Там кто-то есть?!

Цзян Яо тут же переглянулся с Тао Ти, после чего они развернулись и выбежали из комнаты, устремившись на третий этаж. Поскольку кабинет директора находился прямо рядом с лестницей, всего через несколько секунд они уже оказались в коридоре третьего этажа и сразу же заметили, как из ближайшей комнаты выскочила чёрная тень, в мгновение ока скрывшись в одном из помещений в середине коридора.

Цзян Яо оглянулся на Тао Ти и, увидев, что тот выглядит совершенно спокойным, тоже немного успокоился. Осторожно понаблюдав некоторое время, молодой человек снова активировал разведывательный талисман и, убедившись, что опасности пока нет, вместе со спутником подошёл к двери той самой комнаты, в которую забежала тень.

Холодный ветерок проник сквозь окно и пронёсся через открытый дверной проем, отчего у Цзян Яо по коже побежали мурашки. Дверь со скрипом качнулась, и взору молодого человека тут же открылось всё, что скрывалось внутри комнаты.

Это была простая, но аккуратная комната одного из учителей: письменный стол, односпальная кровать и плетеное кресло составляли весь интерьер. Чистые белые стены были без единой пылинки, словно здесь только вчера убирались. В поле зрения не было ни души, а чёрная тень исчезла, словно призрак.

— Ни следа демонической ауры. Неужели та тень не была демоном? Или… это был Цюнци, скрывший свою ауру? — Цзян Яо не терял бдительности: осторожно оглядываясь по сторонам, он вошёл в комнату вместе с Тао Ти.

— Хм, даже если это и был он, то уже давно сбежал, — мужчина посмотрел на распахнутое окно, а затем, снова переведя взгляд на стоящего рядом Цзян Яо, заметил, что тот со странным выражением лица пристально смотрит на плетеное кресло впереди.

— Это место… кажется… — молодой человек дрожащей рукой потянулся к карману и достал оттуда старую фотографию, которая привела его сюда. То же плетеное кресло, те же белые стены, те же очертания странных зданий за окном — только теперь он наконец понял, почему они показались ему знакомыми: ведь он уже видел их на этом снимке.

Старая свадебная фотография его матери была сделана именно здесь. 

— Значит, мама тогда вышла замуж именно здесь? Она работала в этом приюте? — неожиданный поворот событий привёл мысли Цзян Яо в смятение. Он повернулся и посмотрел на письменный стол у кровати, где стояла фотография, аккуратно закреплённая в рамке.

Это был групповой снимок на фоне недавно построенного здания детского дома. Пожилой мужчина с седыми волосами в центре фотографии, по-видимому, был директором этого приюта и ведущим запечатленной церемонии бракосочетания. А женщина в свадебном наряде, стоящая слева от мужчины, была человеком, которого Цзян Яо знал лучше всех на свете.

Это была его родная мать, Шэнь Цзюньжоу.

— Мама… — молодой человек заметно дрожал. Он ошеломлённо смотрел на лицо на фотографии, по которому тосковал днём и ночью, а затем перевёл взгляд вправо от пожилого директора.

Там стоял незнакомый мужчина, также одетый в свадебный наряд. Не требовалось никаких пояснений: стоило Цзян Яо разглядеть черты лица этого человека, он сразу понял, кто это.

Этот мужчина с красивыми чертами лица, похожими на черты молодого человека, но с глубоким взглядом, был его биологическим отцом, с которым он никогда не встречался, а также тем самым мужчиной, чьё лицо было размыто на старой свадебной фотографии.

— Этот человек — мой биологический отец… — Цзян Яо смотрел на этого мягкого, спокойного мужчину, и его переполняли смешанные чувства. Сначала он думал, что будет испытывать обиду на этого человека, бросившего жену и ребенка, но, узнав об уничтожении округа Лин, он засомневался.

Возможно, именно из-за внезапного уничтожения округа Лин двадцать четыре года назад его биологический отец бесследно исчез, а мать, лишившись всяких доказательств их брака, оказалась заклеймена позором за внебрачную беременность. Вместе с ней и сам молодой человек долгие десятилетия оставался заложником нескончаемых сплетен и слухов.

— Я не знал… Она никогда мне не рассказывала… — пробормотал молодой человек, и его захлестнула волна печали. Он смутно понимал, почему мать никогда не говорила о его биологическом отце. Возможно, то “ужасающее событие” в округе Лин, произошедшее много лет назад, унесло с собой её возлюбленного, её учеников, всё, что у неё было, и оставило ей лишь глубокую психологическую травму, из-за чего она подсознательно выбрала забвение, заставляя себя забыть. А само существование Цзян Яо каждый миг напоминало ей о тех временах, и, возможно, именно в этом заключалась причина её намеренной холодности по отношению к сыну.

Если узнать правду о событиях в округе Лин, произошедших двадцать четыре года назад, и развязать узел в душе мамы, то она… может быть… может быть, тогда она вернётся ко мне?

“Бух!”

В момент потрясения сознание Чи Ю, долго дремавшее внутри Цзян Яо, снова начало пробуждаться. Учащённое сердцебиение заставило молодого человека побледнеть, вызвав возмущение энергии в его теле и заставив его инстинктивно схватиться за грудь.

Тао Ти мгновенно заметил странное поведение Цзян Яо и тут же положил руку ему на лоб. Вспышка тёмно-фиолетового света с красными всполохами привела к восстановлению равновесия в теле молодого человека. Опасное сознание, балансирующее на грани выхода из-под контроля, постепенно утихло и оказалось временно подавлено.

