки, он потёр свою опухшую голову и поднялся с земли. 

Хотя кратковременная потеря сознания создала некоторые пробелы в его памяти, по совокупности обстоятельств молодой человек сделал вывод, что на месте происшествия, должно быть, проявилась неожиданная “аномалия”, и именно эта “аномалия” привела к мгновенной гибели чудовища, что вернуло его самого в реальный мир.

Кроме того, он осознал ещё один факт: часть души Чи Ю, Фу ши, в данный момент не была поглощена главной душой — она просто исчезла.

На этот раз осколок не вернулся к основной душе, а сознание Чи Ю вело себя очень странно. Это следствие только что произошедшей “аномалии”? И какая связь между этим монстром и обществом Пожирателей теней? И, кажется, в конце он что-то сказал… Ай!

Новая волна головной боли нахлынула на Цзян Яо, вырвав его из раздумий. Сейчас у него не было времени на размышления: хотя гигантский монстр и фигуры в чёрных одеяниях были уничтожены, не исключено, что ситуация может принять неожиданный оборот, так что нужно как можно скорее убраться отсюда.

Молодой человек встал и уже собирался вернуться по той же дороге, которой пришёл, но вдруг почувствовал, что что-то задел ногой. Наклонившись, он увидел у своих ног ключ-браслет от шкафчика с красной биркой. Белые цифры “03”, напечатанные в центре бирки, казались особенно яркими.

— Этот ключ ещё здесь? — Цзян Яо наклонился, чтобы поднять с пола красный браслет, взглядом скользнув вперёд. Внезапно он заметил ржавый тёмно-красный шкаф, появившийся в углу неподалёку. Цифры “03” на дверце шкафа соответствовали номеру на ключе.

Наконец-то он нашёл нужный шкафчик.

Молодой человек посмотрел на одинокий шкаф, немного поколебался, затем осторожно шагнул вперёд и приложил браслет к механизму открывания дверцы.

“Бип…”

Дверца автоматически открылась с чётким щелчком, показав Цзян Яо содержимое шкафчика.

Внутри лежали ожерелье с зелёным камнем и жемчужина, излучающая тусклое голубое сияние — это были именно те ожерелье и жемчужина Сюаньу, которые ранее потерял Цзян Яо. А под жемчужиной лежала фотография.

Молодой человек на мгновение замешкался. Забрав свои вещи, он осторожно взял фотографию и взглянул на неё.

Это было старое, пожелтевшее от влаги фото, похоже, свадебный снимок молодожёнов. Мужчина слева был одет в тёмный костюм, его лицо размыло водой, и лишь смутно виднелась его прямая осанка. Рядом с ним стояла молодая девушка с длинными волосами, одетая в красное свадебное платье, в её красивых глазах читалась застенчивая улыбка.

— Это же… — рука Цзян Яо, сжимавшая фотографию, сильно задрожала. В тот момент, когда он узнал женщину на снимке, его словно ударило молотком, а разум совершенно опустел.

Это было лицо, по которому он тосковал бесчисленные ночи. Последние десять лет всякий раз, когда он вспоминал, как она бросила его, молодой человек испытывал душераздирающую боль. Эта боль постепенно притупилась за последние два года, но эта фотография разбередила рану, заставив её обильно кровоточить.

— Ма… мама… 

Женщина на фотографии была нежной и безмятежной. Её глаза, так похожие на глаза Цзян Яо, излучали безграничное тепло — выражение, которого молодой человек никогда раньше не видел.

Цзян Яо долго смотрел на женщину на снимке, прежде чем его взгляд медленно опустился вниз, остановившись на напечатанной в углу дате — год, предшествовавший его рождению.

Старая свадебная фотография его матери, сделанная двадцать четыре года назад.

— Мужчина рядом явно не отец, значит, это… — Цзян Яо слегка прищурился. Хотя он не мог ясно разглядеть его лицо, по телосложению он понял, что мужчина на фотографии — не его отчим, Цзян Хуай. Очевидно, вариант мог быть только один…

Этот человек был его биологическим отцом, человеком, которого он никогда не видел, человеком, о котором его мать никогда не упоминала.

На самом деле Цзян Яо с самого детства знал, что его появление на свет было постыдным, и из-за этого его мать выгнали из дома. Поэтому он всегда вёл себя очень осторожно, никогда не расспрашивал женщину о родном отце и знать не хотел, кем тот был. В его сердце был лишь один отец — Цзян Хуай, который любил их обоих и относился к нему как к родному сыну. Под защитой Цзян Хуая жизнь матери тоже вошла в нормальное русло, и её отношение к сыну постепенно смягчилось, сменив прежнюю отстраненность.

Но все это исчезло вместе с выстрелом, прозвучавшим десять лет назад.

— Я… больше никогда не хочу тебя видеть.

Это были последние слова, сказанные ему матерью. С тех пор о ней не было никаких известий.

Но Цзян Яо и представить себе не мог, что десять лет спустя он снова увидит свою мать на старом свадебном снимке.

— Значит, моя мать вышла замуж ещё до моего рождения, и я не был внебрачным ребёнком? Но… почему я никогда не слышал от неё об этом? И почему здесь эта фотография? Может быть…

Зловещее предчувствие закралось в сердце Цзян Яо, вызывая лёгкую тревогу и беспокойство. Он поспешно перевернул фотографию, и его взору предстали цифровые координаты, а также строка провокационного, кроваво-красного текста…

“Увидимся там.”

 Лицо Цзян Яо тут же невольно исказилось.

“Бам!”

На железном шкафу мгновенно образовалась вмятина размером с кулак, и в свете вспыхнувшей тёмно-фиолетовой молнии он превратился в кусок металлолома. Смысл сообщения на фото был очевиден: противник принуждал Цзян Яо показаться, а козырем в переговорах была мать молодого человека.

Охваченный яростью, Цзян Яо мгновенно покраснел, его глаза налились кровью, а вокруг тела начала отчетливо проступать пугающая, зловещая аура. Лицо его невольно исказилось в яростной гримасе, сделав похожим на свирепого демона. В следующее мгновение он резко развернулся, собираясь броситься к винтовой лестнице. Но именно в этот момент позади вдруг раздался знакомый голос, который на миг вернул его ускользающий рассудок:

— Куда ты?

Цзян Яо внезапно остановился, на мгновение замер и с недоумением оглянулся.

“Топ… Топ…”

Равномерные шаги приближались из глубины мрачного подвала, и постепенно в темноте появился знакомый красный силуэт.

Цзян Яо безучастно смотрел на приближающуюся высокую фигуру, пока человек полностью не вышел из темноты и не встал перед ним.

— Что, ты меня даже не узнаешь? 

Знакомая ирония, знакомый тон, знакомая поза. Засунув руки в карманы, этот рыжеволосый мужчина стоял, спокойно возвышаясь в полумраке подвала. На мгновение Цзян Яо вспомнил их первую встречу. Только теперь в глазах собеседника читались некоторое бессилие и едва уловимая тяжесть, хотя раньше от него веяло непринужденностью и свободолюбием.

— Тао… Ти?.. — слова мужчины, подобно ведру холодной воды, слегка погасили разгоревшуюся в Цзян Яо ярость, хотя злоба в его глазах всё ещё не угасла. Помолчав несколько мгновений, он мрачным тоном произнёс: — Почему ты здесь?

— Хех, наверное, потому что один обеспокоенный учитель-лис прислал мне координаты и попросил срочно приехать, — Тао Ти проигнорировал холод в тоне собеседника и с насмешкой шагнул вперёд, бросив взгляд на плечо Цзян Яо. Уголки его рта, которые вот-вот должны были приподняться, внезапно замерли, но быстро вернулись в нормальное положение. — К счастью, я приехал вовремя, иначе кто-нибудь, вероятно, снова устроил бы неприятности. Хм… может быть, уже устроил, — мужчина многозначительно улыбнулся и, казалось бы, небрежно похлопал Цзян Яо по плечу. Тот и не подозревал, что после вмешательства Тао Ти сгусток чёрной энергии, обвивавший его плечо, тихо рассеялся и исчез в темноте. — Итак, ты собираешься по этим координатам пойти на верную гибель? — мужчина убрал руку и перевел взгляд на фотографию в руках Цзян Яо.

— Разве у меня есть другой выбор? — молодой человек сердито посмотрел на него, широко раскрыв покрасневшие глаза и стиснув зубы.

— Ну так иди, я тебя не удерживаю, — Тао Ти засунул руки в карманы и сделал вид, что ему всё равно. — Но на твоём месте я бы, по крайней мере, связался с человеком на фотографии, прежде чем идти. Иначе кто знает, действительно ли с ним что-то случилось.

Цзян Яо замер, на его лице смешались растерянность, смятение, боль… В конце концов оно приняло мрачное выражение. Молодой человек опустил взгляд и тихо прошептал:

— Я… не могу с ней связаться, — сильная враждебность постепенно исчезла, сменившись всепоглощающей печалью. 

За последние десять лет Цзян Яо предпринял множество попыток найти мать, но все они оказались тщетными. Женщина, словно твердо решив держаться от него подальше, прервала всякую связь и уничтожила все следы, уехав в одиночку в другую страну. С тех пор о ней ничего не было слышно. Фотография в его руках — единственная зацепка, которую Цзян Яо удалось найти за все эти годы.

— Это я её втянул в эту историю… — печальное бормотание эхом разнеслось по пустому, безмолвному подвалу. Цзян Яо опустил голову, не продолжив, и молча стоял в темноте, словно неподвижная статуя.