— Неужели пробудить сознание Чи Ю таким способом… Ха, тот, кто стоит за всем этим, действительно приложил немало усилий, чтобы ты смог собрать душу Чи Ю, — Тао Ти придержал обессиленного, покрытого холодным потом спутника и внезапно перевёл взгляд себе под ноги. — Раз уж “закуска” подана, то теперь — “основное блюдо”.

“Бах!” 

Едва он договорил, как из-под земли внезапно вырвалась чёрная тень и в мгновение ока устремилась к Цзян Яо, стоявшему у окна! Тот ещё не успел среагировать, как почувствовал, что его обхватили за талию, и в следующее мгновение Тао Ти вместе с ним выпрыгнул из окна и в несколько прыжков оказался на крыше высокого круглого здания, примыкающего к приюту.

“Плюх… Скрип…”

Из окна, из которого они выпрыгнули, донесся липкий, хлюпающий звук. Выскочившая тень постепенно растягивалась и трансформировалась, наконец, приняв форму ребенка в старой льняной одежде.

— Учитель Шэнь… мне так жаль…

Верхняя часть тела мальчика в льняной одежде медленно высунулась из окна, его безликая фигура смотрела в сторону Цзян Яо. Нижнюю часть тела, оставшуюся в комнате, оплетали чёрные лианы, которые извивались, пытаясь прорваться сквозь окно.

— Не… не бросайте нас…

Цзян Яо был потрясён. Он инстинктивно почувствовал, что этот ребенок, созданный трупной лозой, возможно, говорит с ним. Точнее, мальчик принял его за Шэнь Цзюньжоу из-за крови, текущей в его жилах.

“Треск… Треск…”

Тело ребёнка в льняной одежде становилось всё длиннее и длиннее. Две чёрные липкие струйки слизи внезапно потекли по его искажённому лицу без черт, напоминая засохшие кровавые слёзы — ужасающее зрелище. В то же время со всех сторон начали тянуться чёрные лианы, из ветвей и листьев которых материализовались фигуры — старики, молодые люди, дети — и, помимо общей старомодной одежды, у них было кое-что общее… 

Ни у одного из этих “людей” не было черт лица.

— Значит, в этом городе полно трупных лоз?! — с удивлением воскликнул Цзян Яо.

— Нет, все эти трупные лозы на самом деле являются частью одного и того же растения; скорее всего, того самого, которое мы видели ранее у дороги, — спокойно ответил Тао Ти. — Однако, мутировав до такого состояния, оно уже давно перестало быть обычной трупной лозой. Боюсь, это тоже дело рук того самого человека за кулисами. 

“Бум!”

Под ногами раздался сильный толчок, и даже крыша, на которой они стояли, начала медленно покачиваться, словно ожив, а на её поверхности постепенно вырисовывалась фигура старика без лица.

— Это ты… Ты вернулась!

Безликий старик смотрел на Цзян Яо. Даже несмотря на то, что от него осталась лишь половина тела, он всё равно отчаянно протягивал иссохшую руку в сторону молодого человека.

— Почему… Почему ты убила нас… Учитель Шэнь!

— Ч-что ты говоришь?! — Цзян Яо был в ужасе. Он не понимал, почему это существо, созданное трупной лозой, говорило такое. Судя по всему, его мать, Шэнь Цзюньжоу, была виновницей инцидента в округе Лин и смерти этих людей.

— Ты была единственной выжившей тогда… Ты украла души всех в округе! Чтобы защитить ребёнка в своём чреве!

— Нет… Невозможно! — энергия в теле Цзян Яо вновь забурлила от волнения, и в этот момент вокруг раздались ещё более громкие вопли, крики обиды и отчаяния. “Люди” без лиц вместе с чёрными лианами, пробивающимися сквозь землю, начали ползти в сторону молодого человека.

— Я не хочу умирать… спаси меня…

— Почему… Почему так вышло…

— Это ты… Всё из-за тебя! Верни мне жизнь!

“Треск!”

По мере того как колебания под ногами становились всё сильнее, Цзян Яо был вынужден под прикрытием Тао Ти спрыгнуть с крыши и бежать к окраине уездного города. Окружающие здания, казавшиеся построенными из кирпича и глины, постепенно обнажали узоры из лиан и начинали извиваться под воздействием колебаний. Только теперь молодой человек с ужасом осознал, что не только те “человеческие фигуры”, но и сами здания были частью трупной лозы, а этот округ Лин, который давно уже должен был исчезнуть, был городом-призраком, построенным из этой гигантской лозы.

“Бум!..”

Взметнулось тёмно-фиолетовое пламя, которое в мгновение ока поглотило устремившиеся со всех сторон лианы, а вместе с ними и тени людей, превратив их в пепел. Но вскоре новые чёрные лианы вновь вырвались из земли даже с ещё большей яростью, чем прежде.

— Похоже, эта трупная лоза впитала в себя всю обиду всех умерших из округа Лин, и под влиянием их навязчивых мыслей воссоздала картину того времени, когда округ был разрушен. Если не уничтожить её ядро, то сколько бы ветвей мы ни сожгли, этому не будет конца, — слова Тао Ти прозвучали как раз вовремя. Под его руководством Цзян Яо, уклоняясь от трупной лозы, нападающей со всех сторон, пытался успокоить бушующую в его теле энергию. Однако полученная ранее информация была слишком шокирующей, и ему было трудно успокоиться.

— Похищение душ… Так значит, уничтожение округа Лин в те времена произошло потому, что у всех жителей похитили души? — голос молодого человека слегка дрожал. По его мнению, существовала только одна вещь, способная силой похищать души живых существ…

Камень успокоения душ!

Если всё действительно так, как сказал тот безликий старик, и именно его мать лишила душ всех жителей округа, то это означает только одно — в те времена Шэнь Цзюньжоу владела камнем успокоения душ.