Взгляд Тао Ти скользнул по лицу удручённого молодого человека. После нескольких секунд молчания он тихо вздохнул и сказал:

— Если она действительно разменная монета, которой тебя шантажируют, то сейчас противники не причинят ей вреда. Для начала тебе нужно выяснить, кто стоит за этими угрозами и какова их цель.

Цзян Яо поднял голову, и в его тусклых глазах мелькнула слабая искорка. Он вспомнил слова чудовищного глаза и пропавшую душу Чи Ю, и у него появились некоторые догадки:

— Их целью должна быть душа Чи Ю во мне, но… Откуда они узнали этот секрет?

— Хех, потому что это больше не секрет, — сказал Тао Ти, как бы невзначай взглянув вверх, прежде чем повернуться и направиться к винтовой лестнице. — Давай сначала уйдем. Если задержимся, то не сможем уйти.

У Цзян Яо были сомнения, но он не стал спорить. Молодой человек понимал, что сейчас не время стоять здесь и болтать. Осторожно спрятав фотографию, он последовал за собеседником и по винтовой лестнице вернулся к потайному входу на верхнем этаже. На этот раз он обнаружил, что пятнистая фреска с изображением человека на бетонной стене у входа исчезла, и даже следы коррозии по обеим сторонам коридора пропали.

— Это место немного отличается от того, что я видел раньше, кажется, здесь всё прибрано… 

По дороге Цзян Яо вкратце рассказал спутнику о своих предыдущих приключениях, включая историю с душой Чи Ю. Мужчина просто молча слушал, но в глубине его алых глаз, казалось, промелькнула тень. Вскоре, ведомый Тао Ти, молодой человек выбрался из подземелья и оказался на краю заброшенной игровой площадки, окутанной ночной темнотой.

— Это… школа? — Цзян Яо огляделся. Он ожидал вернуться в баню “Неземное блаженство”, но вместо этого с удивлением обнаружил заброшенную медицинскую школу.

— То, с чем ты столкнулся ранее, должно быть, было редким пространственным демоном — “Полуночным трупом”. У этого демона части тела разбросаны повсюду, он частично сливается с окружающим пространством. Независимо от того, в какую часть его тела попадает добыча, он переносит её в центральную область, где поглощает и переваривает, — объяснил Тао Ти, ведя молодого человека к углу стены впереди. — Но, как правило, его зона действия крайне ограничена. Тот, с которым ты столкнулся, наверное, находился под двойным воздействием Фу ши и миазмов, из-за чего его сила резко возросла, и он даже смог создать марионеток из трупов. 

— Но почему такой редкий демон вдруг появился в городе? И откуда взялись все эти трупы? — Цзян Яо вспомнил кулон, который он забрал у монстра в чёрном, и тихо предположил: — Неужели… люди из общества Пожирателей теней ради какой-то своей цели приманили Полуночный труп, но тот вышел из-под контроля, и они сами сгинули в чреве демона, превратившись в трупы-марионетки? 

— Кто знает. Я знаю только, что после такого шума сюда набежит куча неприятных типов, и если не уйти сейчас, будет уже поздно, — сказал Тао Ти, остановившись у почти трёхметровой стены и с интересом оглянувшись на Цзян Яо. — Ты можешь перелезть сам? Или… хочешь, чтобы я тебя перенёс?

— Нет, не нужно, — молодой человек неловко отступил назад — ему не хотелось, чтобы мужчина опять нёс его. Тао Ти не стал настаивать и одним движением легко перемахнул через стену.

“Ух… Ух…”

Черная тень, похожая на сову, пролетела неподалёку и исчезла в далёких сумерках, придав всему кампусу ещё более запущенный и мрачный вид. Цзян Яо, сдерживая беспокойство, отвернулся, затем глубоко вздохнул и прыгнул на стену, но, не успев спуститься, услышал недалеко от себя испуганный крик мужчины:

— П-призрак… Призрак, аа!..

Человек?!

Цзян Яо испугался, что его обнаружат, поэтому быстро спрыгнул со стены и вместе с ожидающим его Тао Ти поспешно покинул место происшествия…

***

“Ух… Ух…”

Сова бесшумно спустилась с вершины удалённой стены и в тени приняла облик длинноволосого мужчины. Мужчина холодно взглянул в сторону, куда ушёл Цзян Яо, а затем сосредоточил взгляд на мобильном телефоне, лежащем в траве перед ним. Видно было, что фронтальная камера по-прежнему транслировала происходящее в сеть, однако число зрителей сократилось до одного.

— Ты его видел, — губы длинноволосого мужчины слегка изогнулись, его тёмные, глубокие глаза словно пронзали экран, устремляясь прямо на кого-то по ту сторону. — Каждый, кто возжелает его, должен умереть. 

В следующее же мгновение из ниоткуда появилась лужа чёрной жижи. Она моментально поглотила лежащий в траве телефон. Одновременно с этим силуэт мужчины размылся — он словно растворился в ночной темноте, и не осталось ни единого его следа…